Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Русскоязычная фантастика
       Александр Абрамов, Сергей Абрамов. Все дозволено -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  -
руг спросил он, спохватившись. - Конечно. Мы на смену, а вы домой. Садись к пульту и жми. Ковбой-Пилот исполнил что-то вроде шаманской пляски среди растоптанных окурков, пустых бутылок, откупоренных жестянок и раздавленных тюбиков со сгущенным бульоном и сыром. Можно было только дивиться тому, как он не споткнулся и не сломал ногу на этой мусорной свалке. Может быть, раньше и жили в этой большой комнате без окна, хотя и с чистым искусственным воздухом, но сейчас она не казалась жилой. Такими комнаты выглядят после обыска или драки пьяных гостей. Ободранные стальные стены там и сям пересекали сваренные излучателем швы. - Стены-то зачем испортили? - поинтересовался Библ. С лица бритого Пилота сбежала улыбка. Он настороженно оглянулся. Движение было рефлекторным, привычным. - Они и сюда проникают... - шепнул он, медленно отступая к внутренней двери, в пролете которой виднелась узенькая винтовая лесенка, ведущая на второй этаж. - Пошли. Там безопаснее. Другой горизонт, другой уровень. Капитан и Малыш переглянулись. Спрашивать раз®яснении не имело смысла. - Грязновато у вас, - сказал Капитан. - Убирать некому. Наверху чище. - А кто наверху? - Я и Док. Там мы спим и едим. Одни. - В лазерную почему не заглядываете? - Смысла нет. Энергию для вас бережем. - Туда можно пройти? - вмешался Алик. Второй Пилот дружески указал на дверь: - Отчего же нет? Десятая дверь справа. Нажми кнопку и входи. Там чисто. Пыли нет: вентилятор работает, пылеуловители в порядке. - А на излучатель не напорешься? Может быть, у вас и автоматические есть. - До этого не додумались, - засмеялся Пилот. - Это я один воюю. Алик вопросительно взглянул на Капитана и вышел. Остальные двинулись за Пилотом в замшевой курточке. По винтовой лестнице они поднялись в такую же комнату, но с большим, сильно скошенным окном, прикрытым полупрозрачной шторой. Она не пропускала тепловой радиации солнца, но позволяла видеть все окружающее. А смотреть было не на что, кроме удручающей черноты каменной пустыни. В комнате было чисто и прибрано - никаких окурков, бутылок, банок. Одна из выдвижных коек была аккуратно застелена, а на другой неподвижно лежал уже немолодой с проседью мужчина в расстегнутом мундире с нашивками, такой же чисто выбритый, как и его сосед, только с донкихотской бородкой под нижней губой. Он не пошевелился и не открыл глаз. - Очнитесь, Док, - сказал Пилот. - Смена. Наконец-то долгожданная смена. - Что-что? - воскликнул лежавший на койке и открыл большие, добрые и совсем не грустные глаза. - Не узнали? - спросил Капитан. Нажимом кнопки у изголовья седой поднял шторку окна. Стало светлее. - Теперь узнаю, - сказал он. - Значит, вас только трос? Немного. - Четвертый проверяет механику лазерной связи. - Нас тоже было четверо, - задумчиво продолжал Доктор, словно уловил какой-то одному ему понятный смысл в ответной реплике Капитана. - Четверо. Двое живы, двоих похоронили у станции, использовав излучатель вместо лопаты и свинец из карьера вместо могильной плиты. Как это происходило, рассказать не могу - не видел. - А вы не производите впечатления убитого горем, - сказал Капитан. - Не умею убиваться - раз. И не стоит, считаю. Не повезло так не повезло. Мы начали, вы закончите, а не вы, так другие. Ошибок, наших не повторите, с опытом познакомитесь, ну, а нас - в архив Космической службы. Пилот протестующе кашлянул. Доктор засмеялся. - Прости, это я о себе. И то, если починят, думаю, пригожусь. А мой напарник - золото. В любой рейс хоть сейчас. Даже огорчаюсь, что вынужден его с собой забрать. Вам бы он пригодился: умен, решителен и находчив. - Он снова усмехнулся, салютуя помощнику: - Правду ведь говорю, Пилот, а? Обо всем в лазерограммах не напишешь, а было много всякого, от чего руки у слабонервного начинают дрожать. Миражи - штука хитрая и удивительная, и не всегда с ними излучателем бороться надо. Впрочем, сами увидите. Хотя бы из этого окна. - Доктор устало кивнул на скошенную стеклом панораму четырех цветных солнц. - Скоро закат. Раньше всех заходит зеленое. Может быть, увидите иллюзион, не знаю. - Вы не повторяете попыток сближения? - Нет. Мы прячемся от них в стальном бесде. - Где-где? - не понял Малыш. Библ любезно предупредил ответ: - Память Доктора, Малыш, как и моя, хранит понятия, уже забытые человечеством. Доктор - иранец, а в бывшем Иране так назывались убежища, сохранявшие неприкосновенность преследуемого... Только почему у вас, коллеги, стены даже здесь вспороты излучателем? - От большой осторожности, - сказал Доктор. - Мой сосед по убежищу не любит подозрительных звуков и всегда начеку. - А излучатель помогает? - Теоретически не должен. Материальный луч против фантомов? Бессмыслица, конечно. Но представьте себе, мой напарник все-таки сжег целую опушку леса. Он "вырос" прямо у станции. И лес-то какой - силурийские мхи да древовидные папоротники. - Мираж? - А вы думаете! Чистая мистика. А Пилот полоснул излучателем раз-другой - и все исчезло. Но угли остались. И сморщенная листва, рассыпавшаяся при нашем прикосновении. И пепел! Разговор оборвался. Сообщение Доктора поражало своей нелепостью. Может быть, уже распад психики? Пытка страхом и мания преследования. Но почему у обоих? - Вы как-нибудь пытались об®яснить это? - спросил Капитан. - А вы? - взорвался Доктор. - Четыре солнца восходят и заходят, и никто до сих пор не может об®яснить, где, как и почему! Я устал от чудес и гипотез. Он приподнялся на койке и выпил воды с сиропом. Или Капитан не сумел скрыть какой-то нотки недоверия, или необходимость убеждать в том, что для них давно уже стало реальностью, утомила Доктора. Он устало взглянул в окно и воскликнул с неожиданной радостью: - Смотрите! Имеете шанс. Выпукло выдающееся наружу окно не искажало видимости. Пустыня просматривалась вдаль, как с открытого балкона. Горизонт сужал ее, обрезая зеленым, похожим на диск светофора солнцем. От него осталась только узкая светящаяся дуга с травянисто-золотым отсветом. Почти рядом, только не сохраняя симметрии, как бы по другой орбите сползало к горизонту еще одно солнце - голубой пылающий сгусток неба. А между горизонтом и станцией посреди черной пустыни вырастало вдруг нечто трудно описуемое и едва ли понятное. Будто невидимый Гулливер играл в цветной детский конструктор. Он брал шары и кирпичики и громоздил из них разрезанные пирамиды и купола, перекошенные синусоиды и промятые кубы или вдруг нечто знакомое, вроде пизанской башни, склоненной на опрокинутый стадион. Белые ленты, извиваясь как змеи, то исчезали, то появлялись в геометрических сочетаниях этого архитектурного бреда. Человеческий ум не мог участвовать в его создании: в нем не было главного признака человеческого деяния - целесообразности. - Вы сомневаетесь сейчас, что эта цветная дичь может быть создана человеком, служить человеку, утешать его или радовать, - сказал Доктор, словно угадав мысли его собеседников. - Вы ошибаетесь, друзья. Видите эти перемещающиеся точки на белых лентах? Это живые существа, внешне не отличающиеся от нас, землян. Мы видели их близко: они об®емны и гуманоидны. - Что же они делают в этом столпотворении? - спросил Библ. - У меня нет достаточных наблюдений для ответа. Но предположения есть. Живут. Это город. Другого мира, может быть другого измерения. Не принадлежащий черной пустыне. Здесь это мираж. Видите, он уже тает. Голубое солнце совсем скрылось за горизонтом. Погасли и его тускловатые отсветы. Бессмысленное столпотворение радужных конструкций тоже тускнело, теряя очертания и цвет. - А когда садится другое солнце, мираж повторяется? - снова спросил Библ. - Редко. Закономерность их появлений пока не ясна. Но любое сближение для нас опасно. Чуть слышный скрип винтовой лестницы оборвал речь Доктора. Его коллега молниеносно, одним прыжком очутился у койки, где оставил свой излучатель. - Не осторожничай, - тяжелая рука Малыша легла ему на плечо и пригвоздила к полу, - это же Алик. Алик вошел в комнату с таким сияющим лицом, что хотелось увидеть на его голове нимб. - Аппаратура в порядке, - захлебываясь доложил он, - хотя питание слабое и долговременная связь с Землей исключается. Я пока послал лишь коротенькое сообщение о нашем прибытии. - А завтра сообщите о нашем отбытии, - сказал Доктор. - Не спешите, Док, - протестующе заметил Пилот, - надо еще рассвет пережить. Смешок Доктора был ответом. - Я, сынок, в приметы не верю. Смена есть у нас, и смена дельная. Только не повторите еще одну нашу ошибку: выезжайте на обследование по двое, пусть двое всегда остаются на станции. В детали вдаваться не буду. Настораживать и пугать зря не следует. Капитан подумал, что проще, а пожалуй, и разумнее было бы поделиться опытом своей полугодичной работы на станции, и никакая деталь в таком разговоре не была бы излишней; Но Доктор и Пилот явно уклонялись от об®яснений. Почему? Может быть, из жалости к обреченным сменщикам или из зависти к будущим открывателям Неизвестного? Бесполезно было вызывать их на откровенность, и Капитан промолчал. - Напомню лишь об одном, - продолжал Доктор, уже закрыв глаза. - Не сближайтесь с миражами. Знаете, как предупреждают гостей в земных заповедниках в бассейнах Амазонки и Ориноко? Избегайте встреч с ядовитыми змеями. Не трогайте их, если не нападают. И лучше уходите, если есть время и возможность уйти. - А если нет возможности? - Защищайтесь. На складе есть излучатели и гранаты, создающие устойчивую дымовую завесу - своего рода долговременный "смог". Есть и тактическое ядерное оружие, но оно практически бесполезно здесь, да и остаточная радиация более опасна для нас, чем для блуждающих нематериальных фантомов. Есть, наконец, переносный отражатель электротока, сконструированный моим коллегой. Пожалуй, это самое действенное оружие при сближении с миражем: его мы устанавливаем на вездеходе во время утренних и вечерних экскурсий. Сейчас он вам не понадобится. Уже ночь, и сон здесь практически безопасен. Проглотив конец фразы, он уже спал, похожий на восковой муляж из паноптикума. Пилот посмотрел на него и сказал с завистью: - Уже спит. А я хоть и мотаюсь целый день, сплю плохо. Должно быть, все-таки сдали нервишки, вы правы, хотя они у меня вроде рояльных струн... - Он говорил, говорил: должно быть. Доктор был не из разговорчивых, и Пилот по-детски обрадовался собеседникам. - Наверное, хотите ужинать? К сожалению, вас не ждали и не приготовились - жрем неподогретую дрянь из тюбиков. Но по субботам и воскресеньям у нас настоящие пиры. Я превращаюсь в повара и подаю на стол яства - пальчики оближете. Впрочем, настоящую еду и сейчас можете приготовить на кухне: там все есть - и синтетика, и консервы. Вообще устраивайтесь. Комнат сколько хотите, только откачайте застоявшийся воздух и пыль. Кондиционерки включаются на одном пульте со светом. На заре шторы не открывайте, не советую. А излучатели на складе - запаситесь заранее. Проверьте спуск и заряд снаружи, сейчас это безопасно. - А что опасно? - рявкнул Малыш, вторгаясь в это словесное извержение. - Все. Закаты и рассветы. Воздух, которым ты дышишь. Пыль. Она хрустит на зубах, когда идешь навстречу ветру, и подымается вдруг тускло прозрачными клубами. А иногда зеленеет, как ряска на болотце, или голубеет речкой, или сгущается до чернильной синевы. Идет такой смерч, блуждая, как слепой, по черному камню, и если ты пеший, то удирай, пока цел, а если на колесах или воздушной подушке, жми вперед на шестой скорости, включай отражатель и бросай машину навстречу смерчу! Отражатель обязательно преодолеет защитное поле. Я не сомневаюсь в этом и охотно рискнул бы еще раз даже один, но, сами понимаете, рисковать нельзя, ведь Док двинуться с места не может. - Пилот заметил, как устало потянулся Малыш, и переменил тему: - Не задерживайтесь, ребятки, спать пора, а ночи на Гедоне короткие. Да об излучателях не забудьте. Сон сном, а вдруг разбудят? - Ну, излучатели, думаю, не понадобятся, а с едой как-нибудь сами управимся, - сказал Капитан. Он понимал, что Пилоту просто не хочется расставаться с неожиданно подаренными ему судьбой собеседниками, но и они сами здорово устали, особенно после конечных часов перелета. И, уже спускаясь по лестнице в комнаты первого этажа, он тихо шепнул Малышу: - А все-таки жаль упускать такого парня, он бы нам пригодился. - Может, уговорить подождать с отлетом? - спросил Малыш. - Пустой разговор. Есть инструкция вернуть вторую экспедицию на Землю немедленно. Не зря же не срастаются переломы у Дока. И космолет на ходу. Они, конечно, ничем не хуже нас, но что поделаешь, если авария. Постараемся ее избежать, а трусов и у нас нет. Пошли! 3. СМЫСЛ ЛОЖНЫХ СОЛНЦ. БОРОДАТЫЕ МЛАДЕНЦЫ Рассвет пережили все, как на Земле в тихий солнечный день. На Гедоне сутки на четыре часа короче, да и усталость взяла свое. Первый рассвет на планете Капитан и Малыш проспали. Они не слышали даже, как опять аккуратно выбритый Пилот с неразлучным излучателем ворвался в комнату вместе с солнцем: - Вставайте, старики! Уже завтрак готов. Не завтрак - пир! И ракетку успел обследовать - прелесть! Доктору уже подобрали комбинезон на великана, чтобы втиснуть его ноги в гипсе, и он был счастлив. - На прощанье могу поделиться предположением. Все ложные солнца - пространственные отражения одного, настоящего. Оптическое выражение многомерности пространства. На Гедоне эти пространственные грани оказались фактически иными, чем на Земле. А вот Пилот не верит. - Бред, - сказал Пилот. - Не признаю геометрии, не подчиненной глазу. - Математика уже давно разработала геометрию многомерного пространства, - возразил Капитан. - А жизнь меня до сих пор не убедила, что параллельные пересекаются, а несовместимые точки совпадают. Пусть мне это физика подтвердит. - Оптика тоже физика, - сказал Алик, но Пилот даже не удостоил его ответом, только рукой махнул. - Может, вы и разгадаете смысл этих тусклых фонарей на небе, а мое время кончилось, - вздохнул он и вышел. Ракету к полету готовили все, кроме Библа. Он играл в шахматы с Доктором. Все три партии Библ выиграл без труда, хотя Док и думал над каждым ходом по полчаса. - Силен, - сказал Док. - Если с таким же успехом поиграете с хозяевами Гедоны, я им не завидую. - А честно: вы верите в этих хозяев? Док усмехнулся: - Честно? Верю. И очень жалею, что нам не повезло с этой аварией. Мы бы решили задачу до вас. А на черном зеркале каменного плацдарма ракета была уже готова к полету. Малыш, давно уже освободившийся, шепнул Капитану: - Вы тут проводите их, помахайте платочком, а мы с Аликом на вездеходе покружимся. Туда-сюда, не далеко, не близко. Проверочка не помешает. - Малыш полез в кабину вездехода. Алика мутило от вони и пыли, поднятой ракетой, першило в горле. Вздохнулось свободно, лишь когда Малыш включил кондиционерку и вездеход рванулся вперед над черным глянцем пустыни. Он шел на воздушной подушке плавно, сохраняя один и тот же уровень. Но однообразие раздражало: ну и планеточка, кто только ее так выгладил! И зачем бродить здесь по сплошной плите без единой травинки. Никакой жизни - ветер да пыль. Алик высказал свои сомнения Малышу: куда это они едут, удаляясь от станции? Малыш указал на пылевой с зеленоватым оттенком двухметровый волчок, кружившийся в лучах бледно-зеленого солнца. - Меня тот смерчик интересует. Видишь? - Пыль, - сказал равнодушно Алик. - Не похож на земные. Конуса сближаются основаниями, а не вершинами. Малыш включил экранирующий механизм, предохраняющий корпус машины от любого излучения и радиации. "На всякий случай", - пояснил он, бросая вездеход навстречу пылевому волчку. Вблизи он оказался тускло-прозрачным, как давно немытое окно. Вездеход вошел в него, даже не покачнувшись. Обыкновенная пыль. Но она не отстала, смерчик, обтекая машину со всех сторон, двигался теперь вместе с ним, затемняя видимость. Малыш перевел рычажок на шестую скорость, вездеход бросило вперед, даже зеленое солнце осталось позади, но смерчик не отставал, обтекая их плотной пылевой оболочкой. Алику показалось, что она начала зеленеть все гуще и гуще. "Как ряска на болотце", - вспомнил он. - А не повернуть ли назад? Малыш засмеялся, даже не взглянув на Алика. - Все они здесь чокнутые, сынок. Не подражай. Чего бояться? Электроудар нам не страшен: корпус экранирован. Пропасть? Перепрыгнем. Мираж? Так он нам и нужен. Мы с тобой за миражами охотимся. Сафари в черной пустыне. Ать-два!.. Что это? Зеленый смерчик вдруг раскололся и пропал, обнаружив грунтовую дорогу, скорее даже аллею меж рядами деревьев, вымахавших метров в сто пятьдесят, с большими узкими листьями наверху, обращенными ребром к солнцу. Алик сразу узнал: эвкалипты, да еще выстроившиеся так ровно, словно их специально высадили. Вполне земной двадцать первый век где-нибудь под Мельбурном. И красные крупные цветы на подстриженных кустах говорили не о силурийской первобытности, а о вполне современной, ухоженной парковой культуре. Но сообщить свою мысль Малышу он не успел. Малыш, не раздумывая, бросил машину в проход, спустил скорость до единицы и затормозил. Пустыни уже не было. Ни черного глянцевого катка, ни пяти солнц, разбежавшихся по небу. Светили два: одно - бледно-зеленое и ложное, не греющее, а другое - обычное, горячее, как в курортную жару на Земле. Мельбурнская эвкалиптовая аллея заворачивала впереди к зарослям высокого кустарника, похожего на акацию. От цветов на кустах шел одуряюще пряный запах. - Вот тебе и мираж, - сказал Малыш. Алик, не отвечая, открыл дверцу и выпрыгнул на дорогу. - Осторожней! - предупредил Малыш. Но Алик уже хлопнул по вытянутому к небу стволу, Потом нагнулся, потрогал траву и, подняв камешек, швырнул его в кусты. Какие-то пестрые, совсем земные бабочки вспорхнули и закружились над цветами. - А где же палеозой? - спросил Алик. Ему не хотелось никуда уходить. Чудесный оазис, возникший посреди черного камня, не отпускал, как далекое видение Земли. - Обмяк, - скривился Малыш и сплюнул на дорогу в открытую дверь. - Цветочки, травка... Ты еще станцуй на лужайке. А как назад ехать будем? Алик взглянул туда, откуда вездеход вырвался на эту дорогу. Пылевой смерчик, обтекавший их, исчез вместе с пустыней. Калитка в рай открылась и растаяла. - Ты думаешь, мы где? - спросил он. - Мираж. Только это не мираж, а что-то другое, - сказал Малыш, избегая гипотез. - Я понял, почему пять солнц. У каждого свое пространство и время. Свой мир. Сейчас мы в мире зеленого солнца. - С физикой это мало-мало не согласуется, - усомнился Малыш: его практический ум не воспринимал чуда. - Поехали-ка лучше выход искать. Он увеличил мощность воздушной прослойки, вездеход легко перемахнул кусты у дороги и плавно поплыл над красными пригоршнями цветов, рассыпанных по явно подстриженным веткам. Впереди путь прикрывала рощица, уходившая вправо и, казалось, нигде не кончавшаяся. Впрочем, слово "рощица" явно не подходило: вблизи она оказалась зарослями гигантс

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования