Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Остросюжетные книги
      Андрей Таманцев. Псы господни -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  -
В машине по дороге к управлению Голубков спросил у Пастухова: -- Что с тобой, Сергей? Сдается, что-то не дает тебе покоя, нет? Пастухов рассудительно ответил: -- После этого разговора у меня крутится мысль: не попытается ли Дудчик связаться с дочкой через тот же компьютер, как только ему представится случай? Голубков, который спрашивал, в общем-то, совсем о другом, хмыкнул, получив этот неожиданный ответ. -- А что, хорошая мысль. Я поставлю на контроль. На самом же деле, особенно после перестрелки в Кунцеве, в Пастухове все сильнее звучал голос отца Андрея: "Благоугодим Господу, как воины угождают Царю; ибо, вступивши в это звание, мы подлежим строгому ответу о служении. Убоимся Господа хотя так, как боимся зверей; ибо я видел людей, шедших красть, которые Бога не убоялись, а услышав там лай собак, тотчас возвратились назад, и чего не сделал страх Божий, то успел сделать страх зверей". Сергей думал о людях, которые не убоялись сойти с пути своего служения, и теперь только страх перед лающими псами господними -- перед ним и его ребятами -- может заставить их отказаться от задуманного воровства. "Вразуми меня, Господи, если судьба моя быть псом Твоим..." * * * В управлении Голубкова ожидала плохая новость: с погранперехода Чоп на Украине сообщили, что гражданин Казахстана Бикмурзин Ералы Рагимович пересек венгерскую границу сутки назад. Никакого второго человека с ним в машине не было. Бикмурзина хорошо запомнили, потому что он пытался провезти незадекларированные четыре тысячи долларов. Деньги были из®яты, составлен акт. Бикмурзин вел себя шумно, истерично: сначала предлагал взятку, потом шумел, доказывал что-то, потом хотел отказаться от поездки, утверждая, что теперь езда потеряла смысл, раз у него нет денег. -- Будьте уверены, что Степан Гаврилович Поспелов спокойненько проехал вслед за ним и даже вывез в какой-нибудь скромной машинешке почти миллион долларов -- своих и Амира, -- сказал Нифонтов. -- Амир в отличие от нас с тобой действует очень нагло, но -- главное -- результативно. -- Значит, можно предположить, что Дудчик едет добровольно... -- отозвался Голубков. -- Интересно, на что он рассчитывает? -- Он вырвался за пределы страны -- и это для него главное. А рассчитывает он на новую связь с англичанами, -- жестко ответил Нифонтов. -- Что будем делать? -- Ожидать, не поступит ли новый сигнал из Лондона. На этот раз он придет к нам. И еще, Пастухов высказал идею, что Дудчик может попробовать дать тем же способом весточку семье. Он привязан к своей дочери. -- Хорошо. Отдай приказание, пусть следят. -- Уже. Есть и еще одно соображение. Разговор с младшим братом Дудчика навел и меня на некоторые мысли. Что собираются делать Амир и Бен Ладен с полученной информацией? Ведь лично ему эти стратегические сведения никак пригодиться не могут. Американцам он тоже не станет их продавать. Да те и не купят. -- Я бы не обольщался. Нельзя вычеркивать и такой вариант. Бен Ладен может потребовать в обмен на информацию некие политические уступки, освобождение осужденных террористов или что-то подобное, и американцы вполне могут принять такого рода условия. -- И все-таки, по всему судя, сам Дудчик главный удар нацеливал на собственный генералитет. А что, если предположить целью попытку шантажировать именно этих людей? -- Почему их? Скорее уж следует ожидать попытки политического шантажа на самом высоком уровне... -- Вы считаете, что Бен Ладен попытается через кого-то из лидеров исламских стран выставить свои условия непосредственно президенту? -- Скорее, он огласит эти условия на весь мир через открытую печать. Гласно. Ведь это какое паблисити. -- Но это может касаться только политических требований. А что, если он попробует получить что-нибудь материальное? В конце концов, не следует воспринимать Бен Ладена и ему подобных как реальных ответственных политиков. Это же террористы, с их уровнем мышления. Кроме того, Дудчик находится в руках Амира Захира, а это не одно и то же, что Бен Ладен. -- Гм. Что-то в этом есть. Через кого они могут выставить свои требования? -- Именно через генералитет, через людей, на которых прямо укажет ему Дудчик. К тому же для государственного шантажа нужен полный расшифрованный пакет сведений -- чтобы иметь возможность выполнить свою угрозу. А расшифровка займет определенное время. А Дудчик пока что находится в дороге, где-то в Венгрии. -- Что ты предлагаешь? -- Установить слежку за верхушкой генералитета РВСН, -- четко сказал Голубков. Нифонтов поднял на него взгляд: -- М-да... Ты представляешь себе, Константин Дмитриевич, чья санкция для этого нужна? Голубков молчал, показывая всем своим видом, что вот это как раз не его забота, на то есть начальник Управления по планированию специальных мероприятий генерал Нифонтов. Молчание закончилось ничем. -- Хорошо, Константин Дмитриевич, давайте рассмотрим наши возможности на территории Венгрии и сопредельных стран. Хотя какие уж там возможности, если здесь проморгали... * * * Виталий Петрович вернулся с утреннего купания. Солнце, чудесный песочный пляж, кристально чистая вода. Девушки в купальных костюмах из одного-единственного миниатюрного предмета, разноязыкий, но одинаково веселый и беззаботный говор. Уже много лет Дудчик-старший не отдыхал на курорте и совсем забыл, какими бывают люди, не обремененные заботами, -- мокрые, загорелые, играющие на пляже в мяч. Правда, компанию ему составлял один из двоих замкнутых молодых мужчин с восточным типом лица, появившихся рядом с ними в последние дни. Их Амир оставлял, когда сам исчезал по делам. Они не говорили по-русски, поэтому приходилось об®ясняться знаками. И если они не хотели чего-то, то не было никакой возможности добиться от них ответа почему. -- Ахмад, ты почему не купаешься? -- с добродушной издевкой спросил Виталий Петрович. Мельком оглянувшись на звук голоса, произносящего его собственное имя, Ахмад снова уставился перед собой. -- Наверное, тебе пистолет мешает, -- продолжал развлекать себя Дудчик. -- Если ты снимешь рубаху, все увидят, что у тебя за поясом торчит здоровенный пистолет, и захотят его потрогать руками. И что тогда тебе делать? Ахмад не реагировал и на это. -- Знал бы ты, как по-идиотски выглядит на пляже, где все люди радуются солнцу, твоя хмурая рожа! Быстрым взглядом Ахмад проверил, не слушает ли кто-нибудь слов его подопечного, -- ведь неизвестно еще, что он говорит. -- Пойдем посидим в кабачке, я бы выпил что-нибудь холодное, -- Виталий Петрович указал пальцем на одно из многочисленных заведений, созданных для тенистого отдыха. Ахмад не стал возражать. Они прошли на веранду, увитую лозами винограда, и, придвинув легкие плетеные стулья, сели за круглый столик. Тут же подскочил юный официант, скорее всего школьник, зарабатывающий себе на какие-нибудь ролики, а может быть, и на хлеб своей семье. Жили тут, похоже, небогато, настолько явным было почтение и приветливость к клиентам. -- Добрый день, -- сказал Виталий. Юноша тут же сориентировался в национальности посетителя и выдал по-русски соответствующий ответ, которому его научил кто-то из туристов: -- Привет. Пиво? Дудчик улыбнулся: -- Пиво и креветки. Что ты будешь, Ахмад? Тот еле-еле понял, что хочет услышать от него подопечный, буркнул: -- Кола. Виталию с трудом верилось в этом наполненном солнцем и радостью мире, что его жизни грозит опасность, что его напряженно ищут разведки нескольких стран, что и у этого парня, сидящего с ним за столиком, приготовлена для него пуля и он, не задумываясь, выпустит ее, потому что так приказал Амир, потому что так требует его священная война газават. Или джихад? Виталий Петрович не знал, в чем разница. Скорее всего, просто языковой вариант названия одного и того же убийства. Дудчик с наслаждением пил свежее пиво, лущил огромные поджаренные в масле креветки. Ахмад, потягивая свою вонючую колу, поглядывал на небольшую компанию немцев, завтракавших неподалеку. Вдруг один из немцев поднялся и, оглянувшись, направился к их столику: -- Foer? -- спросил он, показывая пальцем вращение колесика зажигалки. Дудчик полез было в карман за зажигалкой, но Ахмад всполошился и замахал руками: -- No, no! Понятно: поскольку кабачок выбрал его подопечный, у Ахмада первым делом возникло подозрение, не привел ли его Дудчик на место встречи, которое изменить нельзя. Немец, пожав плечами, ушел в бар покупать зажигалку, а Ахмад продолжал волноваться и торопить Дудчика, всячески выказывая недовольство и желание поскорее покинуть "опасное" место. -- Да подожди ты, придурок, дай креветки-то доесть. Ахмад поднял крик, требуя официанта. Подбежал юноша. Виталий со вздохом оторвался от пива и, пошарив в шортах, достал комок смятых долларов. Хватило двух, причем мальчик порывался выдать сдачу местной монетой. Дудчик небрежно отказался от этого, осчастливив юношу щедрыми чаевыми, и с сожалением посмотрел на половину порции креветок, которых пришлось оставить на тарелке. Они прошли по тропинке вверх к своему двухэтажному домику, где дежурил в их отсутствие второй его охранник -- Джамал. Амира все не было. Дудчик прошел в свою комнату на втором этаже. Джамал уселся в кресло в комнате напротив, включив приемник на какую-то восточную волну. Двери в комнату закрывать не разрешалось. Впрочем, в остальном охранники его не беспокоили. Дудчик подошел к компьютеру, который уже успели установить и наладить специалисты из местной фирмы. У них, естественно, не нашлось русской версии программного обеспечения, и Дудчик пользовался компьютером несколько неуверенно. Предполагалось, что именно здесь он и осуществит полную дешифровку своей информации. Оставалось окончательно договориться о системе поэтапной пропорциональной оплаты: пять процентов дешифровано -- пять процентов переведено на его счет. По-видимому, Амир куда-то уехал, чтобы решить именно этот вопрос. Ну что ж, дело теперь за тем, чтобы использовать это время по-своему. Дудчик дважды "кликнул" по панельке Интернет и вошел в соединение с сетью. Стуча двумя пальцами по клавишам, он набрал затверженный еще на квартире в Кунцеве электронный адрес аналитического центра МИ-6 в Лондоне. Соединившись, он написал всего два слова: "Здравствуйте! Дудчик". В течение пятнадцати минут, пока дежурный офицер вызывала переводчика и полковника Диксона, на экране висело слово: "Wait" -- "Ожидайте". "Здравствуйте, Виталий Петрович. Мы слушаем вас. Где вы?" "В Чехии". "Информация находится при вас?" "У меня есть единственный расшифрованный документ, который я подготовил сегодня для Али Амира. ZIP-дискета с остальной информацией находится у него. Я перешлю вам этот документ в качестве жеста сотрудничества". -- И Дудчик отправил расшифрованный файл по электронной почте. "Благодарим вас. Мы проверим достоверность этих сведений. Где вас содержат?" "Местечко Домбровица на берегу Иизеры. Двухэтажный зеленый дом на холме. Адрес не знаю, имени хозяина не знаю. Во дворе спиленное дерево с гнездом аиста. Флюгер в виде черной кошки". "Каково количество охраны?" "Два охранника -- Ахмад и Джамал. Сам Амир". "Не предпринимайте самостоятельных действий. Можно ли связаться с вами по нашей инициативе? Ваша охрана не заглядывает в "почтовый ящик"?" "Посылайте письмо свободно, они еще ни разу не заглядывали в компьютер без меня". "Где хранит дискету Амир?" "Носит ее в левом нагрудном кармане. Не забывайте, что вся информация зашифрована". "Нам это известно". * * * Под начальником Главного штаба РВСН генерал-полковником Степаном Андреевичем Прохоровым качалось не кресло, а сам мир. В отставку он, пожалуй, подал бы и сам, чтобы не расхлебывать всю эту кашу, но его сейчас никто бы и не отпустил. Практически ему было дано понять, и не намеками, а с употреблением самых что ни на есть армейских выражений, что он будет разжалован и отдан под суд военного трибунала, если сведения о боевом управлении ракетными войсками попадут на Запад. Степан Андреевич подозревал, что вся эта история закончится не судом, а больничной палатой, на которую его свалит инфаркт или инсульт. Однако кондрашка пока его не хватал, и он метал громы и молнии, требуя от своих подчиненных изобрести какое-нибудь чудо, которое спасет положение. Страх и трепет царили в штабе. Ситуация же никак не прояснялась. Дудчик не находился, сведения нигде в мире не всплывали, "чуда" подчиненные создать пока могли. Эта неопределенная и нервозная ситуация тянулась день за днем, разряжаясь только регулярными вызовами на ковер и последующими репрессиями по отношению к нижестоящим. В субботу по правительственной связи позвонил старинный знакомый по службе в Узбекистане Закирджан. Когда Союз распался, он быстро сделал стремительную карьеру в национальной армии и догнал по званию старшего приятеля. Закирджан теперь тоже был генерал-полковником у себя в Узбекистане. Степану Андреевичу было не до приятелей, но тонкий намек на некую помощь заставил его ухватиться за соломинку и пригласить Закирджана назавтра к себе. Беседа между ними предполагалась в сауне, причем привезенный Закирджаном специалист, обильно потея, сначала проверил баньку на наличие "жучков" и, к удивлению и возмущению начальника Главштаба, нашел их целых два. Генералам пришлось уйти в желтеющий понемногу лес, потому что доверять собственной бане Прохоров уже, оказывается, не мог. -- Послушай, дорогой, -- сказал Закирджан, придерживая его за локоть. -- Не падай духом, твоей вины здесь нет. Подлец-полковник оказался предателем, ну и пусть его ловят контрразведчики. -- Что толку, что не виноват. Был бы человек, а статья для него найдется, -- буркнул Прохоров, который не раз замечал в своей жизни, что рок предпочитает выбирать жертвы именно среди невинных. -- Есть для меня статья -- "Преступная халатность", под которую подпадает и все, что сделал, и все, что не сделал. -- Ты ведь знаешь, что эта информация ушла к одному из исламских лидеров? -- У тебя что -- есть сведения? -- встрепенулся Прохоров. Закирджан не торопился выкладывать все, что знает, он спросил: -- Ты пошел бы на какие-то уступки, если бы с предложением уладить эти дела негласно обратились именно к тебе? -- А разве у меня есть выбор? -- Выбор всегда есть. Ты можешь пойти к своему начальству и переложить решение на него. Оно пойдет к еще более высокому человеку, а тот связан по рукам и ногам и не обладает оперативными сведениями, а главное -- реальной властью на местах, чтобы решить нужный вопрос. Ты же знаешь, что не все вопросы можно решить наверху. Прохоров понял, что ему бросают спасательный круг, но и платить за этот круг придется будь здоров. -- Где информация и Дудчик? С кем надо иметь дело? -- Это был главный его вопрос. Вместо ответа Закирджан протянул ему несколько листков и фотографию. Прохоров увидел на ней Дудчика, сидящего за компьютером и вдохновенно работающего перед монитором, на котором находилось изображение карты. Внизу на фотографии стояла автоматическая календарная отметка: полдень позавчерашнего дня. На листиках были распечатки оперативных карт из "списка Дудчика". -- Тебя что -- послали посредником? Так Дудчик у вас? -- Нет, Степан Андреевич. Узбекистан не похищал твоего человека. Это сделал знакомый одного моего знакомого из-за границы, а теперь этот знакомый попросил меня поговорить с тобой. -- Я внимательно слушаю. -- Мой знакомый не собирается передавать эти сведения Западу. А ведь для тебя самое опасное -- именно это. Я прав? -- Так точно. -- По-настоящему эта секретная информация представляет интерес только для Америки и ее союзников. А мой знакомый ведет против США свою священную войну -- газават. Поэтому можешь не волноваться, он не отдаст им ваши секреты, иначе американский империализм только усилится за счет ослабления России. -- Я могу преподнести эти слова своему руководству? -- Прохоров упорно спрашивал о главном. -- Ну, конечно сможешь, дорогой. И все доказательства представишь. Надо только продумать, как это сделать. У Прохорова появилась надежда тихо уйти на пенсию с полным содержанием и сохранением дач и привилегий, мечта эта стремительно крепла в нем -- а вдруг удастся удержаться на посту, а вдруг он станет настолько необходим, что его назначат командующим?.. Поднаторевший в интригах человек быстро делает из соломинки смертельное оружие. -- Что хочет этот человек для своего газавата от меня? Ядерную боеголовку? -- Прохоров боялся услышать "да", потому что это единственное, что никто не смог бы осуществить. -- Нет, Степан Андреевич, этот человек -- реалист и хорошо понимает, что возможно, а что -- нет. "Слава богу", -- промелькнуло в мозгу у Прохорова. -- Для руководства он пред®явит -- через тебя -- в основном политические требования. Сейчас он находится в относительной политической изоляции. Он хочет укрепить свои позиции за счет сближения с Россией. Естественно, тогда он будет принят и у нас, и в Таджикистане, и на всем Ближнем и Среднем Востоке, отчего положение его станет намного более авторитетным. Это официальная версия. За эти уступки он даст гарантии вашему правительству, что стратегические сведения не будут разглашены. -- Он выдаст Дудчика? -- Конечно, о чем разговор. -- Это хорошо. Сам Дудчик никому не нужен, но это -- вопрос принципа. -- Он это понимает. -- Хорошо. Что он хочет еще? Узбек сморщил лицо в улыбке: -- Ничего особо невероятного. К примеру, содействие в приобретении по остаточной стоимости нескольких грузовых и штурмовых вертолетов -- Ми-8, Ми-24. Они нужны в азиатском регионе. Прохоров выжидательною молчал. -- РПО "Шмель", к примеру, "Иглы" или "Стрелы" для вертолетов. Несколько вагонов обычного стрелкового вооружения, АГС "Пламя", модули "Гроза". Прохоров кивал, что-то прикидывая для себя. -- Интересуют его крупнокалиберные снайперские винтовки В-94, "Клин", "Гюрза", "Бердыш". Автоматы АКС-74 с ночными прицелами НСПУМ, бесшумные ПБС. Да мало ли что. Это уточнить нетрудно в рабочем порядке. -- Что еще? -- Прохоров понимал, что все это мелочи. Узбек наконец произнес главное: -- С-300. -- Вы с ума сошли! Узбек рассмеялся мелким смехом: -- А господин Бен Ладен почему-то так не считает. Ты поинтересуйся у себя, может быть, все же это подходящая цена? * * * Нифонтов остановил магнитофон, который прокручивал этот разговор, и растер уставшее лицо ладонями. -- Что это значит, Александр Николаевич? -- спросил Голубков. -- Они что, действительно сошли с ума и думают, что смогут получить С-300? -- Это значит, Константин Дмитриевич, что они догадываются или знают истинную ценность захваченных сведений. Тебя не удивило, как легко я получил санкцию на слежку и прослушивание этих старых П...НОВ?

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования