Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Наука. Техника. Медицина
   История
      . Стенограмма протокола слушаний в сенате США (1919 г.) -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  -
ротив нас, теперь он перешел на нашу сторону. Теперь он с нами и взялся за нашу литературную работу. Вы знаете, что мы покорили Россию. Следующим шагом мы покорим Германию и Америку." Сенатор Нельсон: Крупный замысел. Сенатор Кинг: Известно ли вам, в какой степени они разослали представителей в соседние страны Европы, снабдив их деньгами для пропаганды большевизма? М-р Симонс: Мы слышали много раз, что они отправляли большие суммы денег в разные части Европы. В то время как никто кроме людей из дипломатического корпуса не имел разрешения отправлять что-нибудь, они посылали, день за днем, большие мешки из Петрограда в Стокгольм и Копенгаген. Что было в этих мешках, сказать нельзя, вероятнее всего - большевистская литература и, возможно, деньги. Возможно, также конфискованные ценности, потому что многие из редких старых драгоценностей и исторических редкостей, сохранявшихся десятилетиями, исчезли, и никто не знает где они. "..." Мы знаем, что они отправляли миллионы рублей для пропаганды в Китае, в Индии и других частях света. Это было в их печати. Это все хорошо известно, они не делали из этого секрета. Сенатор Кинг: Чтобы разрушить другие правительства и поставить эти страны под контроль большевизма? М-р Симонс: Да, сэр. И устранить все иные учреждения, которые стояли, если угодно, за класс, который они стремились уничтожить. Луначарский и Шпицберг сказали на этом митинге и это написано в их прокламации: "Величайший враг нашего пролетарского дела - религия. Так называемая церковь - просто камуфляж капиталистического управления, они прячутся за ней. Для успеха нашего дела необходимо устранить церковь". Сенатор Кинг: Еще один вопрос. Заметили ли вы какие-либо изменения в составе советов после того как Ленин и Троцкий взяли власть? "..." Я хочу знать, верны или нет мои сведения, что они часто посылали из Москвы и Петрограда своих представителей, которые подменяли собой советы и вводили туда людей, разделявших взгляды Ленина и Троцкого. М-р Симонс: Да, это известный факт. Такое случалось многократно. Сенатор Кинг: Таким образом, если выбранные вначале советы можно было считать представителями народа, то теперь это просто инструмент Ленина, Троцкого и большевистской администрации? М-р Симонс: Это так. Я знаю, что незадолго то того, как я покинул Россию, 90 процентов крестьян были настроены анти- большевистски; люди, лучше знающие положение, утверждают, что около трех четвертей рабочих были анти-большевиками. Сенатор Оверман: [слушание возобновляется после перерыва] М-р Симонс: Я не хочу быть неверно истолкованным в отношении фактов, которые я приводил в своих показаниях; о еврейском элементе в большевистском движении. Я не антисемит и не сочувствую движениям подобного рода. Некоторые из моих лучших друзей в России и Америке - евреи, и когда я говорил о виденных мной событиях в церквях и на фабриках, многие евреи приходили ко мне и говорили, что лучший класс евреев - а их в Америке сотни тысяч - станут плечом к плечу с христианами в борьбе против красного флага. Сенатор Оверман: Насколько я понимаю, вы все время говорили о... М-р Симонс: Об евреях-отступниках. Я хочу, чтобы меня цитировали точно, потому что я не желаю обидеть тех американских граждан, которые являются евреями, ибо они в любом отношении такие же морально достойные люди, как и мы, христиане. Сенатор Оверман: Я думаю, наши газетные журналисты сделают понятным в своих отчетах, что вы говорите только об отступниках. М-р Симонс: Сотни раввинов помогут нам в этом. Спасибо, что вы позволили мне прояснить это. Происходит обсуждение списка комиссаров. Список содержал некоторые неточности и был небольшим. Мы выпускаем этот фрагмент, т.к. выверенные списки гораздо большего охвата и представительности можно найти в книге А. Дикого ("Евреи в России и СССР"). Сенатор Оверман: Как вы думаете, почему эти люди меняли свои имена? М-р Симонс: "..." когда проявилось большевистское движение, мы заметили, что появилось много людей, которые были евреями, и у которых были настоящие еврейские имена, но которые их не использовали. Тому может быть два или три объяснения. Одно состоит в том, что у этих людей было два или три паспорта. Можно было достать русский паспорт, если он был вам нужен, от определенных агентов в России; и нам сказали, что даже в Нью-Йорке есть люди, которые занимаются русскими паспортами. Такие люди были и в Европе, особенно около немецко-русской и австро-русской границы. Они торговали русскими паспортами. Человек получал паспорт подобным образом, и потом он использовал эту фамилию.{1} Другое объяснение в том, что среди русских была антипатия к евреям, и человек с еврейским именем подвергался бы дискриминации. Третье объяснение было предложено одним нашим знакомым, известным русским редактором. Она изложил психологию этого явления так: "Мы хотим, чтобы это дело выглядело русским; а если появятся наши настоящие имена, которые почти все - еврейские, это будет работать против успеха нашего дела, против успеха социалистического эксперимента. Люди - миллионы настоящих русских - скажут: Это дело не русское. Все имена это показывают." ------ 1) Подобное происхождение имеет псевдоним Ленин. Паспорт для Ульянова был украден у помещика Николая Ленина его сыном, который сочувствовал социалистам. Во время революции отец и сын были расстреляны. Я должен добавить, что когда большевики захватили власть, по всему Петрограду сразу появилось множество прокламаций на идиш. Большинство прокламаций было на идиш, большие плакаты, и все на идиш. Стало ясно, что это будет один из главных языков России, и настоящие русские, конечно, относились к этому без одобрения. Сенатор Нельсон: Как устроена их администрация? Опишите нам ее состав. М-р Симонс: "..." в Москве и Петрограде было много людей, которые не были большевиками, которые работали в министерствах при старом режиме, потом при Керенском, и чтобы сохранить свои жизни и жизнь членов своей семьи, чтобы получить хоть какую-то пищу и защиту, они остались на работе, хотя в течение определенного времени некоторые из них находились в том, что называлось саботажем. "..." Некоторые из этих людей говорили мне: "Мы остаемся на работе в надежде, что большевизм скоро ослабеет и мы окажемся троянским конем." У них еще была надежда, что что-то случится: или союзники помогут или что-нибудь еще, и тогда они будут там. Один из наиболее выдающихся русских людей, с которым я много общался, раньше он был редактором полуправительственного издания, сказал мне незадолго до моего отъезда: "Странно сказать, я пытался выехать в Киев все эти недели "..." и в отделе по рассмотрению заявлений я встретил тех же чиновников за теми же столами, что и при царе. И узнал их, и они узнали меня и улыбнулись". Они совсем не большевики. Я знал это. Я сам получал разрешение на выезд из России, это было в поздний час, я помчался в министерство и там встретил одного из [в прежнем] наиболее активных анти-большевиков, который там занимал важную должность. Он сказал: "Конечно, я для вас это сделаю", и он сделал. Потом он сказал: "Вы знаете, что я не большевик. Я пытался все эти месяцы уехать из России." И таких сотни. Сенатор Уолкотт: Были ли попытки со стороны вождей большевистского движения распространять систематическим образом антиморальные идеалы, о которых вы рассказывали сегодня утром? М-р Симонс: Я часто наблюдал, как такие антиморальные силы поощрялись открытым, очевидным образом. Я постараюсь быть сдержанным в моем изложении, принимая во внимание, что здесь присутствуют дамы. Сенатор Оверман: Не следует ли нам вернуться к этому вопросу позже, и попросить дам удалиться? Сенатор Уолкотт: Доктор знает, что он хочет сказать, и он может это выразить. М-р Симонс: Позвольте привести вам конкретный пример. За несколько дней до того как я уехал, ко мне обратилась председатель нашего Общества Помощи Женщинам, ученая дама, которая более 25- ти лет была преподавателем в одном из знаменитых императорских заведений. Я не назову этого учреждения "..." ибо я не хочу, чтобы это попало в печать, а через нее - в Россию. Она, задыхаясь от рыданий, сказала: "Вы знаете, какое большое и прекрасное у нас здание. Я хочу, чтобы вы рассказали женщинам в Америке это" - сказала она с сильным чувством, закрывая лицо руками - "лучше бы я умерла, чем видеть это. На первом этаже нашего большого института, который был дворцом, есть большие комнаты. Большевистские комиссары разместили там сотни красных солдат, матросов и моряков красной армии и флота и отдали приказ, чтобы в другой половине этого этажа оставались девочки нашего института, в возрасте от 12 до 16 лет. Лучше бы мне умереть, чем видеть все это. Но я хочу, чтобы вы рассказали об этом в Америке." Сенатор Уолкотт: Постойте... Это не было просто деянием безответственной толпы солдат, солдатской черни? Это было распоряжением, верно ли я вас понимаю, большевистских официальных представителей? М-р Симонс: Это произошло под их управлением. Сенатор Кинг: Это, конечно, означало, что несчастные дети были оставлены скотской похоти красногвардейцев? М-р Симонс: Вы можете делать собственные выводы. Сенатор Кинг: Возможно ли какое-нибудь сомнение в этом, в его целях? М-р Симонс: Я видел этого столько, что должен ответить "да", если вы об этом спрашиваете. Сенатор Кинг: Есть ли какое-нибудь сомнение? М-р Симонс: Для меня никакого. Я несколько переживаю, оттого что здесь присутствуют дамы. Сенатор Кинг: Вы излагаете все подобающим образом. Нет ничего неправильного в утверждении, что вы видели скотство и зверство. М-р Симонс: Это поганейшие псы, которых я когда либо видел за мои 45 лет. Они настолько паршивы, что я не могу выразить словами мои чувства. Некоторые люди спрашивали меня, не преувеличиваю ли я, и я отвечал им: нет, пусть сами поедут и посмотрят своими глазами. Некоторые из наших людей присутствуют там как свидетели. Потом учитель продолжила и сказала: "Это еще не все. В один день заместитель Луначарского, комиссара народного просвещения, был с группой наших девочек в кинотеатре на Невском Проспекте, и он обратился к группе этих девочек 12-и, 15-и и 16-и лет и сказал: "Маленькие девочки, где ваши женишки?" Дети вспыхнули и ответили: "У нас нет женихов". Он сказал: "Отчего же вы не выйдете на Невский Проспект, как делают все проститутки, и не возьмете себе женихов?" Простите меня за повторение этих слов. Сенатор Кинг: По моему мнению, действия индивидуумов касаются нас постольку, поскольку они отражают деятельность организации как таковой. Я не хочу приписывать большевикам преступления отдельных индивидуумов. Только если эти действия - действия организация в целом или поддерживаются организацией, только тогда они относятся к нашему рассмотрению. Улавливаете ли вы различие? М-р Симонс: Да. Я могу привести вам конкретные примеры. Характер всего режима был аморальным. Этого отрицать невозможно. Сенатор Кинг: Ну, чтобы быть честным, неужели большевико-гвардейцы и все большевики, мужчины, насилуют женщин и грабят? М-р Симонс: Конечно, они это делают. Нам известно, что латышский полк, который Троцкий усердно охаживал в течение месяцев, отказался ехать на фронт и остался на царскосельском вокзале, около станции, и полковой санитар - я не назову его имени, потому что он мой личный друг и я не имею права подвергать его опасности - сообщил мне, что когда в городе не было хлеба - многие из нас не ели хлеба неделями - у них было 2 фунта (850 г.) в день. Потом приехал Троцкий и сказал: "У вас дополнительно будут блины, два фунта в день, и дополнительная мука; а когда приезжает Троцкий, будет особый пир" - и он у них был. А потом Троцкий сказал: "Все в Петрограде принадлежит вам". Мне трудно говорить это, но они хвалились, что они могут брать всех женщин, которые им понравятся, и они врывались в дома безнаказанно и нагло. Сенатор Кинг: Платили ли они солдатам большие суммы денег, чтобы держать их в армии? М-р Симонс: Насколько я понимаю, красным платили большие суммы, и они имели другие привилегии. Майор Хьюмс: Представительно ли правительство? Состав советов и других их органов - пропорционален по стране или они дискриминируют какие-то области? М-р Симонс: Это случалось все время, раз за разом - они назначали делегатов-марионеток [were putting in dummy delegates] и контролировали разные районы и местности, посылая своих большевистских агитаторов и так далее, и таким образом подавляя анти-большевистское движение, которое выглядело внутренне присущим [immanent] различным областям этой так называемой страны большевиков. Нам известно, что вокруг Петрограда и Москвы были деревни - я разговаривал со многими людьми, которые имели о том непосредственные сведения - где население было анти- большевистским, но большевистские власти представляли все так, по крайней мере на бумаге, будто повсюду правили большевики. Однако были десятки деревней, которые к околице не подпустили бы большевистского представителя. У них были выставлены пулеметы с каждой стороны на главной улице. Я разговаривал с людьми, которые пришли из таких деревней. Они сказали, что у них день и ночь стояла стража, чтобы открыть огонь по большевикам как только они появятся. И у них была рассчитанная [regular] система, с помощью которой они держали большевиков на отдалении. Сенатор Кинг: То есть современное большевистское правительство - это просто диктатура, управляемая Лениным и Троцким? М-р Симонс: Да. Сенатор Нельсон: Большая часть крестьян - не [представлена] в советском правительстве? М-р Симонс: Я не могу назвать вам процент деревней на большевистской территории, не принимающих участия в большевистском правительстве. Но обычно считается, и так полагают все из тех американцев, с которыми я ехал назад, что по меньшей мере 90 процентов крестьян - анти-большевики. Из этого можно заключить, что они не принимают участия в большевистском управлении. И я кажется уже говорил, что по меньшей мере две трети рабочих - тоже анти-большевики. Сенатор Оверман: Известно ли вам, ведут они пропаганду в Германии, Англии или Франции? М-р Симонс: Насколько мне известно из бесед с людьми, которые расследовали это и с которыми я встречался в Стокгольме и Христиании, в Англии ведется очень активная пропаганда. Майор Хьюмс: Сенатор, для вашего сведения - вот перевод одного из декретов большевистского правительства. Это официальное распоряжение, опубликованное 13 декабря 1917 года: "Исходя из того, что советская власть основывается на принципах международной солидарности пролетариата и братства рабочих всех стран, из того, что борьба против войны и империализма может завершиться полной победой только в международном масштабе, Совет Народных Комиссаров считает совершенно необходимым принять все возможные меры, включая расходование средств, для поддержки левого интернационального крыла рабочего движения всех стран, находятся ли эти страны в войне с Россией, в союзе или нейтральны. Совет Народных Комиссаров приказывает выделить для нужд международного рабочего движения 10 миллионов рублей. Средства перечислить в распоряжение иностранных представителей Комиссариата Иностранных Дел. Подписи: Ленин, Троцкий." [...] М-р Симонс: Не было никакого спасения от постоянного раздувания антибуржуазных чувств. Вы чувствуете это, когда идете по улице. Вот одно из наиболее печальных событий, о котором я могу рассказать. У моей сестры был ревматизм в течение четырех лет. Вскоре после того как большевики пришли к власти, она пыталась дойти от нашего дома до следующей линии [улицы на Васильевском Острове], где была очередь на автомобиль, чтобы поехать в другую часть города. Снег был вот настолько глубоким [показывает], она поскользнулась и упала. Мимо проходили девушки с фабрики, они посмотрели на нее, назвали ее буржуйкой, обматерили и сказали "Пускай лежит". Моя сестра разрыдалась. Она с трудом поднялась на ноги и вернулась домой. Она сказала, когда дошла до дома, что русские женщины были всегда очень добрыми, но теперь они были очень жестоки, только потому, что она была одета как дама, и она пыталась подняться на ноги по крайней мере 10 минут. Она вернулась и сказала, что ее просто убивает, что они оставили ее мучиться. Это их дух, и это в их печати, в их прокламациях, это тот же старый дьявольский умысел, классовая война, не только в России, но и во всем мире - будь бессердечен по отношению к ближнему, особенно если он одет как барин или барыня. Ну, если кто-то будет говорить что-то иное про этих людей, я заявляю, что он не видел их в действии. Сенатор Кинг: Насколько, по вашему мнению, крестьянство прониклось подобными чувствами? М-р Симонс: Средний крестьянин - один из милейших людей, которых вы можете встретить в мире. Я хочу сказать вам, что я не встречал лучшего типа человека или женщины, чем в русских деревнях, и даже среди рабочих, из которых я знал тысячи, и я всегда чувствовал себя с ними в полной безопасности, до того как эти большевики пришли ко власти. "..." Они распалили самые низменные страсти и инстинкты, и они надавали людям обещаний вроде таких: "Теперь вся земля ваша. "..." Вы можете брать все, что хотите. Платить не надо. Все теперь ваше, все принадлежит народу." Сенатор Кинг: Насколько распространено было совершение крестьянами жестокостей против помещиков и разорение владельцев домов и собственности? М-р Симонс: Таких случаев было столько много... Несколько из моих друзей, крупных помещиков, после того как они рассказали мне о разорениях, совершенных разъяренными крестьянами, индоктринированных большевизмом, добавили: "Мы знаем, что эти крестьяне протрезвеют умом и будут против большевизма, потому что двое или трое пришло назад и сказали: "Мы раскаиваемся во всем, что мы натворили. Что мы можем сделать, чтобы показать, что мы вас любим?" Сенатор Кинг: В какой степени священники сохраняют влияние или утратили влияние над крестьянами? М-р Симонс: С сожалением я должен сказать, что средний русский священник никогда не пользовался уважением или даже любовью широких масс. Было некоторое чувство против них. Я надеюсь, что то, что я говорю, не будет использовано против русской церкви ее врагами. Я испытываю к ней большую приязнь. "..." Но факт, что священники Русской Православной церкви в целом не уважались и во многих случаях подвергались клевете и оскорблениям, особенно после того как большевики пришли ко власти. Большевики обнаружили, что могут воспользоваться этой предубежденностью русских людей и сделать ее орудием против Русской Православной церкви, которую большевики подозревали в монархических чувствах. Большевики все время нападали на православную церковь. Они была для них реакционным институтом. Сенатор Кинг: Для большевиков? М-р Симонс: Для большевиков, да. Сенатор Кинг: Были ли конфискации церковной собственности и зданий? М-р Симонс: Да, и монастырей, с их сокровищами. И разные непристойности совершались большевистскими официальными лицами. Некоторые церкви превращались в танцевальные залы. В одном известном мне случае большевистский представитель вошел в церковь, где люди ожидали святого причастия, выкинул священника, сам облачился в церковные одеяния, потом подошел к алтарю и устроил издевательство над ритуалом, что настолько оскорбило религиозные чувства людей, что они угрожали - между собой - убить позднее этого человека. Он был евреем-отступником. Совершались другие ужасные вещи. "..." Я видел, как священников конвоировали мимо нашего дома, с небольшими мешками, свисающими через плечо, по единственной причине, что они подозревались в реакционности и анти-большевизме. Есть показания, что невинные священники убивались без суда. Некоторых убивали в Кронштадте. Все эти факты можно получить через норвежскую дипломатическ

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования