Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детская литература
   Обучающая, развивающая литература, стихи, сказки
      Бичер-Стоу Гарриет. Хижина дяди Тома -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
менами, и у нас есть ордер на арест. Слышал? Ты, наверно, и есть Джордж Гаррис, невольник мистера Гарриса из округа Шелби, штат Кентукки? - Да, я Джордж Гаррис, и некий мистер Гаррис из штата Кентукки действительно считал меня своей собственностью. Но теперь я свободный человек, стою на свободной земле, и со мной здесь моя жена и мой ребенок. Джим с матерью тоже здесь. При нас оружие, и мы будем защищаться. Поднимитесь сюда, если сможете, но предупреждаю вас: первый, кто приблизится к нам на расстояние выстрела, получит пулю, и мы перестреляем вас всех до одного. - Брось, брось, голубчик! - сказал толстый, коротконогий полисмен, выступая вперед и громко сморкаясь. - Не годится так разговаривать. Мы блюстители порядка. На нашей стороне закон, власть и тому подобное, так что советую тебе не тянуть и сдаваться сразу. - Я прекрасно понимаю, что закон и власть на вашей стороне, - с горечью воскликнул Джордж. - Вы намереваетесь продать мою жену на новоорлеанском невольничьем рынке, моего сына посадить, как теленка, в загон, а мать Джима отошлете хозяину, который бил ее, издевался над ней, вымещая на старухе свою злобу, потому что не мог добраться до ее сына. Вы хотите, чтобы мы с Джимом покорились тем, кого вы называете нашими господами, и претерпели от них муки. Что ж, таков закон! Но попробуйте возьмите нас! Мы не признаем ваших законов, мы отказываемся от вашей страны. Мы свободные люди и будем отстаивать свою свободу до последней капли крови! Провозглашая эту декларацию независимости, Джордж стоял у всех на виду. Заря бросала розовые отблески на смуглое лицо молодого мулата, отчаяние и горечь зажгли огнем его темные глаза. Горделивая осанка, взгляд и голос Джорджа, видимо, произвели впечатление на стоявших внизу, ибо они замолчали. Отвага и решительность действуют даже на самые грубые натуры. Один только Мэркс остался верен себе. Он не спеша взвел курок и выстрелил в Джорджа. - В Кентукки за него заплатят одинаково - что за мертвого, что за живого, - хладнокровно сказал он, вытирая пистолет о рукав. Джордж отпрянул назад, Элиза вскрикнула. Пуля пролетела на волосок от них обоих и угодила в ствол дерева. - Ничего, Элиза, - быстро проговорил Джордж. - Уж если ты хочешь разглагольствовать, стань так, чтобы тебя не видели! - проворчал Финеас. - С кем ты имеешь дело? С подлецами. - Ну, Джим, - сказал Джордж, - проверь пистолеты и держи тропинку под прицелом. В первого, кто на ней покажется, стреляю я, во второго - ты, и так далее. По два выстрела на одного тратить нельзя. - А если ты промахнешься? - Не промахнусь, - спокойно сказал Джордж. - Вот это я понимаю - характер! - пробормотал Финеас. После того как Мэркс выстрелил, внизу наступило некоторое замешательство. - Кажется, попал, - проговорил кто-то из его подручных. - Мне послышалось, будто крикнули. - Ну, я полезу, - сказал Том Локкер. - Негров я никогда не боялся и сейчас не испугаюсь. Кто за мной? - И он стал карабкаться вверх по камням. Джордж ясно слышал эти слова. Он вынул из-за пояса пистолет и прицелился в ожидании первой мишени. Какой-то смельчак полез на скалу следом за Локкером и показал пример остальным. Прошла минута, и на самом краю расселины выросла грузная фигура Тома. Джордж выстрелил. Пуля попала Тому в бедро, но он не хотел отступать и, взревев, словно бешеный бык, перепрыгнул через расселину. - Тебя сюда не звали, приятель, - сказал Финеас, быстро подавшись вперед и толкая его своими длинными руками. И Локкер полетел в пропасть сквозь кусты, деревья, по острым камням. Падение с высоты тридцати футов кончилось бы для него плохо, но он зацепился одеждой за ветку большого дерева и только благодаря этому и уцелел. - Помилуй нас бог, да это сущие дьяволы! - крикнул Мэркс и со всех ног бросился вниз, проявляя при спуске гораздо большую прыткость, чем при подъеме. Остальные, в том числе и окончательно запыхавшийся толстяк полисмен, гурьбой устремились за ним. - Знаете что, ребята, - сказал Мэркс, - вы обойдите кругом и подберите Тома, а я поеду за подмогой. И, не обращая внимания на крики и улюлюканье своих товарищей, он вскочил в седло и был таков. - Вот прохвост бесстыжий! - возмутился один из полисменов. - Мы сюда по его же милости приехали, а он дал тягу и бросил нас! - Все-таки того подобрать надо, - сказал другой. - Хотя, по правде говоря, мне все равно, жив он или подох. Прислушиваясь к стонам и ругани Локкера, они добрались до него сквозь густые заросли кустарника, поваленные деревья и обломки скал. - Ты что так кричишь, Том? Сильно тебя ранило? - спросил один из них. - Ох, не знаю... Будь он проклят, этот квакер! Что же вы стали! Поднимите меня! Поверженного героя подняли с большим трудом и повели под руки к лошадям. - Помогите мне добраться до гостиницы. Кровь так и хлещет... дайте платок, что ли... перевязать рану. Выглянув из-за скалы, Джордж увидел, что полисмены стараются посадить Локкера в седло. После двух-трех неудачных попыток тот зашатался и тяжело рухнул на землю. - Неужели умер? - воскликнула Элиза, которая вместе со всеми наблюдала за тем, что делалось внизу. - Ну что ж, и поделом ему, - сказал Финеас. - Смотрите! Да они, кажется, решили его бросить! И в самом деле, постояв несколько минут в нерешительности и посовещавшись между собой, подручные Локкера и Мэркса вскочили на лошадей и ускакали. Как только они скрылись из виду, Финеас заторопился. - Я послал Майкла за подмогой, - сказал он. - Надо выйти ему навстречу. В такой ранний час его никто не задержит. Поскорее бы он вернулся! Ведь нам остались сущие пустяки - каких-нибудь две мили. Будь дорога немного получше, они бы нас ни за что не догнали. Спустившись вниз, к изгороди, беглецы увидели вдали свой фургон и несколько верховых. - Ну, вот и Майкл, а с ним Амария и Стивен! - радостно воскликнул Финеас. - Теперь наше дело в шляпе! - Подождите, - сказала Элиза. - Надо помочь этому несчастному. Слышите, как он стонет? - Давайте донесем его до фургона, - предложил Джордж. - А потом что же - прикажете выхаживать его? Недурно! Впрочем, дело ваше. Только давайте сначала посмотрим, что с ним. - Финеас опустился на колени рядом с раненым и стал внимательно осматривать его. - Мэркс! - еле внятно проговорил Том. - Это ты, Мэркс? - Нет, приятель, это не Мэркс, - сказал Финеас. - Станет он о тебе заботиться! Ему лишь бы свою шкуру спасти. Твой Мэркс давно улепетнул. - Ну, теперь мне конец, - пробормотал Том. - Собака... Бросил меня на верную смерть. Мать всегда мне пророчила, что так оно и будет. - Ах ты, господи! У него, у горемыки, мать еще жива! - жалобно проговорила старуха негритянка. - Ну, как ему не посочувствовать! - Тихо, тихо, приятель, не рычи, не лязгай зубами, - сказал Финеас, когда Локкер сморщился и оттолкнул его руку. - Если кровь не остановить, плохо будет твое дело. - И он принялся мастерить ему повязку из носовых платков, собранных у всех по карманам. - Это ты меня столкнул вниз? - слабым голосом проговорил Том. - Я. А спросишь зачем? Затем, чтобы ты сам нас не столкнул, - ответил Финеас. - Стой! Дай наложить повязку. Мы народ не злопамятный, ничего плохого тебе не сделаем. Отвезем к добрым людям, они за тобой ходить будут лучше родной матери. Том охнул и закрыл глаза. Тем временем подоспел фургон. Сиденья из него вынули, буйволовые шкуры сложили к одному краю, и четверо мужчин с трудом подняли грузного Тома. Он был уже без сознания. Сердобольная старушка села рядом с ним. Джим и Элиза примостились тут же. - Тяжелая у него рана? - спросил Джордж, вскакивая на передок рядом с Финеасом. - Слов нет, глубокая, и растрясло его порядком, пока он валился вниз. Обессилел совсем от потери крови. Да ничего, поправится. Может, это ему на пользу пойдет. Научится уму-разуму. - Куда же мы с ним денемся? - Отвезем к Амарии. Там у него есть старушка, по имени Доркас, - великая мастерица за больными ходить. Примерно через час усталые путешественники подъехали к чистенькой ферме, где их ожидал сытный завтрак. Тома Локкера бережно уложили в такую опрятную и мягкую постель, какой ему, вероятно, за всю свою жизнь не приходилось видеть. Рану промыли, перевязали, и он лежал, глядя сквозь полузакрытые веки на белые занавески и на людей, которые бесшумно двигались около его кровати. "ГЛАВА XVIII" Наблюдения и взгляды мисс Офелии Бережливость не принадлежала к числу добродетелей Сен-Клера. До сих пор все закупки для дома делал Адольф, который не уступал хозяину в расточительности, и деньги текли у них между пальцев с необычайной быстротой. Том, привыкший беречь хозяйское добро, как свое собственное, огорчался, видя такое мотовство, и иной раз осторожно высказывал то, что он думает по этому поводу. На первых порах к Тому лишь изредка обращались с какими-нибудь поручениями, но, выполняя их, новый слуга проявил столько здравого смысла и деловитости, что Сен-Клер вскоре переложил на него все хозяйственные заботы. - Нет, нет, Адольф, - сказал он однажды своему лакею, когда тот начал жаловаться, что власть ускользает из его рук, - оставь Тома в покое. У тебя на уме только твои прихоти, а Том человек бережливый. Мы с тобой должны поручить кому-то свои денежные дела, иначе нас ждет разорение. Пользуясь неограниченным доверием хозяина, который давал ему деньги не глядя и совал сдачу в карман не считая, Том вполне мог бы плутовать, и только душевная чистота удерживала его от такого искушения. Но разве можно сравнить заботы, выпавшие на долю Тома, с теми бесчисленными огорчениями, которые испытывала мисс Офелия, взявшись вести хозяйство джентльмена-южанина! У ленивой, ребячливо-беззаботной Мари Сен-Клер слуги были точно такие же. В разговоре с кузиной она дала правдивое описание царившего в доме беспорядка, хоть и неверно указала его виновников. Приступая впервые к своим обязанностям, мисс Офелия поднялась в четыре часа утра, сама убрала комнату, как это было у нее заведено, к немалому удивлению здешних горничных, и приготовилась к сокрушительной атаке на буфеты и чуланы, ключи от которых были вручены ей. Кладовая, бельевые шкафы, горки с фарфором, кухня, погреб - все это подверглось самому тщательному осмотру. Сколько сокровенных тайн выплыло в тот день на свет божий, к немалой тревоге некоторых обитателей дома, захвативших власть на кухне и в комнатах, и как там перемывались косточки "этим дамам-северянкам"! Главная повариха Дина, до сих пор безраздельно повелевавшая в своих владениях, выходила из себя, видя во всем этом нарушение ее прав. Справедливость требует, чтобы мы возможно полнее описали читателю эту яркую личность. Она была прирожденная кулинарка, так же как и тетушка Хлоя, но деятельность последней протекала в весьма хозяйственном доме, где знали, что такое порядок, а Дина руководствовалась во всех своих поступках только вдохновением и, подобно всем гениальным натурам, отличалась крайней самоуверенностью, упрямством, а следовательно, и способностью заблуждаться. Логика и здравый смысл не существовали для Дины. Она никого не признавала, полагаясь исключительно на собственное чутье. Никакими доводами, никакими уговорами нельзя было сбить эту женщину с раз избранного ею пути или хотя бы добиться от нее малейшей уступки. Так было и при старой хозяйке, матери Мари, а сама "мисс Мари", как называла Дина свою теперешнюю госпожу даже после ее замужества, предпочитала подчиняться поварихе и не оспаривать ее власти. По части измышления всяческих отговорок Дина была непревзойденной мастерицей. Она твердо верила, что. Повариха ошибаться не может, и хранила свою репутацию незапятнанной, ибо на кухне у южан всегда найдутся головы и плечи, на которые удобно свалить любую вину, любой проступок. Если какое-нибудь блюдо в обеденном меню не удавалось, она находила по меньшей мере пятьдесят причин для этого и соответствующее количество виноватых, которым и воздавала по заслугам. Но такие неудачи случались у Дины редко. Хотя сплошь и рядом она делала все шиворот-навыворот, не сообразуясь ни с временем, ни с местом, хотя кухня у нее обычно выглядела так, словно по ней только что пронесся ураган, хотя для каждой кастрюли, каждой ложки тут имелось столько мест, сколько дней в году, все же, если у вас хватало терпения выждать, когда Дина разрешит подавать на стол, вы вознаграждались такой трапезой, которая могла бы усладить самый изощренный вкус. Вот вам, дорогой читатель, предварительные сведения о поварихе Сен-Клера, а сейчас вы увидите ее воочию. Пришла пора начинать неспешные приготовления к обеду Дина, всегда уделявшая немало времени размышлениям и отдыху и любившая устраиваться с удобством, сидела в кухне на полу, попыхивая коротенькой трубочкой, в которой она находила и усладу и неисчерпаемый источник вдохновения. Вокруг нее разместились кружком негритята, коими изобилует каждый богатый дом на Юге. Они лущили горох, чистили картофель, щипали птицу, а Дина, отрываясь время от времени от своих размышлений, угощала их затрещинами или стукала по голове мешалкой, которая лежала около нее наготове. Закончив ревизию всего дома, мисс Офелия появилась наконец и на кухне. До Дины уже дошли слухи о предстоящих переменах в хозяйстве, и, решив занять оборонительную позицию, она готовилась противодействовать всем новшествам твердо, но втихомолку, не вступая в открытую борьбу. Просторная кухня была вымощена кирпичом; одну ее стену занимал большой старинный очаг, который Дина, несмотря на все уговоры Сен-Клера, упорно отказывалась сменить на более современную плиту. Приехав в Новый Орлеан с севера, Сен-Клер хотел оборудовать свою кухню по образцу дядиной, которая пленила его идеальным порядком и чистотой. Льстя себя надеждой, что Дина наладит такой же порядок в своих владениях, он накупил посудных шкафов, ларей и всяких других предметов кухонного обихода. Увы! С тем же успехом он мог бы предоставить все это в распоряжение белки или сороки. Чем больше шкафов и ларей было у Дины, тем больше находила она в них места для тряпок, гребенок, стоптанной обуви, лент, отслуживших свой век искусственных цветов и тому подобного хлама, который был для нее дороже всех сокровищ мира. Когда мисс Офелия вошла на кухню, Дина не тронулась с места и продолжала курить, делая вид, что наблюдает за своими помощниками, а на самом деле украдкой поглядывая на новую домоправительницу. Мисс Офелия выдвинула нижний ящик кухонного шкафа. - Что ты здесь держишь, Дина? - спросила она. - Да все, что придется, миссис, - последовал ответ. Так оно и было в действительности. Мисс Офелия извлекла из ящика тончайшую камчатную скатерть, всю в кровяных пятнах. - Дина, что это! Неужели ты заворачиваешь мясо в такую красивую скатерть? - Господь с вами, миссис, разве это можно? Просто не было под руками полотенца, вот я и завернула в скатерть, а потом отложила ее в стирку. "Бестолковщина какая!" - мысленно проговорила мисс Офелия, продолжая рыться в ящике и постепенно извлекая оттуда терку с мускатными орехами, молитвенник, два грязных носовых платка, моток пряжи, вязанье, пачку табаку и трубку, несколько печений, два позолоченных фарфоровых блюдечка с помадой, пару старых башмаков, узелок с мелкими луковицами, полдюжины салфеток камчатого полотна, суровое посудное полотенце, штопальные иголки и груду разорванных пакетов, из которых посыпались сушеные ароматические травы. - Дина, где ты держишь мускатные орехи? - спросила мисс Офелия, всеми силами стараясь сдержать негодование. - Да где придется, миссис: в комоде, а еще вон в той разбитой чашке. - И в терке? - сказала мисс Офелия, высыпая орехи на ладонь. - Ох, верно! Это я их сегодня утром туда положила. Люблю, чтобы все было под руками. Эй, Джек! Опять бездельничаешь? Смотри у меня! И Дина стукнула Джека мешалкой. - А это что? - мисс Офелия показала ей блюдечко с помадой. - Как "что"? Мазь для волос. Это тоже всегда должно быть под руками. - И ты выложила ее в такое блюдечко? - Второпях куда только не выложишь! Я как раз сегодня думала - надо найти какую-нибудь другую посуду. - А зачем здесь камчатые салфетки? - Я их собрала в стирку. - Неужели у тебя нет другого места для грязного белья? - Как же, есть! Мистер Сен-Клер купил для белья вот этот ларь, а я приспособилась месить на нем тесто и кое-какие вещи на него ставлю. Ну, как же тут крышку открывать? Ведь неудобно! - Тесто можно месить на столе. - Ох, что вы, миссис! Да разве на нем мало грязной посуды? Туда и не приткнешься. - Посуду надо мыть и убирать на место. - Мыть? - возопила Дина, забыв о почтительности. - А что вы понимаете в нашем деле! Когда же у меня господа за стол сядут, если я буду все утро мыть посуду? Мисс Мари никогда от меня не требовала, чтобы я с посудой возилась. - Ну хорошо, а лук как сюда попал? - Ох, боже, ты мой, вот он где! А я-то его ищу! У нас сегодня будет тушеная баранина, это у меня к ней припасено. Завернула его в тряпочку, да и запамятовала. Мисс Офелия приподняла дырявые пакетики с ароматическими травами. - Сделайте мне такое одолжение, миссис, не трогайте их. У меня так все положено, чтобы сразу можно было найти, - твердо сказала Дина. - А почему они рваные? - Так удобнее, разворачивать не надо - само сыплется. - Но ведь ящик полон мусора! - Да вы, миссис, так все переворошили, что ничего в этом удивительного нет. Вон сколько просыпали! - проворчала Дина, подходя к шкафу. - Пошли бы вы, миссис, к себе наверх, подождали бы, пока у меня будет уборка. Я не могу, когда господа во все вмешиваются. Сэм! Ты зачем сунул ребенку сахарницу? Вот я тебе задам сейчас! - Я наведу порядок в кухне раз и навсегда, Дина, и будь добра его поддерживать. - Бог с вами, мисс Фели! Да разве это господское дело! Я еще не видывала, чтобы леди возились на кухне. Наша старая госпожа и мисс Мари ко мне и не заглядывали. Дина возмущенно заходила по кухне, а мисс Офелия тем временем пересмотрела посуду, ссыпала сахар из десяти сахарниц в одну, отобрала в стирку скатерти, полотенца, салфетки, собственноручно перемыла и вытерла грязную посуду - и все это с такой ловкостью и быстротой, что повариха только диву давалась, на нее глядя. - Господи боже! Да если у них на севере все леди такие, грош им цена! - объявила Дина кое-кому из своих приближенных, удостоверившись предварительно, что никто другой ее не услышит. - Придет время, я сама уберусь, а господам сюда соваться нечего, после них ни одной вещи не найдешь. Надо отдать Дине справедливость: время от времени на нее вдруг нападала такая любовь к чистоте, что она выворачивала содержимое всех ящиков и ларей прямо на пол, только усугубляя этим общий беспорядок, потом закуривала трубо

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования