Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детская литература
   Обучающая, развивающая литература, стихи, сказки
      Бичер-Стоу Гарриет. Хижина дяди Тома -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
ех хозяев, которые им не по вкусу. Что же касается персон более важных (Адольфа, Джейн и Розы), то, по их мнению, мисс Офелия была вовсе не из благородных. "Разве благородные столько работают? Да и вида у нее нет никакого. Тоже нашлась родственница у мистера Сен-Клера!" Мари жаловалась, что ей даже смотреть утомительно на свою хлопотливую кузину. И действительно, бурная деятельность мисс Офелии давала некоторые основания для таких жалоб. Она весь день, с раннего утра, строчила, шила что-то, как будто ее побуждала к этому крайняя необходимость, а чуть начинало темнеть, шитье откладывалось в сторону, и в руках у мисс Офелии появлялось неизменное вязанье. Мари Сен-Клер была права: такая деловитость производила удручающее впечатление. "ГЛАВА XX" Топси Как-то утром, когда мисс Офелия была, по своему обыкновению, погружена в хозяйственные заботы, у лестницы раздался голос Сен-Клера: - Кузина, сойдите, пожалуйста, сюда! Я хочу кое-что показать вам. - Что такое? - спросила мисс Офелия, спускаясь по ступенькам с шитьем в руках. - Я сделал одну покупку, специально для вас. Вот смотрите! - И с этими словами Сен-Клер подтолкнул к мисс Офелии маленькую негритянку лет восьми-девяти. Такие чернушки редко встречаются даже среди негров. Она стояла, степенно сложив руки на животе, а глазами, поблескивающими, словно бусинки, так и стреляла из угла в угол, дивясь чудесам, которыми изобиловала гостиная ее нового хозяина. Полуоткрытый рот девочки сверкал двумя рядами ослепительно белых зубов, на голове во все стороны торчало множество косичек. Личико выражало торжественно-печальную строгость, а сквозь нее проглядывали хитреца и живой ум. Всю одежду девочки составляло грязное, рваное платье, сшитое из дерюжки. Она производила очень странное впечатление. "Настоящий чертенок", как выразилась потом мисс Офелия. - Огюстен! Зачем вы ее привели ко мне? - спросила эта почтенная леди, не скрывая своего крайнего неудовольствия. - Как зачем? Воспитайте ее, научите уму-разуму. Она очень забавная Топси! - Сен-Клер свистнул девочке, словно собаке. - Ну-ка, спой нам песенку и спляши. Глазки-бусинки загорелись озорным огоньком, и чернушка запела пронзительным чистым голосом негритянскую песенку, отбивая такт руками и ногами, приплясывая, кружась, хлопая в ладоши, приседая, гортанно вскрикивая - и все это в том капризном ритме, которым отличаются мелодии ее народа. Прыжок, за ним другой, заключительный вопль, не уступающий своей протяжностью паровозному гудку, и плясунья замерла на месте, сложив руки и изобразив всем своим видом необычайное смирение, притворность которого изобличали только ее плутоватые взгляды. Мисс Офелия не могла выговорить ни слова от неожиданности. Сен-Клер, чрезвычайно довольный ее растерянным видом, снова обратился к девочке: - Топси, вот твоя новая хозяйка. Слушайся ее во всем. - Да, хозяин, - проговорила Топси все с тем же напускным смирением и озорно сверкнула глазами. - Будь примерной девочкой, Топси, - продолжал Сен-Клер. - Да, хозяин. - И Топси снова сверкнула глазами, не разнимая скромно сложенных рук. - Огюстен, что это за выдумки! - заговорила наконец мисс Офелия. - Ваш дом и так кишит этими сорванцами, от них буквально проходу нет. Утром выйдешь из комнаты - один спит за дверью, другой прикорнул на циновке, оглянешься - из-под стола торчит еще чья-то черная голова. Вечно виснут на перилах, кривляются, скалят зубы, на кухне катаются клубком по полу. Зачем же вы еще эту привели? - Повторяю: Топси будет вашей воспитанницей. Вы столько говорите о том, как надлежит воспитывать негров, что я решил подарить вам это дитя природы. Испробуйте на ней свои силы, наставьте ее на путь истинный. - Нет, нет, боже избави! С меня их и так довольно! - Узнаю истинную христианку! Вам и вам подобным ничего не стоит учредить благотворительное общество и заслать какого-нибудь несчастного миссионера на всю жизнь к язычникам, но чтобы принять к себе в дом вот такую бедняжку - нет, на это вы неспособны! Ведь они грязные, противные и с ними слишком много возни! - Да, это работа, достойная миссионера, - проговорила мисс Офелия, поглядывая на девочку несколько более благосклонно. Сен-Клер знал, чем взять кузину: мисс Офелия никогда не уклонялась от выполнения своего долга. - Хорошо! - сказала она. - Хотя я все-таки не понимаю, зачем вам понадобилось покупать эту девочку. У вас в доме столько негритят, что все мои силы и уменье могли бы полностью уйти на них. - Кузина, - сказал Сен-Клер, отводя мисс Офелию в сторону, - простите меня за глупую болтовню. Когда имеешь дело с таким добрым человеком, как вы, она совершенно неуместна. Слушайте, как все было. Это девочка жила у двух пьянчуг, хозяев одного низкопробного трактира, мимо которого я прохожу чуть не ежедневно. Они избивали ее, и мне надоело слушать эти вопли. Девочка очень забавная и, по-видимому, смышленая, над ней стоит потрудиться. И вот я решил купить ее и преподнести вам. Пусть пройдет вашу суровую школу. Посмотрим, что из этого получится. Я, как воспитатель, - полная бездарность, но мне хочется, чтобы вы занялись ею. - Что могу, сделаю, - сказала мисс Офелия и подошла к своей новой подданной с величайшей осторожностью, словно это был паук, но такой, который вполне заслуживал доброго отношения к себе. - Она ужасно грязная... и, кажется, полуголая! - Пойдите с ней вниз, пусть ее там вымоют и переоденут. Мисс Офелия и Топси отправились на кухню. - Мало мистеру Сен-Клеру своих негритят! - сказала Дина, весьма недружелюбно разглядывая новое приобретение хозяина. - Не позволю ей вертеться тут у меня под ногами! - Фи! - брезгливо поморщились Роза и Джейн. - От такой надо держаться подальше. И зачем она, черномазая, понадобилась мистеру Сен-Клеру! - Ну, вы там, потише! - прикрикнула на них Дина, принявшая последние слова на свой счет. - Сами черномазые! Мы не будем оскорблять слух нашего читателя, описывая ему, до какого состояния можно довести ребенка, если не следить за ним. Но мисс Офелия была женщина твердая, решительная, и она собственноручно, с героическим самообладанием, приступила к мало приятной процедуре омовения Топси. Особого удовольствия от этого мисс Офелия не испытала, но когда она увидела на плечах и на спине у девочки рубцы и шрамы - неизгладимые следы той воспитательной системы, которая к ней применялась, - сердце у нее дрогнуло от жалости. Наконец туалет был закончен. Топси одели в хорошее платье, волосы ей коротко подстригли, и мисс Офелия с удовлетворением сказала, что вот теперь этот чертенок приобрел более или менее христианский облик. А в голове у нее уже зрели планы, как приняться за воспитание девочки. Усевшись перед ней, она приступила к расспросам: - Сколько тебе лет, Топси? - Не знаю, миссис, - ответила чернушка, сверкнув зубами. - Не знаешь? Разве тебе никогда этого не говорили? А кто была твоя мать? - Матери не было, - не переставая улыбаться, ответила девочка. - Не было? Как же это так? Где ты родилась? - А я не родилась, - упорствовала Топси и скорчила такую гримасу, что всякая другая женщина приняла бы это странное существо за дьявольское отродье. Но мисс Офелию, с ее крепкими нервами, здравым смыслом и деловитостью, не так-то легко было сбить с толку. - Нельзя так отвечать, дитя мое, - строго сказала она. - Я не шучу с тобой. Ну, говори: где ты родилась, кто были твои отец и мать? - Я нигде не родилась, - еще более решительно повторила Топси. - Матери не было, отца не было... никого не было. Жила я у работорговца, вместе с другими ребятами. А тетушка Сью за нами присматривала. Девочка, по-видимому, говорила искренне, и Джейн, рассмеявшись, подтвердила ее слова: - Да вы разве не знаете, миссис? Торговцы скупают их по дешевке совсем маленькими, а потом продают на рынке. - А у последних своих хозяев ты долго жила? - Не знаю, миссис. - Ну все-таки: год или больше? - Не знаю, миссис. - Топси, а тебе рассказывали о боге? Девочка бросила на нее недоуменный взгляд и улыбнулась. - Ты знаешь, кто тебя сотворил? - Меня никто не сотворил, - фыркнув, ответила Топси. Слова мисс Офелии, видимо, показались ей очень забавными, ибо она добавила, озорно прищурив глаза: - Никто меня не сотворил. Я сама выросла. Мисс Офелия решила перевести разговор на более практическую тему: - А шить ты умеешь? - Нет, миссис. - А что ты умеешь? Чем ты занималась у своих хозяев? - Носила воду, мыла посуду, чистила ножи, прислуживала гостям. - А хозяева были добрые? - Ничего, добрые, - сказала девочка и с хитрецой посмотрела на мисс Офелию. Та встала, решив прекратить эту маловразумительную беседу. Сен-Клер стоял сзади, облокотившись на спинку ее кресла. - Как видите, кузина, почва совершенно девственная. Вам есть к чему приложить силы. Воспитательные методы мисс Офелии, как и вообще все ее воззрения на жизнь, отличались четкостью и были в полном согласии с обычаями, которые господствовали в Новой Англии еще сто лет назад, а теперь сохранились только в самых захолустных, не тронутых цивилизацией местах, где нет железных дорог. В сжатом виде они излагались так: учите детей прежде всего слушаться старших; учите их молитвам, рукоделию и грамоте. За каждую ложь - розги. В семье так и решили, что новая негритянка поступила в полное распоряжение кузины, и поскольку на кухне к Топси относились пренебрежительно, мисс Офелия ограничила сферу ее деятельности своей комнатой. До сих пор она сама стелила постель, сама подметала пол, отказываясь от услуг горничных, а теперь решила пожертвовать собой и обучить этой премудрости Топси. На следующий же день мисс Офелия привела девочку в свои покои и стала посвящать ее в сложные тайны нового для нее искусства. И вот Топси, умытая, без косичек, бывших некогда радостью ее жизни, в чистом платьице, туго накрахмаленном переднике, с торжественно-печальной физиономией, точно на похоронах, стоит перед мисс Офелией, почтительно выслушивая ее наставления. - Итак, Топси, сейчас я научу тебя стелить постель. Я люблю, чтобы она была постлана аккуратно. Пожалуйста, запомни, как это делается. - Хорошо, миссис, - сказала Топси с глубоким вздохом и устремила на мисс Офелию скорбный взгляд. - Смотри, Топси. Вот это рубец простыни, вот это ее лицо, это изнанка. Запомнишь? - Запомню, миссис. - И Топси снова испустила вздох. - Хорошо! Простыню надо стлать поверх валика для подушки - вот так, и подтыкать ее под матрац, только ровно, чтобы нигде не было ни морщинки. Видишь, как я делаю? - Вижу, миссис, - ответила Топси, внимательно следя за ее движениями. - А пододеяльник будешь стелить узким рубцом к ногам и тоже подоткнешь с этого конца, - продолжала мисс Офелия. - Видишь? - Вижу, миссис, - повторила Топси. Увы! Мисс Офелия, поглощенная своим делом, не замечала того, что происходит у нее за спиной! А между тем юная ученица, улучив минутку, схватила со стола пару перчаток и ленту, ловко запихала все это в рукава и как ни в чем не бывало опять смиренно сложила ручки. - Ну, Топси, теперь ты сама постели, - сказала мисс Офелия и, сняв простыни с кровати, села в кресло. Топси с серьезнейшим видом проделала все, что от нее требовалось - постелила простыню, пододеяльник, разгладила на них каждую морщинку, - и проявила при этом такую сосредоточенность и ловкость, что наставница осталась весьма довольна успехами своей ученицы. Дело уже подходило к концу, как вдруг из рукава Топси высунулся кончик ленты. Мисс Офелия тотчас же углядела его и ринулась к преступнице. - Это что такое? Ах ты дрянная, испорченная девчонка! Ленту украла! Ленту извлекли из рукава, но Топси, нисколько не смутившись этим, уставилась на нее с неподдельным изумлением. - Ох! Да ведь это ваша лента, мисс Фели! Как же она попала ко мне в рукав? - Топси! Но смей лгать! Ты украла ее, дрянная девчонка! - Да что вы, миссис! Я эту ленту только сию минуточку увидела! - Топси, - сказала мисс Офелия, - ты разве не знаешь, что лгать грешно? - Я никогда не лгу, мисс Фели, - с достоинством возразила Топси. - Я вам чистую правду говорю. - Смотри, Топси, дождешься ты порки! - Порите меня хоть с утра до вечера, мисс Фели, я все равно ничего другого не могу сказать! - Топси захныкала. - Видом не видала вашей ленты! И как только она ко мне попала? Мисс Фели, наверно, забыла ее на кровати, она завалилась между простынями, а оттуда прямо ко мне в рукав. Мисс Офелию так возмутила эта наглая ложь, что она схватила Топси за плечи и начала трясти ее что было сил. Из другого рукава выпали перчатки. - Ага! - крикнула мисс Офелия. - Будешь теперь отпираться! Топси призналась, что стащила перчатки, но кражу ленты продолжала упорно отрицать. - Слушай, дитя мое, - сказала мисс Офелия, - если ты во всем чистосердечно покаешься, я не буду тебя сечь. Топси призналась в краже ленты и перчаток и заверила хозяйку в своем раскаянии. - Ну хорошо! Теперь скажи: ты, наверно, еще что-нибудь украла? Ведь вчера я позволила тебе бегать по всему дому. Признавайся, да или нет? Сечь тебя не будут. - Ох, мисс Фели! Я стащила у мисс Евы красные камешки, которые она носит на шее. - Вот гадкая девчонка! Еще что? - Еще сережки у Розы - красные. - Сию же минуту принеси все сюда! - Ох, мисс Фели, не могу... Я их сожгла. - Сожгла? Лжешь! Пойди принеси их, или я тебя высеку. Топси плакала, стонала и каялась, что не может принести ни сережек, ни ожерелья. - Я сожгла их, сожгла! - твердила она. - Почему же ты это сделала? - спросила мисс Офелия. - Я нехорошая... гадкая, вот почему! Я просто не могу удержаться. В эту минуту в комнате появилась ничего не подозревающая Ева. На шее у нее было коралловое ожерелье. - Ева! Где ты его взяла? - воскликнула мисс Офелия. - Как где? Я весь день в нем хожу, - ответила Ева. - А вчера? - И вчера тоже. И, что забавнее всего, тетушка, я забыла его снять вечером и так всю ночь в нем и проспала. Мисс Офелия была совершенно сбита с толку, тем более что тут, как нарочно, в комнату вошла Роза, неся на голове полную корзину свежевыглаженного белья и потряхивая красными коралловыми сережками. - Просто не знаю, что мне делать с этим ребенком! - воскликнула мисс Офелия. - Топси, зачем же ты солгала? - Вы же сами велели мне покаяться, мисс Фели, а мне больше не в чем было каяться, - сказала Топси, утирая кулаками глаза. - Неужели же я добивалась от тебя признания в том, в чем ты неповинна! - воскликнула мисс Офелия. - Это такая же ложь! - Ох, миссис! Неужто ложь? - изумилась Топси. Ева долго смотрела на нее, потом ласково сказала: - Топси, бедняжка! Зачем тебе воровать? У тебя теперь все будет, что нужно. Да я лучше подарю тебе любую свою вещь, лишь бы ты не воровала! Это было первое доброе слово, которое девочка услышала за всю свою жизнь. Ласковый голос Евы тронул сердце маленькой дикарки, и в ее круглых черных глазках блеснуло что-то похожее на слезу. Но она тут же фыркнула и показала зубы в своей обычной усмешке. Да, ухо, которое привыкло к одним попрекам и брани, с трудом воспринимает ласку. Слова Евы показались Топси непонятными и смешными. Она не поверила им. Что было делать с Топси? Мисс Офелия стала в тупик. Ее прежние навыки оказались здесь непригодными. Она решила обдумать как следует свои дальнейшие шаги и, чтобы выиграть время, заперла Топси в темный чулан, веря в благотворное влияние таковых на детскую натуру. - Просто не знаю, как мне быть, - призналась она Сен-Клеру, - но без розог с этой девочкой не справишься. - Ну что ж, секите ее, сколько вашей душе угодно. Я даю вам полную свободу действий в этом отношении. - Детей необходимо сечь, - продолжала мисс Офелия. - Я что-то не слышала, чтобы кого-нибудь воспитали без розог. - Правильно, - согласился Сен-Клер. - Поступайте, как найдете нужным. Только имейте в виду вот что: эту девочку били кочергой, лопатой, каминными щипцами - всем, что попадалось под руку, и поскольку она привыкла к такому обращению, вам придется применять к ней особенно сильные меры воздействия. - Таких детей порождает рабство! - воскликнула мисс Офелия. - Да, я это знаю, но они существуют, и с ними надо что-то делать. - Хорошо, я постараюсь выполнить свой долг и не пожалею на это сил. Мисс Офелия взялась за Топси всерьез, назначила определенные часы для занятий с ней и прежде всего стала обучать ее чтению и шитью. Первое далось Топси без всякого труда. Она выучила буквы мгновенно, точно по волшебству, и вскоре могла читать легкие книжки. Но с рукодельем дело обстояло хуже. Проворная, как кошка, вертлявая, как обезьянка, девочка не могла примириться с этим занятием. Она ломала иголки, швыряла их исподтишка за окно, втыкала в щели; она путала, рвала, пачкала нитки, незаметным броском закидывала катушки куда-нибудь с глаз долой. Движения у нее были быстрые, словно у фокусника, физиономия совершенно невозмутимая, и хотя мисс Офелия прекрасно понимала, что подобные несчастья не могут сыпаться одно за другим, поймать свою воспитанницу на месте преступления ей не удавалось. Вскоре Топси стала заметной фигурой в доме. Ее талант ко всякого рода шутовству, передразниванию, кривлянью был неистощим. Она плясала, кувыркалась, пела, насвистывала, прекрасно подражала любому звуку. Все дети, в том числе и Ева, бегали за Топси по пятам, когда она была свободна от занятий, и взирали на ее проделки, открыв рот от изумления и восторга. Мисс Офелии не нравилось, что Ева проводит столько времени в обществе Топси, и она не раз просила Сен-Клера положить этому конец. - Вздор! - говорил Сен-Клер. - Не беспокойтесь за Еву. Дружба с Топси принесет ей только пользу. - Но Топси такая испорченная! Неужели вы не боитесь, что Ева наберется от нее дурного? - Топси может испортить кого угодно, только не Еву. Дурное скатывается с нее, как роса с капустного листа. - Вы так в этом уверены? Я бы не позволила своим детям играть с Топси. - Ничего, пусть играет, - успокаивал ее Сен-Клер. - Ева давно могла бы испортиться, а ведь пока что этого не заметно. Первое время слуги рангом повыше посматривали на Топси весьма пренебрежительно. Но им пришлось переменить свое отношение к ней. Мало-помалу обнаружилось, что с теми, кто обижал ее, неминуемо приключались разные беды: то исчезнут серьги или другая любимая безделушка, то вдруг какое-нибудь платье окажется в таком виде, что его больше и надеть нельзя, то кто-нибудь нежданно-негаданно наткнется на ведро с кипятком или попадет во всем параде под струю помоев, выплеснутых откуда-то сверху. Расследования всех этих несчастных случаев оканчивались ничем - виновник не находился. Топси каждый раз вызывали на домашнее судилище,

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования