Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детская литература
   Обучающая, развивающая литература, стихи, сказки
      Власов Александр. Армия трясогузки -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -
иказал Хрящ. Следуя за маленьким беспризорником, Трясогузка с Цыганом подошли к царству Хряща. Среди торчавших во все стороны балок лесопилки кто-то промелькнул и спрятался за обвалившейся трубой. Трижды раздался тонкий предупреж- дающий свист. - Служба у них поставлена хорошо! - похвалил караульного Трясо- гузка. - А сколько их? - с тревогой спросил Цыган. - Изобьют еще! - Накормят! - уверенно ответил командир, будто шел к старым и добрым друзьям. Больше никто не появлялся на развалинах, но, когда мальчишки по- дошли поближе, из всех щелей, как муравьи, поползли беспризорники и плотным кольцом окружили незваных гостей. - Здорово! - по-свойски приветствовал их Цыган. Никто не ответил, но и никто пока не лез драться. Все ждали Хря- ща. Как он скажет - так и будет. Круг разомкнулся. Из пролома в стене вышли два высоких и сильных парня. Они вынесли плетеное кресло. За ними, не спеша, появился и сам Хрящ в мятом, похожем на гофрированную трубу цилиндре и в черной под- девке. Сел в кресло. Телохранители встали по бокам. - Здорово! - повторил Цыган. Хрящ даже не взглянул на него. Он смотрел на гитару, шевелил хря- щеватым носом. Перевел взгляд на правого телохранителя, спросил: - Что за артисты? - Пожрать бы! - сказал Трясогузка. - А потом и поговорить мож- но... Тонкие губы Хряща чуть раздвинулись, и вся толпа беспризорников захохотала. Царек перестал улыбаться, и все умолкли. Короткий кивок головы - и правый телохранитель пошел на Трясогузку, но отлетел, натк- нувшись на встречный удар. Царек взглянул влево - на второго телохра- нителя. Теперь уже два парня пошли на Трясогузку. Несдобровать бы ребятам, если бы не гитара. Цыган сдернул ее с плеча, ударил по струнам и запел тоскливым, отчаянным голосом: Ах, где мой табор, маманя с батей?.. Это было так неожиданно, что все замерли. А Цыган прошелся паль- цами по струнам, заставил гитару заплакать и пропел, точно пожаловался на свою горькую судьбу: Пришли солдаты да на закате... Разжались кулаки у беспризорников. И грянул выстрел! - с болью пел Цыган. Второй и третий!.. И сиротою рассвет я встретил... Погасли злобные огоньки в глазах беспризорников. Гитара рыдала, а Цыган пел - рассказывал о горе, о сиротской жизни. Хрящ надвинул на глаза мятый цилиндр и, когда Цыган замолчал, глуховато объявил: - Обед! Потом он подозвал Трясогузку и Цыгана и грязным пальцем с длинным ногтем указал на самое почетное место - у своих ног. Лужайка перед развалинами превратилась в столовую. Для гостей на земле постелили салфетки - листовки, которые днем летчик сбросил с аэ- роплана. На эти салфетки телохранители выложили хлеб, колбасу и даже сахар. Цыган с Трясогузкой набросились на еду. Жевал что-то и Хрящ, и телохранители, и все беспризорники, рассевшиеся вокруг кресла царька. Никто не разговаривал. Слышалось чавканье и тихое всхлипывание. Трясогузка оглянулся, но не увидел, кто плачет. - Кто это? - спросил он у Хряща. - Малявка! - с презрением ответил царек. Услышав свое прозвище, из-за груды битого кирпича выглянул тот малыш-беспризорник, который пытался стащить мясо. - Ты чего? - крикнул Цыган. - Руки болят? Малявка замотал головой и жалобно заморгал глазами. На грязных щеках белели промытые слезами извилистые полосы. - Есть хочу! - пропищал он. - Не заработал! - изрек Хрящ. Цыган подмигнул Малявке, вскочил на ноги и разыграл всю сцену, которая произошла у походной кухни. Он был то Малявкой, то кашеваром. И голос у него менялся. Он то пищал, как Малявка, то рычал и ругался, как тот солдат. Беспризорники хохотали. Улыбался и Хрящ тонкими губа- ми. А Цыган, показывая, как Малявка вылетел из ворот, несколько раз перевернулся в воздухе через голову и попросил у царька: - Накорми ты его! Хрящ повелительным жестом вытянул руку. Телохранитель вытащил из кармана большой кусок сахару и положил ему на ладонь. Сахар полетел через головы беспризорников. Малявка поймал его, спрятался за груду кирпича, и оттуда сразу же долетел громкий хруст. За обедом Трясогузка поднял листовку и прочитал первую строку: - "Товарищи солдаты! Против кого вы воюете? Атаман Семенов и японские генералы обманули вас!.." Откуда это у тебя? - спросил он у Хряща. - С неба! - усмехнулся царек. - Спрячь подальше, а то сам на небо попадешь! - Ты не пугай! - нахмурился Хрящ. - Поел и отвечай: кто такие, зачем притопали? Ссориться с царьком было невыгодно, и Трясогузка сказал уважи- тельно: - Помощь твоя нужна. Без тебя - амба! - Амба! - подтвердил польщенный Хрящ и выжидательно произнес: - Ну-у? - Ищем мы птичку! - понизив голос, таинственно сообщил Трясогуз- ка. - Мелом нарисована... Вот так нужно! - он чиркнул по горлу паль- цем. - Позарез!.. Не видал где-нибудь в городе? - Может, и видал! - неопределенно ответил Хрящ и наклонился к Трясогузке. - А мне отколется? - Законы знаем! - многообещающе прошептал тот. - Урки! - повелительно, крикнул царек беспризорникам. - Кто птаху видал? Мелом намалевана... Минуту длилось молчание. Потом встал один мальчишка, проглотил комок творога, вытер руки о штаны и сказал: - Видал... Мелом... Три штуки... И крылья - в стороны. - Иди сюда, Конопатый! - приказал Хрящ. - Где? Мальчишка подошел. И лицо, и шея, и даже уши у него были густо усыпаны веснушками. Из-под рыжих и каких-то пушистых ресниц хитренько поблескивали быстрые глаза. - Где? - переспросил он и зажмурился. Распахнув рыжие пушистые ресницы, он проговорил отрывистой азартной скороговоркой: - Домина там - во! Крыши не видать! И собака - морда страшенная! Сунулся - она на меня! Я - ходу!.. А пожива там есть! Фраер один туда въехал - богач из Японии! С дочкой! Шляпа - зонтик! - Ты про птицу, про птицу! - напомнил ему Трясогузка. Конопатый зажмурился, подумал и выпалил: - На заборе... Справа от ворот... Пятая доска... Три птахи сидят. - Отведешь их завтра! - приказал Хрящ и добавил, грозно взглянув на Трясогузку: - Помни! - Законы знаем! - повторил Трясогузка. - За нами не пропадет! ТУЧИ Каждое утро к мрачному особняку Митряева подъезжал Карпыч, нето- ропливо слезал с козел, раза три стукал кнутовищем в ворота и, услышав лай овчарки Чако, забирался на облучок и терпеливо ждал. Выходил уп- равляющий и говорил, будет сегодня работа или нет. Чаще всего Карпыч приезжал не напрасно. У Платайса, вполне освоившегося с ролью Митряе- ва, поездок было много. Он осматривал склады с товарами, доставшиеся ему по наследству, съездил на кладбище к могиле старшего Митряева, де- лал визиты представителям городских властей, встречался с деловыми людьми, вел переговоры о продаже имущества. Во время этих поездок Платайс подробно расспросил Карпыча и по- нял, что положение крайне сложное. Семеновская контрразведка зверство- вала. Особенно отличался подполковник Свиридов - хитрый и дальновидный офицер. Аресты следовали за арестами. Одних расстреливали, других вы- селяли из Читы. Кроме Лапотника, Карпыч не мог назвать Платайсу ни од- ного человека, которому можно довериться. Конечно, в Чите были честные и смелые люди, но, чтобы найти их, требовалось время. А у Платайса его - в обрез. Готовилось наступление красных. К этому моменту Платайс должен был разведать расположение семеновских войск и передать все сведения советскому командованию. В первый день наступления ему предстояло во чтобы то ни стало вывести из строя железную дорогу, чтобы семеновцы не могли отступить в Маньчжурию. Для одного человека это непосильная за- дача. Вот почему Платайс каждый день разъезжал по городу, заводил зна- комства и искал, искал людей, на которых можно опереться. В то утро Платайс уехал с Карпычем очень рано. Чуть позже ушел и управляющий. Он похудел за это время, стал совсем тощий. Его мучили сомнения. Когда умер старший Митряев, управляющий почувствовал, что у него появилась возможность быстро разбогатеть. Он знал, что у его хо- зяина в России нет родственников. И вдруг пришла телеграмма от младше- го Митряева. Это был удар. Рухнули мечты о богатстве. Присмотревшись к новому хозяину и его дочери, управляющий решил, что рано отказываться от надежды разбогатеть. Он пока еще не мог объ- яснить, когда и почему зародилось у него подозрение в том, что приехал не Митряев, а кто-то совсем чужой. С каждым днем это подозрение усили- валось. "А что, если сходить к подполковнику Свиридову?" - подумал уп- равляющий и сам испугался. Риск был большой. Если это действительно Митряев, то за клевету придется расплачиваться. У контрразведки расп- рава короткая. А если он все же окажется прав? Пусть самое ценное за- берут японцы и семеновцы, но и ему, Алексею Ицко, останется достаточ- но. Вышел управляющий за ворота, но еще не знал, дойдет ли до красно- го кирпичного здания контрразведки или передумает и вернется обратно. Шорох за забором заставил его скосить глаза. Он увидел, как приоткрыл- ся и быстро захлопнулся потайной глазок. Эта странная девчонка следит за ним. Но как она узнала, что в заборе есть глазок? Неосторожность Мики сделала свое дело. Управляющий больше не ко- лебался. У подполковника Свиридова во всем были свои правила. Около дома контрразведки всегда дежурили часовые. Но они не останавливали входя- щих. Попасть в дом мог любой. Зато выйти из него было невозможно без провожатого - одного из помощников подполковника. Управляющий подошел к красному кирпичному зданию, подождал, пока ближайший часовой не взглянул в его сторону. - Разрешите... - Можно! - сказал часовой почти любезно. - Не заперто. Ицко вошел в дом. Светлый коридор. Несколько дверей учрежденчес- кого типа. Еще трое часовых. Видя, что вошедший не знает, куда идти, один из них спросил: - Вам?.. - Я к подполковнику Свиридову, - выдавил из себя управляющий, ошеломленный неожиданной простотой. - Последняя дверь, - услышал он и, уже раскаиваясь в том, что рискнул зайти в это пугающее внешней благопристойностью логово, добрел до указанной двери и, холодея, приоткрыл ее. Это была приемная перед кабинетом подполковника. За столом сидел пожилой офицер с погонами капитана. - Пройдите! - сказал он. - Подполковник Свиридов ждет вас. - Меня? - вырвалось у Ицко. - И вас, и каждого, у кого есть дело... У вас оно, вероятно, бе- зотлагательное? Капитан встал, приоткрыл дверь в кабинет. Управляющий и не заме- тил, как очутился в мягком кресле. Свиридов заканчивал телефонный раз- говор. Он добродушно и подслеповато щурился. Мягкие пшеничные усы еще более подчеркивали добродушное выражение лица. И голос его звучал за- душевно и тепло. - Да, да! Пожалуйста! - говорил он в трубку. - Приводите в испол- нение... Только очень вас прошу - подальше от города. До сознания Ицко с трудом дошел смысл этих слов, а когда он все-таки понял, что Свиридов приказал кого-то расстрелять, ему захоте- лось бежать из этого уютного кабинета. Но подполковник улыбнулся гостю и спросил: - Разрешите узнать, с чем пожаловали? И тут Ицко почувствовал, что ничего конкретного сказать не может. Чтобы хоть как-то собраться с мыслями, он молча протянул Свиридову те- леграмму о приезде младшего Митряева. Подполковник прочитал ее, поло- жил на стол, разгладил ладонью и произнес: - Понимаю... С этой телеграммы все и началось. Не так ли? - Именно так! Так, господин подполковник! - подхватил Ицко и то- ропливо начал рассказывать о приезде наследника с дочерью. Свиридов умел слушать, умел схватывать самое главное и принимать быстрые решения. Он только один раз прервал Ицко и, извинившись, выз- вал в кабинет капитана. На оборотной стороне телеграфного бланка Сви- ридов аккуратно написал три вопроса: 1. Отношение японцев к господину Митряеву. 2. Куда он выехал из Владивостока - прямо ли в Читу. 3. По- рода, масть и кличка собаки. Передав телеграмму капитану, подполковник попросил: - Постарайтесь в самом срочном порядке. Адъютант прочитал текст телеграммы, вопросы, написанные Свиридо- вым, и спросил: - А приметы людей, господин подполковник? - Не стоит. Если... Вы понимаете? То о внешнем сходстве людей там позаботились, а про собаку могли забыть. Капитан вышел. Ицко продолжал свой сбивчивый рассказ, а подпол- ковник внимательно слушал и изредка задавал вопросы, короткие, цепкие. - Не сохранились ли в доме фотографии младшего брата? - Нету ни одной. Уничтожены еще в русско-японскую войну. - А образец почерка? - Братья никогда не переписывались. - Господин Митряев знает японский язык? - Никак нет. Говорит, жена переводит. - Наследство большое? - Значительное. Ицко был осторожен и старался скрыть то основное, ради чего он пришел в контрразведку. Но подполковник хорошо знал таких людей. Он понимал, что не любовь к Семенову или к японцам привела управляющего в его кабинет, а надежда поживиться, оторвать кусочек от наследства старшего Митряева. Оно должно быть богатым, не случайно младший Митря- ев бросил свои дела в Токио и приехал в охваченную пожаром Россию. Чем больше говорил Ицко, тем любезнее становился подполковник. Дело начинало интересовать его по-настоящему. Свиридов лучше других разбирался в военной и политической обста- новке. Он не строил иллюзий и знал, что ни японцам, ни семеновцам не удержаться в Забайкалье и на Дальнем Востоке. Рано или поздно, но их обязательно вышвырнут из России. И он готовился к безбедной обеспечен- ной жизни где-нибудь в Китае. У атамана Семенова под Читой стоял всегда готовый к вылету аэроп- лан с драгоценностями. У многих высших офицеров были специальные ваго- ны, в которых хранилось награбленное добро. Подполковник Свиридов аэ- роплана не имел, а вагоны считал опасной бессмыслицей. Наступление красных могло быть неожиданным и таким стремительным, что некогда будет думать о вагонах. Свиридов хранил один небольшой че- модан, куда постепенно складывал крупные купюры в твердой иностранной валюте. Чемодан пока не был наполнен, и превращенное в деньги наследс- тво купца Митряева могло туда вместиться. Лишь бы японцы не помешали. Младший Митряев - из Токио. Кто знает, какие у него там связи? Это опасение подтвердилось. Контрразведка работала быстро и чет- ко. Ицко еще находился в кабинете Свиридова, когда с телеграфа вернул- ся капитан с длинным мотком бумажной ленты. На ней в том же порядке, в каком были заданы вопросы, следовали ответы, которые подполковник счел нужным прочитать вслух: - "Первое. Личный друг генерала Оой. Второе. Выехал с дочерью в Читу с десятидневной остановкой на станции Хайлар в Маньчжурии. Третье. Овчарка. Светло-серая. Чако". Ицко позеленел и сник. В ушах снова прозвучал приятный баритон подполковника: "Пожалуйста, приводите в исполнение... Только прошу вас - подальше от города". Но ничего страшного не произошло. - Вижу, что все совпадает, - произнес Свиридов. - А собака? - И собака, - пролепетал управляющий. - Овчарка... Чако... Но... но не светло, а просто серая... - Простите меня, но очень уж это тонко. Вам она кажется серой, а кому-то светло-серой. Восприятие цвета индивидуально и зависит от ос- вещения. - Что же... Как же мне теперь? - еле шевеля губами, спросил уп- равляющий. Свиридов молчал. Он не хотел ссориться с генералом Оой, который командовал японскими оккупационными войсками и мог сместить не только подполковника Свиридова, но и самого Семенова. И все-таки управляющий вселил в подполковника смутное недоверие к Митряеву. Стоило ли сразу отказываться от этого дела? Свиридов думал, а управляющий переживал страшные минуты. Наконец он не выдержал: - Вы... вы отпустите меня? - Что за вопрос! - воскликнул подполковник. - И вот вам мой со- вет: будьте внимательны к мелочам... Ну, а вход к нам, как вы убеди- лись, всегда открыт... Капитан вывел Ицко на улицу, а Свиридов долго сидел за столом и смотрел на опустевшее кресло. Подполковнику, как и управляющему, было жалко расставаться с мыслью о наследстве купца Митряева. Но подсту- питься к нему трудно, хотя и возможно. Если в Читу приехал подлинный Митряев, то надо дать ему возможность распродать все имущество, а за- тем... Затем - привычная для контрразведки операция. Митряев исчезает вместе с деньгами, а генерал Оой получает очередное донесение о зверс- твах забайкальских партизан, осмелившихся похитить его личного друга. Если же это не Митряев, а советский разведчик, то еще лучше. А как это проверить? Подключить к делу японскую разведку? Но можно ли тогда рассчитывать на пополнение чемодана? Свиридов позвал адъютанта. - Установите, пожалуйста, наблюдение за домом Митряева. - Круглосуточное? - Нет. Днем не надо. Будем считать, что Митряев умный и осторож- ный человек... ПОДРУЖКИ Они были очень разные и все-таки дружили. Варя - толстенькая, пухленькая девочка, завистливая и злая, вся в отца - хозяина самого большого в Чите трактира. Нина - дочь священника, задумчивая, добрая и застенчивая. Она никогда не приходила к подружке в трактир - боялась шума и пьяного гомона. Они встречались где-нибудь около церкви, ходили вместе купаться на речку или забирались на колокольню и подолгу смот- рели сверху на город. С колокольни хорошо был виден и дом Митряева. Во дворе всегда бе- гал пес. Часто выходила девочка в модном платье, в легкой широкополой шляпе. - Знаешь, кто это? - спросила как-то Варя. - Мне папа говорил. Это дочка одного богача из Японии... А мама днем и ночью думает, как бы их заполучить к себе! - Заполучить? - не поняла Нина. - Да! Чтобы они столовались у нас. - А зачем? - Какая ты смешная!.. Выгодно - они же богатые!.. Вам хорошо - церковь одна, никакой конкуренции! Они, наверно, самые дорогие свечи покупают? - Они у нас еще ни разу не были, - ответила Нина. - Вон она! Вон! - крикнула Варя. - Погулять вышла... А платье опять новое! Сколько их у нее!.. Мика не предполагал, что за ним наблюдают с колокольни, но он уже привык держать себя в руках даже тогда, когда, казалось, никого побли- зости не было. Обмахиваясь японским веером, он погладил подбежавшего Чако и сел на скамейку у флигеля. Ему было скучно. Отец не брал его с собой и не рассказывал, куда ездит. Мика ничего не знал и удивлялся: если так ра- ботают все разведчики, то лучше и не быть разведчиком. Страху много - толку мало. Они уже который день торчат тут, в Чите, а ничего пока не сделано. Хоть бы произошло что-нибудь необычное!.. Чако, спокойно сидевший у ног Мики, вдруг коротко прорычал и сор- вался с места. Сразу же у ворот кто-то испуганно завизжал. Мика огля- нулся. Визжали две девчонки, а Чако мчался к ним огромными скачками. Сейчас набросится и разорвет! Забыв обо всем, Мика сунул в рот два пальца и пронзительно свистнул. Чако резко остановился, проехал на задних ногах по земле, обиженно проскулил и неохотно вернулся. Мика уже осознал свой промах: так свистят только мальчишки. Он разозлился и на себя, и на этих девчонок, из-за которых произошла грубая ошибка. Но тут же он допустил и вторую: как о штаны, вытер пальцы о голубое шел- ковое платье. Чувствуя, что совсем выбился из колеи и делает все не так, как надо, он грубо спроси

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования