Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детская литература
   Обучающая, развивающая литература, стихи, сказки
      Драгунский Виктор. Поют колеса тра-та-та -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  -
Виктор Драгунский. Денискины рассказы. OCR liosha (Ташкент, "Укитувчи", 1975) OCR: Michael Seregin (Москва, "Издательство Астрель", "АСТ", 2000) СОДЕРЖАНИЕ "ОН ЖИВОЙ И СВЕТИТСЯ..." ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ МОТОГОНКИ ПО ОТВЕСНОЙ СТЕНЕ СЛАВА ИВАНА КОЗЛОВСКОГО РЫЦАРИ СТАРЫЙ МОРЕХОД АНГЛИЧАНИН ПАВЛЯ ЧТО Я ЛЮБЛЮ... ...И ЧЕГО НЕ ЛЮБЛЮ! ЧТО ЛЮБИТ МИШКА ДРУГ ДЕТСТВА ШЛЯПА ГРОССМЕЙСТЕРА "ГДЕ ЭТО ВИДАНО, ГДЕ ЭТО СЛЫХАНО" ЧЕЛОВЕК С ГОЛУБЫМ ЛИЦОМ СМЕРТЬ ШПИОНА ГАДЮКИНА ПОЖАР ВО ФЛИГЕЛЕ, ИЛИ ПОДВИГ ВО ЛЬДАХ... АРБУЗНЫЙ ПЕРЕУЛОК ПРОФЕССОР КИСЛЫХ ЩЕЙ КРАСНЫЙ ШАРИК В СИНЕМ НЕБЕ РОВНО 25 КИЛО КОТ В САПОГАХ СЛОН И РАДИО НА САДОВОЙ БОЛЬШОЕ ДВИЖЕНИЕ РАБОЧИЕ ДРОБЯТ КАМЕНЬ БЕЛЫЕ АМАДИНЫ СРАЖЕНИЕ У ЧИСТОЙ РЕЧКИ ДЕВОЧКА НА ШАРЕ РАССКАЖИТЕ МНЕ ПРО СИНГАПУР ПОЮТ КОЛиСА - ТРА-ТА-ТА НАДО ИМЕТЬ ЧУВСТВО ЮМОРА ОДНА КАПЛЯ УБИВАЕТ ЛОШАДЬ ДЫМКА И АНТОН НИЧЕГО ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ ЗАКОЛДОВАННАЯ БУКВА СИНИЙ КИНЖАЛ ТРЕТЬЕ МЕСТО В СТИЛЕ БАТТЕРФЛЯЙ СВЕРХУ ВНИЗ, НАИСКОСОК! НЕ ПИФ, НЕ ПАФ! ЗАПАХ НЕБА И МАХОРОЧКИ ДВАДЦАТЬ ЛЕТ ПОД КРОВАТЬЮ ГЛАВНЫЕ РЕКИ ЗЕЛЕНЧАТЫЕ ЛЕОПАРДЫ УДИВИТЕЛЬНЫЙ ДЕНЬ И МЫ!... ЗДОРОВАЯ МЫСЛЬ ПОХИТИТЕЛЬ СОБАК КУРИНЫЙ БУЛЬОН ...БЫ НЕ ХУЖЕ ВАС, ЦИРКОВЫХ МОЙ ЗНАКОМЫЙ МЕДВЕДЬ ГУСИНОЕ ГОРЛО ХИТРЫЙ СПОСОБ КАК Я ГОСТИЛ У ДЯДИ МИШИ ЧИКИ-БРЫК ПОДЗОРНАЯ ТРУБА ДЯДЯ ПАВЕЛ ИСТОПНИК ФАНТОМАС ПРИКЛЮЧЕНИЕ "ТИХА УКРАИНСКАЯ НОЧЬ..." СЕСТРА МОЯ КСЕНИЯ -------------------------------- "ОН ЖИВОЙ И СВЕТИТСЯ..." Однажды вечером я сидел во дворе, возле песка, и ждал маму. Она, наверно, задерживалась в институте, или в магазине, или, может быть, долго стояла на автобусной остановке. Не знаю. Только все родители нашего двора уже пришли, и все ребята пошли с ними по домам и уже, наверно, пили чай с бубликами и брынзой, а моей мамы всђ ещђ не было... И вот уже стали зажигаться в окнах огоньки, и радио заиграло музыку, и в нђбе задвигались тђмные облака - они были похожи на бородатых стариков... И мне захотелось есть, а мамы всђ не было, и я подумал, что если бы я знал, что моя мама хочет есть и ждђт меня где-то на краю света, я бы моментально к ней побежал, а не опаздывал бы и не заставлял еђ сидеть на песке и скучать. И в это время во двор вышел Мишка. Он сказал: - Здорово! И я сказал: - Здорово! Мишка сел со мной и взял в руки самосвал. - Ого! - сказал Мишка. - Где достал? А он сам набирает песок? Не сам? А сам сваливает? Да? А ручка? Для чего она? Еђ можно вертеть? Да? А? Ого! Дашь мне его домой? Я сказал: - Нет, домой не дам. Подарок. Папа подарил перед отъездом. Мишка надулся и отодвинулся от меня. На дворе стало ещђ темнее, Я смотрел на ворота, чтоб не пропустить, когда придђт мама. Но она всђ не шла. Видно, встретила тђтю Розу, и они стоят и разговаривают и даже не думают про меня. Я лђг на песок. Тут Мишка говорит: - Не дашь самосвал? Я говорю: - Отвяжись, Мишка. Тогда Мишка говорит: - Я тебе за него могу дать одну Гватемалу и два Барбадоса! Я говорю: - Сравнил Барбадос с самосвалом... А Мишка: - Ну, хочешь, я дам тебе плавательный круг? Я говорю: - Он у тебя лопнутый. А Мишка: - Ты его заклеишь! Я даже рассердился; - А плавать где? В ванной? По вторникам? И Мишка опять надулся. А потом говорит: - Ну, была не была! Знай мою добрость! На! И он протянул мне коробочку от спичек. Я взял еђ в руки. - Ты открой еђ, - сказал Мишка, - тогда увидишь! Я открыл коробочку и сперва ничего не увидел, а потом увидел маленький светло-зеленый огонђк, как будто где-то далеко-далеко от меня горела крошечная звђздочка, и в то же время я сам держал еђ сейчас в руках. - Что это, Мишка, - сказал я шђпотом, - что это такое? - Это светлячок, - сказал Мишка. - Что, хорош?. Он живой, не думай. - Мишка, - сказал я, - бери мой самосвал, хочешь? Навсегда бери, насовсем! А мне отдай эту звђздочку, я еђ домой возьму... И Мишка схватил мой самосвал и побежал домой, А я остался со своим светлячком, глядел на него, глядел и никак не мог наглядеться: какой он зелђный, словно в сказке, и как он хоть и близко, на ладони, а светит, словно издалека... И я не мог ровно дышать, и я слышал, как стучит мођ сердце и чуть-чуть кололо в носу, как будто хотелось плакать. И я долго так сидел, очень долго. И никого не было вокруг. И я забыл про всех на белом свете. Но тут пришла мама, и я очень обрадовался, и мы пошли домой. А когда стали пить чай с бубликами и брынзой, мама спросила: - Ну, как твой самосвал? А я сказал: - Я, мама, променял его. Мама сказала: - Интересно! А на что? Я ответил: - На светлячка! Вот он, в коробочке живђт. Погаси-ка свет! И мама погасила свет, и в комнате стало темно, мы стали вдвођм смотреть на бледно-зелђную звђздочку. Потом мама зажгла свет. - Да, - сказала она, - это волшебство! Но всђ-таки как ты решился отдать такую ценную вещь, как самосвал, за этого червячка? - Я так долго ждал тебя, - сказал я, - и мне было так скучно, а этот светлячок, он оказался лучше любого самосвала на свете. Мама пристально посмотрела на меня и спросила: - А чем же, чем же именно он лучше? Я сказал: - Да как же ты не понимаешь?! Ведь он живой! И светится!... ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ Я услышал, как мама сказала кому-то в коридоре: - ...Тайное всегда становится явным. И, когда она вошла в комнату, я спросил: - Что это значит, мама: "Тайное становился явным"? - А это значит, что если кто поступает нечестно, всђ равно про него это узнают, и будет ему очень стыдно, и он понесђт наказание, - сказала мама. - Понял?... Ложись-ка спать! Я вычистил зубы, лђг спать, но не спал, а всђ время думал: как же так получается, что тайное становится явным? И я долго не спал, а когда проснулся, было утро, папа был уже на работе, и мы с мамой были одни. Я опять вычистил зубы и стал завтракать. Сначала я съел яйцо, Это ещђ терпимо, потому что я выел один желток, а белок раскромсал со скорлупой так, чтобы его не было видно. Но потом мама принесла целую тарелку манной каши. - Ешь! - сказала мама, - Безо всяких разговоров! Я сказал: - Видеть не могу манную кашу! Но мама закричала: - Посмотри, на кого ты стал похож! Вылитый Кощей! Ешь. Ты должен поправиться. Я сказал: - Я ею давлюсь!... Тогда мама сђла со мной рядом, обняла меня за плечи и ласково спросила: - Хочешь, пойдђм с тобой в Кремль? Ну ещђ бы... Я не знаю ничего красивее Кремля. Я там был в Грановитой палате и в Оружейной, стоял возле Царь-пушки и знаю, где сидел Иван Грозный. И ещђ там очень много интересного. Поэтому я быстро ответил маме: - Конечно, хочу в Кремль! Даже очень! Тогда мама улыбнулась: - Ну вот, съешь всю кашу, и пойдђм. А я пока посуду вымою. Только помни - ты должен съесть всђ до дна! И мама ушла на кухню. А я остался с кашей наедине. Я пошлђпал еђ ложкой. Потом посолил. Попробовал - ну, невозможно есть! Тогда я подумал, что, может быть, сахару не хватает? Посыпал песку, попробовал... Ещђ хуже стало. Я не люблю кашу, я же говорю. А она к тому же была очень густая. Если бы она была жидкая, тогда другое дело, я бы зажмурился и выпил еђ. Тут я взял и долил в кашу кипятку. Всђ равно было скользко, липко и противно. Главное, когда я глотаю, у меня горло само сжимается и выталкивает эту кашу обратно. Ужасно обидно! Ведь в Кремль-то хочется! И тут я вспомнил, что у нас есть хрен. С хреном, кажется, почти всђ можно съесть! Я взял и вылил в кашу всю баночку, а когда немножко попробовал, у меня сразу глаза на лоб полезли и остановилось дыхание, и я, наверно, потерял сознание, потому что взял тарелку, быстро подбежал к окну и выплеснул кашу на улицу. Потом сразу вернулся и сел за стол. В это время вошла мама. Она посмотрела на тарелку и обрадовалась: - Ну что за Дениска, что за парень-молодец! Съел всю кашу до дна! Ну, вставай, одевайся, рабочий народ, идђм на прогулку в Кремль! - И она меня поцеловала. В эту же минуту дверь открылась, и в комнату вошђл милиционер. Он сказал: - Здравствуйте! - и подошђл к окну, и поглядел вниз. - А ещђ интеллигентный человек. - Что вам нужно? - строго спросила мама. - Как не стыдно! - Милиционер даже стал по стойке "смирно". - Государство предоставляет вам новое жильђ, со всеми удобствами и, между прочим, с мусоропроводом, а вы выливаете разную гадость за окно! - Не клевещите. Ничего я не выливаю! - Ах, не выливаете?! - язвительно рассмеялся милиционер. И, открыв дверь в коридор, крикнул: - Пострадавший! Пожалуйте сюда! И к нам вошђл какой-то дяденька. Я как на него взглянул, так сразу понял, что в Кремль я не пойду. На голове у этого дяденьки была шляпа. А на шляпе наша каша. Она лежала почти в середине шляпы, в ямочке, и немножко по краям, где лента, и немножко за воротником, и на плечах, и на левой брючине. Он как вошђл, сразу стал заикаться, - Главное, я иду фотографироваться... И вдруг такая история... Каша... мм... манная... Горячая, между прочим, сквозь шляпу и то... жжђт... Как же я пошлю свођ... фф... фото, когда я весь в каше?! Тут мама посмотрела на меня, и глаза у неђ стали зелђные, как крыжовник. А уж это - верная примета, что мама ужасно рассердилась. - Извините, пожалуйста, - сказала она тихо, - разрешите, я вас почищу, пройдите сюда! И они все трое вышли в коридор. А когда мама вернулась, мне даже страшно было на неђ взглянуть. Но я себя пересилил, подошђл к ней и сказал: - Да, мама, ты вчера сказала правильно. Тайное всегда становится явным! Мама посмотрела мне в глаза. Она смотрела долго-долго и потом спросила: - Ты это запомнил на всю жизнь? И я ответил: - Да. МОТОГОНКИ ПО ОТВЕСНОЙ СТЕНЕ Ещђ когда я был маленький, мне подарили трђхколђсный велосипед. И я на нђм выучился ездить. Сразу сел и поехал, нисколько не боясь, как будто я всю жизнь ездил на велосипедах. Мама сказала: - Смотри, какой он способный к спорту! А папа сказал: - Сидит довольно обезьяновато... А я здорово научился ездить и довольно скоро стал делать на велосипеде разные штуки, как весђлые артисты в цирке. Например, я ездил задом наперђд или лђжа на седле и вертя педали какой угодно рукой - хочешь правой, хочешь левой: ездил боком, растопыря ноги; ездил, сидя на руле, а то зажмурясь и без рук; ездил со стаканом воды в руке. Словом, наловчился по-всякому. А потом дядя Женя отвернул у моего велосипеда одно колесо, и он стал двухколесным, и я опять очень быстро всђ заучил. И ребята во дворе стали меня называть "чемпионом мира и его окрестностей". И так я катался на свођм велосипеде до тех пор, пока колени у меня не стали во время езды подниматься выше руля. Тогда я догадался, что я уже вырос из этого велосипеда, и стал думать, когда же папа купит мне настоящую машину "Школьник". И вот однажды к нам во двор въезжает велосипед. И дяденька, который на нђм сидит, не крутит ногами, а велосипед трещит себе под ним, как стрекоза, и едет сам. Я ужасно удивился. Я никогда не видел, чтобы велосипед ехал сам. Мотоцикл - это другое дело, автомобиль - тоже, ракета - ясно, а велосипед? Сам? Я просто глазам своим не поверил. А этот дяденька, что на велосипеде, подъехал к Мишкиному парадному и остановился. И он оказался совсем не дяденькой, а молодым парнем. Потом он поставил велосипед около трубы и ушђл. А я остался стоять тут же с разинутым ртом. Вдруг выходит Мишка. Он говорит: - Ну? Чего уставился? Я говорю: - Сам едет, понял? Мишка говорит: - Это нашего племянника Федьки машина. Велосипед с мотором. Федька к нам приехал по делу - чай пить. Я спрашиваю: - А трудно такой машиной управлять? - Ерунда на постном масле, - говорит Мишка. - Она заводится с пол-оборота. Один раз нажмђшь на педаль, и готово - можешь ехать. А бензину в ней на сто километров. А скорость двадцать километров за полчаса. - Ого! Вот это да! - говорю я. - Вот это машина! На такой покататься бы! Тут Мишка покачал головой! - Влетит. Федька убьђт. Голову оторвђт! - Да. Опасно, - говорю я. Но Мишка огляделся по сторонам и вдруг заявляет: - Во дворе никого нет, а ты всђ-таки "чемпион мира". Садись! Я помогу разогнать машину, а ты один разок толкни педаль, и всђ пойдђт как по маслу. Объедешь вокруг садика два-три круга, и мы тихонечко поставим машину на место. Федька у нас чай подолгу пьђт. По три стакана дует. Давай! - Давай! - сказал я. И Мишка стал держать велосипед, а я на него взгромоздился. Одна нога действительно доставала самым носком до края педали, зато другая висела в воздухе, как макаронина. Я этой макарониной отпихнулся от трубы, а Мишка побежал рядом и кричит: - Жми педаль, жми давай! Я постарался, съехал чуть набок с седла да как нажму на педаль. Мишка чем-то щђлкнул на руле... И вдруг машина затрещала, и я поехал! Я поехал! Сам. На педали не жму - не достаю, а только еду, соблюдаю равновесие! Это было чудесно! Ветерок засвистел у меня в ушах, всђ вокруг понеслось быстро-быстро по кругу: столбик, ворота, скамеечка, грибы от дождя, песочник, качели, домоуправление, и опять столбик, ворота, скамеечка, грибы от дождя, песочник, качели, домоуправление, и опять столбик, и всђ сначала, и я ехал, вцепившись в руль, а Мишка всђ бежал за мной, но на третьем круге он крикнул: - Я устал! - и прислонился к столбику. А я поехал один, и мне было очень весело, и я всђ ездил и воображал, что участвую в мотогонках по отвесной стене. Я видел, в парке культуры так мчалась отважная артистка... И столбик, и Мишка, и качели, и домоуправление - всђ мелькало передо мной довольно долго, и всђ было очень хорошо, только ногу, которая висела, как макаронина, стали немножко колоть мурашки... И ещђ мне вдруг стало как-то не по себе, и ладони сразу стали мокрыми, и очень захотелось остановиться. Я доехал до Мишки и крикнул: - Хватит! - Останавливай! Мишка побежал за мной и кричит: - Что? Говори громче! Я кричу: - Ты что, оглох, что ли? Но Мишка уже отстал. Тогда я проехал ещђ круг и закричал: - Останови машину, Мишка! Тогда он схватился за руль, машину качнуло, он упал, а я опять поехал дальше. Гляжу, он снова встречает меня у столбика и орђт: - Тормоз! Тормоз! Я промчался мимо него и стал искать этот тормоз. Но ведь я же не знал, где он! Я стал крутить разные винтики и что-то нажимать на руле. Куда там! Никакого толку! Машина трещит себе как ни в чђм не бывало, а у меня в макаронную ногу уже тысячи иголок впиваются! Я кричу: - Мишка, а где этот тормоз? А он: - Я забыл! А я: - Ты вспомни! - Ладно, вспомню, ты пока покрутись ещђ немножко! - Ты скорей вспоминай, Мишка! - опять кричу я. И проехал дальше, и чувствую, что мне уже совсем не по себе, тошно как-то. А на следующем кругу Мишка снова кричит: - Не могу вспомнить! Ты лучше попробуй спрыгни! А я ему: - Меня тошнит! Если бы я знал, что так получится, ни за что бы не стал кататься, лучше пешком ходить, честное слово! А тут опять впереди Мишка кричит: - Надо достать матрац, на котором спят! Чтоб ты в него врезался и остановился! Ты на чђм спишь? Я кричу: - На раскладушке! А Мишка: - Тогда езди, пока бензин не кончится! Я чуть не переехал его за это. "Пока бензин не кончится"... Это, может быть, ещђ две недели так носиться вокруг садика, а у нас на вторник билеты в кукольный театр. И ногу колет! Я кричу этому дуралею: - Сбегай за вашим Федькой! - Он чай пьет! - кричит Мишка. - Потом допьђт! - ору я. А он недослышал и соглашается со мной: - Убьђт! Обязательно убьђт! И опять всђ завертелось передо мной: столбик, ворота, скамеечка, качели, домоуправление. Потом наоборот: домоуправление, качели, скамеечка, столбик, а потом пошло вперемешку: домик, столбоуправление, грибеечка... И я понял, что дело плохо. Но в это время кто-то сильно схватил машину, она перестала трещать, и меня довольно крепко хлопнули по затылку. Я сообразил, что это Мишкин Федька наконец почайпил. И я тут же кинулся бежать, но не смог, потому что макаронная нога вонзилась в меня, как кинжал. Но я всђ-таки не растерялся и ускакал от Федьки на одной ноге. И он не стал догонять меня. А я на него не рассердился за подзатыльник. Потому что без него я, наверно, кружил бы по двору до сих пор. СЛАВА ИВАНА КОЗЛОВСКОГО У меня в табеле одни пятђрки. Только по чистописанию четвђрка. Из-за клякс. Я прямо не знаю, что делать! У меня всегда с пера соскакивают кляксы. Я уж макаю в чернила только самый кончик пера, а кляксы всђ равно соскакивают. Просто чудеса какие-то! Один раз я целую страницу написал чисто-чисто, любо-дорого смотреть - настоящая пятђрочная страница. Утром показал еђ Раисе Ивановне, а там на самой середине клякса! Откуда она взялась! Вчера еђ не было! Может быть, она с какой-нибудь другой страницы просочилась? Не знаю... А так у меня одни пятђрки. Только по пению тройка. Это вот как получилось. Был у нас урок пения. Сначала мы пели все хором "Во поле берђзонька стояла". Выходило очень красиво, но Борис Сергеевич всђ время морщился и кричал: - Тяните гласные, друзья, тяните гласные!... Тогда мы стали тянуть гласные, но Борис Сергеевич хлопнул в ладоши и сказал: - Настоящий кошачий концерт! Давайте-ка займђмся с каждым инди-виду-ально. Это значит с каждым отдельно. И Борис Сергеевич вызвал Мишку. Мишка подошђл к роялю и что-то такое прошептал Борису Сергеевичу, Тогда Борис Сергеевич начал играть, а Мишка тихонечко запел: Как на тоненький ледок Выпал беленький снежок... Ну и смешно же пищал Мишка! Так пищит наш котђнок Мурзик. Разве ж так поют! Почти ничего не слышно. Я просто не мог выдержать и рассмеялся. Тогда Борис Сергеевич поставил Мишке пятђрку и поглядел на меня. Он сказал: - Ну-ка, хохотун, выходи! Я быстро подбежал к роялю. - Ну-с, что вы будете исполнять? - вежливо спросил Борис Сергеевич. Я сказал: - Песня гражданской войны "Веди ж, Будђнный, нас смелее в бой". Борис Сергеевич тряхнул головой и заиграл, но я его сразу остановил: - Играйте, пожалуйста, погромче! - сказал я. Борис Сергеевич сказал: - Тебя не будет слышно. Но я сказал: - Будет. Ещђ как! Борис Сергеевич заиграл, а я набрал побольше воздуха да как запою: Высоко в нђбе ясном Вьђтся алый стяг... Мне очень нравится эта песня. Так и вижу синее-синее нђбо, жарко, кони стучат копытами, у них красивые лиловые глаза, а в небе вьђтся алый стяг. Тут я даже зажмурился от восторга и закричал что было сил: Мы мчимся на конях туда, Где виден враг! И в битве упоительной... Я хорошо пел, наверное, даже было слышно на другой улице: Лавиною стремительной! Мы мчимся вперђд!... Ура!... Красные всегда побеждают! Отступайте, враги! Дађшь!!! Я нажал себе кулаками на живот, вышло ещђ громче, и я чуть не лопнул: Мы вррезалися в Крым! Тут я остановился, потому что я был весь потный и у меня дрожали колени. А Борис Сергеевич хоть и играл, но весь как-то склонился к роялю, и у него тоже тряслись плечи... Я сказал: - Ну как? - Чудовищно! - похвалил Борис Сергеевич. - Хорошая песня, правда? - спросил я. - Хорошая, - сказал Борис Сергеевич, и закрыл платком глаза. - Только жаль, что вы очень тихо играли, Борис Сергеевич, - сказал я, - можно бы ещђ погромче. - Ладно, я учту, - сказал Борис Сергеевич. - А ты не заметил, что я играл одно, а ты пел немножко по-другому? - Нет, - сказал я, - я этого не заметил! Да это и неважно. Просто надо было погромче играть. - Ну что ж, - сказал Борис Сергеевич, - раз ты ничего не заметил, поставим тебе пока тройку. За прилежание. Как - тройку! Я даже опешил. Как же это может быть? Тройку - это очень мало! Мишка тихо пел и то получил пятђрку... Я сказал: - Борис Сергеевич, когда я немножко отдохну, я ещђ громче смо

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования