Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детская литература
   Обучающая, развивающая литература, стихи, сказки
      Емец Дмитрий А.. Король хитрости -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  -
ясь и отряхивая запачканные брюки. - Я попрошу! Только отстаньте от меня все! И, не разбирая дороги, он поплелся в заросли. - Как мы и думали, он струсил. Толстяк всегда был робким, - сказал Филька и, прищурившись, посмотрел на Егорова. - А, если бы он не испугался, ты бы стал драться? - Не знаю, - пожал плечами Коля. - Мне тоже было страшновато переходить эту сваю, но, думаю, что дрался бы. Главное, вниз не смотреть. На другой день Петька, как и обещал, перед всем классом подошел к Кате и пробормотал: - Ты, того, Сундукова, прости меня. Я не хотел в тебя огрызком... Случайно вышло! Я вообще-то хотел в окно, да тут твой лоб подвернулся. Он стал было ретироваться, но Коля, стоявший рядом, схватил его за шиворот и потребовал: - Мало! Еще! Мокренко с опаской покосился на него и добавил, как первоклассник: - Прости меня, пожалуйста, Сундукова, я больше не буду! - Этого достаточно? - Коля посмотрел на Катю. Та кивнула. - Извинения приняты! Можешь идти! - сказала она, и Мокренко торопливо улизнул. А Сундукова пораженно уставилась своими огромными, полными восхищения глазами на Колю. - Как тебе удалось заставить его просить прощения? Никогда не думала, что Мокренко это сделает! - Гипноз, - скромно сказал Егоров. - Обычный гипноз! Рассказ девятый. НЕ НА ЖИЗНЬ, А НА СМЕРТЬ Учитель физкультуры Андрей Тихоныч, бывший мастер спорта по штанге, отрастивший живот такой величины, будто он не жуя, проглотил огромный арбуз, громко засвистел в свисток. - Внимание, 7 "А"! - крикнул он. - Соседняя школа бросила нам вызов - пригласила участвовать в спартакиаде! В программе - подтягивания, прыжки в длину, настольный теннис, шахматы. Нужны четыре добровольца! Назначаю желающих: Мокренко, Данилов, Егоров, Хитров! Вопросы есть? - Это какая соседняя школа, сто пятая, что ли? - поинтересовался Антон Данилов. - Сто пятая! - подтвердил Андрей Тихоныч. Ребята переглянулись. - Так она же спортивная! У них там каждый день тренировки! Они нам в два счета шею намылят! - уныло шмыгнул носом Петька. - Без паники, Мокренко! Главное не победа, а участие. Каков наш девиз: раз-раз и в дамках! - и Андрей Тихоныч хлопнул Петьку по плечу. - А когда спартакиада? - поинтересовался Филька Хитров. - Во вторник, семнадцатого октября. - А с уроков нас снимут? - На первые два явитесь, а с остальных я вас отпрошу. - Живем! Тогда раз-раз и в дамках! - весело сказал Хитров, передразнивая любимый девиз Тихоныча. После физкультуры, когда ребята собрались в раздевалке, Коля Егоров спросил у Фильки: - И что ты думаешь по этому поводу? - По какому поводу? - не понял Хитров. - Как мы поступим со спартакиадой? - А никак не поступим... - Филька снял носок и пошевелил пальцами, будто проверяя все ли они на месте. - В смысле как это "никак"? - поразился Коля. - Откажемся, что ли? - С чего ты взял, что я собираюсь отказываться? Придем и будем участвовать. Только мы забыли спросить, как будут выглядеть эти соревнования. Командные или по одному участнику в каждом виде спорта? - убедившись, что ни один палец не потерялся, Филька снова надел носок и обулся. - Сейчас узнаю, - Антон Данилов заглянул в тренерскую и вскоре вернулся с известием: - Тихоныч говорит, по одному представителю на каждый вид спорта. Сказал: сами разделитесь как захотите. Толстый Мокренко посмотрел на свое живот и решительно заявил: - Чур, я подтягиваться не буду! - Боишься, турник не выдержит? - насмешливо спросил Коля. - У меня весовая категория не та! - обиделся Петька. Он, хоть и был самым сильным в классе, не мог подтянуться ни разу. Хитров оценивающе окинул взглядом его грушеобразную фигуру и сокрушенно покачал головой: - Ну и как с тобой поступить, раз-раз и в дамках? Для турника ты не годишься, прыгаешь наверняка неважно, по шарику ракеткой с трех попыток не попадешь... Выхода нет, придется тебя выдать за гроссмейстера. - Я в шахматы ничего... хорошо играю, только все время забываю, как фигуры ходят, - сказал Мокренко. Ребята засмеялись. - С кем не бывает? Известные гроссмейстеры тоже иногда забывают ходы во время турнира. А потом посмотрят на бумажку и вспомнят. Главное: не забывай делать умное лицо, - посоветовал Коля. - Ладно, с шахматами решили, - подытожил Филька. - Теперь дальше: кто будет прыгать в длину? - Я буду! - вызвался Антон. - Я далеко прыгаю, только у меня почему-то все время заступы. - Потренируешься! Поехали дальше. Колька, ты сколько раз подтягиваешься? - Восемь. - А я семь. Значит, на турнике работаешь ты, а я играю в настольный теннис, - и довольный, что они все распределили, Хитров куда-то умчался. Дел у него, как обычно, было море. Остальные, закончив передеваться, по одному стали выходить из раздевалки. Уже в дверях Егоров обернулся и увидел, что Мокренко сидит на скамейке и о чем-то сосредоточенно размышляет, подперев голову руками. Увидев, что Коля остановился, Петька поднял на него глаза и спросил: - Слышь, Колян, я почти все вспомнил, одно только никак не вспомню: короля в шахматах жрут или не жрут? - Думай, гроссмейстер, думай... - сказал Егоров и закрыл дверь раздевалки. И вот наступил вторник, семнадцатое октября. Филька проявил чудеса изворотливости и ухитрился договориться, чтобы их четверых отпустили не только с последних уроков, но и с двух первых, заявив, что им надо готовиться к спартакиаде. - Что за спартакиада? - подозрительно спросил Максим Александрыч. - Ответственная. Общероссийская. В случае победы открывает дорогу к профессиональному спорту, - важно сказал Хитров. - Тогда ступайте! Может, со спортом вам повезет больше, чем с русским языком и литературой. Здесь вы все безнадежны, - отмахнулся Максим Александрыч. - Отпустил? - с беспокойством спросил Мокренко, когда Филька вышел в коридор. - Отпустил, - сказал тот, и все спортсмены завопили: "Ура!" - А теперь пошли тренироваться! Ужасно не хочется ударить в грязь лицом! - сказал Колька Егоров, подождав, пока утихнут первые восторги. Они отправились на площадку перед школой и стали тренироваться. Филька чеканил на теннисной ракетке шарик. Антон Данилов прыгал в яму с песком. Егоров, пыхтя и помогая себе ногами, подтягивался на турнике, а Мокренко нацепил на нос темные зеркальные очки и, набычившись, бодал лбом дерево. - Ты что делаешь? - поразился Филька, от удивления едва не уронив ракетку. - Учусь психологической атаке! Хочу сразу добиться над своим противником морального превосходства! - сообщил Петька. Антон вытряхнул из ботинка песок: - Значит, собираешься так его запугать, чтобы он сразу сдался? - Думаешь, не запугаю? Он у меня от страха сразу сдасться! - Может и забудет. Только ты на всякий случай запомни, что конь ходит буквой "Г", а ферзь во все стороны... Коля спрыгнул с турника и с воодушевлением крикнул: - Мы должны победить во что бы то ни стало! Будем биться не на жизнь, а на смерть! - Один за всех и все за одного! - воскликнул Филька, побрасывая ракетку над головой. Антон неудачно прыгнул в яму с песком, приземлился на руки и, отплевываясь, проворчал: - Размечтался... Чаще бывает: один на всех и все на одного! Потренировавшись примерно час, четверка юных атлетов погрузилась в рейсовый автобус, который, дребезжа, повез их к сто пятой школе. Сто пятая располагалась в трехэтажном обшарпанном здании из красного кирпича, и, приближаясь к ней, ребята ощутили робость. Их неуверенность еще более возросла, когда они прочли табличку: "Общеобразовательная школа Љ 105 со спортивным уклоном (самбо)". У дверей их остановили двое дежурных старшеклассников. Для устрашения оба были в самбовках на голое тело. - Куда претесь? - спросил один с пробивающимися на верхней губе усиками, перегораживая им дорогу. Егоров, оглянувшись, посмотрел на Данилова, Антон - на Мокренко, а Петька уставился на Фильку. Хитров тоже оглянулся, но так как за ним никого уже не было, сказал: - На спартакиаду! Старшеклассники захохотали: - Ладно, катитесь в зал прямо по коридору! Наша четверка отважно прошествовала мимо дежурных и оказалась в спортзале. Он был огромным, намного больше, чем в их школе. В углу были навалены толстые маты и стояли набитые кожаные чучела для тренировок. Какой-то парень крутился на турнике, делая подъемы переворотом и солнышко. Но и этого ему было мало, и он два раза подтянулся на одной руке! При мысли, что придется соревноваться с этим парнем, Коля Егоров почувствовал сухость во рту. К ним подошла женщина средних лет с висевшим на шее свистком. - Вы из какой школы? - спросила она. - Из 102-й, - ответил за всех Данилов. Тренер отметила что-то в блокноте. - Класс? - 7"А"! Когда мы будем соревноваться? - Садитесь на скамейку и ждите. Вас вызовут! Ребята уселись на узкую скамейку и стали терпеливо ждать. Зал постепенно наполнялся. Народу оказалось много, в том числе и старшеклассники из их школы. Когда собрались все участники из трех школ поселка и пяти районных и суета улеглась, на середину зала вышел жилистый мужчина в самбовке, на шее у которого тоже висел свисток. - Внимание! Повторять не буду! - крикнул он. - Спартакиада проводится по классам! Вначале пятые, потом шестые, седьмые, восьмые и далее. От каждой школы выставляется по одному участнику! В зале, как вы видите, четыре угла. В одном углу - турник, в другом - прыжки, в третьем - теннис, в четвертом - шахматы, а посередине за столом сижу я и фиксирую результаты. А теперь марш по углам! Надеюсь, отличить подтягивания от тенниса вы сможете? И вот соревнования начались. Женщина-тренер и два ее помощника бегали по залу и записывали, кто сколько раз подтянулся, как каждый прыгнул, кто победил в теннис и шахматы, а жилистый тренер сводил все данные в длинный список. Вначале выступили пятые классы, затем шестые и вот наступило время седьмых. У турника стоял Егоров и ждал своей очереди. Перед ним один семиклассник подтянулся пятнадцать раз, другой - десять и третий - шесть. И теперь Коля прикидывал: если подтянется восемь раз, то его место во всяком случае не будет последним. - Егоров! Сто вторая школа! - громко объявила тренер. Коля, все забыв от волнения, вышел к турнику, подпрыгнул раз, другой, третий, но так и не смог достать до перекладины, которая была слишком высоко. Ребята засмеялись. - Встань на стул! Так все делают! - подсказала ему женщина-тренер. Егоров и сам вспомнил, что все выступавшие до него вставали на стул, но теперь упрямство мешало ему сделать то же самое. Он встал на цыпочки, изо всей силы прыгнул - и каким-то чудом ухватился за перекладину. - Вот упрямый! Теперь подтягивайся! - и тренер приготовилась считать. Коля, дергая ногами, подтянулся два раза, и неожиданно для себя бессильно повис на турнике. Он раскачивался, пытаясь подтянуться еще, но третий раз сумел достать только до половины. - С этим все ясно. Пиши результат, Сергеев! Следующий! - сказала тренер, прерывая его мучения. Егоров спрыгнул с турника и, ни на кого не глядя, пошел в сторону, пока не наткнулся на Антона, который стоял поблизости и наблюдал за его провалом. - Негусто у тебя, - сказал он. - Не понимаю, что случилось! Ты же сам видел, как я сегодня подтягивался! Семь раз, потом шесть и три раза по пять. А теперь всего два и больше не могу! - с горечью воскликнул Коля. - В том-то и дело. Не нужно было тебе сегодня тренироваться, - заметил Антон. - Но почему? - Ты мышцы переутомил. Завтра у тебя все болеть будет, - со знанием дела пояснил Данилов. Это несколько утешило Колю, и он спросил: - А ты как? Отпрыгал? Антон помрачнел: - Три заступа подряд! В третий раз тренер даже смотреть не стал, а сразу сказал: "Не засчитано!" А так я дальше всех улетал! И угораздило их выдумать эту дурацкую черту! Егоров усомнился, что он улетал дальше всех, но спорить не стал. Теперь не докажешь - все равно не засчитано. - Хитров, сто вторая, играет с Хализевым, сто пятая! - громко объявил тренер, и Антон с Колей побежали смотреть. Филька встал у одного конца теннисного стола, а с другом конце - высокий тонкорукий парень, державший ракетку с видом профессионала. Стали разыгрывать подачу. Фильке удалось каким-то чудом отбить шарик раза два, но потом его противник, взмахнув длинной рукой, подал крученый и Хитров промазал мимо стола. - Потеря подачи. Подача Хализева! - объявил судья. Филькин противник подул на свою ракетку и резко подал. Хитров даже не заметил шарика, только услышал, что по его половине цокнуло, а судья произнес: - Один - ноль. А потом судья только успевал говорить: "Два - ноль! Три - ноль!" В результате Филька проиграл со счетом одиннадцать - два, и был доволен, что не всухую. Впрочем, Хитров не выглядел огорченным. Он пожал своему сопернику руку и, положив на стол ракетку, отправился к друзьям. - Видели, как он меня кручеными? Уверен, у него разряд! А у вас как дела? Пожаловавшись друг другу на роковое невезение и найдя тысячу причин, смягчающих их проигрыш, тройка приятелей отправилась смотреть на игру в шахматы. - Интересно, как дела у Мокренки? Если мы трое проиграли, ему тем более ничего не светит! - сказал Антон. Так как шахматный турнир длился дольше остальных видов состязаний, чтобы его не затягивать, игра велась одновременно на двадцати досках. Друзья отыскали Петьку, сидевшего за пятой доской справа, и стали давать ему советы. Хотя прошло уже минут двадцать, Мокренко, игравший белыми, не сделал еще ни одного хода. Он сидел взмокший, напряженно уставившись на доску. - Почему ты снял темные очки? И где же твоя психологическая атака? - насмешливо шепнул ему Данилов. - Какая психологическая атака? Вы видели этого амбала? - прошептал Мокренко, не поднимая головы и незаметно показывая пальцем на своего противника. Антон посмотрел на соперника Мокренко и прикусил язык. Напротив Петьки сидел парень с бычьей шеей, весивший по меньшей мере килограммов восемьдесят. Он был выбрит наголо, на шее у него висела цепочка со скелетом, а палец правой руки украшал перстень-кастет в виде черепа, которым амбал многозначительно постукивал по столу. Одет он был в разрисованную самбовку, стянутую на поясе узлом. Физиономия у парня была мрачная и хулиганская. - Такой двинет - мало не покажется! Ты уверен, что он учится в седьмом классе? - удивился Филька. - Откуда я знаю? Думаешь, я у него спрашивал? Я с ним вообще не разговаривал! - А вообще всякое бывает, - продолжал Хитров. - Допустим, его отдали в школу с десяти лет: десять плюс семь получается семнадцать. Да, брат, влип ты в историю! - Делать нечего. Хочешь не хочешь: играть надо! Давай, Мокренко, ходи! - сказал Егоров. - Как ходить-то? - Ну давай хоть пешку двинь вперед на две клетки! Петько уныло двинул пешку с е2 на е4. Его противник на другом конце доски скривился и постучал ребром одной руки о ладонь другой. Мокренко задрожал. Парень грозно навис над доской и, зеркально повторив ход, передвинул свою черную пешку. - Мне еще не мат? - с надеждой прошептал Петька. - Пока нет, - сказал Колька. - Играй дальше, двинь слона! - Какого слона? Этого? - Нет, вон того! Поставь его на ту клетку! Мокренко, стараясь не смотреть на своего противника, послушно пошел слоном, куда указал ему Коля. Амбал повторил его ход, при этом так хлопнув фигурой о доску, что все фигуры сдвинулись со своих мест. - Ишь ты, хитрит! Сразу видно, хорошо играет! Может, мне сдаться? - прошептал Мокренко. - Рано еще! Давай двинем ферзя! - посоветовал Коля. - Куда? Прямо? - Нет прямо нельзя, там же твоя пешка! - А я разве не могу сбить свою пешку? - удивился "гроссмейстер". - Нет, не можешь. Ходи ферзем на ту клетку по диагонали! Петька со вздохом поставил ферзя, куда ему было указано. Амбал потянулся было к своему, чтобы повторить его ход, но потом засмотрелся за соседнюю доску и двинул крайнюю пешку на одну клетку. - Чего дальше делать? - озабоченно спросил Мокренко. - Сбивай вон ту черную пешку около короля! - потребовал Коля. - А он не того, не разозлится? - испугался Петя, косясь на внушительные кулаки противника. - Наоборот, обрадуется! Ты же ему ферзя жертвуешь! - сказал Егоров. Мокренко сбил ферзем указанную пешку. Амбал тупо уставился на белого ферзя, появившегося рядом с его королем и защищенного слоном. Рядом остановился тренер, мельком взглянул на доску и, хлопнув Мокренко по плечу, сказал: - Поздравляю: мат! Игра окончена! На третьей доске выигрыш белыми. Петька, обрадовавшись, что проиграл так быстро, посмотрел на тренера и спросил: - Кому мат? Мне? - Почему тебе? - удивился тренер. - Ему! Ты же детский мат поставил! Значит, ты и выиграл! - Я выиграл? - перепугался Мокренко. - Вы уверены? - Конечно, уверен. Классическая комбинация. Простейший мат в три хода! - сказал тренер и отошел к другой доске. А Петька вдруг почувствовал, что на него упала квадратная тень -противник медленно поднялся из-за стола и навис над ним. - Ты чего? - спросил он басом. - Оборзел? А ну пошли выйдем! Мокренко с ужасом уставился на него, вскочил и с неожиданной для такого толстяка скоростью бросился бежать. За ним устремились Филька, Антон и Колька. Они мчались как профессиональный спринтеры и остановились только, когда от сто пятой школы их отделяли три квартала. Тяжело дыша, Петька прислонился к дереву. - За нами никто не гонится? - спросил он. - Никто! - заверил его Филька, оборачиваясь. - Вот и хорошо, потому что я собираюсь сделать одно дело, - мрачно сказал Мокренко. - Какое дело? - поинтересовался Антон. - А вот какое! - внезапно Мокренко бросился на Данилова, сбил его с ног, навалился сверху и стал душить, повторяя: - Жертвуй ферзя! Жертвуй ферзя! Сейчас я тебя самого пожертвую! Рассказ десятый. ВОДОЛАЗ Коля Егоров любил читать о научных и технических изобретениях, фантастику, приключенческую литературу и подростковые энциклопедии. Иногда он настолько увлекался, что неделями не показывался во дворе, даже в школе на переменах сидел, уткнувшись в книгу... - Ты смотри, Колян, особенно не зачитывайся. От книг голова пухнет, - предупреждал его Мокренко. - Тебе этого не грозит! - отвечал Егоров. - Мне что, я не за тебя волнуюсь. - Заклей себе рот пластырем и волнуйся! Но если бы дело ограничивалось только чтением! Колька не только читал, но и старался перенести все из книг в жизнь. Так, после "Трех мушкетеров" он стал учиться фехтовать, прочтя "Последних могикан" тренировался в метании топора, который называл томагавком. А когда однажды ему попалась книга про гонщиков, он попытался сделать гоночную машину из мотоплуга, чтобы тренироваться на ней для "Формулы-1", но родители отобрали мотоплуг, и будущий покоритель трасс на два месяца был лишен карманных денег. А однажды в книге об Александре Македонском Коля наткнулся на эпизод, рассказывавший, как великий полководец спускался на океанское дно в колоколе, внутри которого был воздух. Заинтересовавшись, Егоров прочел несколько книг о подводных лодках и об окенских экспедициях Кусто и, вдохновленный, решил сконструировать собственный батискаф. В свой замысел он посвятил Фильку Хитрова и Антона Данилова. Вначале оба одноклассника отнеслись к его затее недоверчиво. - Батискаф? Не мелочись - давай уж сразу самол„т! - фыркнул Антон, а Филька спросил: - А из чего ты хочешь сделать эту штуку? Колька с гордостью показал им малопонятный чертеж на большом листе бумаги, выполненный ручкой и карандашо

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования