Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Боевик
      Яковлева Елена. Маньяк по вызову -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -
МАНЬЯК ПО ВЫЗОВУ Елена ЯКОВЛЕВА Анонс Когда в округе бродит неуловимый маньяк, оставляя за собой истерзанные жертвы, - дачная жизнь медом не покажется. Дав подружки асе собираются уехать в город, подальше от этих страшных мест, да никак не уедут. А маньяк, кружит совсем рядом - даже простодушна" и доверчивая Женя чувствует это. Но она не подозревает, что убийца не просто близко, а очень близко - на расстоянии вытянутой руки... Глава 1 В хронологическом порядке все выглядело следующим образом. В 8.50 я переступила порог семиэтажного желтого здания на Якиманке, поднялась лифтом на четвертый этаж, где помещается офис фирмы "Кольберг АГ", и вошла в комнату под номером восемнадцать. В 8.55 я уже включила компьютер и, пока он загружался, достала из сумочки косметичку, немного припудрила нос, а также слегка "подправила" кисточкой левый глаз. Удовлетворившись достигнутым результатом, я нашла нужную директорию, открыла необходимый мне файл и принялась трудиться над контрактом, который должен был принести фирме "Кольберг АГ" прибыль, измеряемую шестизначной суммой в долларах. В 9.13 работу пришлось прервать из-за скучного дребезжания телефона. На проводе был шеф, пригласивший меня в свой кабинет. То обстоятельство, что он говорил не по- немецки, а по-русски, заставило меня призадуматься: похоже, дело у него ко мне было хотя и не самое экстренное, но достаточно серьезное. Я поднялась из-за стола, наскоро перебрав в уме последние поручения - вроде бы никаких оплошностей за мной не числилось, - и, придав лицу выражение бодрости и служебного рвения, вышла в коридор...В 9.35 я снова была на своем рабочем месте, только настроение у меня было далеко не рабочее, потому что, как выяснилось, шеф вызывал меня для того, чтобы объявить о расчете. Вежливо так и уважительно. Впрочем, он почти и не говорил, просто вручил конверт с уведомлением. Ну, разумеется, сообщил, что причитающиеся мне деньги за два месяца будут на днях перечислены на мой банковский счет. Что касается тех двух недель, которые мне по договору полагалось отработать, то здесь шеф проявил несвойственную ему прежде широту натуры. Он вспомнил, что я не до конца отгуляла свой последний отпуск, и предложил таким образом его компенсировать. Другими словами, буквально с завтрашнего дня я могла чувствовать себя свободной на манер небезызвестной птицы в /.+%b%. Сожаления - не очень пространные, зато со ссылкой на трудности бизнеса в условиях совершенно непредсказуемого российского рынка - мой практически уже бывший шеф изложил на немецком языке и с отсутствующим выражением лица. Теперь, выгружая из ящиков стола свои немногочисленные пожитки в виде зеркальца, пилки для ногтей, лака для волос и пары записных книжек, я бурчала под нос "шайсэ" <От нем. Scheisse - дерьмо.>, только чтобы не разреветься. Раньше это было любимое выражение моего вероломного шефа, которое он употреблял всякий раз, когда кто-нибудь вставлял палки в колеса его замечательному немецкому бизнесу, неважно, кто именно: бюрократы на российской таможне или депутаты Госдумы, принявшие постановление, каким-либо образом ущемляющее деятельность инофирм на отечественных просторах. В таких случаях недовольное "шайсэ" шефа, похожее на шипение приготовившейся к прыжку змеи, преследовало меня, бедную, как слуховая галлюцинация. Ну что ж, теперь, по крайней мере, я хотя бы этого больше не услышу. *** Что и говорить, я была совершенно разбита, ибо теряла больше чем работу - я теряла уверенность в себе и то приятное ощущение надежной перспективы, которое приобрела год назад, когда не без труда устроилась в московское представительство немецкой фирмы "Кольберг АГ". Добиваясь должности менеджера, я совершенно неоригинально мечтала о материальных благах, которые мне гарантировал приличный оклад в твердой валюте. Нет-нет, вовсе не из любви к денежным знакам как таковым: я страстно желала улучшить свои жилищные условия. Не подумайте чего-нибудь особенного: мне и нужна-то небольшая квартирка в пределах Московской кольцевой дороги, главное, своя, отдельная, где я могла бы при желании спрятаться от всего человечества, потому что десять лет в коммуналке кого угодно сделают мизантропом. Собрав свои вещички, я вышла в коридор. Сначала я хотела попрощаться со счастливчиками, которых из фирмы еще не выставили, но потом передумала. За год мне так и не удалось наладить с кем-либо из коллег иных отношений, нежели служебные. И дело тут не в моей нелюдимости, а в том, что на этой фирме никакие другие отношения попросту невозможны. В 10.45 я уже была в том самом агентстве, с помощью Которого год назад подыскала работу, коей теперь лишилась. Там я оставила резюме и домашний телефон, а также выслушала малоутешительную информацию о том, что шансы на мое скорое трудоустройство весьма невысоки. И полагаться мне придется исключительно на везение, поскольку из плюсов у меня только возраст (тридцать лет) да отличное знание немецкого и приличное английского, все остальное идет в минус. Во- первых, опыт работы в инофирме мизерный - всего-то год, во- вторых, против меня - отсутствие специальности (по диплому я преподаватель немецкого языка, а солидным фирмачам требуются коммерсанты, юристы или, на худой конец, инженеры). Когда мои наручные часы показывали 12.39, я уже /.b%`o--. бродила по "Таганскому" гастроному, толкая перед собой продуктовую тележку. Из этого вовсе не следует, что я живу на Таганке, просто, находясь в совершенно растерзанных чувствах, я зачем-то вышла не на той станции, огляделась по сторонам и решила, чтобы хоть немного успокоиться, обойти окрестные магазины. Есть у женщин такой способ борьбы со стрессами. И хотя в подобных случаях самое надежное и лично мною проверенное средство - парфюмерный отдел ближайшего универмага, гастроном тоже сгодится, хотя бы для затравки. Миновав прилавок, заставленный тортами, я свернула во фруктовый уголок торгового зала, подумав, что для поднятия боевого духа неплохо было бы прикупить себе что-нибудь экзотическое вроде ананаса. По крайней мере, на свое двухмесячное выходное пособие я могла себе позволить такое расточительство, а что будет потом, одному богу известно. В любом случае остается надежда: какую-нибудь работенку, хоть с минимальной оплатой, я так или иначе найду. На худой конец, пойду в школу учить немецкому языку недорослей, нюхающих по подъездам "Момент", но, если честно, от подобной перспективы у меня мурашки по коже пробегают. Итак, я нацелилась взглядом на самый симпатичный ананас из тех, что лежали на фруктовом лотке, и уже взяла на него курс, как вдруг увидела Андрея. Он стоял у противоположной стены, у стеллажа с консервами, и внимательно рассматривал какую-то банку. Трудно передать словами чувства, которые меня обуяли, когда я окончательно уверилась, что это именно он и что это не обман зрения. Встреча с ним сейчас, когда я наголову разбита жизненными коллизиями, - самый настоящий подарок судьбы. Никак иначе это не расценишь. Едва сделав это счастливое открытие (ананас стал интересовать меня гораздо меньше), я сразу направилась к Андрею и даже рот открыла, чтобы его окликнуть, но тут прямо из-под моей руки выпорхнул вихрастый мальчонка лет пяти и заорал на весь гастроном: - Папа, папа! Я хочу писать! А потом этот постреленок, готовый в любой момент промочить себе штаны, почему-то подбежал к Андрею, дернул его за рукав и громогласно повторил: - Писать, папа, писать! И недвусмысленно зажал ладошку между ног. Пока я еще скрипела мозгами, пытаясь сообразить, что к чему, Андрей недовольно буркнул: - А мама где? И тут появилась молодая женщина с рыжими, в мелких кудряшках волосами и большим животом, который не могла скрыть даже просторная шифоновая блуза. Женщина тоже остановилась возле Андрея и сказала: - Не могу же я его вести в мужской туалет, а в женский он не хочет! - Ну ладно. - Андрей сунул ей в руки банку, которую перед этим увлеченно рассматривал, и, схватив мальчишку за руку, повел к выходу. В этот-то момент наши взгляды встретились, и я увидела, как он растерялся и даже побледнел, а до меня наконец дошел смысл происходящего. Я a.`" + al с места и понеслась вперед, толкая перед собой тележку, и немногочисленные покупатели в испуге шарахались от меня в разные стороны. Не помню, как я очутилась в метро, как добралась до дома, очухалась только на собственной кровати. А вот теперь пришла пора рассказать вам, кто такой Андрей, что он для меня значил и почему сцена в гастрономе произвела на меня такое неизгладимое впечатление. Андрей, точнее Андрей Белов, появился в моей жизни чуть больше года назад при довольно неординарных, если не драматических, обстоятельствах. Стараясь успеть на отходящий от остановки автобус, я поскользнулась на февральском гололеде и вывихнула ногу. Попытавшись встать, почувствовала острую боль и решила, что у меня перелом. Лежала на грязном снегу и думала о самом ужасном, а вокруг меня суетились какие-то старухи, которые даже не догадывались вызвать "Скорую". Вот тут-то он и возник, будто из-под земли вырос, растолкал зевак, потрогал мою щиколотку, а потом отвез меня в больницу в своей заляпанной зеленой "девятке", которую он любовно называл "черепашкой-ниндзя". В больнице выяснилось, что у меня вывих, и после всех положенных в таких случаях процедур меня отпустили домой. Сама я, ясное дело, уйти не могла, а все машины "Скорой помощи" были в разъездах, и я почти впала в уныние, когда вдруг обнаружилось, что мой бескорыстный спаситель никуда не уехал и терпеливо дожидался, чтобы узнать, чем кончится дело. Так, собственно, все и вышло: он отвез меня домой, а через неделю заглянул ко мне поинтересоваться здоровьем. А потом стал наведываться, не часто, раза два-три в месяц, наши отношения сами собой перешли в иное качество, которое вполне устраивало Андрея и не совсем - меня. Как каждая нормальная женщина, я, конечно, хотела определенности, но не выставляла никаких требований, поскольку умудрилась втрескаться в Андрея по самые уши, и лишь с трепетом ждала, когда же он сам заговорит о нашем будущем. Совместном, разумеется. Пару раз мне даже казалось, что заветные слова вот-вот слетят с его губ, но то ли они застревали на полпути, то ли врем" не настало. Так я, наивная, думала. Теперь-то, после известной встречи в гастрономе, все встало на свои места, и мне оставалось только удивляться собственной близорукости. Как же я раньше не догадалась, что он женат и приходит ко мне, чтобы немного отвлечься от семейной жизни. Такой ничего не значащий , мужской зигзаг, и не больше! Не помню, сколько времени я провалялась на кровати в полной прострации, прежде чем в прихожей раздался пронзительный телефонный звонок. Нет, пронзительный - это еще мягко сказано, вернее было бы назвать его душераздирающим, так он подействовал на мои напряженные нервы. Я вздрогнула, но с места не сдвинулась. Даже если бы я и захотела, мне все равно не подбежать к телефону раньше, чем моя соседка, желчная и сухопарая коммунальная волчица Зинаида Прокофьевна. Не припомню случая, чтобы ей кто-нибудь когда-нибудь позвонил, но это не мешает ей всегда снимать b`c!*c первой. При этом она неизменно сетует на то, что, кроме нее, к телефону никто не подходит. А когда тут успеешь? - Слушаю, - донесся до меня ее визгливый дискант. - Кого-кого? - Непродолжительная пауза и раздраженное восклицание: - Пастухова, к телефону! - Затем глухой стук брошенной на тумбочку трубки и недовольное бормотание: - Ну никто, никто не подойдет... Кое-как промокнув слезы, я выкатилась в прихожую и приложила трубку к уху. Я была почти уверена, что звонит Андрей, мужчина моих снов, теперь уже бывших, светлый образ которого заметно потускнел за последние два часа, и уже сладостно предвкушала, в каких именно выражениях я извещу его об этой метаморфозе, однако трубка заговорила со мной низким, с приятной хрипотцой женским голосом: - Пастухова, это ты? А мне и спрашивать не надо было, чтобы понять: на другом конце телефонного провода - Нинон. Глава 2 По паспорту она, конечно, никакая не Нинон, а Нина Павловна Звонарева, по мужу Поварова, но это звучное имя как- то само собой приклеилось к ней раз и навсегда и воспринималось всеми, кто ее знал, совершенно спокойно и естественно. Нинон, она и есть Нинон. Лично я называю ее так уже двенадцать лет, с того дня, как в первый раз увидела под дверью аудитории, за которой шли приемные экзамены в иняз. Эта картинка до сих пор стоит перед моими глазами в красках и подробных деталях: полсотни девчонок-абитуриенток, закатив испуганные глаза, ошалело повторяют спряжение немецких глаголов и коршунами бросаются на всех выходящих из аудитории, два десятка мальчишек-абитуриентов рассредоточились по коридору и демонстрируют напускное хладнокровие, а чуть поодаль, в сторонке стоит абсолютно спокойное существо с пшеничной косой, с зелеными глазами- озерцами и мимолетной, никому конкретно не адресованной улыбкой на бледно-коралловых губах. Да, именно такой предстала Нинон перед впавшей в поголовную панику абитурой. Честно говоря, я, мандражировавшая синхронно с прочими, тогда подумала, что у бедной Нинон просто крыша поехала от волнения, а посему до следующего экзамена ей не дожить. Каково же было мое удивление, когда через десять дней мы встретились с ней возле списка будущих студиозусов. Обнаружив в нем собственную фамилию, я долго не могла прийти в себя от счастья, в отличие от Нинон, принявшей известие о своем поступлении в институт с привычным хладнокровием, как нечто само собой разумеющееся. Она лишь провела пальцем по строчке, на которой было черным по белому написано - Звонарева Нина Павловна, и, повесив на плечо сумку, прогулочным шагом двинулась по парадной институтской лестнице на второй этаж, в учебную часть, где новоиспеченным первокурсникам уже выдавали новенькие студенческие билеты. Ровно так же она вела себя в продолжение последующих пяти студенческих лет, всегда немного в стороне, не смешиваясь с толпой, и все с той же неуловимой полуулыбкой на губах. Учеба давалась ей легко, экзамены она щелкала, как семечки, хотя я до сих пор не уверена, что она к ним серьезно готовилась. Вероятнее всего, причина была в другом - в ее космическом спокойствии, производившем на преподавателей неизгладимое впечатление. Наверное, глядя на Нинон, они думали, что девушка с подобным выражением лица просто не может чего-то не знать, а потому в зачетке Нинон значились сплошные "отлично". С той же легкостью она получила красный диплом, а еще раньше окрутила лучшего парня с нашего курса, красавца Генку Поварова, по которому девчонки сохли поголовно. Я, кстати, не оказалась исключением, года полтора я незаметно бросала на него жадные взоры на лекциях, но в конце концов решила, что он для меня слишком хорош. А вот Нинон так не думала, да скорее всего она вообще не забивала себе голову глупыми сомнениями и по Генке тайно не вздыхала. Он первым начал оказывать ей знаки внимания, которые она принимала с ее извечной невозмутимостью. Их платонический роман продолжался до пятого курса, и, насколько я понимаю в подобных делах, Генка тогда клокотал от страсти, как переполненный чайник на сильном огне, чего нельзя было сказать о Нинон. Но замуж за него она все-таки вышла. Может, потому, что Генка был москвич, а Нинон приехала учиться откуда-то из Оренбургской губернии? Или, как и большинство моих однокурсниц, она стремилась устроить свою семейную жизнь прежде, чем ей придется влиться в какой-нибудь дружный учительский коллектив, где - ни для кого не секрет - с мужчинами серьезная напряженка. По крайней мере, мною, помнится, руководили именно такие резоны, иначе разве я выскочила бы за Ивана (Иван - это мой муж, уже четыре года как бывший) после полуторамесячного знакомства? Моей маме он активно не понравился, причем до такой степени, что она даже решилась на совершенно немыслимый поступок: разменяла нашу двухкомнатную квартиру. В результате этой операции ей досталась однокомнатная квартира, а нам с Ванькой комната в коммуналке с двумя соседками, старыми грымзами. Ванька сразу прозвал коммуналку "женским общежитием", но разбавлял его своим мужским духом недолго - меньше года, на большее не хватило ни его, ни меня. Самое интересное, что мы с ним не ругались и не пускали в ход сковородок, просто он уехал в длительную командировку, да так и не вернулся. То есть вернулся, но не ко мне, про что я узнала совершенно случайно, когда позвонила к нему на работу, чтобы уточнить, скоро ли кончится затянувшаяся командировка. Признаюсь как на духу, сильного горя я не испытала, скорее уж почувствовала облегчение, ибо наш брак трудно было назвать хорошо продуманным мероприятием. Однако официально развелись мы не сразу, а еще через два года, когда наконец руки дошли. И до сих пор в часы бессонницы я, случается, вспоминаю свое скоропостижное ' ,c&%ab".. Странно, но на память мне всегда приходит лишь патологическая Иванова любовь к окрошке, которую он мог поглощать буквально тазиками, и его многочисленная родня, успевшая у нас перегостить буквально поголовно всего лишь за какой-то год с небольшим. Если это кому-то интересно, то за четыре года, прошедшие с нашего развода, Ивана я не видела ни разу. Тем удивительнее выглядит тот факт, что одна из его племянниц упорно продолжает присылать мне поздравительные открытки на Новый год и Восьмое марта. Выводит круглым детским почерком: "Дорогая тетя Женя", а подписывается "Светик", Трогательно до слез, честное слово! Но вернемся к Нинон. После института наши дорожки разошлись, очень долго мы с ней вообще не виделись, а до меня долетали только кое-какие сплетни о ней и ее законном супруге Генке Поварове, который, как выяснилось впоследствии, оказался не только записным красавцем, но и весьма разворотливым мужичком. В отличие от прочих сокурсников и сокурсниц (и меня в том числе), Генка счастливо избежал печальной участи школьного учителя иностранного языка, устроившись переводчиком в крупную американскую нефтяную фирму, в коей так преуспел, что вскоре оказался в Швеции. Почему именно в Швеции, не знаю, но Нинон уехала с ним, и с тех пор от нее не было ни слуху ни духу. По крайней мере до позапрошлой зимы, когда я неожиданно столкнулась с ней возле метро "Чистые пруды". Я тогда еще работала в техникуме и с трудом сводила концы с концами, и помнится, возвращалась со службы, полная тяжких раздумий на тему, как дотянуть до очередной зарплаты, а тут... - Нинон,

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования