Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Боевик
      Яковлева Елена. Маньяк по вызову -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -
не поделить, во-вторых, не исключено, что ему не хотелось расставаться с дензнаками. Черт, да он просто читал мои мысли! - А Сеня? - Нинон опередила меня. - А с Сеней, не исключено, еще проще. Я уже говорил: коммерция, коммерция... Умопостроения Широкорядова выглядели если не бесспорно, то по крайней мере логично. Мы с Нинон были вынуждены взять тайм-аут. И все-таки я нашла слабое звено в его стройной на первый взгляд теории: - А как же тогда та первая, неизвестная жертва, которую нашли неподалеку от платформы? Поэт-песенник сразу погрустнел и признался: - Вот здесь у меня пока нет объяснения, но я уверен, что это тоже не более чем совпадение. - То-то и оно, - подытожила я и скомандовала, глядя на пустеющую прямо на глазах банку со спиртом (здоровы же пить отечественные поэты-песенники!): - Все, сворачиваем скатерть-самобранку, пока еще в состоянии передвигаться. - Ну вот, так хорошо сидели, - разочарованно произнес Широкорядов, - так нет, обязательно надо все испортить. Я оставила его жалобы без ответа и целиком и полностью переключилась на свою подружку, которая, похоже, совсем позабыла, что еще полчаса назад ломала руки и причитала подобно чеховским сестрам: "В Москву, в Москву!" - Эй, Нинон, нам пора. - Куда? - Нинон посмотрела на меня совершенно осоловелыми глазами. Неужто ее так пробрало? - Как куда? Мы же собирались в Москву возвращаться. Ты что, забыла? - Да? - Близорукие глаза Нинон затуманились. Точно, развезло! Впрочем, чему тут удивляться. Кто же пьет спирт с утра и на голодный желудок? Я схватила со стола бутерброд с красной икрой и стала совать его Нинон со словами: "Закусывай, закусывай", а Нинон отбивалась: "У меня кусок в горло не лезет!" Естественно, меня зло взяло: кусок у нее, видите ли, в горло не лезет, а спирт, между прочим, никаких препятствий на своем пути не встречает! - Нинон, Нинон, кончай глупить! - рявкнула я на нее и побежала наверх за чемоданом, который Нинон успела собрать, прежде чем к нам нагрянул поэт-песенник, совративший мою подружку с пути истинного. Кроме чемодана, я захватила и свою сумку, приволокла все это дело в гостиную, торпедой влетела на кухню и остолбенела: пока я отсутствовала, Нинон успела махнуть еще рюмашку, и теперь они с Широкорядовым сидели в обнимку и душевно выводили песенку из репертуара "чернобурок" - "горжеток". - Черт! - ругнулась я. - Да это же просто.., дурдом какой-то! Пьяная вакханалия! - Вот именно, - с готовностью подхватил поэт-песенник, словно только и дожидался моей подсказки, - и я предлагаю ее продолжить! Будем пить, пока на нас не снизойдет озарение и мы не поймем, кто из нас маньяк! - Широкорядов похабно захихикал. - Ура! - пьяным голосом подхватила Нинон, у которой после всех пережитых потрясений крыша съехала окончательно и бесповоротно. Глава 22 Стоит ли уточнять, что мы с Нинон так никуда и не уехали. Зато Сенины поминки удались на славу. Нинон и Широкорядов допили оставшийся спирт (не без моего посильного участия, впрочем). Именно посильного, ибо я мужественно приняла удар на себя, все еще надеясь, что мне удастся направить Нинон на путь истинный. Однако, как я ни старалась, так ничего и не добилась. А примерно через час Нинон была уже не только нетранспортабельна, но и практически недвижима. Зато меня - удивительное дело - хмель не брал, в отличие от той позорной истории, когда я заблевала всю машину несчастному банкиру. Мое счастье, что убитый горем Остроглазов не обратил на это внимания, не до того ему было. Хотя в данном случае говорить о счастье не очень-то ловко. К моему ужасу, Нинон развезло до такой степени, что она отключилась прямо за столом, тихо и мирно заснула в кресле. Я повернулась к поэту-песеннику и зло осведомилась: - Ну что, вы довольны? Широкорядов развел руками: - Честно говоря, я сам такого не ожидал. Нинон всегда была по этой части очень крепкой женщиной, первый раз вижу, gb.!k ее так разобрало... - Крепкая... - прошипела я. - А стресс вы во внимание не принимаете? К тому же она почти не закусывала! - Ну это она зря, - изрек Широкорядов, поднялся со стула и направился к двери. - Стоять! - заорала я так, что крепко спящая Нинон во сне зачмокала губами. - А в чем дело? - растерянно обернулся перепуганный поэт-песенник. - А в том, что я никуда вас не отпускаю! - решительно заявила я. - Вы эту кашу заварили, вы ее и расхлебывайте. Вы обязаны отвезти нас в Москву, понятно? - Н-но... Как же я вас отвезу, когда я выпил? Меня первый же милиционер остановит! Черт, а ведь он прав! - Тогда довезете нас до платформы, тут нам никто из ГИБДД не попадется, - сказала я и покосилась на совершенно никакую Нинон. - Довезете и поможете мне загрузить ее в электричку. - Это можно, - согласился Широкорядов, хотя и без особенного энтузиазма, - только... Вы уверены, что в Москве она пойдет своими ногами? - Ничего, такси поймаю, - сказала я, а сама прикинула, как мне тащить Нинон от электрички до стоянки такси. Носильщика, что ли, нанять? - Так я за машиной пошел? - снова отклеился от стула поэт-песенник. - Нужно же машину подогнать. - Сидите, - снова остановила я его, - придется все-таки подождать, когда она немного очухается. Широкорядов снова покорно приклеился к стулу. Похоже, он был вполне приручаемой мужской особью. - А что делать будем? - спросил он. - Ждать, - сурово сказала я. - Надеюсь, не до первой звезды? - усмехнулся он. - Я тоже на это надеюсь, - пробурчала я, бросив недовольный взгляд на спящую Нинон. Как выяснилось, надеялась я зря, потому что события продолжали развиваться совсем не по тому сценарию, который предполагался утром. Едва Нинон стала подавать признаки жизни - а это случилось через час-полтора, - как на кухне возник новый персонаж. Вдовствующий банкир Остроглазов. *** Вдовствующий банкир окинул нас тусклым взглядом и таким же невыразительным голосом констатировал: - Все в сборе. Понятно. Что именно было ему понятно, оставалось только гадать. Потом они обменялись рукопожатием с поэтом-песенником. Нинон успела настолько прийти в себя, что не только узнала Остроглазова, но даже и поприветствовала: - О, нашего полку прибыло! И, прищурившись, посмотрела на опустевшую банку: - Черт, да у нас уже ничего не осталось! - А по какому поводу праздник? - осведомился банкир. - Сеню убили, - жалобно всхлипнула Нинон. - Я уже знаю, - вздохнул Остроглазов. - Этот следопыт из Генпрокуратуры явился прямо в банк и битый час душу из меня вытряхивал. Где вы были от стольких до стольких?.. Где- где, спал в своей кровати. А кто это может подтвердить? А никто! - У меня то же самое, - поспешил его утешить поэт- песенник, - у меня тоже нет алиби. Я тоже спал. Правда, мы с этой милой барышней, - Широкорядов кивнул в мою сторону, - похоже, были последними, видевшими этого беднягу живым. Или предпоследними, ведь кто-то побывал у него позже нас, и кончилось это плачевно. - Черт, как я устал от всего этого, - простонал Остроглазов и рухнул на стул. - Как будто мне сейчас до каких-то там Сень! Разумеется, я против этого Сникерса ничего не имею, и мне его даже жалко, но у меня свое горе, между прочим, да еще какое! Я сосредоточилась, выбирая удобный момент, чтобы закинуть удочку на предмет привлечения банкира к операции по транспортировке отяжелевшего тела пьяной Нинон, но тут она сама все испортила, плаксивым тоном предложив: - А давайте Ирку помянем, ребята! Я прямо вся похолодела, в то время как безутешный вдовец отнесся к ее идее вполне благосклонно и отправился к себе за бутылкой. Пока он отсутствовал, я напрасно взывала к разуму Нинон и поэта-песенника. Впрочем, зря - их разум не отозвался. Нинон вообще меня не слушала, только мурлыкала под нос идиотский шлягер Широкорядова, а этот бездарный рифмоплет твердил одно и то же: - Помянуть нужно, обязательно, иначе мы его обидим... А Нинон мстительно напомнила: - А кое-кого кое-кто, между прочим, на хорошую работу устроил... Я чуть было не лопнула от возмущения: насчет выгодной работы еще бабушка надвое сказала, я всего лишь анкету заполнила, и что будет дальше - пока неизвестно. А потом плюнула и решила пустить весь этот бардак на самотек: как будет, так будет. В конце концов, соберусь и уеду в Москву сама, электрички до часу ночи ходят. Так что, когда Остроглазов вернулся с двумя бутылками - водки и коньяка, - я уже никак не отреагировала. Зато Нинон и поэт-песенник воодушевились, у них словно второе дыхание открылось. В общем, водка пошла на "ура". Мне тоже пришлось выпить за упокой души убиенной банкирши, поскольку мой категорический отказ выглядел бы не очень дипломатично. Еще два раза по пятьдесят проскочили по инерции, а дальше дело пошло... Остальное я помню не очень четко, а посему цельной картины того вечера, едва не закончившегося для меня самым плачевным, даже трагическим образом, у меня нет по сей день. Например, я так и не могу выстроить логическую цепочку, приведшую к тому, что я разоткровенничалась и выдала нашу с Андреем страшную тайну. Кажется, это случилось уже после b.#., как мы прикончили водку и коньяк, принесенные несчастным вдовцом, и отправились к поэту-песеннику, чтобы вплотную заняться его стратегическими запасами, состоящими из начатой бутылки виски и литрухи итальянского вермута. Еще у него имелось шампанское, но Нинон его отвергла, авторитетно заявив: - Градус понижать нельзя! Видимо, вскорости после этого я и раскололась. Да, точно, все случилось на той знаменитой лужайке возле дома поэта-песенника. Сам Широкорядов в этот момент в очередной раз отлучился за закуской, и мы остались втроем: я, Нинон и Остроглазов. Последний, правда, уже давно клевал носом, а на все обращения реагировал крайне неадекватно, странными репликами, типа: - Маржа? Какая маржа? Или того хлеще: - Срочно переводим средства на Каймановы острова! Вот под такой-то аккомпанемент мы с Нинон и вели душещипательные беседы на тему, как же нам, хорошим и красивым, не везет в личной жизни. В кратчайшие сроки мы сошлись во мнении, что все мужики сволочи и козлы, после чего перешли к конкретизации, выхватывая из общего стада то одну, то другую паршивую особь и внимательно рассматривая ее сквозь лупу объективности. Сначала мы пересчитали всех блох на красавце Генке, а потом переключились на мужчину моих несбывшихся снов, который поначалу фигурировал под псевдонимом "этот гад", а потом.., потом, сама того не заметив, я назвала его Андреем. И если бы дело тем и ограничилось, а то ведь пошло дальше. Слово за слово, язык мой развязался, и я сказала то, чего не должна была говорить ни при каких обстоятельствах. Главное, хоть убейте меня, не могу понять, как все произошло, как я проболталась Нинон! Когда я поняла свою оплошность, чуть язык себе не вырвала, да поздно было. Нинон, пьяненькая, разомлевшая Нинон, сразу встрепенулась и навострила ушки. Она закатила глаза и звонко хлопнула в ладоши: - Ну вот, я же чувствовала, чувствовала... Сердце мое вещее меня не обмануло... Значит, это он тебя подобрал, когда ты поскользнулась на банановой кожуре? - На какой еще банановой кожуре? - возразила я, словно это было так уж принципиально важно. - Не на кожуре, а на льду! Нинон же принялась пытать меня с еще большим пристрастием. Деваться мне было некуда, и я продолжала колоться, взяв с Нинон обещание держать мою тайну при себе. Нинон поклялась, что будет нема как рыба, но я уже чувствовала угрызения совести, и - главное дело - перед кем! Перед негодяем, обманувшим мои надежды на тихое женское счастье, на которое я имела полное право! Но, видно, такая уж я дура, и ничего с этим не поделаешь. Нинон требовала от меня новых и новых подробностей, а я изнемогала под бременем раскаяния за собственную болтливость, так что явившийся с закуской поэт-песенник оказался очень кстати. Я приложила палец к губам, и Нинон послушно замолчала, только ее глаза-изумруды подернулись "+ #.). Широкорядов осклабился и неверной, заметно подрагивающей рукой плеснул вермута в бокалы. И мы опять выпили. И я при этом уповала на то, что увеличение концентрации алкоголя в крови Нинон сослужит мне добрую службу - завтра она уже не вспомнит, чего я ей наплела по пьяной лавке. Итак, повторяю, мы приступили к распитию итальянского вермута. Это я еще помню, а вот дальше у меня пробел, вернее даже, большая черная дыра. Следующее воспоминание: я уже не на лужайке, а в доме поэта-песенника (как, интересно, я там оказалась, неужто своими ногами?), сижу на краю огромной, как цирковой манеж, кровати, за окном - чернильные сумерки, автор бездарных виршей - рядом со мной и почему-то гладит мои коленки, а я наблюдаю за всем этим как бы со стороны и немного удивляюсь. Затем Широкорядов говорит: "Минуточку", встает и куда-то уходит, а я остаюсь одна. Спустя минуту я слышу шорох за спиной, хочу обернуться, но не успеваю, потому что на моей шее смыкаются чьи-то холодные пальцы... - Нинон, ты, что ли? - спрашиваю я. - Кончай дурить. Никакого ответа, только пальцы сжимаются все сильнее. Я пытаюсь вырваться, извиваюсь ужом, кашляю... Я задыхаюсь, задыхаюсь... Да сделайте же хоть что-нибудь! Этот кто-то, совершенно невидимый, совсем даже не собирается униматься. Он сопит и пыхтит, навалившись мне на спину, но силенок придушить меня разом у него не хватает. Он то сдавливает мне горло так, что в ушах у меня начинает звенеть, то ослабляет хватку, чтобы самому шумно хватить воздуха ртом, а потом заняться мною с прежним упорством. Я уже не сижу, а лежу, барахтаясь и отчаянно цепляясь руками за холодные пальцы, впившиеся в меня... Наверное, мы боролись не так уж долго, но мне этот короткий отрезок времени показался вечностью, в продолжение которой я уж, конечно, успела озадачиться вопросом, кто же это всерьез разохотился меня задушить. Ну, разумеется, не Нинон. Тогда кто, кто? Значит, поэт- песенник. Но почему? И тут из моего одурманенного алкоголем подсознания выплыла фраза, сказанная утром мужчиной моих несбывшихся снов: "Держись подальше от творческих натур". Кого он имел в виду? Ну, разумеется, разумеется, только Широкорядова. Кого же еще, кроме него?! Озаренная этим открытием, я напружинилась и, изловчившись, уперлась ногами в стену, а затем всем своим весом обрушилась на своего противника. Хватка холодных пальцев ослабела, мне удалось вырваться. Потная, растрепанная, я вскочила с кровати и со всех ног бросилась к двери. Толкнула ее и.., влетела в объятия Широкорядова. Тогда кто же душил меня там, на кровати? Я обернулась и увидела... Лизу, которая сидела на ковре, уткнувшись лицом в колени, и что-то нечленораздельно бормотала. - Да что тут... - начал Широкорядов, но договорить ему не дала зычная команда: - Стоять! Ни с места! Я посмотрела на Широкорядова, а он - на меня, при этом мы оба застыли как изваяния. Глава 23 Дальше все было совершенно не правдоподобно. В комнату набились люди в камуфляже, причем у двоих иди троих я совершенно точно рассмотрела автоматы. Ругаясь и грохоча толстыми подошвами армейских ботинок, они скрутили Широкорядова. Эту процедуру они проделали так быстро и рьяно, что у несчастного поэта-песенника слезы из глаз брызнули. - За что? - возопил Широкорядов. Вид у него был ужасный, я старалась на него не смотреть, памятуя, что ему не очень-то приятно демонстрировать слабость в моем присутствии. - Вы знаете за что! - Голос, произнесший эту сакраментальную фразу, показался мне до боли знакомым. Все еще потирая шею, я вгляделась в толпу камуфлированных людей и узнала в одном из них своего бывшего возлюбленного. Именно он протягивал Широкорядову какую-то фотографию со словами: - Так как же ее звали, Широкорядов? Ну-ка, напрягите память! Я скосила взгляд на снимок в руках Андрея, и ноги мои подкосились: на нем была та самая девушка с милицейской листовки! - Так как ее звали? - повторил мужчина моих несбывшихся снов. - Валентина, - выдавил из себя поэт-песенник, зажмурился и монотонно заныл, словно у него внезапно разболелся зуб. Я до такой степени ничего не понимала, что даже на свою душительницу Лизу посмотрела, но глаза той выражали не больше, чем два осколка бутылочного стекла. - А теперь рассказывай, как ты ее убил! - громко распорядился мой "особо важный" любовник. - И-и-и... - продолжал монотонно ныть Широкорядов, слезы бежали по его лицу двумя мутными ручьями. Плачущий мужчина - это жуткое зрелище, если кто не знает. Я чувствовала себя преотвратно, ничуть не лучше, чем той ночью, когда нашли мертвую банкиршу на заброшенной дороге. Может, все бы и окончилось, как в тот раз, если бы меня не отвлекли новые, достаточно неожиданные звуки. Пребывающая в меланхолии Лиза ни с того ни с сего принялась хохотать, дико, безудержно, захлебываясь слюной. Хотя... Кажется, это была не слюна, а белая пена. Все застыли, наблюдая эту чудовищную сцену, а Лиза упала на спину и стала биться в истерике. - Да у нее ломка! - не очень уверенно высказал предположение один из закамуфлированных, присел на корточки рядом с Лизой и перевернул ее на бок. Мужчина моих несбывшихся снов тоже наклонился над моей недавней душительницей, имевшей теперь более чем жалкий вид, ( пробормотал: - Опять от папочки сбежала... Потом резко выпрямился и отрывисто бросил через плечо: - Быстро "Скорую", а то у нас еще один труп будет. Ответом послужил хлопок двери. - А этого, - кивнул Андрей на поэта-песенника, повесившего на грудь понурую голову, - в машину. Команда была немедленно и беспрекословно выполнена. Прежде чем вывести Широкорядова из комнаты, на него надели наручники, и их лязгание заставило меня вздрогнуть. Так мы остались в комнате втроем: я, мой бывший любовник и Лиза, которая подозрительно затихла. - Живая ли? - высказал опасение Андрей. Теперь уже, я приблизилась к Лизе и прислушалась: она дышала, только очень тихо. Спала сном праведницы, если так можно сказать о скандальной наркоманке, зачем-то пытавшейся меня задушить. Андрей оглянулся на дверь и тихо сказал: - Я же тебя просил держаться подальше от этого рифмоплета. И вообще, почему ты не уехала в Москву? А если бы он до тебя добрался? - Добрался? - Я осторожно ощупала горло. - Пожалуй, с меня хватит и Лизы. Она меня чуть не задушила. - Что? - Глаза моего бывшего любовника полезли на лоб. - Как это - чуть не задушила? Почему? - Откуда я знаю, это ее спрашивать надо... Пойми тут, разбери, что на нее нашло! Набр

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования