Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Алешина Светлана. Ольга Бойкова 1-4 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  -
бираюсь. - Ой, Павлик, какой ты молодец! - сюсюкающе прощебетала Маринка, и мне снова захотелось зевнуть. Она схватила бокал и прижалась плечом к своему очередному кумиру. То, что я вижу именно ее кумира, можно было уже не сомневаться, достаточно было взглянуть на Маринку. - Ты познакомишь меня со своей подругой? - покровительственным тоном произнес кумир, держа второй бокал на уровне груди и явно предназначая его мне. - Да, конечно, это Оля. Мы вместе с ней работаем в газете, - быстро проговорила Маринка, и я отметила это "вместе". Как я поняла, Маринка, наверное, в газете не секретарь, а я уж точно не ее начальник. Ну и пожалуйста, не очень-то и хотелось. - Приятно, приятно, - проговорил Павел и протянул второй бокал мне. - Это хорошее шампанское, Оля, ананасов, правда, не хватило, уже разобрали, - незатейливо пошутил он, намекая на свою интеллигентность. Маринка хихикнула и прижалась к Павлу еще ближе. Все ее поведение было демонстрацией своих прав на это улыбчивое имущество. Кто бы возражал? По крайней мере, уж точно не я. - А вы, Оля, каким ветром сюда? - спросил у меня Павел. - Или по работе выполняете важное и секретное задание? Я уже собралась что-то ответить, не помню уж что, но Маринка, не давая мне даже рта открыть, снова прощебетала: - Ой, да какое там еще задание! Она сюда пришла с Романом-реалистом, я сама видела. - Вот как? - переспросил Павел и еще с большим интересом взглянул на меня. - А где же он? - Он к Альтшайзеру попался, - сказала Маринка. - Тот все вокруг меня крутился, выпытывал, не художница ли я, а потом искал куда бы свалить. И тут Роман подвернулся. - А почему "реалист"? - не выдержала я роли статистки, на которую меня толкала Маринка. - О господи! - простонала Маринка. - Да потому, что пишет он в реализме: все пейзажики да натюрморты... Я покачала головой: у Маринки явно что-то случилось с манией величия. Наверное, встретились и никак расстаться не могут. Иначе и не объяснишь. Роман появился через несколько минут с двумя бутылками пива. - А вот и я, ребята, - сказал он. Увидев, что я уже с шампанским, Роман поморщился, но положение исправил Павел: он взял одну бутылку. - Получается, что бутылочку ты принес мне, дорогой, - жеманно произнес Павел, и Роман, грустно усмехнувшись, отпив из своей, пожаловался: - Пообещал Альтшайзеру еще один этюдик, лишь бы отстал, сволочь... Угораздило же его встретить... 9 А вечерок-то выпал гораздо интереснее, чем начинался. Когда ребята-художники разошлись, в смысле расходились, то вместе с ними оттаяли и мы с Маринкой. После того как в наших бокалах закончилось шампанское и пивочко в бутылочках, мы все как-то дружно поняли, что нам здесь неинтересно и несодержательно, и, быстро сговорившись, сбежали с этой непонятной презентации, логично переходящей в безобразия. Павел предложил просто погулять на свежем воздухе, а там, сказал, видно будет. Спускаясь вниз по лестнице, мы снова натолкнулись на Альтшайзера, зажавшего в угол какого-то взлохмаченного парня. - ..Вы интереснее Бакста, Шура, - тоном профессиональной бандерши вещал Альтшайзер и, увидев меня, идущей первой, зачем-то мне подмигнул, словно мы с ним были в сговоре. Несчастный Шура посмотрел на меня затравленным взглядом и, пользуясь моментом, захотел улизнуть, но у него ничего не вышло: старый халявщик был начеку и, ловко сменив позицию, возник на его пути. - Ваш милый этюдик в голубых тонах мне очень нравится, - забормотал он. Маринка, идущая следом за мною, не выдержала и фыркнула: "Ему так одиноко висеть на стене", - жалобным тоном передразнила она Альтшайзера, и мы все вчетвером рассмеялись в полный голос. Даже Роман, имеющий к старому попрошайке свой счет, тоже не выдержал. Самым любопытным было то, что Альтшайзер вместе с нами смеялся тоже громко и заливисто, ни на секунду не выпуская из виду свою очередную жертву. - Вот в каких условиях приходится творить, - сказал Роман, когда мы вышли во двор. - Невозможно добиться чистоты творчества. Просто не дают! - А вот пан Косульский может, - промурлыкала Маринка, повисая на руке своего бойфренда. Я только было открыла рот и тут же его закрыла, поняв, что скрипач, виденный мною в зале на третьем этаже, - это шедевр работы Павла. Как хорошо, что я не разбежалась сразу же и громогласно не охаяла сие творение, а ведь давно уже язык чесался. - Ты что-то хотела сказать? - наклонился ко мне Роман. - Почему ты мне не сказал, что Павел - тот самый художник, о творчестве которого мы с тобой рассуждали? - с мягкой укоризной попеняла я ему. - О моем творчестве? - удивился Павел. - О чем конкретно, если не секрет? - О вашем проволочном скрипаче! - назвала я его картину, и Павел, нахмурившись, хмыкнул. - А тебе понравилась эта картина? - спросил он меня. - Кроме размера, - призналась я, - для каких помещений ты подготовил ее? Для Зимнего дворца? - Для Лувра! - серьезно ответил Павел, и Маринка восхищенно захихикала. Мне даже противно стало, честное слово, не вру. Нельзя же так откровенно демонстрировать мужчине свое подчиненное положение, они же от этого совсем совесть теряют! - Не слабо, - согласилась я, продолжая разговор с Павлом. - Третьяковкой решил не размениваться? - Это отстой, - важно выдал Павел. На этом, собственно, культурно-познавательная часть нашей прогулки и закончилась. После нее мы вчетвером гуляли по набережной, зашли в клуб "Алые паруса", выпили там еще немного чего-то легкого, уж не помню, чего именно, потанцевали в первом зале клуба, потом во втором... После того как, оглушенные громкой музыкой и утомленные бодрыми танцами, мы вывалились на улицу, звезды давно уже висели на небе, прохожих не было, и все фонари на столбах светили ровным светом. - Сколько же натикало? - задался вопросом Роман и посмотрел на часы. - Ну время-то еще детское! Всего лишь первый час. Я выдернула из-под рукава свои часы и взглянула на них. - Не "всего лишь первый час", а почти час, без пары минут, - уточнила я и тут же пустилась в занудствование: - Мне завтра, точнее, уже сегодня, нужно на работу. Это Маринке хорошо, она в отпуске. - Маринке хорошо, - протянула моя секретарь и надолго заглянула в глаза своему Павлу. Кончилось у них это дело поцелуями. Пока ребята занимались такой антисанитарией прямо на улице, я достала сигареты и закурила. Не то чтобы я была против поцелуев на улице или вообще против них, но с Романом у нас до этого дело еще не дошло: как я подозревала не без оснований, по причине его отчаянной лоховости. Так что, чтобы не стоять бесполезным тополем посреди кирпичных джунглей, я решила заняться нейтральным делом, поэтому и закурила. Оторвавшись от Маринки и преодолевая ее сопротивление, Павел обратился ко мне: - А что, обязательно на работу идти, да? Может быть, прогуляешь один день? - Обязательно нужно идти, - подтвердила я. - Тогда едем, если нужно идти, - вздохнув, сказал он. - А по дороге, может быть, и договоримся о чем-нибудь полезном. - О чем же, интересно? - независимо поинтересовалась моя подруга, - Да вот, Ольга, возникло предложение у сильной части нашего дружного коллектива: не махнуть ли нам завтра на дачу? У Романа есть классная дача. Он тебе еще не рассказывал? - Не успел, - вступил в разговор Роман, и мне показалось, что он, как-то сразу смутившись, начал с беспокойством поглядывать на Павла. - Да брось ты менжеваться, братишка! - Павел хлопнул Романа по плечу и повернулся ко мне: - Он у нас парень стеснительный. Если не хочет сам расписывать вам красоты дачки, тогда расскажу я. - Ты так классно рассказываешь всегда, - совершенно серьезно заметила Маринка, хотя мне показалось, что это уж точно было перебором. - Ты помолчи пока, счастье мое, - довольно-таки бесцеремонно оборвал ее Павел. - Дай я расскажу, а потом напустишь своих ремарок. - Конечно, конечно, - смешалась Маринка, - извини, я не подумала. Я словно проглотила все слова, которые очень хотелось сразу же выпалить, увидев такое Маринкино поведение. Чем же, любопытно, этот живописец ее взял? - Ну так вот, значит, - плавно продолжал Павел. - Одним словом, Оля, у Романа на берегу озера стоит довольно приятный домишко, одной своей стороной похожий на рыцарский замок, а другой - на собачью конуру, - пошутил Павел. - Но, что бы там ни говорилось, природа красивейшая, рыбалка отличная... Что еще нужно для приятного отдыха? - Для приятного отдыха еще нужна гитара, ну она у меня есть, - сказал Роман. - И чуть-чуть "Кинзмараули" прикупим, если дамы не против. Идет? Они все посмотрели на меня в ожидании ответа. Я пожала плечами, а потом подумала: "А какого черта я теряюсь?" Решив, что не теряю ничего и поэтому теряться нечего, я выпалила: - Идет! А почему бы нет? - Действительно! - рассмеялся Павел и по-хозяйски обнял Маринку за плечи. Она тут же прильнула к нему, как дрессированная куклачевская кошка, и, кажется, даже замурлыкала. Роман, очевидно, позавидовав Павлу и решив не отставать от товарища, обнял меня. Не знаю, на что я так отвлеклась, но, как мне показалось, я сначала совсем не заметила этого маневра. И вспомнила об этом только после того, как мы сели в машину. Машина была Романа, а Роман был со мною, поэтому я села впереди рядом с ним, Маринка с Павлом - сзади, и мы поехали ко мне домой. Я так понимала, что совершается процесс провожания меня нах хауз. Куда потом денутся Маринка с Павлом, затеявшие какую-то подозрительную возню на заднем сиденье, я не думала. Я думала о том, куда решится деться Роман. Мне нужно было продумать план своего поведения на тот случай, если он нагло пожелает остаться у меня в квартире на ночь, и на тот случай, если он подло захочет уехать к себе домой. Однако почему-то не думалось, что было странно и непривычно, и я решила посмотреть, как будут развиваться события дальше, и поступить по обстоятельствам. Может быть, кто-нибудь что-нибудь и подскажет, если сама не соображу. Мой дом никуда не делся, мы подъехали к нему и нашли его все на том же привычном месте. Едва мы все четверо вышли из машины, как я заметила на лавочке у подъезда одиноко сидящего мужчину. Это был Виктор. И мне сразу стало как-то неловко. Даже Маринка резко оборвала свои взвизгивания и, подойдя ко мне, шепотом спросила: - Виктор? А что он тут делает? - Ждет, наверное, на всякий случай, - ответила я. - Ты же знаешь о его чувстве долга. Решил убедиться, что со мною все нормально. - Ой, мать! - с сомнением проговорила Маринка. - А вот у меня впечатление, что не просто так он тут подпирает скамейку, не просто так! Уж не стала ли ты путаться в мужиках? Я даже не взглянула на эту Пифию и быстро подошла к Виктору. Он встал при моем приближении и только тихо спросил, внимательно глядя мне за плечо: - Нормально? - Да, конечно же, - ответила я, - пошли ко мне, я тебя чаем напою. И останешься, кстати, если хочешь. Куда тебе ехать-то на ночь глядя? Виктор быстро взглянул на меня и отрицательно покачал головой. Я почувствовала, что краснею, потому что даже сама поняла, как неискренне прозвучало мое предложение. Виктор, кивнув, отступил в темноту и, повернувшись, ушел почти неслышными шагами. В этот момент подошли и приотставшие мои спутники. - А вы круто живете, Ольга, - с уважением произнес Павел. - С охранником ходите! - Это скорее он с ней ходит, - влезла Маринка с дурацким уточнением. Я хотела сначала ответить ей что-то резкое, а потом передумала, сообразив, что по отношению к Роману эти слова вполне могут показаться и не совсем глупыми. Пусть знает, что.... Впрочем, неважно. Роман все понял правильно и немного застеснялся и засмущался. На такой лирической ноте мы поднялись ко мне в квартиру. В холодильнике нашлась бутылка какого-то подозрительного напитка. Происхождения бутылки я не помнила, но Маринка весело закричала, что это тот самый ликер, который мы с ней пили месяц назад. Я имела на сей счет немного другое мнение, но не стала спорить. Мы устроились в кухне, Маринка занялась кофе, мужчины закурили, и Павел повторил свое предложение о завтрашнем отдыхе. Не знаю, что там включилось у Маринки в голове, но она вдруг принялась меня усиленно уговаривать принять предложение, словно я собралась отказываться. Я не отказывалась, только не спешила соглашаться, а это разные вещи. - С Павлом интересно, просто здорово, - щебетала она, оглядываясь от плиты на своего художника. - Рабинович такой затейник - вспомнилась мне строка из старого анекдота, и Маринка расхохоталась, не обращая внимания на хмурившегося своего бойфренда. Павел вел себя так, словно ему было неинтересно, что про него рассказывают приятные вещи. Так я ему и поверила! По моим наблюдениям, все мужчины, как павлины, и им весьма даже нравится, если женщины ведут себя, как попугаи, постоянно повторяя: ах он, ах у него... Нравится им это, только от меня шиш дождешься такого. Павел с Романом переглядывались, Павел слегка ухмылялся, а Маринка, войдя в раж, продолжала растекаться мыслью по древу. - Павел, он такой! Он замечательный! Я бросила украдкой взгляд на Павла и заметила на его лице тень слабой довольной улыбки. Ну так и есть, я оказалась права, и нечего мне строить из себя выдающуюся личность. - Он любитель оригинальных и неординарных поступков! Правда, Паша?! - продекларировала Маринка. Маринка отскочила от плиты и, наклонившись над Павлом, поцеловала его в лоб, тут же вернувшись к туркам с кофе. - Значит, любитель? - решилась я поддержать непонятный разговор, посматривая на Павла. Роман, видимо взревновав, тут же небрежно произнес: - Люди творческие без легкой встряски неуютно себя чувствуют на этом свете и в этом мире. По себе это знаю. Намекнув таким ненавязчивым образом, что Павел тут не один живописец, Роман снова начал распускать руки в своей робкой и почти приятной манере, а Маринка все продолжала: - Ты знаешь, Оль, я такие испытала невероятные ощущения! Думала, что в моем все еще юном возрасте уже ничего нового узнать нельзя, а оказалось, можно! Я снова немного покраснела и срочно опустила голову, чтобы это не так бросалось в глаза. - Да, да, - восторженно воскликнула Маринка, - представляешь, какой кайф: нестись на машине в темноте с выключенными фарами, не видеть дороги, думать, что вот-вот врежешься и костей не соберешь! Жутко, но захватывает, черт побери! - Это ты, что ли, неслась? - со здравым скепсисом спросила я, прекрасно помня, какая Маринка трусиха. - Ну да, - слегка обиделась она. - Не одна, а с Павлушей! А однажды, представляешь, он устроил мне такое блиц-испытание - это он так называет "блиц-испытание" - прямо в центре города! Ну почти! Я сидела за рулем машины, а он выскочил из-за угла, как рявкнет: "Поехали"! Я ка-ак ударила по педали! До сих пор не понимаю, как нас менты не остановили! Я заметила, что взгляд Павла стал сосредоточенным и жестким. - Готов кофе? - спросил он. - Да-да, уже-уже, - суетливо пробормотала Маринка, - вот, пожалуйста! Она поставила перед ним чашку, потом перед Романом, а потом подала и мне. Я не поняла внезапной Павловой скромности и поинтересовалась - ведь надо же было поддержать разговор: - А когда же это произошло? - На машине-то в центре? - переспросила Маринка. - А я не помню! - с обескураживающей непосредственностью сказала она, и я обратила внимание, что Павел расслабился, а рука Романа снова начала все тот скучный путь, уже два раза ею пройденный. Маринка пододвинула свой табурет ближе к столу, села рядом с Павлом и погладила его по руке. - Вспомнила! - вдруг сказала она. - Ну да, верно! В тот день еще объявили, что магазин ювелирный ограбили! Помнишь, Павел, я тебе говорила, а ты сказал, что.., ой! Маринкино "ой" заставило меня поднять глаза. На меня в упор смотрел Павел и взгляд его в этот момент был так страшен, что я растерянно повторила последние Маринкины слова: - Магазин ограбили, говоришь? Павел с силой оттолкнул от себя стол и вскочил. С грохотом полетела брошенная на пол табуретка. - Ты кончай эти шутки! - прикрикнул на него Роман, ловко уворачиваясь от пролитого на стол кофе из его чашки. - Что за прыжки, мать твою?! Павел молчал, молчала и я, продолжая упорно разглядывать его. - Паша, ты что? - тихо спросила Маринка. - Ты что, Паша? - Поняла, значит, Ольга? - с тихой угрозой спросил меня Павел и, хотя я еще не до конца сообразила, что, собственно, происходит, но после его слов у меня уже не оставалось сомнений. - Это ты все сделал? - спросила я. Он кивнул. - Не только я, как ты поняла, но и твоя Марина тоже. Она втемную сыграла в мою подельницу, - гнусно ухмыльнулся Павел. - Что, не нравится? Я промолчала, спешно соображая, что же происходит, и отказываясь признаваться самой себе в этом неожиданном открытии. Мои сомнения разрешил Павел. - Я завтра собирался обсудить этот вопрос, но, видно, карты легли по-другому, - сказал он. - Павел, ты что? - повторила Маринка, все еще ни о чем не догадываясь. - Молчи! - резко бросил ей Павел, как собачонке, и Маринка замерла с полуоткрытым ртом. Роман тоже непонимающе воззрился на него, но молчал. - Так вот, значит, Ольга Юрьевна, - сказал Павел, - я прослушал кассетку, которую вы обронили в сумочке. Собственно, ради нее все и было затеяно. - Ты про что это говоришь? - наконец подал голос Роман. - Молчи, дай мне договорить, - рявкнул Павел и выдернул из кармана руку с пистолетом. - Всем молчать и слушать меня! - Повторил он, отходя к кухонному окну. - Я хочу, чтобы вы, Ольга Юрьевна, хорошо запомнили вот что: если возьмут меня, то я не партизан и молчать не стану. Ваша Мариночка пойдет со мной соучастницей, хотя она и не понимала, что происходит! Но вы-то это понимаете? Я молчала, будучи не в силах пошевелиться от навалившегося на меня ужасного открытия. - Ей - срок, вы - свидетельница на суде, ваша газетка не оправится от скандала, и хана всему вашему бизнесу и светлым перспективам. Вопросы есть? Я не в силах была шевельнуться. - Павел, ты что?.. - потрясенно шептала моя секретарша, как заезженная пластинка. На ее расширенные глаза навертывались слезы. Роман замер и с полуоткрытым ртом оглядывал всю нашу компанию. В это время позвонили во входную дверь. - Кто это? - дернулся на меня Павел, и это словно вывело меня из ступора. - Не знаю. Я никого не жду. Может быть, соседка, - тихо предположила я. В дверь настойчиво позвонили еще раз, и еще. Павел вполголоса выругался. - Вам двоим молчать и не шевелиться, - бросил он. - А ты, Ольга, идешь со мной и открываешь дверь! Поняла? И без шуток! Я тебя предупредил: молчать не буду! Я встала. Павел взял меня под руку и потащил к двери. Пистолет он спрятал в карман. - Веди себя естественно! - прошипел он мне в ухо, и я через силу кивнула. Я даже не стала смотреть в дверной глазок: не все ли равно, кто там пришел, если повалили такие события? Хуже все равно уже не будет. Просто не может быть хуже, чем есть сейчас. Открыв дверь, я увидела за нею Виктора. Не успев сказать и

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования