Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Алешина Светлана. Ольга Бойкова 1-4 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  -
го же они мне все-таки сыпанули? Героин, наверное. С водкой - убойная вещь, только, по-моему, дозу не рассчитали. - С чего это они тебе героин сыпать будут? - недоверчиво спросила я. - Дорогое удовольствие. - А я им понравился, - с усмешкой сказал Виктор. - К тому же, если ты думаешь, что там собираются только бедные студенты, ты сильно ошибаешься. Пиво явно благотворно действовало на Виктора. Мимика и движения его стали более естественными, с лица постепенно сползала желтушная бледность. - Ладно, мы эту тусовочку хорошенько распишем в какой-нибудь статье, будет тебе материал для раскрутки... А если ближе к делу? - Теперь о птичках. Можно сказать, мне повезло - быстро наткнулся на человека, который узнал Кряжимского. Я вырезал его гордый профиль из той фотографии, которая стоит.., стояла у нас в редакции. Помимо воли, у меня вырвался негодующий вопль. - Да не переживай ты, у меня негатив есть. Сделаю еще. - Так ты что же, ходил там и показывал всем фотографию? - в ужасе спросила я. *** Виктор нашел в себе силы постучать пальцем по лбу и недовольно заметить: - По-моему, у тебя все ж весьма нелестное мнение обо мне. Я разговорился с одним человеком, Виталием зовут, и после щедрого угощения у нас пошли душевные разговоры. Поверь, статью могу хоть сейчас написать. Сам. Так я рассказал, что парень из их компании, Степа, познакомил меня с одним человеком... - тут я описал ему нашего Сергея Ивановича, - и тот занял у меня деньги. Виталий сказал, что вроде видел однажды кого-то похожего, правда, давно, он вроде Степу от ментов отмазывал. Тогда я показал ему фотку, и он сказал - тот самый. И добавил, что не знает, где его можно найти. А знаешь, что он ответил на мой вопрос, что такой немолодой человек делал в их компании? Что Кряжимский покупал наркоту. И отнюдь не безобидную травку. - Что? Я не ослышалась? - Нет. И в данном факте Виталий абсолютно уверен. Еще он сказал, что Степка - парень ненадежный, и недаром его так не любит Алексей. Как недолюбливает и "того самого, с фотографии, который деньги должен". - Минуточку, тот самый Алексей, который со сломанным носом? К которому Настя ушла от Степы? - Судя по всему, да. Как я понял, этот Алексей - довольно мутная личность. Чертов Виталя достал меня, то и дело повторяя: "Крутой пацан, не лох какой-нибудь". Я сидела на табуретке, уставившись на кружившиеся в чашке чаинки, и пыталась переварить услышанное. Кряжимский покупал наркотики. Абсурд! Но если тот парень в этом уверен? - Виктор, - сказала я. - Я что-то совсем запуталась. - Да я тоже ничего не понимаю. Зачем Кряжимскому наркотики? Правда, у него тогда умерла мать, - он неуверенно посмотрел на меня. , - Думаешь, просто нервы не выдержали? - засомневалась я. - Может, и так. - Ну а со Степой ясно одно - никого он особенно не интересовал, так как на "крутого" парня не тянул и ходил скорее в "шестерках". Один возможный недоброжелатель - Алексей, да и тому теперь по барабану, девушку-то он получил. Про них-то и узнать бы что-нибудь поподробнее. - Нужно выманить с югов Кряжимского, - в отчаянии сказала я. - Он бы хоть объяснил всю эту чепуху. А то кради тут зажигалки с места преступления прямо на глазах у следователя прокуратуры и кучи свидетелей и отправляй друзей пить водку с героином! А потом еще и узнавай такое... В полном расстройстве, забыв, что я за рулем, я отобрала у Виктора бутылку с пивом и допила остатки. - А у Насти я опять была вчера вечером, и местная стража сообщила мне, что она третий день не появлялась дома, - я зачем-то вернула Виктору пустую тару. Он машинально взял бутылку и, по-быстрому посчитав, произнес: - То есть ее не видели как раз со дня убийства. Думаешь, пора обзванивать больницы и морги? - Да нет, надеюсь. Бабки сказали, что девка взбалмошная, могла загулять. Но ты прав, найти ее нужно обязательно. И конечно, Алексея этого со сломанным носом тоже. Время приближалось к девяти, и пора было отправляться на работу. Взглянув на Виктора, я предложила ему взять выходной, но он мужественно и, на мой взгляд, опрометчиво отказался. По дороге мы еще раз заехали к Насте и, опять никого не застав, оставили у бабушек для девушки записку с просьбой позвонить по важному делу. В редакцию мы вошли, распространяя стойкий аромат пива. Виктор держал под мышкой полуторалитровую бутылку с минеральной водой. У Маринки глаза на лоб полезли, когда она увидела его, опухшего и нездорово бледного. "Это же надо так надраться!" - отчетливо читалось в ее взгляде. Она презрительно хмыкнула и, не поздоровавшись, продефилировала мимо в другую комнату. - Чего это она? - удивился Виктор. - Она же звонила тебе этой ночью, и, наверное, ей очень не понравилось то, что она услышала. - Звонила мне? Этой ночью? - не веря своим ушам, переспросил Виктор. - Ты что, не помнишь? - настала моя очередь удивляться. - С тех пор как я ловко обошел милицейский патруль и подошел к дому, память мне частично отказывает, - признался он. - А то, что я звонила, помнишь? - Смутно. Что же я ей такого наговорил? - Скорее всего, ничего. В этом-то и проблема. Я сочувственно вздохнула, в глубине души ощущая себя виноватой. С Маринкой, когда она чем-то обижена, нужно столько терпения... Сначала она действительно чувствует себя несчастной, а немного оправившись, с возрастающим в геометрической прогрессии удовольствием начинает наблюдать, как вокруг нее носятся, кудахтая и хлопая крыльями. Но в любом случае в подобный промежуток времени добрая и смешливая Маринка становится таким деспотом, что все грандиозные тираны прошлого рядом с ней представляют собой достойное жгучей жалости зрелище. Но людей сближают общие проблемы, вспомнила я. - Вчера мне звонила Александра, - оповестила я. - Она утверждает, что против нас готовится заговор. Ромка и Виктор повернулись ко мне, в дверном проеме я увидела, какой настороженный взгляд в соседней комнате стал у Маринки. - Что ты хочешь этим сказать? - Стопорецкий давно точит на нас зуб, сами знаете. Не просто же так он вчера заходил. - Как он сказал? - Ромка напрягся и попытался изобразить самодовольную физиономию нашего незваного гостя. - "Я здесь от лица возмущенной общественности". - И хотя мимике его не хватало многолетней изощренной отточенности бывалого управленца, получилось очень даже похоже. - Перестань, - предостерег Виктор. - Не дай бог, напугает кто, таким и останешься. Я тебя тогда сам убью. Как легко мы кидаемся такими словами, с тоской подумала я. И к чему это потом приводит? Потихоньку я уже начинала злиться на безответственное поведение Кряжимского, который влип черт знает во что и спокойненько уехал отдыхать, оставив нас расхлебывать заваренную кашу. - Глупо с его стороны было приходить самому, - появилась из своего убежища Маринка. - Если уж он действительно решился в отместку вредить нам, то спокойно мог бы делать это исподтишка, для начала присылая к нам саму возмущенную общественность. А так можно вполне нарваться на протест и обвинение в угрозах и незаконном воспрепятствовании деятельности журналистов. - И ограничении свободы средств массовой информации, - поддакнул Ромка. - Думаю, он просто не мог отказать себе в удовольствии порисоваться и самолично попугать нас тут. Примостившийся подальше от солнечного света Виктор только поморщился. - А что-нибудь Александра еще сказала? Более конкретное? - полюбопытствовал Ромка. - Почти ничего. Только то, что Стопорецкий начал собирать все жалобы, которые когда-либо были поданы на нас. Наверное, ищет, за что зацепиться. - На любую газету подают столько жалоб, - заметила Маринка. - В прошлом году, например, нас обвиняли в том, что мы покрываем кровавые эксперименты, проводимые инопланетянами, и сваливаем всю вину за эти зверства на несчастных невинных маньяков. Помните? А меня лично - в кодировке народных масс посредством зашифрованных в печатном тексте сигналов и сочетаний. Я отлично помнила Все эти несуразицы, и, надо сказать, Маринка себя немного недооценивала. Она была профессиональным филологом, и тексты, составленные ею, действительно обладали силой мощного психического оружия, всегда находя широкий отклик. - Это, конечно, тоже. Но он, скорее всего, будет выискивать жалобы на нарушение тайны частной жизни, превышение полномочий и неосторожность высказываний. - Ничего он не найдет, - отмахнулся Ромка. - Мы были осторожны. Я улыбнулась. Не подумайте, пожалуйста, ничего плохого, но порой работа в прессе требует некоторого отступления от формальностей.., именно от формальностей. Не больше. Газета была моим детищем, а когда дело касается детей, мы часто становимся идеалистами. Их надо беречь, у них еще все впереди, и им немножко больше можно. - Но Александра все же сочла нужным нас предупредить, - напомнила я, спрыгивая со стола. - Так что, если за кем-то есть какие-то хвосты... - грозно сказала я. Ромка полез под стол. Он представлял разительный контраст со всеми нами, не выспавшимися по разным причинам. Глава 5 Кряжимский так и не позвонил. Я отправилась в районную прокуратуру на пресс-конференцию, посвященную успешному завершению расследования серии заказных убийств. Во время речи прокурора в зале стояла поразительная тишина, и, когда у одного из репортеров зазвонил телефон, на беднягу так зашикали, что он, несмотря на профессиональную наглость, покраснел и покрылся испариной. Я тихонько залезла в сумку и отключила свой мобильник. От греха подальше! Тем не менее выступление оказалось не слишком интересным, и на множество задаваемых в конце встречи вопросов прокурор отвечал так же неопределенно и загадочно, как кофейная гуща в чашке у неопытной гадалки. Я жалела о потерянном времени, но зато, возвращаясь в редакцию и проезжая мимо Настиного дома, заметила девушку, которая о чем-то беседовала с сидящими на лавочке у подъезда старушками. Неужели?.. Я немедленно остановилась и, выходя из машины, успела заметить, как одна из бабулек передала девушке какой-то листок бумаги. Наверняка записка, удовлетворенно подумала я. Ну, здравствуй, Настя. Подходя, я вовсю рассматривала девушку. Невысокая, очень худая, светлые волосы - пушистое неухоженное каре. Висящая одежда, ей явно плевать, как она выглядит. Правильно, и так симпатичная. - А вот и она, - обрадовались бабульки, заметив меня. Настя - а в том, что это была именно она, сомнений не оставалось, - обернулась. Сначала мне показалось, что на меня пристально смотрит языческий идол, настолько черными были у нее глаза, затем я поняла, что глаза-то у нее обычные, светло-серые, а вот зрачки ненормально расширены. - Здравствуйте. Я Ольга, - поспешила я представиться. - Наконец-то вас дождалась! Мне надо поговорить с вами о Степе. Она едва заметно вздрогнула, а зрачки, казалось, стали еще шире. Черт, кем же ей назваться? - Я его родственница... - Пойдемте в дом, - сказала она. Двигалась она не то чтобы медленно, но как-то неуверенно и очень осторожно, будто заранее оберегая себя и обходя все возможные и невозможные препятствия и преграды. Я не сомневалась, что на руках вен у нее уже и не видно. Настя была очень похожа на человека, который подошел к самой черте. Она отперла дверь, сказала тихо: - Проходите. *** Я скинула в коридоре туфли, с любопытством оглядываясь. Квартира была из тех, которые переходят по наследству от бабушек и дедов вместе со всеми вещами и мебелью, сохраняя атмосферу прошлых годов. Абажур с бахромой, массивный шкаф с мутным зеркалом толстого стекла, стулья с круглыми спинками и вытертой гобеленовой обивкой. Я прошла за Настей в комнату, села на продавленный диван. И ремонт, похоже, делали тоже в далекие времена прежних хозяев, а из привнесенных Настей вещей здесь, наверное, только ее личные, да телевизор со снятой задней панелью, стоящий у стены. Она аккуратно устроилась в старом кресле напротив меня и ждала. - Я родственница Степы, меня попросили найти его родители. У него тяжело болен отец, старики посылали ему телеграмму, но не получили ответа Так же произошло и со второй, - бессовестно добавила я еще одну телеграмму. - Забеспокоились. Они, конечно, были в ссоре, но Степа никогда не был настолько жестоким, чтобы проявлять в такой ситуации характер. Я его тоже немного помню с детства - добрый, безобидный, не мог он так поступишь. Губы у Насти дрогнули. - А так как я живу здесь, - продолжала я, - они попросили меня узнать, что случилось. Когда вчера вечером я пришла к нему, то... Настя всхлипнула и закрыла лицо руками. - Тише, ну что вы так? - я вскочила с дивана и бросилась к ней. - Успокойтесь, не надо плакать. Зачем? - Я все знаю, - сквозь слезы сказала она. - Это ужасно. Это несправедливо. Он был такой хороший... *** Она плакала тяжело, словно со слезами надеялась избавиться от наболевшего на сердце, и от моего участия ей становилось только хуже. - Не плачь, слезами его не вернешь, а ему бы не понравилось, что ты плачешь. Фраза ее добила. - Я ведь хотела только сделать как лучше, я не хотела его обижать! Он ведь еще мог вырваться! И я сама бросила его, а он не понял! Это я во всем виновата, а я только хотела помочь... - Ни в чем ты не виновата, - твердо сказала я. - Он жизнь не самоубийством покончил. В него стреляли. Три раза. И возможно, ты поможешь найти убийцу. Настя затравленно смотрела на меня широко открытыми глазами. - Его еще не нашли? - спросила она. - А кого-нибудь подозревают? - Пока те, кто ловят, не особенно распространяются об этом, - уклончиво ответила я. - Но соседи видели кого-то, выходящего из подъезда сразу после убийства. - Кого? - она буквально затаила дыхание. - Мужчину, лет пятидесяти, - тут я кратко описала Кряжимского. - Ты ни разу не видела такого у Степы? - Девушку лихорадочно затрясло. Обхватив себя руками, она молча смотрела на меня. - Кого-нибудь похожего? - Я не уверена, - наконец решилась она. - У него был знакомый, напоминающий по описанию... убийцу, он как-то очень помог ему. А потом, знаю, они все не могли договориться насчет чего-то. После его приходов Степа становился очень нервным. Иногда они ругались, но при мне старались ни о чем не говорить. Она облизнула пересохшие губы. Сколько же времени она не может найти дозу? - подумала я. - А имя его ты знаешь? - По-моему, Андрей, - неуверенно сказала она. - Нет, Сергей или.., да, точно, Сергей. Так, Сергей Иванович, пока вам несказанно везет, но стоит милиции поговорить с Настей, и ваше инкогнито будет раскрыто. - Вы думаете, это он? Вид у девушки был жалкий, она пристально, не отрываясь, смотрела на меня диковатыми черными глазами, в которых опять заблестели слезы. Я пожала плечами. - А что-нибудь еще ты про него знаешь? - Да, вспомнила. Как-то столкнулись случайно с ним на улице, мы тогда со Степой еще встречались. Они курили, разговаривали, я стояла рядом. И этот человек рассказывал что-то про какую-то газету. Я так поняла, его работа как-то связана с ней. - У Степы были враги? - Да нет, наверное. Он был, знаете.., нет, не безобидный, но на него нельзя было злиться. Хотя, может, и были такие, кто его не любил. Без этого не бывает. Ребята над ним одно время любили шутить. - Шутить? - Ну прикалываться. Он не обижался, только потом оказывалось так, что они сами выглядели дураками, и охоты прикалывать его у них поубавилось. - Кто "они"? - Знакомые, - неохотно сказала она. - Сашка из политеха. Пахан, Серега, Танька, Антон, - она немножко замялась и как-то с трудом выговорила: - Алексей Алехин. Они не слишком любили друг друга, ведь из-за Алексея я Степу и бросила. Ее лицо как-то странно исказилось. Она сцепила руки в замок и крепко, так что побелели и без того бледные пальцы, сжала их. - Но ребята не могли этого сделать, - вдруг со страстной убежденностью произнесла Настя, подаваясь вперед. - Я их давно знаю, шутки шутками, но такое! Это надо же совсем с катушек слететь! Совсем, совсем... Господи... У нее опять потекли слезы, худые плечи вздрагивали. Если бы я была Роденом, то эту ожившую скульптуру я назвала бы "Отчаяние". Я тихо дотронулась до ее руки. - Успокойся, не надо. Его уже не вернешь. Отпусти его. Она вздрогнула всем телом, внезапно переставая плакать и вновь пугая меня бездонным мраком своих зрачков, прошептала: - Не могу... Принесите мне воды, пожалуйста, - попросила она. Я молча кивнула и пошла на которую теперь по счету за последние два дня чужую кухню. Взяла со стола чашку - заварка в ней уже "зацвела" - и тут же чуть не выронила от испуга. Передо мной стоял парень, и выражение его лица было отнюдь не доброжелательным. Я бы скорее определила его как неприятную смесь вызова и угрозы. Нос у парня был сломан, и явно неоднократно, на плечи лохмотьями ложились волнистые светлые волосы. А вот и Алексей... Я отшатнулась, невольно прижав к себе чашку. - Вы кто? - Нет, конечно, голубчик этот мне не был знаком. - Аналогичный вопрос. - Настя! - позвала я. При виде Алексея на лице девушки одновременно отразились и ужас, и надежда. Она с какой-то собачьей мольбой во взгляде посмотрела на него. - Это Алексей, - представила она парня. - А это Ольга, родственница Степана. - У него не было родственников в Тарасове. - Близких не было, - согласилась я. - А когда срочно требуется помощь, родня почти везде и всегда отыскивается. Вы так неслышно вошли... - Не хотел мешать вашему разговору. Вернее, хотел послушать, что будут спрашивать, мрачно подумала я. С этим типом контакта не выйдет. Алексей мне не понравился сразу и бесповоротно. По одному его взгляду чувствовалось, что он легко перешагнет через человека, который будет ему мешать, и было в нем что-то от той самому себе разрешенной вседозволенности нераскаявшегося Раскольникова... Настя, что же ты в нем нашла? - Вы тоже знали Степу? - Знал. Не имею ни малейшего понятия, кому понадобилось его убивать. Как, вы говорите, его убили? - Застрелили. Три выстрела в грудь. - И что же, пока ни преступника, ни даже пистолета? - Не знаю, - честно призналась я. - В квартире Степы оружия не нашли. Вы даже и не слышали о случившемся? - Нет, мы были за городом. В деревне, у Настиной бабушки. - Он неотрывно смотрел на девушку. - Что? Да-да, у бабушки, - быстро подтвердила она. - Последние осенние солнечные деньки не хочется быть здесь. Мы только что вернулись, но тетя Зина, - она теперь обращалась к Алексею, - тетя Зина сказала, что, кроме Ольги, меня искали еще люди, хотели оставить мне повестку, но никто ее не взял. - Из прокуратуры, наверное, студенты на практике, - заметила я. Настя держалась теперь на ногах только потому, что прислонилась к стене. - По-моему, тебе надо прилечь, - сказала я. *** - Здравая мысль, - Алексея покоробило от того, что хоть в чем-то он вынужден со мной согласиться. Он подошел к Насте и, клянусь, с нежностью обнял ее за плечи и прижал к себе: - Что, совсем устал, котенок? Он

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования