Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Кларк Мэри Хиггинс. С тех пор, как уснула моя красавица -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  -
отнять. Во время этой драки она порезала себе правую щеку. Он еще рассказал, что нанял какого-то типа из тех, что постоянно околачиваются в его баре, звонить ей и угрожать". Губы Рут помертвели. "Я это узнала только вчера ночью". Лэйн пожал плечами. "Ваш муж не выдержит серъезного допроса. Мой вам совет - пусть он лучше признается в малом и расскажет то, что рассказал мне. Ведь вы полагаете, что это он убил, не так ли?" "Да". Лэйн поднялся. "Я уже говорил, что это не моя сфера, но я порасспрашиваю и найду вам кого-нибудь. Прошу прощения". В полном отчаянии Рут несколько часов просидела, не шевелясь. В десять она посмотрела новости и услышала, что бывший муж Этель Ламбстон подвергся допросу в связи с ее смертью. Рут поспешла выключить телевизор. События последней недели снова и снова проносились у нее в голове, как видеопленка, работающая в режиме "повтор". Десять дней назад душераздирающий звонок от Дженни: "Мама, какое унижение! На счету нет денег и чек вернулся. Меня вызывали в бухгалтерию. " С этого все и началось. Рут вспомнила, как она кричала на Симуса, стараясь оскорбить его побольнее. "Это я подтолкнула его к тому, что он потерял рассудок, " - подумала она. Частичное признание. Что это означает? Непредумышленное убийство? Сколько за это могут дать? Пятнадцать лет? Двадцать? Но он спрятал ее тело. В какую же историю он влип, скрыв преступление! И как он мог оставаться таким спокойным? Спокойным? Симус? Тот нож в его руке, которым он перерезал женщине горло... Невероятно. На память Рут пришел эпизод, породивший потом в их семье ходовую шутку в те дни, когда они еще могли смеяться. Симус зашел в родзал, когда родилась Марси и - потерял сознание. Он не вынес вида крови. "Они больше волновались за твоего отца, чем за нас с тобой, " - говорила потом Рут дочери. "Это был первый и последний раз, когда я позволила пустить папу в родзал. Лучше пусть сидит в баре, чем путаться под ногами у врача". Симус, который смотрит, как кровь хлещет из горла Этель, который запихивает ее тело в пластиковый мешок, вытаскивая его из квартиры. Рут вспомнила, как в новостях рассказывали, что с одежды Этель были срезаны все бирки. И у Симуса хватило хладнокровия проделать все это, а потом увезти тело и спрятать его в парке? "Нет, этого просто быть не может, " - решила Рут. Но если он не убивал Этель, если он оставил ее так, как он уверяет, тогда моя и начищая нож, она уничтожила следы, которые могли бы навести на кого-то другого... Все это подействовало на Рут так ошеломляюще, что она уже не была в состоянии продолжать свои размышления. Она устало поднялась и направилась в спальню. Дыхание Симуса было ровным, но вот он зашевелился. "Рут, побудь со мной". Когда она легла рядом, он обнял ее и снова уснул, положив голову ей на плечо. Уже было три часа ночи, а Рут все еще размышляла, пытаясь найти какой-то выход. И словно бы в ответ на невысказанные мольбы, ей вдруг пришло на память, что последнее время она очень часто сталкивается в супермаркете с бывшим комиссаром полиции Керни. Он всегда так открыто улыбается и говорит: "Доброе утро". А однажды, когда у нее разорвался пакет с покупками, он остановился и принялся ей помогать. Комиссар нравился ей, несмотря на то, что глядя на него, она всегда думала о тех деньгах, которые вырвав у Симуса и его детей, Этель тратила на тряпки в магазине его дочери. Керни жили в Шваб-Хаус на 74-ой улице. Завтра она и Симус пойдут туда и добьются встречи с Комиссаром. Он должен знать, как им поступить. Она может ему открыться. В конце концов Рут заснула с мыслью, что ей просто необходимо кому-то довериться. *** Впервые за последние годы она проспала все утро в воскресение. Она оперлась на руку и посмотрела на будильник, было уже четверть двенадцатого. Яркий солнечный свет проникал в комнату сквозь неплотно прилегающие шторы. Рут посмотрела на Симуса. Во сне с его лица исчезло выражение тревоги и страха, которое так действовало ей на нервы, сейчас проступили черты того привлекательного мужчины, которым он когда-то был. Девочки похожи на отца, у них его чувство юмора. Ведь он был когда-то и остроумным, и уверенным в себе. А потом все покатилось. Непомерно подскочила стоимость ренты за бар, начали жаловаться соседи, постоянные клиенты уходили один за другим. И еще эти алименты - каждый месяц! Рут осторожно вылезла из кровати и подошла к бюро. При безжалостном свете стало заметнее, какое оно пошарпанное. Она старалась как можно тише открыть крышку, но она скрипела, не поддаваясь. Симус заворочался. "Рут". Он еще не проснулся окончательно. "Лежи, - сказала она мягко. - Я позову тебя, когда завтрак будет готов". Как раз, когда она снимала с огня бекон, раздался телефонный звонок, это были девочки. Они слышали об Этель. Марси, старшая, сказала: "Мам, нам, конечно, жаль ее, но ведь это означает, что мы больше ничего не должны, правда?" Рут постаралась придать своему голосу веселость. "Да, похоже, так. Мы как-то еще не привыкли к этой мысли". Она позвала Симуса к телефону. Рут представляла, каких усилий мужу стоило сказать: "Конечно, это ужасно радоваться чьей-то смерти, но мы радуемся лишь освобождению от нашего бремени. А сейчас расскажи мне, как поживают наши куколки-сестрички? Мальчики не пристают, я надеюсь?" Рут приготовила бекон, жареные яйца, тосты, кофе, выдавила свежий апельсиновый сок. Она подождала, пока Симус поест, и подлила ему еще кофе. Потом уселась напротив него за старый дубовый стол, который им когда-то пришлось принять в подарок от его тетушки, старой девы, и сказала: "Нам надо поговорить". Положив локти на стол и опершись подбородком на руки, она смотрела на свое отражение в покрытом пятнами зеркале буфета, мимолетно отмечая про себя, что она выглядит маловпечатляюще. Полинявший халат, некогда прекрасные светло-русые волосы поредели и стали серыми, круглые очки на маленьком лице придают ему измученный вид. Она отогнала от себя эти не относящиеся к делу мысли и продолжила: "Когда ты рассказывал мне, как оттолкнул Этель, как она порезалась ножом, как ты заплатил кому-то, чтобы ей угрожали, я решила тогда, что ты сделал и следующий шаг. Я решила, что это ты убил ее". Симус не отрываясь смотрел в чашку с кофе. "Будто там ответы на все вопросы, " - подумала Рут. Потом он выпрямился и посмотрел прямо в глаза жене. Долгий сон, хороший завтрак и разговор с девочками как будто придали ему силы. "Я не убивал Этель, - сказал он. - Я просто пугал ее. Черт побери, я и сам был испуган. Я никогда не предполагал, что толкну ее, но это было бессознательно. Она порезалась, потому что схватила нож, а я вырвал его и снова бросил на стол. Она сильно испугалась, именно в эту минуту она и сказала: "Ладно, ладно. Ты можешь оставить алименты". "И это было в четверг днем, " - сказала Рут. "В четверг около двух часов, там очень тихо в это время. Ты же знаешь, в каком положении мы очутились из-за этого возвращенного чека. Я ушел из бара в половине второго, Дэн остался за меня. Он подтвердит". "Ты вернулся в бар?" Симус допил кофе и опустил чашку на блюдце. "Да, я должен был вернуться. А потом я пошел домой и напился. И пил все выходные". "Кто-нибудь тебя видел? Ты выходил за газетами?" Симус улыбнулся - грустная, вымученная улыбка. "Я был не в состоянии читать". Он подождал ее реакции, потом на его лице промелькнула надежда. "Ты мне веришь, " - сказал он неуверенно и удивленно. "В пятницу и еще вчера я тебе не верила, - ответила Рут. - А теперь верю. Я точно знаю, что у тебя ни за что не хватит духу так запросто схватить нож и перерезать кому-то горло". "Что и говорить, ты отхватила подарок в моем лице, " - тихо сказал Симус. Рут оживилась. "Могло быть и хуже. Теперь перейдем к делу. Мне не понравился этот адвокат, да он и сам признался, что тебе нужен кто-нибудь другой. Я хочу попытаться кое-что предпринять. В последний раз поклянись, что ты не убивал Этель". "Клянусь жизнью. - Симус растерялся. - Девочками клянусь". "Нам нужна помощь. Настоящая квалифицированная помощь. Я вчера вечером смотрела новости, там говорили о тебе. О том, что ты подвергся допросу. Сейчас им нужны доказательства. Нам необходимо рассказать кому-то всю правду, чтобы нам дали грамотный совет или порекомендовали опытного адвоката". *** Весь день Рут уговаривала, доказывала, приводила аргументы, склоняя Симуса согласиться. В половине четвертого они оделись в свои "семисезонные" пальто, Рут - прочное и аккуратное, Симус - застегнутое лишь на одну среднюю пуговицу, и отправились в Шваб-Хаус через три квартала от их дома. По дороге они почти не разговаривали. День был не по сезону ярким, и люди явно наслаждались солнечным теплом. Глядя на детишек, спешащих за своими радостно возбужденными родителями с шариками в руках, Симус улыбался. "Помнишь, мы как-то в воскресенье повели девочек в зоопарк? Как хорошо, что его снова открыли". Швейцар в Шваб-Хаус сообщил, что ни комиссара Керни, ни мисс Керни нет дома. Растерянная, Рут попросила позволить им подождать. С полчаса они сидели рядышком на диване в холле, и Рут начала уже сомневаться, надо ли было вообще сюда приходить. Она только открыла рот, чтобы предложить Симусу уйти, как дверь отворилась и в холл вошло четыре человека - отец и дочь Керни и с ними еще двое людей. Пока решительность не покинула ее окончательно, Рут поспешила им навстречу. *** "Майлс, я хотела, чтобы ты все-таки дал им возможность все рассказать". Они были на кухне. Джек резал салат, Нив размораживала макароны с соусом, оставшиеся с обеда в четверг. Майлс готовил сухое мартини для себя и Джека. "Нив, ни в коем случае я не позволю, чтобы мне морочили голову. Ты проходишь свидетелем по этому делу. Как это я дам ему возможность рассказать, как он случайно в потасовке убил Этель, и не заявлю об этом?! Да я считаю это своим долгом". "Я совершенно уверена, что он хотел рассказать тебе что-то другое". "Все будет так, как положено тому быть. Я тебе обещаю, что Симус Ламбстон и его жена будут подвергнуты самому тщательному допросу. Не забывай, что если этот скользкий племянничек говорил правду, то Рут Ламбстон стащила нож, как я понимаю, не в качестве сувенира на память. Я сделал все, что мог. Я позвонил Питу Кеннеди. Он чертовски хороший криминальный адвокат, и они встретятся завтра утром". "И чем они будут платить твоему чертовски хорошему адвокату?" "Если Симус Ламбстон чист, он укажет нашим парням, что они лают не на то дерево. Если виновен - Пит сможет сделать так, чтобы ему было предъявлено обвинение не в убийстве второй степени, а в непредумышленном убийстве с отягчающими обстоятельствами. За обедом Нив показалось, что Джек уводит беседу в сторону нарочно, чтобы разговор не перескочил на Этель. Он пропросил Майлса рассказать о некоторых нашумевших в свое время процессах, а на эту тему Майлс мог говорить бесконечно. Когда только они убирали со стола, Нив сообразила, что Джек знал об этих процессах очень много, а ведь материалы о них не публиковались на Среднем Западе. "Ты специально искал материалы о Майлсе в старых газетах, " - обвинила она. Он совершенно не смутился. "Да, я искал. Эй, оставь эту кастрюлю в раковине, я вымою. Ты сломаешь себе ногти". "Это невероятно, - думала Нив. - Столько всего за одну неделю!" Казалось, что Джек всегда был рядом. Что произошло? Она знала, что произошло. А потом знобящий холод пронизал все ее тело. Моисей только мельком взглянул на Землю Обетованную, зная, что никогда не войдет туда. Почему она вспомнила это? Почему она чувствовала себя так, как будто что-то главное ускользает от нее? Почему, глядя на траурную фотографию Этель, она видела там еще что-то, глубоко скрытое, как будто Этель говорила: "Погоди, ты увидишь, что это". Что ЭТО? Нив задумалась. Смерть. Вечерний выпуск новостей был полон рассказами об Этель. Сделали видеомонтаж ее яркого прошлого. Журналистам явно не хватало захватывающих, броских новостей, и Этель помогла заполнить этот пробел. Только закончилась программа, как зазвонил телефон. Это была Китти Конвей. Ее чистый мелодичный голос звучал торопливо. "Нив, прошу прощения за беспокойство, но я только что пришла домой. Когда я вешала пальто, я увидела, что ваш отец забыл свою шляпу в шкафу. Завтра в конце дня я буду в городе, так что я могу завезти вам ее". Нив удивилась. "Подождите минуточку, я его позову". Поднеся телефон к Майлсу, она прошептала: "Ты ведь никогда ничего не забываешь, что же случилось?" "О, очаровательная Китти Конвей! - радостно приветствовал ее Майлс. - Я вообще удивлен, что вы нашли эту чертову шляпу". Положив трубку, Майлс взглянул на Нив. Вид у него был глуповатый. "Она подъедет завтра к шести часам. А потом я пригласил ее на обед. Хочешь пойти тоже?" "Естественно, нет. Если только тебе не нужна дуэнья. В любом случае я должна подойти на 7 Авеню". Стоя в дверях, Джек спросил: "Скажи мне, если я становлюсь надоедливым, но если нет, давай пообедаем завтра вместе". "Ты и сам хорошо знаешь, что ты не надоел. И идея вместе пообедать - замечательная, но тебе придется подождать моего звонка. Я не могу сказать, когда это точно будет. Я позвоню тебе от дяди Сала, обычно я захожу к нему напоследок". "Мне все равно. Только хочу тебе сказать одну вещь - будь осторожна. Ты важный свидетель в деле Этель и, глядя сегодня на этих людей - Симуса Ламбстона и его жену, мне стало неспокойно. Эти люди доведены до крайней точки. Виновны или нет, они заинтересованы, чтобы расследование прекратилось. Их желание раскрыть свои карты твоему отцу могло быть спонтанным, а могло быть и тщательно продуманным. Я хочу сказать, что убийцы не останавливаются перед новым преступлением, если кто-то мешает им". 11 В понедельник у Денни был выходной, так что его отсутствие в кафе ни у кого не могло вызвать подозрений. Но ему требовалось еще алиби на этот день. Необходимо, чтобы кто-то подтвердил, что вся время он провел в постели. "Боюсь, я подхватил грипп, " - пожаловался он, встретив в холле уборщика, хотя того это совершенно не интересовало. Вчера Большой Чарли звонил ему сюда: "Или кончай с ней, или мы подыщем кого-нибудь, кто сможет это сделать". Денни прекрасно знал, что это может означать. Его не оставят просто так, он уже достаточно знает, чтобы быть нежелательным. Кроме всего прочего, ему хотелось получить вторую половину денег. План был продуман им тщательно. Он сходил на угол в аптеку и, сопровождая каждое свое слово кашлем, попросил фармацевта посоветовать ему на этот случай лекарство, которое он может приобрести без рецепта. Вернувшись домой, он завел об этом разговор с глупой старой шлюхой, которая жила через две двери от него и постоянно набивалась в подруги. Через пять минут он вышел от нее с чашкой вонючего чая в треснутой кружке. "Это вылечит все, что угодно, - говорила она Денни. - Я загляну к тебе попозже". "Попозже сделай мне, пожалуйста, еще чаю". - жалобно попросил он. Денни сходил в душ, которым пользовались жильцы со второго и третьего этажа, по дороге пожаловавшись на судороги старому пьянчужке, который терпеливо ждал, пока освободится кабинка. Пропустить Денни без очереди тот отказался. В своей комнате Денни тщательно упаковал всю одежду, которой пользовался, выслеживая Нив. Кто знает, вдруг какой-нибудь из швейцаров окажется очень наблюдательным и сможет описать, что за тип околачивался вокруг Шваб-Хаус. Или хотя бы та назойливая старуха со своей собачонкой, у нее было время его рассмотреть. Когда будет убита дочь бывшего Комиссара, копы пустят в ход все возможное и невозможное, на этот счет у Денни не было никаких сомнений. С одеждой все просто - он бросит ее в ближайший мусорник. Сложнее всего не упустить из виду Нив, когда она будет выходить из своего магазина на 7 Авеню. Но он решит, что делать по ходу действия. У Денни был серый спортивный костюм, совершенно новый. Никто еще не видел его в этом костюме. В парике с прической панка и больших очках он будет похож на рассыльного, которых множество гоняет по всему городу на велосипедах, сбивая с ног прохожих. Он возьмет в руки большой конверт и будет поджидать, пока Нив выйдет. Скорее всего, она возьмет такси. Тогда он тоже сядет в другое такси и наплетет водителю историю о том, что у него украли велосипед, а ему срочно надо доставить бумаги этой даме. Денни слышал собственными ушами, как Нив Керни говорила одной из тех богатых старых дур, которые могут выбрасывать такие огромные бабки на одежду, что у нее встреча в половине второго. Но всегда надо иметь время в запасе - он встанет напротив ее магазина раньше. Поскольку он будет выглядеть как панк, то даже неважно, если после смерти Керни водитель такси сообразит что к чему. Составив план, Денни затолкал узел со старыми тряпками под продавленную кровать. "Ну и дыра, " - думал он, окидывая взглядом убогую комнатенку. Тараканы, вонь. А этот письменный стол - просто старая, выкрашенная в желтый цвет, развалюха. Но когда он сделает свою работу и получит вторые десять тысяч, останется только дождаться окончания условного срока. И уж тогда он быстро свалит отсюда. Господи, неужели он когда-нибудь отсюда уедет! Все утро Денни бегал в туалет и жаловался на боли всем, кто только его слушал. В полдень эта карга - соседка постучалась в дверь и протянула ему еще одну чашку чаю и полузасохший рогалик. Денни сделал еще несколько вылазок в уборную. Стараясь не вдыхать резкую вонь, он стоял за запертой дверью кабинки, до тех пор, пока в очереди люди не начинали возмущаться. В четверть первого он подошел, еле волоча ноги, к пьянчужке: "По-моему, мне легче. Пойду немного посплю". Его комната находилась на втором этаже, и из окна, выходящего в переулок между домами, можно было достать до выступа крутой крыши, которая выдавалась над нижним этажом. За несколько минут он надел спортивный костюм, нахлобучил парик, очки, выбросил сверток с лохмотьями в переулок и спустился вниз. Сверток он оставил в глубоком кишащем крысами мусорнике позади дома на углу 100 - и 8-ой улиц и вошел в электричку, следующую до пересечения Лексингтон и 86-ой улицы. По дороге он не забыл купить конверт и карандаш, написал большими буквами на конверте "Срочно" и занял свой наблюдательный пост напротив "Нив Плейс". *** В понедельник в десять часов утра корейский грузовой самолет, вылетевший рейсом 771 получил разрешение на посадку в аэропорту Кеннеди. Грузовики из "Гордон Стюбер Текстайлс" ожидали, чтобы забрать ящики с костюмами и спортивной одеждой и перевезти на склады в Лонг Айленд Сити - склады, которые никогда не фигурировали в документах компании. Еще кое-кто ожидал этот груз: полиция и ФБР были готовы произвести самый большой за последние десять лет арест в связи с перевозкой наркотиков. "Потрясающая идея, " - заметил один из сотрудников полиции другому. Переодетые в униформу летных механиков, они стояли перед ангаром в ожидании самолета. "Я видал, как наркотики прятали в мебель, в кукол

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования