Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Фрэнсис Дик. На полголовы впереди -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
ером он разговаривал любезно. Рядом с ним стояла худощавая холеная женщина, видимо, его жена Бемби, и тут же находились высокомерный молодой человек и надутая девушка-подрос- ток. Вне всякого сомнения, их сын и дочь - Шеридан и Занте. Перед трибуной словно взметнулся в воздух радужный пух одуванчиков - это жокеи взлетели в свои крохотные седла, и их худые фигуры заколыхались в такт грациозному шагу породистых скакунов. Потом, на дорожке, когда лошади пойдут рысью или галопом, они будут стоять в стременах - так удобнее, мень- ше ощущается тряска, - но сейчас, на пути к старту, они лениво раскачива- лись в седлах, словно это был караван верблюдов. Я всегда любил смотреть на жокеев, мне это никогда не надоедало. Я люблю лошадей - этих рослых, прек- расных животных с их крохотным мозгом и всемогущими инстинктами, и везде, куда бы меня ни заносило, я всегда чувствовал себя как дома, ухаживая за ними, разъезжая на них и глядя, как они, встрепенувшись, выкладываются до предела в скачке. Цвета Лорриморов были поистине канадскими - ярко-красный и белый, как на флаге с кленовым листом. Цвета Даффодил Квентин - бледно-голубой и тем- но-зеленый - выглядели намного скромнее, чем сама хозяйка. Она, Филмер и все остальные владельцы поднялись на крытую трибуну, чтобы смотреть заезд, а я спустился к дорожке, чтобы, дождавшись финиша, увидеть вблизи, как скакуна-победителя будет встречать его счастливый вла- делец. В заезде на полторы мили участвовали четырнадцать лошадей, и о том, в какой они форме, я не знал ничего, если не считать информации, почерпнутой из программки. В Англии все, что происходило на ипподроме, было мне понят- но, словно передо мной лежал крупномасштабный план города, где мне знакомы каждая улица, каждый переулок, каждый поворот. Я знал, кто известен публи- ке, на кого и против кого она будет ставить, кого она обожает. В Канаде же я как будто лишился радара и чувствовал себя слепым. Финиш заезда на приз Скакового поезда оказался достаточно драматичес- ким, чтобы порадовать сердца членов Жокейского клуба Онтарио, и сопровож- дался ревом и ободряющими выкриками с трибун. Мимо красно-белого фаворита, принадлежавшего Лорримору, на последних метрах с быстротой молнии пронес- лось что-то зеленоголубое, и на трибунах вместо радостных криков там и сям послышалось недовольное ворчание. Даффодил Квентин спустилась вниз и прошла мимо меня - раскрасневшаяся от волнения, вся в облаках меха и густого мускусного аромата. Кокетливо по- тупившись, она выслушала комплименты и получила приз, а Филмер, не отходив- ший от нее, галантно поцеловал ей ручку. "Непойманный убийца целует ручку неразоблаченной мошеннице, - подумал я. - Как мило". Вокруг них жужжали телекамеры, а фотовспышки затмевали солнце. Мне попался на глаза Билл Бодлер, который стоял с недовольным видом. Я знал, что сказал бы сейчас Джон Миллингтон. "Смотреть тошно", - сказал бы он. ГЛАВА 6 Вечером в субботу и ранним утром в воскресенье я укладывал вещи в но- вый чемодан, привезенный из Англии, и большую спортивную сумку, купленную в Торонто. В чемодан я сложил костюм, в котором собирался изображать богатого молодого владельца, кашемировый пуловер и парадные сорочки, а в сумку - но- вую одежду более молодежного стиля, которую Томми будет носить в свободное от работы время: джинсы, футболки, мохнатую фетровую шляпу и тренировочный костюм. Скандинавский свитер, в котором я ездил на "Вудбайн", я спрятал в чемодан - на случай, если он запечатлелся у кого-нибудь в памяти, и надел темные брюки, рубашку с открытым воротом и короткую темно-синюю куртку на "молнии" с голубыми полосами вокруг талии и на рукавах. Дорогие коричневые туфли богатого молодого владельца пришлось убрать. Следуя указаниям отдела форменной одежды, Томми предстояло носить новые, хорошо начищенные черные с черными же носками. В сумку Томми попали бинокль-фотоаппарат и щипцы для завивки волос (на всякий случай), а фотоаппарат в виде зажигалки я всегда носил в карма- не. Кроме того, Томми достались предназначенные для богатого молодого вла- дельца бритва и зубная щетка, а также его нижнее белье, пижама и запас фо- топленок. К чемодану, где лежал мой паспорт, был прикреплен ярлык "Мерри и компании" с адресом отеля "Четыре времени года" в Ванкувере, а на сумке ни- каких ярлыков не было. Когда все было готово, я позвонил в Англию генералу Кошу и рассказал ему про Даффодил Квентин и про трогательную сценку у финиша. - - Черт! - сказал он. - Ну почему всегда так получается? Выигрывает абсолютно не тот, кто должен выиграть! - Публику это, по-моему, не слишком огорчило. Лошадь была третьим фа- воритом, на нее очень неплохо ставили. Остальные владельцы, видимо, против Даффодил Квентин ничего не имеют, - конечно, они могут и не знать о гибели трех ее лошадей. Они наверняка примут в свой круг и Филмера - вы же знаете, как благопристойно он может выглядеть, а слухи о его процессе вряд ли прив- лекли здесь большое внимание: ведь суд закончился, едва успев начаться. Филмер с Даффодил уехали со скачек, по-видимому, в ее автомобиле, с шофе- ром. - Жаль, что вы не смогли поехать за ними. - А я поехал - в прокатной машине. Они приехали в отель, где остано- вились Филмер и все остальные владельцы с поезда, и отправились в бар вы- пить. После этого Даффодил уехала в своем "РоллсРойсе", а Филмер пошел на- верх. Я ничего особенного не заметил. Вид у него был спокойный. - Вы уверены, что они не обратили на вас внимания в отеле? - спросил бригадир. - Совершенно уверен. В этом отеле холл величиной с вокзал. Там сидели и ждали кого-нибудь десятки людей. Ничего трудного. Нетрудно было и проследить за ними по дороге с ипподрома. Когда я по- дошел к тому месту, где мой шофер поставят машину, мне было хорошо видно, как вдалеке, у самого выхода, Филмер с шофером бережно усаживают Даффодил в ярко-синий "Роллс-Ройс". Мой шофер, удивленно подняв брови, но не задавая никаких вопросов, согласился не терять "Роллс-Ройс" из вида и без труда ехал за ним до самого города. В отеле я щедро расплатился с ним наличными, отослал его и вошел в огромный холл как раз вовремя, чтобы увидеть, как спина Филмера скрылась в дверях полутемного бара. Никаких важных результатов это не принесло, но мне нередко приходи- лось проводить так целые дни, а заметить что-то необычное, когда оно случа- ется, можно, только если знаешь, как все идет обычно. - Не можете ли вы мне сказать, - осторожно спросил я генерала, - не слышал ли кто-нибудь, чтобы Филмер открыто грозят сорвать это путешествие на поезде? Наступила пауза. Потом генерал произнес: - А почему вы об этом спросили? - Билл Бодлер что-то такое говорил. Помолчав немного, генерал сказал: - Филмер был вне себя от ярости. Он сказал, что хозяева ипподромов всего мира могут возбуждать против него сколько угодно дел, но он найдет способ сунуть им палку в колеса, и они об этом пожалеют. - Когда он это сказал? - спросил я. - И почему... и кому? - Видите ли... - после некоторого колебания произнес он и вздохнул. - Бывает, что все идет насмарку, вы же знаете. После того как его оправдали, дисциплинарная комиссия Жокейского клуба вызвала Филмера на Портмен-сквер, чтобы предостеречь на будущее, а Филмер заявил, что они ничего не могут ему сделать, и вообще держался возмутительно нагло. В результате один из членов комиссии вышел из себя и сказал Филме-ру, что он последний подонок, что ни один человек, имеющий отношение к скачкам, не сможет спать спокойно, пока его не лишат допуска, и что теперь это станет первейшей заботой хозяев ип- подромов всего мира. - Ну, это, пожалуй, некоторое преувеличение, - заметил я, тоже вздох- нув. - Вероятно, вы при этом присутствовали? - Да. С обеих сторон брань просто висела в воздухе. Скверная история. - Значит, Филмер действительно может рассматривать этот поезд как свою мишень, - сказал я с огорчением. - Может. Я подумал, что те усилия и траты, на которые он пошел, чтобы попасть на поезд, теперь выглядят все более зловеще. - Есть еще одна новость, которую вам, вероятно, полезно будет знать, - сказал генерал. - Вчера в Ньюмаркете Джон видел Джейсона, сына Айвора Хорфица, который болтался около весовой, и перемолвился с ним парой слов. Когда Миллингтон считает нужным перемолвиться с кем-то парой слов, тому может понадобиться не один день, чтобы прийти в себя. Джон умеет по-своему нагонять страх не хуже, чем Дерри Уилфрем или сам Филмер. - И что произошло? - спросил я. - Джон сказал, что не советует выполнять на скачках поручения его от- ца, который лишен допуска, и что если Джейсон располагает какой-нибудь ин- формацией, то он должен сообщить эту информацию ему, Джону Миллингтону. А на это Джейсон Хорфиц ответил что-то вроде того, что никому не станет сооб- щать никакой информации, потому что не желает кончить жизнь в канаве. - Что?! - переспросил я. - Джон Миллингтон за это тут же ухватился, но больше ни слова от нес- частного Джейсона добиться не смог. Джон говорит, что Джейсон затрясся, как желе, и буквально бегом от него убежал. - А не известно ли Джейсону в самом деле то, что было известно Полу Шеклбери? - медленно произнес я. - Не он ли сообщил Полу Шеклбери то, что тот знал? Или он это сказал просто для красного словца? - Бог его знает. Сейчас Джон пытается это выяснить. - Он не спросил Джейсона, что было в том^ портфеле? - Спросил, но Джейсон либо не знал, либо был слишком запуган, чтобы сказать. Джон говорил, что он пришел в ужас уже от того, что мы знаем про портфель. Он не мог поверить, что нам это известно. - Интересно, расскажет он отцу или нет? - Если у него осталась хоть капля здравого смысла, то нет. "Никакого здравого смысла у него нет, - подумал я. - Но у него есть страх, а когда надо спасать собственную шкуру, это почти так же полезно". - Если я узнаю что-нибудь еще, - сказал бригадир, - то передам это через миссис Бодлер-старшую. - В голосе его по-прежнему звучало неодобре- ние. - А пока... желаю удачи. Я поблагодарил его, положил трубку, забрал свои вещи, сел в такси и поехал на вокзал Юнион, предвкушая приятное путешествие. Поездная бригада уже собиралась в раздевалке, когда я пришел и пред- ставился актером Томми. Меня встретили добродушными улыбками и сказали, что им всегда нрави- лись эти детективные представления и уже приходилось работать с актерами, которые выдавали себя за одного из них. "Все сойдет прекрасно, вот увиди- те". Старший официант, или бригадир официантов, или директор ресторана, как там его надо называть, оказался изящным маленьким французом лет, по-мо- ему, под сорок, с блестящими черными глазами. Звали его Эмиль. - Вы говорите по-французски? - прежде всего спросил он, пожимая мне руку. - Все служащие "Ви-Ай-Эй" должны говорить пофранцузски. Такое здесь правило. - Немного говорю, - ответил я. - Это хорошо. Актер, который в послед- ний раз работал с нами, не говорил. На этот раз шеф-повар у нас из Монре- аля, и возможно, что на кухне мы будем говорить пофранцузски. Я кивнул, решив не объяснять ему, что, если не считать школьных лет, я выучился французскому в конюшнях, а не на кухнях и в любом случае все пе- резабыл. Но за время своих странствий по свету я наполовину выучил несколь- ко языков, и стоит мне попасть в соответствующую обстановку, как каждый из них сам собой всплывает в памяти. В двуязычной Канаде все пишется и на ан- глийском, и на французском, и, приехав сюда, я обнаружил, что легко могу читать пофранцузски. - Вы когда-нибудь работали в ресторане? - спросил Эмиль. - Нет, не приходилось. Он добродушно пожал плечами: - Я покажу вам, как накрывать на стол, а сегодня утром вам для нача- ла, наверное, лучше подавать только воду. Когда наливаете чтонибудь на ходу поезда, наливайте понемногу и держите чашку или бокал поближе к себе. Пони- маете? Все движения должны быть размеренными и осторожными. - Понимаю. - Я действительно понял. Он дал мне листок с графиком дви- жения поезда и сказал: - Вы должны знать, где у нас будут остановки. Пассажиры всегда об этом спрашивают. - Ладно. Спасибо. Он дружески кивнул. Я переоделся в форму Томми и познакомился еще кое с кем из бригады - с Оливером, таким же, как и я, официантом вагонаресторана, и с несколькими проводниками спальных вагонов - их было по одному на каждый вагон. Там был еще один постоянно улыбающийся китаец, повар маленького головного са- лон-ресторана, где должны были обедать, в частности, конюхи, и один неулыб- чивый канадец, которому предстояло готовить в основном, центральном ваго- не-ресторане для большинства болельщиков и для самой бригады. Французского шеф-повара из Монреаля там не было, потому что, как выяснилось, это был не он, а она, и искать ее нужно было в женской раздевалке. Все нарядились в полную форму, включая серые плащи, и я тоже надел свой плащ; запасную одежду Томми я уложил вместе со своей в сумку и был го- тов. Нелл назначила мне встречу в кафе, расположенном в главном зале вок- зала, сказав, что поездные бригады часто собираются там в ожидании отправ- ления. Поэтому я вместе с Эмилем и кое-кем еще отнес свои вещи в кафе, где каждый немедленно заказал себе по огромному морковному пирогу - тамошнему фирменному блюду, словно все боялись умереть от голода. Нелл в кафе не было, но был Зак и несколько актеров - они сидели по четверо за столиками и пили апельсиновый сок, а морковный пирог не ели, по- тому что в нем много калорий. Зак сказал, что Нелл с пассажирами на приеме, - он собирается сейчас пойти туда и посмотреть, как идут дела. - Она что-то говорила насчет того, что вам надо сдать свой чемодан в багажный вагон до Ванкувера, - добавил он, вставая. - Да, вот этот. - Хорошо. Она велела сказать, чтобы вы отнесли его туда, где пассажи- ры. Я вам покажу. Я кивнул, сказал Эмилю, что сейчас вернусь, прошел вслед за Заком че- рез главный зал и, несколько раз повернув за угол, оказался в шумной толпе, заполнявшей помещение, напоминавшее зал вылетов в аэропорту. Огромный транспарант на стене не оставлял никаких сомнений в том, что здесь происходит. На нем красовалась надпись красным по белому длиной метра в четыре: "ВЕЛИКОЕ ТРАНСКОНТИНЕНТАЛЬНОЕ СКАКОВОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ С ТАИНСТВЕННЫ- МИ ПРИКЛЮЧЕНИЯМИ", а внизу голубыми буквами поменьше было написано: "Жокей- ский клуб провинции Онтарио, "Мерри и компания" и "Ви-Ай-Эй" представляют праздник канадского скакового спорта". Человек сорок пассажиров с именными табличками на груди и цветами в петлицах уже собрались и стояли в нетерпеливом ожидании начала, весело чо- каясь бокалами с апельсиновым соком. - Предполагалось, что в апельсиновом соке будет шампанское, - сухо сказал Зак, - но там его нет. Какой-то закон против пьянства по субботам. - Он вгляделся в толпу, находившуюся шагах в двадцати от нас. - Вон Бен дела- ет свое дело, видите? Просит Рауля одолжить ему денег. Я в самом деле его увидел. Он выглядел на удивление правдоподобно. Пассажиров, оказавшихся поблизости, это явно шокировало и привело в замеша- тельство. Зак, стоявший рядом со мной, начал все быстрее прищелкивать пальцами, потряхивая своей курчавой шевелюрой. Чувствовалось, что сейчас, когда его фантазии начинают претворяться в жизнь, в нем закипает энергия. Заметно бы- ло, что он немного подгримировался - не слишком обильно, только подвел бро- ви и подкрасил губы, скорее подчеркнув, чем изменив их форму. "Актер за ку- лисой, - подумал я. - Собирается с духом перед тем, как выйти на сцену. Я увидел Мейвис и Уолтера Брикнелл, которые волновались и суетились, как им и было положено, и услышал, как Анжелика спрашивает, не видел ли кто Стива. - А кто это Стив? - спросил я у Зака. - Я забыл. - Ее любовник. Он опаздывает на поезд. Пьер и Донна затеяли свою ссору, что привело в смущение еще несколь- ких пассажиров. Зак рассмеялся. - Хорошо, - сказал он. - Просто здорово. Джайлз-убийца, который до сих пор сидел в кафе, вышел оттуда, зате- сался в толпу и принялся с любезностью, не предвещавшей ничего хорошего, ухаживать за пожилыми дамами. Зак еще быстрее защелкал пальцами и начал что-то напевать себе под нос. Толпа зашевелилась, расступилась, и в открывшемся просвете я увидел еще одного убийцу - Джулиуса Аполлона Филмера, который также с любезностью, не предвещавшей ничего хорошего, ухаживал за не столь уж пожилой дамой - Даффодил Квентин. Я сделал глубокий вдох. Меня охватил почти благоговейный трепет. Те- перь, когда все действительно вот-вот начнется, когда в следующую минуту я окажусь рядом с ним, я почувствовал, что так же взвинчен и полон энергии, как Зак. И в то же время я, несомненно, так же, как и он, испытывал неот- вязное беспокойство: все должно пройти как надо. Даффодил игриво гладила руку Филмера. "Ну и ну", - подумал я. Рядом с ним появился актер Бен и на- чал что-то ему говорить. Я видел, как Филмер вежливо повернулся к нему и как его губы произнесли какое-то слово - можно было не сомневаться, что он сказал: "Уйдите". Бен отступил назад. И правильно сделал, подумал я. Толпа снова сом- кнулась и заслонила Филмера и его красотку. Я почувствовал, что напряжение, сковавшее мои мышцы, немного ослабло, и понял, что не заметил, когда они напряглись. Надо за этим следить", - подумал я. Прибыли Лорриморы, каждый с тем же выражением лица, что и вчера: один был по-прежнему любезен, другая - равнодушна, третий - высокомерен, четвер- тая - надута. Вскоре Мерсер понемногу начал проникаться царившим вокруг ве- селым настроением, и Бемби - тоже, хоть и держалась более сдержанно. Шери- дан стоял с таким видом, словно забрел в какую-то трущобу. Дочь Занте могла бы выглядеть хорошенькой, если бы хоть раз улыбнулась. Актер Джеймс Уинтерборн, уже без красной фетровой шляпы и чисто выб- ритый, расхаживал вокруг и приветствовал всех в своей роли члена Жокейского клуба. Настоящий Жокейский клуб, как я заметил, тоже оказался представлен здесь в лице Билла Бодлера, который был знаком с несколькими владельцами и оживленно болтал с ними. Мне пришло в голову - сильно ли он будет обеспоко- ен, не увидев меня среди пассажиров? Надеюсь, что не очень. Из шумной толпы появилась Нелл и подошла к нам, прижимая к груди ка- кую-то папку. Глаза ее сияли. На ней был другой, но столь же строгий кос- тюм, на этот раз серый с белой блузкой, а кроме того - вероятно, по случаю торжественного дня, - длинные бусы из кораллов, жемчуга и хрусталя. - Наконец-то начинается! - сказала она. - Просто не верится - после всех этих месяцев. Я не стану с вами целоваться, по сценарию мы еще незна- комы, но считайте, что я вас расцеловала. Все идет прекрасно. Пьер и Донна устроили замечательную ссору. Как это она умудряется плакать, когда захо- чет? Это тот самый чемодан, который надо отправить в Ванкувер? Поставьте его вон там, вместе с теми, которые сейчас пересчитывают. Мерсер Лорримор - прелесть, я совсем успокоилась. Никаких катастроф пока не случилось, но в дороге что-нибудь непременно стрясется. Я как пьяная, а ведь в этом соке шампанского совсем не было. Она перевела дух и рассмеялась, а я сказал: - Нелл, если Билл Бодлер спросит вас, здесь ли я, скажите просто "да" - не говорите, где я. Она была

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования