Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Буковски Чарльз. Женщины -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  -
душой. Помог втащить его на кровать. Потом увидел на тахте Тэмми. Ухмыльнулся. - Здрасьте, - сказал он ей. - Большое спасибо, - ответил ему я. Дал 3 доллара, и он ушел. Я зашел в спальню и посмотрел на матрас. Тэмми вошла следом. Матрас был завернут в целлофан. Я начал его сдирать. Тэмми помогала. - Посмотри только. Какой хорошенький, - сказала она. - Да, точно. Он был ярким и цветастым. Розы, стебли, листья, кудрявые лозы. На Райский Сад походил- и всего за 35 долларов. Тэмми посмотрела на него. - Этот матрас меня заводит. Я хочу сломать ему целку. Я хочу быть первой женщиной, которая тебя отдерет на этом матрасе. - Интересно, кто будет второй? Тэмми зашла в ванную. Вс стихло. Затем я услышал душ. Я постелил свежие простыни, надел наволочки, разделся и влез в постель. Тэмми вышла, юная и мокрая, она искрилась. Волосы на лобке были того же цвета, что и на голове: рыжие, будто пламя. Она подошла и залезла под простыню. Мы медленно приступили. И начали - и все эти рыжие волосы на подушке, а снаружи выли сирены и лаяли собаки. 45 Тэмми зашла снова в тот же вечер. Казалось, она улетела по амфетаминам. - Мне хочется шампанского, - сказала она. - Ладно, - ответил я. Я дал ей двадцатку. - Сейчас вернусь, - сказала она в дверях. Затем зазвонил телефон. То была Лидия. - Просто звоню узнать, как ты там.... - Все в порядке. - А у меня нет. Я беременна. - Что? - И не знаю, кто отец. - Во как? - Ты же помнишь Голландца - парня, который ошивается в том баре, где я сейчас работаю? - Да, Старая Плешь. - Ну, он, на самом деле, славный. Он в меня влюблен. Приносит цветы и конфеты. И хочет на мне жениться. Он был ко мне очень мил. И однажды ночью я поехала к нему домой. Мы это сделали. - Хорошо. - Потом еще есть Барни, он женат, но мне нравится. Из всех парней в баре он один не пытался передо мной понтов резать. Это и подействовало. Ну, ты же знаешь, я дом пытаюсь продать. Поэтому он как-то днем заехал. Просто так. Сказал, что хочет посмотреть дом для какого-то своего друга. Я его впустила. А заехал он как раз в подходящее время. Дети в школе, ну, я ему и позволила... Потом как-то вечером этот незнакомый мужик в бар зашел, очень поздно. Он попросил, чтобы я поехала с ним домой. Я говорю: нет. Потом он сказал, что просто хочет посидеть у меня в машине, поговорить. Я говорю: ладно. Мы сидели в машине и разговаривали. Потом косячок раскурили. Потом он меня поцеловал. Этот поцелуй вс и решил. Если б он меня не поцеловал, я б так никогда не поступила. Теперь я беременна и не знаю, от кого. Придется подождать и посмотреть, на кого будет похож. - Ну, ладно, Лидия, удачи тебе. - Спасибо. Я повесил трубку. Прошла минута, и телефон зазвонил снова. Лидия. - О, - сказала она, - я же хотела узнать, как у тебя дела? - Да, примерно вс так же - лошади да кир. - Значит, с тобой все в порядке? - Не совсем. - А что такое? - Ну, послал я, в общем, эту тетку за шампанским.... - Тетку? - Ну, она, на самом деле, девчонка еще... - Девчонка? - Я послал ее с 20 долларами за шампанским, а ее до сих пор нет. Мне кажется, меня развели. - Чинаски, я не хочу слышать о твоих бабах. Ты это понимаешь? - Ладно. Лидия повесила трубку. Тут в дверь постучали. Это была Тэмми. Она вернулась с шампанским и сдачей. 46 На следующий день в полдень зазвонил телефон. Снова Лидия. - Ну что, вернулась она с шампанским? - Кто? - Шлюха твоя. - Да, вернулась... - И что потом было? - Мы выпили шампанское. Хорошее оказалось. - А потом что произошло? - Ну, сама ведь знаешь, ч-черт... Я услышал долгий безумный вой, будто в полярных снегах подстрелили росомаху и бросили истекать кровью, одну.... Она швырнула трубку. Я проспал бЛльшую часть дня, а вечером поехал на состязания упряжек. Потерял 32 доллара, залез в фольксваген и поехал назад. Остановил машину, дошел до крыльца и вставил ключ в замок. Весь свет в доме горел. Я огляделся. Ящики выдраны из шкафов и вывалены на пол, покрывала с кровати тоже на полу. С полок пропали все мои книги, включая те, что написал я сам, штук 20 или около того. И машинка моя ушла, и тостер, и радио, и картин моих тоже не было. Лидия, подумал я. Оставила она мне один телевизор, поскольку знала, что я его никогда не смотрю. Я вышел на улицу: машина Лидии стояла, но самой ее внутри не было. - Лидия, - позвал я. - Эй, малышка! Я прошел взад и вперед по улице, и тут увидел ее ноги, обе - высовывались из-за маленького деревца, росшего у стены многоквартирного дома. Я подошел к деревцу и сказал: - Послушай, что это, к чертям, с тобой такое? Лидия просто стояла. В руках два полиэтиленовых пакета с моими книгами и папка с картинами. - Послушай, ты должна отдать мне книги и картины. Они мои. Лидия выскочила из-за дерева - с воплем. Схватила картины и начала их рвать. Она швыряла клочки в воздух, а когда те падали на землю, она их топтала. На ногах у нее были ковбойские сапоги. Потом она стала вытаскивать из пакетов мои книги и расшвыривать их - на улицу, на лужайку, повсюду. - Вот тебе картины! Вот тебе книги! И НЕ РАССКАЗЫВАЙ МНЕ О СВОИХ БАБАХ! НЕ ГОВОРИ МНЕ О СВОИХ БАБАХ! Затем Лидия побежала ко мне во двор с книгой в руке, моей последней - Избранное Генри Чинаски. Она визжала: - Так ты книги свои хочешь назад? Книги свои хочешь? Вот твои проклятые книги! И НЕ ГОВОРИ МНЕ О СВОИХ БАБАХ! Она начала бить стекла в моей парадной двери. Она взяла Избранное Генри Чинаски и била им одно стекло за другим, вопя при этом: - Ты хочешь назад свои книги? Вот твои проклятые книги! И НЕ РАССКАЗЫВАЙ МНЕ О СВОИХ БАБАХ! Я НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ О ТВОИХ БАБАХ! Я стоял, а она орала и била стекла. Где же полиция, думал я. Ну где? Затем Лидия рванулась по дорожке, нырнула влево возле мусорного бака и побежала к многоквартирному дому. За кустиком там валялись моя машинка, мо радио и мой тостер. Лидия схватила машинку и выскочила с ней на середину улицы. Обыкновенная тяжелая старомодная машинка. Лидия подняла ее высоко над головой обеими руками и грохнула о мостовую. Валик и еще какие-то детали отлетели. Она снова воздела ее над головой и завопила: - НЕ ГОВОРИ МНЕ О СВОИХ БАБАХ! - и опять шваркнула о мостовую. После чего вскочила в машину и уехала. Через пятнадцать секунд подкатил полицейский крейсер. - Такой оранжевый фольксваген. Дрянь называется, похож на танк. Я не помню номера, но буквы там СМУ, как в СМУТНЫЙ, понятно? - Адрес? Я дал им ее адрес.... Разумеется, ее привезли обратно. Я слышал, как она выла на заднем сиденье, когда они подъезжали. - НЕ ПОДХОДИТЕ! - сказал один полицейский, выскакивая из машины. Он зашел за мной внутрь. Вошел и сразу наступил на битое стекло. Еще зачем-то посветил фонариком в потолок, на лепнину. - Вы хотите подавать в суд? - спросил он. - Нет. У нее дети. Я не хочу, чтобы она потеряла своих детей. Ее бывший муж и так пытается их у нее отсудить. Но прошу вас, скажите ей, что нельзя же так врываться к людям в дома и творить вот такое. - Ладно, - ответил тот, - тогда подпишите. Он написал от руки в маленьком разлинованном блокнотике. Там говорилось, что я, Генри Чинаски, не имею претензий к некоей Лидии Вэнс. Я расписался, и он ушел. Я запер то, что оставалось от входной двери, лег в постель и попытался уснуть. Примерно через час раздался звонок. Это была Лидия. Она уже вернулась домой. - ТЫ, СУКИН СЫН, ЕЩЕ ХОТЬ РАЗ РАССКАЖЕШЬ МНЕ О СВОИХ БАБАХ, И Я СДЕЛАЮ ТО ЖЕ САМОЕ СНОВА! И она бросила трубку. 47 Через пару дней вечером я приехал к Тэмми на Деревенский Двор. Постучался. Свет не горел. Казалось, дома никого нет. Я заглянул в почтовый ящик. Внутри лежали какие-то письма. Я написал записку: Тэмми, я пытался тебе позвонить. Приезжал, но тебя не было. У тебя вс в порядке? Позвони.... Хэнк. Я вернулся следующим утром, в 11. Машины перед домом не было. Моя записка по-прежнему торчала в дверях. Я вс равно позвонил. Письма по-прежнему лежали в ящике. Я оставил в нем новую записку: Тэмми, куда ты, к дьяволу, запропастилась? Сообщи о себе.... Хэнк. Я объехал весь ее район в поисках битого красного камаро. Вернулся я в тот же вечер. Шел дождь. Мои записки вымокли. В ящике почты лежало еще больше. Я оставил ей книгу своих стихов, с надписью. Потом вернулся к фольксвагену. На зеркальце у меня болтался мальтийский крестик. Я сдернул его, вернулся к дому и обмотал им дверную ручку. Я не знал, где живут ее друзья, где живет ее мать, где живут ее любовники. Я вернулся к себе и написал несколько стихов о любви. 48 Я сидел с анархистом из Беверли-Хиллз Беном Сольвнагом, писавшим мою биографию, когда услышал ее шаги по дорожке двора. Я знал этот звук - они всегда были быстры, неистовы, сексуальны, те крохотные шаги. Я жил в конце двора. Дверь у меня была открыта. Вбежала Тэмми. Мы сразу оказались в объятиях друг друга, целуясь. Бен Сольвнаг сказал до свиданья и испарился. - Эти сучьи рыла конфисковали мои вещи, все мои вещи! Я не могла заплатить за квартиру! Сукоебина грязная! - Я пойду туда и вломлю ему промеж рогов. Мы вернем твои вещи. - Нет, у него ружья! Много всяких ружей! - А-а. - Дочь я отвезла к маме. - Как насчет чего-нибудь выпить? - Конечно. - Чего? - Очень сухого шампанского. - Ладно. Дверь все еще была отворена, и полуденный свет солнца лился сквозь ее волосы - такие длинные и рыжие, что просто горели. - Можно, я залезу в ванну? - спросила она. - Разумеется. - Подожди меня, - сказала она. Утром мы поговорили о ее финансах. Ей должны были прийти деньги: пособие на ребенка плюс пара чеков по безработице, - и на подходе были еще. - Тут в доме есть свободная квартира сзади, прямо надо мной. - Сколько? - 105 долларов и половина услуг уже оплачена. - О черт, у меня хватит. А детей они берут? Ребенка? - Возьмут. Я договорюсь. Я знаю хозяев. К воскресенью она уже переехала. Теперь она жила прямо надо мной. Она могла заглядывать ко мне в кухню, где я печатал на машинке свои вещи на обеденном столе в уголке. 49 В вечер того вторника мы сидели у меня и пили: Тэмми, я и ее брат Джей. Зазвонил телефон. Это был Бобби. - Тут у меня сидят Луи с женой, и ей хотелось бы с тобой познакомиться. Луи - это тот, который только что выехал из квартиры Тэмми. Он играл в джаз-группах по всяким маленьким клубам, и сильно ему не везло. Но он был любопытен сам по себе. - А может, ну его на фиг, Бобби? - Луи обидится, если ты не придешь. - Ладно, Бобби, но я приведу парочку друзей. Мы зашли, и все были представлены друг другу. Затем Бобби вынес своего купленного по дешевке пива. Стерео орало музыку, громко. - Я прочел твой рассказ в Рыцаре, - сказал Луи. - Странный такой. Ты никогда не ебал мертвых женщин, правда? - Нет, просто казалось, что некоторые из них мертвы. - Я понимаю, о чем ты. - Ненавижу этот музон, - сказала Тэмми. - Как музыка продвигается, Луи? - Ну, у меня сейчас новая группа. Если протусуемся вместе достаточно долго, может что и получится. - Я, кажется, возьму у кого-нибудь за щеку, - сказала Тэмми, - я, наверное, отсосу у Бобби, я, наверное, отсосу у Луи, я, наверное, у брата собственного отсосу! На Тэмми был длинный наряд, отчасти похожий на вечернее платье, а отчасти - на ночную сорочку. Валери, жена Бобби, была на работе. Она работала два вечера в неделю официанткой в баре. Луи, его жена Пола и Бобби квасили так уже некоторое время. Луи глотнул халявного пива, вдруг его начало тошнить, он подскочил и ринулся к дверям. Тэмми выскочила следом. Немного погодя, они вошли с улицы вместе. - Пошли отсюдова к чертовой матери, - сказал Луи Поле. - Хорошо, - ответила та. Они встали и вместе ушли. Бобби извлек еще немного пива. Мы с Джеем о чем-то разговаривали. Потом я услышал Бобби: - Я не виноват! Эй, дядя, это не я! Я посмотрел, в чем дело. Голова Тэмми лежала у Бобби на коленях, рукой она держала его за яйца, затем подняла голову выше и схватила его за член, и держала его за член, и все это время глаза ее смотрели прямо на меня. Я сделал еще один глоток пива, поставил стакан, встал и вышел. 50 Я увидел Бобби на улице, когда вышел купить газету. - Звонил Луи, - сказал он, - и рассказал мне, что с ним случилось. - Ну? - Он выбежал проблеваться, а Тэмми схватила его за хуй, пока он блевал, и сказала: Пойдем наверх, я у тебя в рот возьму. А потом мы тебе хер в пасхальное яйцо засунем. Он ответил - нет, а она сказала: Что с тобой такое? Ты что - не мужик? Пойло в себе удержать не можешь? Пошли наверх, я тебе отсосу! Я сходил на угол и купил газету. Вернулся, проверил результаты скачек, прочел о поножовщинах, изнасилованиях, убийствах. В дверь постучали. Я открыл. Там стояла Тэмми. Она зашла и села. - Послушай, - сказала она, - прости, если я тебя обидела тем, как себя вела, но это вс, за что я прошу прощения. Остальное - это уже я сама. - Вс нормально, - ответил я, - но еще ты обидела Полу, когда выскочила на улицу следом за Луи. Они - вместе, сама же знаешь. - ГОВНО! - заорала на меня она, - ДА МНЕ ЧТО ПОЛА, ЧТО АДАМ - ПО ФИГ! 51 В тот вечер я взял Тэмми с собой на состязания упряжек. Мы поднялись на вторую палубу и сели. Я принес ей программку, и она в нее некоторое время пялилась. (В состязаниях упряжек в программе печатают еще и результаты предыдущих соревнований.) - Слушай, - сказала она, - я на колесах. А когда я на колесах, меня иногда вырубает, и я теряюсь. Присматривай за мной. - Ладно. Я должен поставить. Хочешь несколько баксов - ставку сделать? - Нет. - Ладно, сейчас вернусь. Я сходил к окошкам и поставил 5 на победителя на 7 лошадь. Когда я вернулся, Тэмми уже не было. Она просто в дамскую комнату ушла, подумал я. Я сел и стал смотреть скачки. 7 лошадь пришла на 5 к одному. Я поднялся на 25 баксов. Тэмми вс не возвращалась. Вышли лошади на следующий заезд. Я решил не ставить. Я решил сходить поискать Тэмми. Сначала я поднялся на верхнюю палубу и проверил большую трибуну, все проходы, стойки концессии, бар. Найти ее я не мог. Начался второй заезд, они прошли круг. Я слышал, как орут игроки на прямом отрезке, а сам спускался на первый этаж. Я искал везде это дивное тело и эти рыжие волосы. Я не мог ее найти. Я сходил в Пункт Первой Помощи. Там сидел человек, курил сигару. Я спросил у него: - У вас тут нет рыжей девушки? Может быть, она в обморок упала... ей нездоровится. - У меня тут никаких рыжих нет, сэр. У меня устали ноги. Я вернулся на вторую палубу и стал думать о следующем заезде. К концу восьмого я опережал уже на 132 доллара. Я собирался поставить 50 на победителя на 4 лошадь в последнем заезде. Уже поднялся было с места, когда увидел Тэмми в дверях подсобки. Она стояла между негром-уборщиком с метлой и еще одним черным, одетым очень хорошо. Он походил на киношного сутенера. Тэмми ухмылялась и махала мне ручкой. Я подошел. - Я тебя искал. Думал, у тебя передоз. - Нет, со мною вс в порядке, прекрасно. - Что ж, это хорошо. Спокойной ночи, Рыжая.... Я направился к окошечку для ставок. Я слышал, как она побежала следом. - Эй, куда это ты похилял? - Хочу на 4 лошадь поставить. Поставил. 4-я проиграла на волосок. Скачки закончились. Мы с Тэмми пошли к стоянке вместе. Ее бедро толкалось в мое, пока мы шли. - Ты заставила меня поволноваться, - сказал я. Мы нашли свою машину и сели. На обратном пути Тэмми выкурила 6 или 7 сигарет, гася их на половине и сгибая затем в пепельнице. Включила радио. Она делала его то громче, то тише, скакала по станциям и щелкала под музыку пальцами. Когда мы въехали во двор, она сразу взбежала к себе и заперла дверь. 52 Жена Бобби работала два вечера в неделю, и, когда она уходила, он садился на телефон. Я знал, что по вторникам и четвергам ему будет одиноко. Телефон зазвонил как раз во вторник вечером. Бобби. - Эй, дядя, не против, если я заскочу - пивка попьем? - Хорошо, Бобби. Я сидел в кресле напротив Тэмми, лежавшей на кушетке. Бобби вошел и тоже сел на кушетку. Я открыл ему пиво. Бобби сел и заговорил с Тэмми. Разговор был таким пустым, что я отключился. Но кое-что до меня доходило. - Утром, - говорил Бобби, - я принимаю холодный душ. От него я по-настоящему просыпаюсь. - Я тоже принимаю холодный душ по утрам, - сказала Тэмми. - Я принимаю холодный душ, а потом вытираюсь полотенцем, - продолжал Бобби, - а потом читаю журнал или что-нибудь типа. После этого я готов начать день. - А я просто принимаю холодный душ, но не вытираюсь, - сказала Тэмми. - Пусть капельки на мне высыхают сами. Бобби сказал: - А иногда я делаю себе настоящую горячую ванну. Вода такая горячая, что залезаю я в нее очень медленно. Тут Бобби встал и продемонстрировал, как он залезает в свою настоящую горячую ванну. Беседа перешла на кино и телепередачи. Оба они, казалось, без ума от кино и телепередач. Они разговаривали так часа 2 или 3, без остановки. Затем Бобби поднялся. - Ну ладно, - сказал он, - мне надо идти. - О, пожалуйста, не уходи, Бобби, - сказала Тэмми. - Нет, мне пора. Валери должна была прийти домой с работы. 53 Вечером в четверг Бобби позвонил снова. - Эй, дядя, ты что делаешь? - Ничего особенного. - Не против, если я загляну, пивка попьем? - Мне бы не хотелось сегодня никаких посетителей. - Ох, да ладно тебе, дядя, я же просто по паре пива пропустить.... - Да нет, лучше не надо. - НУ ТАК ПОШЕЛ ТЫ В ПИЗДУ! - заорал он. Я повесил трубку и вышел в другую комнату. - Кто звонил? - спросила Тэмми. - Да, тут один просто зайти хотел. - Это Бобби был, верно? - Да. - Ты к нему гадко относишься. Ему ведь одиноко, когда его жена на работу уходит. Что это с тобой такое, к чертовой матери? Тэмми вскочила, забежала в спальню и начала набирать номер. Я только что купил ей пузырь шампанского. Она его не открыла. Я его взял и спрятал в стенной чулан. - Бобби, - сказала она в трубку, - это Тэмми. Это ты только что звонил? Где твоя жена? Послушай, я сейчас приду. Она положила трубку и вышла из спальни. - Где шампанское? - Отъебись, - сказал я, - ты его с собой туда не понесешь и пить его вместе с ним не будешь. - Я хочу шампанское. Где оно? - Пускай свое выставляет. Тэмми схватила с кофейного столика пачку сигарет и выскочила за дверь. Я вытащил шампань, откупорил и налил себе полный стакан. Я больше уже не писал стихов о любви. Фактически, я вообще больше не писал. Не хотелось. Шампанское прошло внутрь легко. Я пил стакан за стаканом. Потом снял ботинки и дошел до квартиры Бобби. Заглянул внутрь сквозь жалюзи. Они сидели очень тесно друг к другу на тахте и разговаривали. Я вернулся к себе. Докончил шампанское и принялся за пиво. Зазвонил телефон. Бобби. - Слушай, - сказал он, - чего б тебе не зайти и не выпить со мной и с Тэмми пива? Я положил трубку. Я еще немного попил пива и выкурил пару дешевых сигар. Меня вс больше развозило. Я пошел к Бобби. Постучал. Тот открыл дверь. Тэмми сидела в дальнем углу кушетки, двигаясь кокаином из пластиковой ложечки МакДональдса. Бобби сунул мне в руку пиво. - Беда, - сказал он мне, - в том, что ты не уверен в себе, тебе не хватает самоуверенности. Я втянул в себя глоток пива. - Это правильно, Бобби прав, - сказала Тэмми. - У меня внутри что-то болит. - Ты просто не уверен в себе, - сказал Бобби, - все довольн

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования