Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Буковски Чарльз. Женщины -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  -
меня не любят. Лидия подождала. Потом сказала: - Хорошо. Давай, ложись. Мы выключим свет и просто будем тихо вместе. Я помедлил. Затем сказал: - Ну, ладно. Я разделся целиком и залез под одеяло и простыню. Своей ляжкой прижался к ляжке Лидии. Мы оба лежали на спине. Я слышал сверчков. Славный тут район. Прошло несколько минут. Потом Лидия сказала: - Я стану великой. Я не ответил. Прошло еще несколько минут. Вдруг Лидия вскочила с кровати, вскинула обе руки вверх, к потолку, и громко заявила: - Я СТАНУ ВЕЛИКОЙ! Я СТАНУ ИСТИННО ВЕЛИКОЙ! НИКТО НЕ ЗНАЕТ, НАСКОЛЬКО ВЕЛИКОЙ Я СТАНУ! - Хорошо, - сказал я. Потом она добавила, уже тише: - Ты не понимаешь. Я стану великой. Во мне больше потенциала, чем в тебе! - Потенциал, - ответил я, - ни фига не значит. Это надо делать. Почти у любого младенца в люльке больше потенциала, чем у меня. - Но я это СДЕЛАЮ! Я СТАНУ ИСТИННО ВЕЛИКОЙ! - Ладно, ладно, - сказал я. - А пока ложись обратно. Лидия легла обратно. Мы не целовались. Сексом заниматься мы не собирались. Я чувствовал, что устал. Слушал сверчков. Не знаю, сколько времени прошло. Я уже почти уснул - не совсем, правда, - когда Лидия вдруг села на кровати. И завопила. Вопль был громкий. - В чем дело? - спросил я. - Лежи тихо. Я стал ждать. Лидия сидела, не шевелясь, минут, наверное, десять. Потом снова упала на подушку. - Я видела Бога, - сказала она. - Я только что увидела Бога. - Слушай, ты, сука, ты с ума меня свести хочешь! Я встал и начал одеваться. Я рассвирепел. Я не мог найти свои трусы. Да ну их к черту, подумал я. Пусть валяются там, где валяются. Я надел на себя вс, что у меня было, и сидел на стуле, натягивая на босые ноги башмаки. - Что ты делаешь? - спросила Лидия. Я не смог ей ответить и вышел в переднюю комнату. Моя куртка висела на спинке стула, я взял ее и надел. Выбежала Лидия. В голубом неглиже и трусиках. Босиком. У Лидии были толстые лодыжки. Обычно она носила сапоги, чтоб их скрыть. - ТЫ НИКУДА НЕ ПОЙДЕШЬ! - заорала она на меня. - Насрать, - сказал я. - Я пошел отсюда. Она на меня прыгнула. Обычно она бросалась на меня, когда я был пьян. Теперь же я был трезв. Я отступил вбок, и она упала на пол, перевернулась и оказалась на спине. Я переступил через нее на пути к двери. Она была в ярости, пузырилась слюна, она рычала, за губами обнажились зубы. Она походила на самку леопарда. Я взглянул на нее сверху вниз. Безопаснее, когда она лежит на полу. Она испустила рык, и только я собрался выйти, как она, дотянувшись, вцепилась ногтями в рукав моей куртки, потащила на себя и содрала его прямо с руки. Рукав оторвался в плече. - Господи ты боже мой, - сказал я, - посмотри, что ты сделала с моей новой курткой! Я ведь только что ее купил! Я открыл дверь и выскочил наружу с голой рукой. Только я успел отпереть машину, как услышал, что за спиной по асфальту шлепают ее босые ноги. Я запрыгнул внутрь и запер дверцу. Нажал на стартер. - Я убью эту машину! - орала она. - Я прикончу эту машину! Ее кулаки колотили по капоту, по крыше, по ветровому стеклу. Я двинул машиной вперед, очень медленно, чтобы не покалечить ее. Мой меркурий-комета 62 года развалился, и я недавно купил фольксваген 67-го. Я драил и полировал его. В бардачке даже метелка из перьев лежала. Я медленно выезжал, а Лидия все молотила кулаками по машине. Едва я от нее оторвался, как сразу дернул на вторую. Бросив взгляд в зеркальце, я увидел, как она стоит одна в лунном свете, не шевелясь, в своем голубом неглиже и трусиках. Все нутро мне начало корежить и переворачивать. Я чувствовал, что болен, ненужен, печален. Я был влюблен в нее. 12 Я поехал к себе, начал пить. Врубил радио и нашел какую-то классическую музыку. Вытащил из чулана свою лампу Коулмэна. Выключил свет и сел забавляться с нею. С лампой Коулмэна можно много разных штук проделать. Например, погасить ее, а потом снова зажечь и смотреть, как она разгорается от жара фитиля. Еще мне нравилось ее подкачивать и нагнетать давление. А потом было еще удовольствие от того, что просто смотришь на нее. Я пил, смотрел на лампу, слушал музыку и курил сигару. Зазвонил телефон. Там была Лидия. - Что ты делаешь? - спросила она. - Сижу просто так. - Ты сидишь просто так, пьешь, слушаешь классическую музыку и играешься с этой своей проклятой лампой! - Да. - Ты вернешься? - Нет. - Ладно, пей! Пей, и пускай тебе будет хуже! Сам знаешь, эта дрянь тебя однажды чуть не прикончила. Ты больницу помнишь? - Я ее никогда не забуду. - Хорошо, пей, ПЕЙ! УБИВАЙ СЕБЯ! И УВИДИШЬ, НАСРАТЬ МНЕ ИЛИ НЕТ! Лидия повесила трубку, и я тоже. Что-то подсказывало мне, что она беспокоится не столько о моей возможной смерти, сколько о своей следующей ебле. Но мне нужны каникулы. Необходим отдых. Лидии нравилось ебстись по меньшей мере пять раз в неделю. Я предпочитал три. Я встал и прошел в обеденный уголок, где на столе стояла пишущая машинка. Зажег свет, сел и напечатал Лидии 4-страничное письмо. Потом зашел в ванную, взял бритву, вышел, сел и хорошенько хлебнул. Вытащил лезвие и чиркнул средний палец правой руки. Потекла кровь. Я подписал свое письмо кровью. Потом сходил к почтовому ящику на углу и сбросил его. Телефон звонил несколько раз. То была Лидия. Она орала мне разное. - Я пошла ТАНЦЕВАТЬ! Я не собираюсь одна тут рассиживать, пока ты там нажираешься! Я ей сказал: - Ты ведешь себя так, будто я не пью, а хожу с другой теткой. - Это еще хуже! Она повесила трубку. Я продолжал пить. Спать совсем не хотелось. Вскоре настала полночь, потом час, два. Лампа Коулмэна все горела.... В 3.30 зазвонил телефон. Снова Лидия. - Ты все еще пьешь? - Ну дак! - Ах ты сучья рожа гнилая! - Фактически, как раз когда ты позвонила, я сдирал целлофан с этой вот пинты Катти Сарка. Она прекрасна. Видела бы ты ее! Она шваркнула трубкой о рычаг. Я смешал себе еще один. По радио играла хорошая музыка. Я откинулся на спинку. Очень хорошо. С грохотом распахнулась дверь, и в комнату вбежала Лидия. Задыхаясь, она остановилась посередине. Пинта стояла на кофейном столике. Она ее увидела и схватила. Я подскочил и схватил Лидию. Когда я пьян, а она - безумна, мы почти друг друга стоим. Она держала бутылку высоко в воздухе, отстраняясь от меня и пытаясь выскочить с нею за дверь. Я схватил ее за руку с бутылкой и попытался отобрать. - ТЫ, БЛЯДЬ! ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА! ОТДАЙ БУТЫЛКУ, ЕБ ТВОЮ МАТЬ! Потом мы оказались на крыльце, мы боролись. Споткнулись на ступеньках и свалились на тротуар. Бутылка ударилась о цемент и разбилась. Лидия поднялась и побежала. Я услышал, как завелась ее машина. Я остался лежать и смотреть на разбитую бутылку. Та валялась в футе от меня. Лидия уехала. Луна все еще сияла. В донышке того, что осталось от бутылки, я разглядел еще глоток скотча. Растянувшись на тротуаре, я дотянулся до него и поднес ко рту. Длинный зубец стекла чуть не выткнул мне глаз, пока я допивал остатки. Затем я встал и зашел внутрь. Жажда была ужасна. Я походил по дому, подбирая пивные бутылки и выпивая те капли, что оставались в каждой. Из одной я порядочно глотнул пепла, поскольку часто пользовался пивными бутылками как пепельницами. Было 4.14 утра. Я сидел и наблюдал за часами. Будто снова на почте работаю. Время обездвижело, а существование стало пульсирующей непереносимой ерундой. Я ждал. Я ждал. Я ждал. Я ждал. Наконец, настало 6 часов. Я пошел на угол, в винную лавку. Продавец как раз открывался. Он впустил меня. Я приобрел еще одну пинту Катти Сарка. Пришел домой, запер дверь и позвонил Лидии. - У меня тут пинта Катти Сарка, с которой я сдираю целлофан. Я собираюсь немного выпить. А винный магазин теперь будет работать целых 20 часов. Она повесила трубку. Я выпил один стаканчик, а затем зашел в спальню, повалился на постель и уснул, даже не сняв одежду. 13 Неделю спустя, я ехал по Бульвару Голливуд с Лидией. Развлекательный еженедельник, выходивший тогда в Калифорнии, попросил меня написать им статью о жизни писателя в Лос-Анжелесе. Я ее написал и теперь ехал в редакцию сдавать. Мы оставили машину на стоянке в Мосли-Сквере. Мосли-Сквер - это квартал дорогих бунгало, в которых музыкальные издатели, агенты, антрепренеры и прочая публика устраивают себе конторы. Аренда там очень высокая. Мы зашли в один из тех бунгало. За столом сидела симпатичная девица, образованная и невозмутимая. - Я Чинаски, - сказал я, - и вот моя статья. Я швырнул ее на стол. - О, мистер Чинаски. Я всегда очень восхищалась вашей работой! - У вас тут выпить чего-нибудь не найдется? - Секундочку... Она поднялась по ковровой лестнице и снова спустилась с бутылкой дорогого красного вина. Открыла ее и извлекла несколько бокалов из бара-тайника. Как бы мне хотелось залечь с нею в постель, подумал я. Но ни фига не выйдет. Однако, кто-то же залегает с нею в постель регулярно. Мы сидели и потягивали вино. - Мы дадим вам знать по поводу статьи очень скоро. Я уверена, что мы ее примем.... Но вы совсем не такой, каким я ожидала вас увидеть.... - Что вы имеете в виду? - У вас такой мягкий голос. Вы кажетесь таким милым. Лидия расхохоталась. Мы допили вино и ушли. Когда мы шли к машине, я услышал оклик: - Хэнк! Я обернулся - там в новом мерседесе сидела Ди Ди Бронсон. Я подошел. - Ну, как оно, Ди Ди? - Недурно. Бросила Кэпитол Рекордз. Теперь вон той вот конторой заправляю. Она махнула рукой. Еще одна музыкальная компания, довольно известная, со штаб-квартирой в Лондоне. Ди Ди раньше частенько заскакивала ко мне со своим дружком, когда у него и у меня было по колонке в одной подпольной лос-анжелесской газетке. - Боже, да у тебя тогда все нормально, вроде, - сказал я. - Да, только... - Только что? - Только мне нужен мужик. Хороший мужик. - Ну, так дай мне свой номер, и я погляжу, смогу ли найти тебе такого. - Ладно. Ди Ди записала номер на полоске бумаги, и я сложил ее себе в бумажник. Мы с Лидией подошли к моему старенькому фольку и залезли внутрь. - Ты собираешься ей позвонить, - сказала она. - Ты собираешься позвонить по этому номеру. Я завел машину и выехал на Бульвар Голливуд. - Ты собрался звонить по этому номеру, - продолжала она. - Я просто знаю, что ты позвонишь по этому номеру! - Хватить гундеть! - сказал я. Похоже было, что впереди еще одна плохая ночь. 14 Мы снова поссорились. Я вернулся к себе, но мне не хотелось сидеть в одиночестве и пить. В тот вечер проходил заезд упряжек. Я взял с собой пинту и поехал на бега. Прибыл рано, поэтому успел прикинуть все свои цифры. К тому времени, как кончился первый заезд, пинта была, к моему удивлению, более чем наполовину пуста. Я мешал ее с горячим кофе, и проходила она гладко. Я выиграл три из первых четырех заездов. Позже выиграл еще и экзакту и опережал долларов на 200 к концу 5-го заезда. Я сходил в бар и сыграл с доски тотализатора. В тот вечер мне дали то, что я назвал хорошей доской. Лидия усралась бы, видя, как ко мне плывут все эти бабки. Она терпеть не могла, когда я выигрывал на скачках, особенно если сама проигрывала. Я продолжал пить и ставить. К концу 9-го заезда я был в выигрыше на 950 долларов и сильно пьян. Я засунул бумажник в один из боковых карманов и пошел медленно к машине. Я сидел в ней и смотрел, как проигравшие отваливают со стоянки. Я сидел, пока поток машин не иссяк, и только тогда завел свою. Сразу за ипподромом стоял супермаркет. Я увидел освещенную будку телефона на другом конце автостоянки, заехал и вылез. Подошел и набрал номер Лидии. - Слушай, - сказал я, - слушай меня, сука. Я сходил на скачки упряжек сегодня и выиграл 950 долларов. Я победитель! Я всегда буду победителем! Ты меня не заслуживаешь, сука! Ты со мною в игрушки играла? Так вот, кончились игрушки! Хватит с меня! Наигрался! Ни ты мне не нужна, ни твои проклятые игры! Ты меня поняла? Приняла к сведению? Или башка у тебя еще толще лодыжек? - Хэнк... - Да. - Это не Лидия. Это Бонни. Я сижу с детьми за Лидию. Она сегодня ушла на весь вечер. Я повесил трубку и пошел обратно к машине. 15 Лидия позвонила мне утром. - Каждый раз, когда ты будешь напиваться, - заявила она, - я буду ходить на танцы. Вчера вечером я ходила в Красный Зонтик и приглашала мужчин потанцевать. У женщины есть на это право. - Ты шлюха. - Вот как? Так если и есть что-то похуже шлюхи, - это скука. - Если есть что-то хуже скуки, - это скучная шлюха. - Если тебе моей пизды не хочется, - сказала она, - я отдам ее кому-нибудь другому. - Твоя привилегия. - А после танцев я поехала навестить Марвина. Я хотела найти адрес его подружки и увидеться с ней. С Франсиной. Ты сам ведь как-то ночью ездил к его девчонке Франсине, - сказала Лидия. - Слушай, я никогда ее не еб. Я просто слишком напился, чтобы ехать домой после тусовки. Мы даже не целовались. Она разрешила мне переночевать на кушетке, а утром я поехал домой. - Как бы то ни было, когда я доехала до Марвина, я раздумала спрашивать у него адрес Франсины. У родителей Марвина водились деньги. Дом его стоял на самом берегу. Марвин писал стихи - получше, чем большинство. Мне Марвин нравился. - Ну, надеюсь, ты хорошо провела время, - сказал я и повесил трубку. Не успел я отойти от телефона, как тот зазвонил снова. Марвин. - Эй, угадай, кто ко мне вчера посреди ночи нагрянул? Лидия. Постучалась в окно, и я ее впустил. У меня на нее встал. - Ладно, Марвин. Я понимаю. Я тебя не виню. - Ты не злишься? - На тебя - нет. - Тогда ладно... Я взял вылепленную голову и загрузил в машину. Доехал до Лидии и водрузил ее на порог. Звонить в дверь не стал и уже повернулся уходить. Вышла Лидия. - Почему ты такой осел? - спросила она. Я обернулся. - Ты не избирательна. Тебе что один мужик, что другой - без разницы. Я за тобой говно жрать не собираюсь. - Я тоже твое говно жрать не буду! - завопила она и хлопнула дверью. Я подошел к машине, сел и завел. Поставил на первую. Она не шелохнулась. Попробовал вторую. Ничего. Тогда я снова перешел на первую. Лишний раз проверил, снято ли с тормоза. Машина не двигалась с места. Я попробовал задний ход. Назад она поехала. Я тормознул и снова попробовал первую. Машина не двигалась. Я все еще был очень зол на Лидию. Я подумал: ну ладно же, поеду на этой злоебучке домой задом. Потом представил себе фараонов, которые меня остановят и спросят, какого это дьявола я делаю. Ну, понимаете, офицеры, я поссорился со своей девушкой и добраться до дому теперь могу только так. Я уже не так сердился на Лидию. Я вылез и пошел к ее двери. Она втащила мою голову внутрь. Я постучал. Лидия открыла. - Слушай, - спросил я, - ты что - ведьма какая-то? - Нет, я шлюха, разве не помнишь? - Ты должна отвезти меня домой. Моя машина едет только назад. Ты эту дрянь заговорила, что ли? - Ты что - серьезно? - Пойдем, покажу. Лидия вышла со мной к машине. - Все работало прекрасно. Потом вдруг ни с того ни с сего она начинает ехать только задним ходом. Я уже домой так пилить собирался. Я сел. - Теперь смотри. Я завел и поставил на первую, отпустив сцепление. Она рванулась вперед. Я поставил вторую. Она перешла на вторую и поехала еще быстрее. Перевел на третью. Машина мило катила дальше. Я развернулся и остановился на другой стороне улицы. Подошла Лидия. - Послушай, - сказал я, - ты должна мне поверить. Еще минуту назад машина ехала только назад. А теперь с ней все в порядке. Поверь мне, пожалуйста. - Я тебе верю, - ответила она. - Это Бог сделал. Я верю в такие вещи. - Это должно что-то значить. - Оно и значит. Я вылез из машины. Мы вошли к ней в дом. - Снимай рубашку и ботинки, - сказала она, - и ложись на кровать. Сначала я хочу выдавить тебе угри. 16 Бывший японский борец, теперь занимавшийся недвижимостью, продал дом Лидии. Ей приходилось съезжать. Там жили Лидия, Тонто, Лиза и пес Непоседа. В Лос-Анжелесе большинство хозяев вывешивает один и тот же знак: ТОЛЬКО ВЗРОСЛЫМ. С двумя детьми и собакой найти квартиру очень сложно. Лидии могла помочь только ее привлекательность. Необходим был хозяин-мужчина. Сначала я возил их всех по городу. Бестолку. Потом стал держаться подальше и оставался сидеть в машине. Все равно не срабатывало. Пока мы ездили, Лидия орала из окна: - В этом городе есть хоть кто-нибудь, кто сдаст квартиру женщине с двумя детьми и собакой? Неожиданно случай подвернулся в моем же дворе. Я увидел, как люди съезжают, и сразу пошел и поговорил с миссис О'Киф. - Послушайте, - сказал я, - моей подруге нужно где-то жить. У нее двое детишек и собака, но все они ведут себя хорошо. Вы позволите им заселиться? - Я видела эту женщину, - ответила миссис О'Киф. - Ты разве не замечал, какие у нее глаза? Она сумасшедшая. - Я знаю, что она сумасшедшая. Но мне она небезразлична. У нее и хорошие качества есть, честно. - Она же для тебя слишком молода! Что ты собираешься делать с такой молодой женщиной? Я засмеялся. Мистер О'Киф подошел сзади к жене и взглянул на меня сквозь сетчатую летнюю дверь. - Да он пиздой одержимый, только и всего. Очень все просто, он пиздострадалец. - Ну, как насчет? - спросил я. - Ладно, - ответила миссис О'Киф. - Вези.... И вот Лидия взяла напрокат прицеп, и я ее перевез. Там была главным образом одежда, все вылепленные ею головы и большая стиральная машина. - Мне не нравится миссис О'Киф, - сказала мне она. - Муж у нее вроде ничего, а сама она мне не нравится. - Она из хороших католичек. К тому же, тебе надо где-то жить. - Я не хочу, чтобы ты пил с этими людьми. Они стремятся тебя погубить. - Я плачу им только 85 баксов аренды в месяц. Они относятся ко мне как к сыну. Я просто обязан с ними иногда хоть пива выпить. - Как к сыну - хуйня! Ты почти одного с ними возраста. Прошло около трех недель. Заканчивалось субботнее утро. Предыдущую ночь я у Лидии не ночевал. Я вымылся в ванне и выпил пива, оделся. Выходных я не любил. Все вываливают на улицы. Все режутся в пинг-понг, или стригут свои газоны, или драют машины, или едут в супермаркет, или на пляж, или в парк. Везде толпы. У меня любимый день - понедельник. Все возвращаются на работу, и никто глаза не мозолит. Я решил съездить на бега, несмотря на толпу. Поможет прикончить субботу. Я съел яйцо вкрутую, выпил еще одно пиво и, выходя на крыльцо, запер дверь. Лидия во дворе играла с Непоседой, псом. - Привет, - сказала она. - Привет, - ответил я. - Я поехал на бега. Лидия подошла ко мне. - Послушай, ты же знаешь, что у тебя от бегов бывает. Она имела в виду, что с ипподрома я всегда возвращался слишком усталым, чтобы заниматься с ней любовью. - Ты вчера вечером напился, - продолжала она. - Ты был ужасен. Ты напугал Лизу. Я вынуждена была тебя выгнать. - Я еду на скачки. - Ладно, валяй, поезжай на свои скачки. Но если ты уедешь, то меня здесь уже не будет, когда ты вернешься. Я сел в машину, стоявшую на парадной лужайке. Опустил стекла и завел мотор. Лидия стояла в проезде. Я помахал ей на прощанье и выехал на улицу. Стоял славный летний денек. Я поехал в Голливуд-Парк. У меня новая система. С каждой новой системой я все ближе и ближе к богатству. Все дело - только во времени. Я потерял 40 долларов и поехал домой. Заехал на лужайку и вышел из машины. Обходя крыльцо на пути к своей двери, я увидел миссис О'Киф, шедшую по проезду. - Ее нет! - Что? - Твоей девушки. Она съехала. Я не ответил. - Она наняла прицеп и загрузила свои пожитки. Она была в ярости. Знаешь эту ее большую стиральную машину? - Ну.

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования