Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Дышев Сергей. До встречи в раю -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  -
ивого общежи- тия, которого она слушала, открыв рот!.. Ей не нравилось, как я прич- мокиваю за обедом, не нравились мои вывернутые ноздри... Доктор неп- роизвольно почесал нос. Ее раздражали, видите ли, мои руки в старчес- ких веснушках, мои глупости и умничанья. Даже мой запах, о подлая сам- ка, убивал ее! Бандиты расхохотались. - А ты, оказывается, та еще вонючка! - поспешил заметить Вулдырь. - То-то я смотрю, вонища появилась! - добавил Консенсус. - Мой запах напоминал ей запах прокисшего молока... не обращая внимания на реплики, продолжал доктор. Кроме того, ей надоело стирать мое белье, она обзывала меня чмом и идиотом... Не знаю, где она нахва- талась таких слов... Последовал новый взрыв хохота. Шрамм сделал глубокий вдох. - Она еще написала, что ей всегда не хватало настоящего мужика, ко- торый бы драл ее, как козу. Она жила с подавленным либидо. - Ну и прикольная у тебя телка! - оценил Вулдырь. - Она забеременела от другого человека, в чем призналась мне. И в конце своей записки предупредила, чтобы не вздумал ее искать, иначе мне оборвут все выпуклости. Бандиты корчились от смеха, не переставая. - А к кому она ушла, рогоносец? - задыхаясь, спросил Консенсус. Познакомил бы со своей Люськой. Мы бы ее отодрали по первому сорту! - Она ушла к Лидеру Движения Кара-Огаю,- просто ответил Иосиф Геор- гиевич. - Понятно,- после паузы озадаченно отреагировал Вулдырь. Баба не промах. Вместе с доктором бандиты пошли грабить продсклад больницы, а Юра бросился спасать Машу. Некуда ей было бежать, как и ему самому. В бе- зумном городе она не прожила бы и нескольких часов. - Маша, проснись,- прошептал он. Она открыла глаза, улыбнулась. - Это ты? Уговаривая и подталкивая, он вывел ее на задворки. ...Маша теперь безотлучно находилась при нем, и он уже не представ- лял, как раньше мог обходиться без ее лучистой улыбки, тихого, невесо- мого, как тень, присутствия. От нее исходила теплота, он чувствовал это инстинктом и сердцем, но по молодости или же духовной неискушен- ности объяснить это не мог. Все же ему не было и двадцати лет. Маша радостно выполняла его маленькие поручения, например, утихомирить бес- покойную палату или вынести из-под больного судно. Что будет, когда жизнь нормализуется, он не знал, но, странное дело, он и не хотел, чтобы это смутное время кончалось, потому что именно сейчас чувствовал душевное спокойствие. Юрка был счастлив, так как в одиночку справлялся со всей больницей - был директором, главврачом, завхозом и электриком в одном лице. Он падал с ног от усталости, выматывался до кругов перед глазами, но взамен получил бесценное: впервые в жизни он осознал меру своего достоинства, самолюбия - чувств, которых ему не полагалось иметь в детдоме. Отравляли существование мысли о кормежке. Продуктов никогда не хва- тало, а тут часть расхитили да еще унесли мародеры под руководством Шрамма. Воспоминание о докторе вызывало глухую злость. "Наверное, он тоже не совсем нормальный", - в конце концов решил Юра, чтобы как-то объяс- нить причудливые изменения людей в преклонном возрасте, каковым он считал Иосифа Георгиевича. "Помочь могут только военные",- после раздумий понял Юрка и отпра- вился в полк. Командира он видел два или три раза, да и то издалека. Представлялся он ему суровым и сухим человеком - однажды Юрка слышал, как подполковник рычал и обкладывал матом потного от страха прапорщи- ка. Тот стоял, выпятив брюхо, и ежесекундно послушно кивал головой. Эта сцена покоробила Юрчика. В его представлении офицеры должны были быть более изысканными и романтичными. И вообще ему не нравилось, ког- да люди рычали, будто дикие звери. Матом он тоже не ругался, кстати, за это над ним потешались в детдоме. Маша пошла вместе с ним. Хотел он ее оставить, да она увязалась. В полк они прошли через черный ход - дыру в колючей проволоке. Старший лейтенант, попавшийся им навстречу, объяснил, как найти штаб. Но в здание их не пустил прапорщик-часовой. И они долго бы ждали, если б командир не вышел сам. Он окинул недовольным взглядом юную парочку, спросил: - А это кто такие? Почему посторонние у штаба? - К вам на прием просятся, товарищ подполковник, говорят, из сумас- шедшего дома. Я их гоню, а они не уходят,- пожаловался прапорщик. Юрка понял, что хорошего ничего не будет да еще влетит за то, что без спросу залезли сквозь дырку в полк. - Что, жрать нечего? - грубо спросил командир тоном, в котором, как показалось Юрке, сверкнул металл. У него сжалось сердце. Маша же, наоборот, уперла руки в боки и на- хально стала разглядывать "военное чудовище". - Нечего,- просевшим голосом ответил он. То есть осталось совсем немного. - Ясно, если б было нечего, пришел бы еще раньше. Ты кто, директор? н спросил командир, прекрасно зная, кто в больнице хозяин. - Санитар... - Пошли! Лаврентьев привел их в кабинет с койкой в углу и многозначительными телефонами на столе, что сразу успокоило Юрчика. Еще он успел разгля- деть на столе карту и тут же отвернулся: на ней наверняка были нарисо- ваны секреты, которые Юрку, конечно, не интересовали. Его интересовала еда для подопечных. - Значит, еще не вымерли? Это вам повезло, что вы рядом с полком находитесь, а то при нынешних нравах от вашей богадельни давно бы кам- ня на камне не оставили. А почему директор не пришел или кто там, главврач? Юра откашлялся и сбивчиво пояснил, что он единственный, кто остался из персонала, остальные разбежались. - Знаю... - прервал его Лаврентьев. Так и не появлялись, замудон- цы! Он спохватился, прикрыл рукой рот. Маша округлила губки и вдруг за- хихикала. - Да, тут озвереешь... - Нас уже и грабили два раза,- вставил Юра. - Ладно, не дави из меня слезу. Командир поднял трубку и потребовал найти Костю. Когда тот появился в кабинете, Лаврентьев сказал: - Пойдешь вместе с этой сладкой парочкой в психлечебницу, оценишь состояние больных, запасов пищи, потом подготовишь мне краткую запис- ку. Надо помочь продуктами. А то неровен час перемрут. Жалко будет, ведь Божьи дети, кто о них позаботится, как не воины? "Деловой мужик! - восхищенно подумал Юра, когда они втроем вышли из штаба. н Вот кого бы директором к нам. Ни один бандит не сунулся бы..." Очкарик-капитан протянул руку и назвал себя: - Костя. Юра и Маша тоже назвали себя. - Первый раз вижу такого молодого врача. Ты что заканчивал? - спро- сил Костя. - Да нет, я обычный санитар,- смущенно пояснил Юра. Ему показалось, что капитан слегка пьян. Впрочем, он уже знал, что офицеры никогда не были трезвенниками. Даже доктор Житейский в конце дня иногда выпивал, ловил за рукав представителей младшего медицинского персонала и нес какую-то чепуху. - А вы санитарка? - обратился капитан к Маше. - Я сумасшедшая,- вздохнув, ответила девушка. - А-а,- протянул Костя. Непохоже... - Я тоже так считаю,- сказала Маша. Но врачи говорят, что у меня шизофрения. - В наше время и нормальные ведут себя почище сумасшедших, - заме- тил Костя. С психически больными дела иметь ему не приходилось. Вот пришить что-нибудь, вырезать, пулю достать, по частям сложить - это пожалуйста. - Не утешайте меня,- вдруг строго сказала Маша. Еще неизвестно, кто кого должен утешать. А то есть такие, что на больных смотрят как на диких зверей, вопросы задают дурацкие, думают, мы ящики деревянные, ничего не понимаем, только глупости всякие хотим делать, чтоб над нами смеялись. А я тоже смеюсь, когда вижу эти тупые рожи, которые считают себя умными и нормальными. - Маша, не надо! - попросил Юрчик. Костя ведь хочет помочь нашим больным. - Да, нашим больным,- тихо подтвердила она. Мы не будем возвра- щаться? Здесь так хорошо... Но ее не расслышали. Вечером они поссорились. - Ты держишь меня взаперти... Выпусти меня, Юрочка! - вдруг взмоли- лась она. Отпусти, мне плохо здесь, я буду тебя обзывать, щипать, му- чить, пока ты не отпустишь меня. - И куда ты пойдешь? Там нормальным людям жизни нету, ты умрешь че- рез десять минут, как рыба без воды, те же бандиты отловят тебя и жи- вой не отпустят. А здесь у тебя койка есть и кормят пока... - Подавись своей кормежкой! Я хочу быть свободной, неужели не пони- маешь, какая это пытка: отпустить за забор, подержать на веревочке, а потом привести обратно... - Оставь! Я уже слышал эту чепуху! - закричал он, взбешенный ее уп- рямством. Тоже мне комсомолка нашлась! - И пусть меня убьют, но я умру свободной! - Ты идиотка! - А ты сомневался? - Она расхохоталась. Все равно я убегу, даже если ты меня посадишь на цепь. А на цепь ты меня не посадишь, потому что ты добрый и еще любишь меня. А я тебя за все это ненавижу! - Хорошо... Юра сделал вид, что сдался, он и на самом деле зашел в тупик. Успокоительных лекарств не было, да он и не стал бы колоть Ма- шу. Он не выносил, когда бьющихся в припадке людей заламывали дюжие Иван со Степаном, а Аделаида Оскаровна, мертвенно поблескивая очками, с видимым удовольствием втыкала сверкающую иглу в человечью мякоть. Больной стихал - будто постепенно угасал. - Хорошо,- повторил он. Как стемнеет, мы выйдем в город, возьмем с собой целлофановый пакетик с сандвичами, французским шампанским и шо- коладным бисквитом. Мы устроим чудненький пикничок на развалинах ста- ринного здания, их в городе сейчас - на каждом углу. Потом мы будем сражаться с бандитами и в заключение совершим какой-нибудь подвиг. Ты не против? - Ты начинаешь исправляться! - строгим голоском похвалила Маша. Если будешь и дальше слушаться меня, я открою тебе свою тайну. - Договорились. А теперь ложись и отдохни,- распорядился Юра. - Ты чего? - Она покрутила пальцем у виска. У меня же сейчас не депрессивный, а эйфорический период! Мне и ночью спать не хочется,- похвасталась Маша, победоносно улыбнувшись. - Ну, так делай, что хочешь. Но без меня никуда ни шагу! - И он плюхнулся на кровать. Маша незаметно опустилась рядом, только не на постель, а на пол. Ее лицо как раз оказалось на уровне Юркиной руки. Он погладил ее по щеке, она доверчиво, будто ждала ласки, потерлась о его ладонь. - Ты боишься своего будущего? - спросила она. - Я его не знаю, почему я должен его бояться? - Он задумался. Если человек не знает своего будущего и даже не предполагает, каким оно мо- жет быть... значит, он вообще может ничего не бояться. Выходила абсолютная чепуха, которую не следовало произносить вслух даже при Зюбере. - Ты всегда задаешь мне такие вопросы... Вообще-то человека без бу- дущего не бывает. - Я без будущего! - Кто тебе сказал? - Аделаида Оскаровна... Однажды я ее назвала старой жабой,- поясни- ла Маша. А она сказала, что я скоро стану такой же, как Малакина, и даже хуже... Потом я еще слышала, как доктор говорил одному больному, что всех нас ждет постепенное превращение в червей, бессмысленных иди- отов... - Доктор - просто слабый человек, от него ушла жена, а Аделаида - старая, одинокая и несчастная женщина. Это у них нет будущего... И, подумав, он добавил: - А у нас с тобой есть. - Если я выздоровлю,- очень тихо сказала Маша. Юра вскочил с койки, опустился рядом на колени. - Ты обязательно выздоровеешь,- торопливо заговорил он. Ты не должна думать о том, что больна. Я, самый главный врач больницы, объ- являю тебе, что с этой минуты ты здорова. Да, прямо с этой минуты. Встань, о Мария! Она послушалась, Юра притянул ее к себе и поцеловал в губы, ощутив, какие они холодные и нежные. "Как тоненькая живая пленочка",- подумал он искушенно. Маша замерла, закрыв глаза, он поцеловал ее крепче, по- чувствовав, как она прижалась к нему, доверчиво, торопливо, будто бо- ясь, что этот миг исчезнет без следа. И тогда не останется ничего: ни веры, ни надежды и уж, конечно, будущего. Все это, как озарение, про- мелькнуло в голове Юры, он понял и то, что Маша никогда не скажет даже при всей своей открытости, как она зависима от него, Юры, и что разрыв будет беспощаден для нее и смертелен. - Ты правда считаешь, что я выздоровела? - Она задохнулась то ли от долгого поцелуя, то ли от щемящей беспричинной тревоги, неверия, ожи- дания, надежды... - Честное слово! - Мы убежим отсюда? Юра вздохнул, остро осознав, какой он маленький и ничтожный, потому что не может увезти свою девушку туда, где она будет счастлива, весела и беззаботна, но ответил утвердительно: - Я покажу тебе ночной город, ты превратишься в серую кошку, мы бу- дем лазить с тобой по древним развалинам, подглядывать за людьми, ко- торые прячутся от злых духов... - И будем их пугать? - восхищенно спросила Маша. - Только не сильно... Мы будем следить за разбойниками и прятаться от вербовщиков в боевые отряды. Они повсюду шныряют, как крысы, зас- тавляют идти на войну, стрелять в людей. Они ненормальные, и вот их надо бояться больше всего... - А если нас поймают? - осторожно спросила она. - Тогда мне побреют голову и отправят воевать. - А мне тоже побреют голову? - Тебе первой! Маша призадумалась, а Юрка весело рассмеялся - завел девушку в ту- пик. - Ты, конечно, все врешь, ты классный врунишка, но все равно тебе не удастся меня обмануть. Потому что я выздоровела и поумнела... И нам пора, уже стемнело... Ты обещал! - Хорошо,- мрачно произнес Юрка. В городе темно, но все равно нуж- но замаскироваться. Одень мой спортивный костюм. Он синий, как раз то, что надо. А я одену темную рубашку. Маша послушно скинула юбчонку и блузку, оставшись в одних трусиках. Юрка зажмурился: он еще ни разу не видел ее обнаженной. Видел старых и немощных, которых обмывал, а ее - нет. Она была худенькая, как трос- тинка, сосочки смешно топорщились на маленьких грудях. Маша быстро за- лезла в спорткостюм и сказала, что готова. - А теперь мы должны позаботиться о косметике. Пошли на кухню. Там он вымазал сажей ее лицо, в полоску, потом густо намазал свое. Она хохотала, показывая на него пальцем, и еще больше, когда увидела себя в зеркале. - Если нас поймают, мы негры, шли из Африки в Европу и заблуди- лись... - Мы потребуем, чтоб нам вызвали посла! - поддержала тему Маша. - Пора. Снимай свои туфли, идем босиком. Во всем слушайся меня. - Хорошо. Они тихо спустились во двор, прошли к воротам. Солнце уже провали- лось за горизонт, тихий, безмолвный вечер опустился на город. Сыромят- кин спал, сидя на скамеечке. Юра отодвинул засов, приоткрыл дверь, пропустил вперед Машу, потом с грохотом захлопнул, чтобы разбудить сторожа. В ответ послышались нечленораздельные звуки. - Бежим! - крикнул Юрка, схватил Машу за руку, она засмеялась. - Давай его напугаем! - предложила она. - Не надо. Он безобидный и к тому же бывший поэт! - на бегу выкрик- нул он. Они неслись, едва касаясь обнаженными ступнями горячей дороги; ог- ромные сумрачные деревья, выраставшие перед ними, казались одушевлен- ными великанами, у которых окаменело тело, но живой осталась душа. Разлапистые ветви-руки уходили в черно-синее небо, будто взывая, без- надежно укоряя. Но Юрка знал, что деревья - это хитрые исполины. Они крепко стоят на земле, и им никто не загораживает солнце и ничто не угрожает в раскаленном до желтизны азиатском воздухе, потому что лю- дям, существам, не сцепленным корнями с недрами, очень нужны тень и прохлада листвы. Не чувствуя ног, они бежали по шершавому асфальту, все созвездия неба тянулись к ним силой своего притяжения. А может, это вырвавшиеся силы молодости придали им незримые крылья... Наконец Маша запыхалась и сказала: "Хватит". Слабеньким было ее те- ло, да и Юрчик выдохся: какой из него спортсмен? Теперь они шли тихо, не торопясь, пока не справились с дыханием. Они высматривали темные углы и чернеющие контуры. Здесь пахло кислой гарью и никто не жил. До- ма зияли выщербленными окнами и пустотами на месте рухнувших крыш. - Пошли посмотрим! - тихо прошептала Маша. Она видела в темноте, как кошка. Босыми ногами они осторожно ступали по каменной крошке, зашли в комнаты с вырванными дверями. - Развалины старого мира,- тихо сказал Юра. - Старый мир был неправильным, и поэтому его развалили? - спросила Маша. Ее глаза блестели, Юра уловил их незаметный свет. Луны не было. Ни- чего не было, кроме дальних холодных галактик. Но они тут были ни при чем. Они пошли дальше по середине дороги, которая тоже еще хранила вос- поминания маленького провинциального рая. По обочинам тянулись нетро- нутые кусты, над ними плавали безмятежные огоньки-светлячки. И, конеч- но, насвистывали бестелесные существа - цикады. И лишь однажды отку- да-то из черной подворотни, а может, из-за угла выскочила огромная же- лезная коробка на колесах, она промчалась, завывая и лихорадочно шаря вокруг себя белым столбом света. Маша и Юра пригнулись, чтобы не воз- буждать злое любопытство чудовища. Потом вдалеке они увидели неясный электрический свет и вскоре вышли к площади. Здесь на самом деле горе- ли фонари, все здания были целыми, а в трехэтажном - даже светились окна. В одном из окон мелькнул знакомый всем жителям города хищный профиль с короткой бородой. Видно было, как мужчина что-то говорил и жестикулировал. Юрка догадался, что это Кара-Огай. Они спрятались, чтобы понаблюдать. Вокруг сновали, сидели на ступеньках вооруженные люди. Доносился смех, обрывки разговоров. Кажется, люди обсуждали свои успехи. И еще они увидели двух девчонок, сидевших верхом на железной машине: беленькую и черненькую, одетых в одинаковые пятнистые костюмы. Это были Инга и Карина. Внизу, как раз на уровне их ног, стояли парни, курили сигареты и, наверное, хотели понравиться девушкам. Но те вели себя гордо и неприступно. Инга мужчин презирала, а Карина вообще была девственницей. - Инга, а ты возьмешь меня с собой в Прибалтику? - спрашивал свет- ловолосый увалень. Это был Сирега. Я там за вашего сойду. Инга расхохоталась, ответила с непривычным для этих мест акцентом: - Зачем так талеко фести старый пустой чемотан? - Я еще не старый! - обиделся Сирега. - Но пустой! - грохнули хором мужики. - Ладно, обойдемся без вашего зарубежья,- разошелся Сирега. Я вот на Карине женюсь! Пойдешь за меня? - Очень нужен мне неверный! - Она недовольно повела плечиками. - Я?! Да я буду самым верным мужем! - стукнул он себя в грудь. - Сирега,- хлопнул по плечу товарища Степка, который тоже был здесь, ибо получше местечко на земле пока не нашел. Ей нужен право- верный, а не ты, кяфир несчастный! - Тоже мне интернационалисты,- разыграл разочарование Сирега. Самыми счастливыми в городе были Юра и Маша. Их никто не знал, и они никого не хотели знать. У них не было дома, который сгорел, родс- твенников, которых убили и за которых обязательно полагалось мстить, не имели они пожитков, всяческого добра, которое нуждалось в сбереже- нии и приумножении. Слились их неискушенные души, и получилось что-то робкое, наивное, может быть, смешное, но истинное и чистое, настоящее, сущное... - Мне без тебя будет скучно... сказал Юрка. А терять нам на этой земле нечего. Мы нищие, у меня есть только ты, а у тебя я. Верно? Ну а сейчас мы проникнем в полк, там есть мировой душ. Возьмем французский шампунь, и я помою твои чудные волосы, чтоб в них снова появился отс- вет червонного золота. - Червонного золота! Червонного золота! - восторженно повторила она. - Бежим! Бежим от этого ужасного дома! - Когда мы станем чистыми, мы полетим! - на бегу воскликнула Маша. Люди не могут летать только потому, что в н

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования