Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Лирика
      Сельц Евгений. Новеллы -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -
тно. В детстве братья не были близки. Разница в возрасте - Эди был старше Лиора на семь лет - разводила их интересы, как лезвия ножниц. Да и ха- рактеры у них были настолько разные, что не оставляли никакой надежды на единомыслие, будь они даже близнецами. Лиор был маминым сыном, Эди - па- пиным. Лиор был впечатлительным и обидчивым, Эди - впечатлительным и аг- рессивным. После смерти родителей Эди, как и полагается настоящему прагматику, быстро установил почтовую связь с Лиором и не выпускал ее из своих рук до самой смерти последнего. Единственным условием, которое обеспечивало Лиору финансовую помощь брата, было настоятельное требование последнего писать письма. Раз в полгода Лиор дисциплинированно присылал Эди подроб- ный отчет о своих путешествиях. "Строительство китайского домика - сложнейшее искусство, - писал он из Юймыня. - В древности настоящие мастера тратили на это около трех-че- тырех лет. Причем собственно строительство занимало не более двух меся- цев. Остальное время было посвящено проектированию. Ты не представляешь себе, Эди, насколько сложен и увлекателен этот процесс! Домик, возводи- мый практически на голой земле из тростника и соломы, нужно наиточнейшим образом сориентировать в пространстве, согласовать со всеми шестью сто- ронами света, с розой ветров. Надо изучить климат и особенности ландшаф- та до мельчайших подробностей, сверить тысячи нюансов с древними табли- цами примет и знамений. Но и это не самое главное. Основная трудность проекта состоит в том, чтобы отыскать кусочек земли, на котором обитает Докудзин. Этим именем в Китае, а затем и в досамурайской Японии называли маленького божка земли и дома. У Докудзина четыре места обитания. Весной он ночует в кухонном очаге, летом - в воротах, осенью - в колодце и зи- мою - в садике перед домом. По древнему поверью, хозяева не должны тревожить место его обитания. При вынужденном вмешательстве в дела Докудзина хозяева, как правило, спешно выезжают из дома. Одни источники свидетельствуют о том, что Докудзин сам селится в отстроенных домах. Другие, которым я верю больше, утверждают, что дома строились в тех местах, где жил этот своенравный и могущественный божок. Я уверен, что селевой поток, который снес мой последний домик, явился местью Докудзина. Я его потревожил, Эди. И знаешь чем? Своим трехдневным отсутствием. Весной очаг должен оставаться теплым каждую ночь, иначе бо- жок может замерзнуть. Я на три дня отлучился в Ланьчжоу, где добивался разрешения на строительство еще одного домика. И был за это строго нака- зан. Докудзин, должен тебе сказать, весьма жестокое существо. Во гневе он страшен и не постесняется убить человека, нарушившего его покой... А вообще, скажу тебе честно, я глубоко разочарован отношением китай- цев к древним традициям. Чиновники здесь такие же равнодушные, как и во всем мире. Им наплевать и на меня, и на мои идеи (которые, в сущности, совпадают с идеями их предков), и на самого Докудзина. Я думаю попробо- вать построить домик в каком-нибудь отдаленном крестьянском селении, от- куда еще не выветрился дух древних легенд. Говорят, что таких селений здесь множество. Особенно на Тибетском нагорье. Если мне удастся до- биться разрешения и субсидий от властей, я выеду туда уже на днях". "Ты занимаешься ерундой, - ответствовал Эди. - Приезжай-ка лучше до- мой и открой свое дело. Пойми, что твои китайские домики никому не нуж- ны. Даже китайцам. Это прихоть, придурь, блажь. Мы живем в цивилизован- ном мире. Ты - современный архитектор. Ты должен строить из бетона и стекла, а не из травы..." В Картахене Лиор познакомился с одним весьма приятным человеком. Этот человек не только внимательно выслушал сетования израильтянина на черствость местных властей, но и вызвался помочь. Причем буквально за нескольких часов уладил не только юридические вопросы с визой и граж- данским статусом Лиора, но и оговорил с властями возможность приобрете- ния клочка земли в каком-нибудь отдаленном районе. Знакомство с этим высоким черноволосым красавцем средних лет состоя- лось в картахенском морском порту, где таможенники чуть не раздели Лиора догола. - Оставьте в покое этого иностранца, - прозвучал за спиною Лиора властный голос. - Он приехал ко мне... Красавец отстранил таможенников, взял Лиора под руку и вывел его из терминала. Лиор хотел было поблагодарить спасителя, но тот только кивнул на про- щание и исчез. А через три дня они вновь встретились в одном из рестора- нов. Лиор, уже отчаявшийся добиться разрешения на строительство времен- ного китайского домика где-нибудь в пригороде Медельина или Барранкильи, мрачно сидел за стойкой и поглощал уже пятую чашку кофе. - А, старый знакомый! - незнакомец подсел к Лиору и радушно пожал ему руку. Звали его... Докудзин. Этот факт так поразил китаиста, что он понача- лу потерял дар речи. - Это моя кличка, - сказал красавец. - А имя тебе знать не обяза- тельно, тем более что у нас принято называть друг друга по кличкам. - Но откуда?! - восхитился Лиор. - Откуда у вас такая кличка?!! Здесь, в Колумбии... Через минуту стало ясно, что незнакомец не только не имеет понятия о древнекитайских верованиях, но и смутно представляет себе, где вообще находится Китай и с чем его едят. - Я больше интересуюсь Северной Америкой и Европой, - заявил он. - А вообще-то моя кличка имеет вполне нормальное для наших мест происхожде- ние. На юге страны - в долине реки Апопорис - обитает маленькая певчая птичка-дрозд. Европейцы называют ее Сольвейг. Звуки, которые она издает, как раз и составляют это странное для испанского уха имя - "до-ку-дзин". В юности я занимался отловом этих птиц. Продавал их каким-то темным лич- ностям якобы для зоопарков, хотя я не очень-то уверен, что мои оптовые покупатели приобретали птичек для показа детишкам. Кое-кто поговаривал, что в ряде парижских ресторанов из нашей Сольвейг готовят деликатесные блюда. Впрочем, все это в прошлом. Сейчас мои пичужки почти истреблены. "Представь себе, многоуважаемый братец, - писал Лиор из Миту. - Я, кажется, нашел своего божка. Он оказался красивым и приятным колумбий- цем. Я всегда подозревал, что китайские философия и космогония - единственные в своем роде сферы человеческого духа, пропитавшие собою весь мир, объединившие его в единое целое. Впрочем, не буду докучать те- бе псевдонаучными разглагольствованиями. Я пишу это письмо из маленького городка Миту. Он находится на юге Ко- лумбии. Мой новый друг Докудзин привез меня сюда, пообещав познакомить с... Сольвейг. Не удивляйся, это маленькая певчая птичка, обитающая в местных лесах... В мои планы входит строительство китайского домика. Если мой друг сможет добиться разрешения на это строительство, я, может быть, останусь здесь навсегда..." На строительство домика в долине Апопориса у Лиора ушло всего полго- да. Он привык использовать свою бессонницу в собственных интересах и ра- ботал почти круглые сутки. Все это время он снимал комнату в одной из деревень и почти не общался с людьми. Изредка его посещал Докудзин. Он с интересом выслушивал подробности проекта и задавал весьма неожиданные вопросы. Особенно его заинтересовало устройство колодца - одного из главных атрибутов "инфраструктуры" домика. - Зачем колодец, если рядом река? - спрашивал он. - Как же ты не понимаешь! - восклицал Лиор. - Ведь колодец - это осеннее жилище бога. В нем может не быть воды - это не так уж важно. Главное, чтобы к приходу осени он был вычищен и прибран... В конце концов домик был построен. Докудзин помог Лиору с рабочей си- лой, а в строительстве колодца и сам принял деятельное участие. Прожив на берегу Апопориса несколько зимних месяцев, Лиор обратился к местным властям с предложением проводить в домике экскурсии и читать лекции о Древнем Китае. Поначалу на это предложение вроде бы откликну- лись и прислали к Лиору две или три экскурсии. Но потом дело заглохло - слишком уж в далекое захолустье забрался этот чудак, слишком уж хлопотно было посылать к нему туристов. В домике Лиор Григ прожил без малого год. По утрам уходил в лес в на- дежде услышать песню Сольвейг. Он расспрашивал местных жителей об этой птице, но получал слишком невразумительные ответы, чтобы делать из них какие-то выводы. Похоже, птицы действительно были истреблены. Днем Лиор лежал на своей традиционной циновке и читал книги, которые, собственно, и составляли все его имущество. Вечером и ночью он писал трактат. Он за- думал его еще в Сорбонне. "По следам Докудзина. Очерки о поисках очага" - так называлось творение Лиора Грига, так и не увидевшее свет. В эти вечера Лиор бывал по-настоящему счастлив. Именно здесь, в глу- хой колумбийской провинции, он, казалось, нашел то, что искал. Бог земли вел себя на редкость дружелюбно. Почти так же дружелюбно, как и его тез- ка. Лиор даже задавался иногда вопросом - не является ли колумбиец До- кудзин земным воплощением древнего китайского божка. "Современные психоаналитики, - писал он брату в Израиль, - определили бы мое состояние как нечто среднее между дромоманией и раздвоением лич- ности. На самом же деле это не так. Если б я был настоящим дромоманом, я давно уже оставил бы Колумбию. Кроме того, мои блуждания не были бес- цельными. Я искал Докудзина и, кажется, нашел его. Что бы там ни говори- ла современная наука, только здесь меня покинуло ощущение полного и аб- солютного одиночества. Только здесь я обрел то, что должен обрести каж- дый человек на земле, - чувство очага. Ты знаешь, Эди, мы ведь с Докудзином беседуем по ночам. Не с тем, ко- торый колумбиец, а с тем, который китаец. Или японец. Он, правда, не по- казывается мне на глаза. Но его слова я слышу достаточно отчетливо. Это очень умный и требовательный собеседник. Да к тому же ужасно упрямый: до сих пор категорически отказывается рассказать мне, каким образом и зачем он переселился в Колумбию, покинув свои китайские и японские убежища..." Однажды, возвращаясь теплым сентябрьским утром с прогулки по лесу, Лиор встретил недалеко от своего домика Докудзина. Обычно тот приезжал под вечер, причем исключительно по воскресеньям. Этот неурочный визит показался Лиору весьма странным. Он хотел было узнать у друга, не случи- лось ли чего, но не успел. Докудзин был явно взволнован. Его лицо было исцарапано, глаза бегали, костюм был испачкан глиной. Он как-то мельком кивнул Лиору, махнул ру- кой, пробежал по гравийной дорожке к автомобилю и поспешно уехал. Больше Лиор его не видел. Собственно, больше он вообще не видел людей (солдаты и заключенные не в счет) - буквально через полгода он полностью потерял зрение. Это случилось в одной из тюрем Боготы в результате третьего - относительно удачного - покушения на жизнь Лиора. В конце октября, в одну из душных ночей, Лиор дремал, сидя на циновке перед разбросанными листками рукописи. Полудрема была составной частью его бессонницы. Именно в этом состоянии он беседовал со своим богом. Глаза Лиора были прикрыты наполовину. Губы тихо шептали ивритские слова с частыми вкраплениями китайских терминов. Очнулся он около пяти часов утра. Очнулся со странным, томящим чувством, будто что-то важное в окру- жающем его мире изменилось. Несколько минут он тщетно пытался уловить эти изменения и вдруг услышал пение птицы. Лиор не сразу понял, что именно это пение его и пробудило. Ему потребовалось время, чтобы оконча- тельно прийти в себя и осознать наконец, что слышит он не что иное, как песню Сольвейг. Необыкновенно чистый и высокий голос на разные лады вы- водил одну и ту же хрустальную фразу: "до-ку-дзин-до-ку-дзин-до-ку-дзин". Лиор, смущенный, воодушевленный, об- радованный, ринулся к низенькому окошку, но вместо птицы увидел во дворе своего домика... солдат. Их было не менее двух десятков. Они на цыпочках разбегались по двору и окружали домик со всех сторон. Через минуту Лиор уже сидел на крыльце с большим кровоподтеком под глазом и тщетно пытался высвободить закованные в наручники руки. Он ни- чего не понимал. Офицер, командовавший операцией, орал ему прямо в лицо только одно английское слово: "Where?!!" - Где?! - орал офицер, обжигая лицо Лиора жутким чесночным перегаром. - Где он?! - Кто? - Лиор чувствовал, что происходит что-то страшное, какая-то катастрофа. Ему вдруг пришли на память слова, вычитанные в какой-то ки- тайской книге: "Бог гибнет прежде человека". - Кто вам нужен? Что вы делаете со мной?! - интуиция подсказывала Ли- ору, что вот-вот произойдет несчастье, крушение, бедствие, что через несколько минут прекратит свое существование что-то очень важное для не- го, может быть сама жизнь. - Кто вам нужен? - спросил он еще раз. - Докудзин! - прокричал офицер и огромным кулаком сильно ударил Лиора по губам. "Им нужен бог?! О, им нужен мой бог!! Они пришли отнять у меня бо- га!!!" Лиор заплакал. Слезы покатились по его щекам и обожгли разбитые губы. - Где?! - вновь заорал офицер и еще раз ударил Лиора по лицу. - Ска- жешь или нет?! - Да-да, сейчас... - забормотал Лиор. - Я не знаю... Я не могу... Ка- кое вам дело до этого... После очередного удара он вспомнил, что на дворе стоит осень, и обре- ченно кивнул в сторону колодца. Когда солдаты опускали в колодец на ве- ревке одного из своих товарищей, Лиор вскочил с крыльца, крикнул: "До- кудзин, берегись!!!"- и без сознания рухнул на траву. Из колодезного тайника были извлечены три тяжелые брезентовые сумки. В одной находились гранаты и взрывчатка, в двух других - героин. Лиор очнулся уже в тюрьме. Из уютного китайского домика, где было тепло и сухо даже в сезон проливных дождей, Лиор был перенесен в грязную выгребную яму - иначе эту тюрьму не назовешь. Ему инкриминировали связь с наркомафией, хранение наркотиков и оружия. За все это в совокупности его ожидали как минимум три смертные казни. И если бы не вмешательство израильского консула да не внезапная слепота, Лиора бы не стало уже тог- да - в Колумбии. Эди Григ проявил незаурядные организаторские способности, подняв на спасение брата чуть ли не всю мировую общественность. Тогда, в середине семидесятых годов, израильские газеты день за днем давали сводки о прод- вижении процесса по освобождению Лиора Грига. Колумбийская полиция подозревала его в связях с главарем одной из наркошаек, Докудзином, застреленным бразильскими пограничниками при по- пытке нелегального перехода границы. Главари конкурирующих между собою банд, не успевшие свести счеты с самим Докудзином, пытались ликвидиро- вать его "приятеля" - они не сомневались в том, что Лиор помогал Докуд- зину осваивать европейский и ближневосточный рынок наркотиков и, естест- венно, слишком много знал. Дважды его пытались зарезать. В первый раз Лиора спасла его вечная бессонница - он успел закричать, когда ночью один из сокамерников набро- сился на него с жестяным лезвием, сделанным из консервной банки. Во вто- рой раз проявил хорошую реакцию охранник. На одной из прогулок в тюрем- ном дворе Лиора подозвал к себе тюремщик. Этот был вооружен уже самым настоящим ножом и непременно сделал бы свое грязное дело, если бы с выш- ки не раздался выстрел. Тюремщик упал с размозженной головой прямо под ноги заключенному. В конце концов Лиора отравили. В его кружку с водой подсыпали ка- кой-то местный яд. Но концентрация этого яда оказалась, очевидно, недос- таточной. Преступникам не удалось отнять у Лиора жизнь. Но они лишили его зрения. Наконец освобождение состоялось. У ворот тюрьмы в Боготе Эди Григ принял своего истощенного и незрячего брата в объятия. - Бедный мой "маленький Григ", - всхлипывал он. - Я увезу тебя домой, в Израиль. Там тебе будет хорошо, поверь мне. Там ты забудешь весь этот кошмар. Там мы найдем тебе хорошее занятие. Это ничего, что ты не ви- дишь... Ты ведь сильный мальчик, ты ведь справишься с этим... Мы еще бу- дем счастливы с тобой, Лиор!.. Странно было наблюдать за этим сорокатрехлетним солидным человеком, который рыдал, одной рукой обнимая брата, а другой размазывая обильные слезы по своим смуглым холеным щекам. К зрелости Эди постигла участь большинства благополучных людей - он стал чрезвычайно сентиментален. В доме брата Лиора встретили прекрасно. Ему отвели просторную комнату с балконом, предоставили все удобства, и даже приставили помощницу-кита- янку, с которой Лиор время от времени пробовал говорить на китайском. Жена Эди и два его сына (тринадцать и пятнадцать лет) выказывали по отношению к несчастному родственнику максимум тепла и такта. Жизнь Лиора выглядела довольно насыщенной. Эди и его старший сын Мики начитывали на магнитофон нужные статьи, сам Лиор - сначала в сопровожде- нии китаянки, а потом и самостоятельно - выходил на ежедневные прогулки по городу. Внешне все было хорошо. Но если бы Эди хоть немножко знал своего бра- та раньше, он бы заметил, что тот огонь, который горел в душе Лиора всю его жизнь, не угас, что "дурь" и "блажь" все еще продолжают терзать его лишенное зрения сознание. По вечерам семья собиралась за ужином в огромном салоне. Ели, пили, разговаривали. Однажды, в один из таких вечеров, Мики попросил дядю рассказать о китайском домике. - Ты действительно этого хочешь? - спросил Лиор. - Да, - сказал Мики. - Я помню твои письма из Китая и Кореи. Ты писал тогда, что бог Докудзин неуловим, что его невозможно поймать даже в мес- тах его традиционного обитания. - Да, я помню, - сказал Лиор. - Поймать бога невозможно. Поймать его - значит убить... Лиор помолчал немного, а потом с горечью добавил: - Бог гибнет прежде человека. И это самое страшное. Знаешь почему? Потому что человек после этого обязан жить дальше. А как жить дальше? Ведь бога уже нет? Как можно жить на ощупь? Оказывается, можно. В этом и заключается месть бога за допущенную человеком ошибку. Китайский домик... Теперь это всего лишь красивая легенда... Без До- кудзина все это теряет смысл... - А можно воскресить бога? - спросил Мики. - Ведь он, по идее, должен быть бессмертен. Его смерть - это лишь случайный эпизод, уход в другие сферы. Ведь правда? - Ты хорошо начитан, - сказал Лиор. - Ты спрашиваешь, можно ли воск- ресить Докудзина? Не знаю... Не уверен... Я ведь всю жизнь именно этим и занимался... Его лицо приобрело странное выражение. В вечернем сумраке оно выгля- дело зловещим. Если бы это было не лицо слепого, его выражение можно бы- ло бы определить как хитрое и даже коварно-хитрое. - Для этого нужно построить идеальный китайский домик, - продолжил Лиор, - домик, который занимает единственное место в мироздании, место, предназначенное только для него... Это невероятно трудно... Для этого нужна особая земля, особая страна, особая интуиция... Мне это никогда не удавалось... Он помолчал секунду и тихо добавил: - К тому же необходимо полное отсутствие людей... - Эй, кончайте философствовать! - крикнул с балкона Эди. - Идите луч- ше смотреть, какой фейерверк устраивают сегодня над городом... Лиор пропал тихой августовской ночью. Утром Эди обнаружил на обеден- ном столе записку, написанную крупным неровным почерком слепого: "Включи магнитофон". "Дорогой мой Эди, - голос Лиора казался холодным и механическим. - Я уезжаю. Пока не знаю куда. В "Обществе слепых" я нанял себе надежного провожатого. Милый мой брат, эта попытка будет последней. Обещаю тебе. Если и она закончится неудачей, я вернусь и буду жить у тебя до конца своих дней. Это действительно последняя попытка, Эди. Поэтому, прошу те- бя, не мешай, не

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования