Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Триллеры
      Емец Дмитрий А.. Гроб На Колесиках -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  -
ькую мясорубочку. Потолок был неумело, но старательно разрисован желтыми топориками. Кое-где к нему, очевидно, для разнообразия были подвешаны и настоящие топоры. Между ними живописно болталось два проткнутых вилами скелета. Лица мраморных статуй становились все печальнее, впрочем, среди них попадались и бодрые деловые субъекты, вроде нашего общего знакомого - толстяка в шляпе. Если не считать нескольких пустяков, вроде гигантского паука, через сеть которого нам пришлось перебираться и дремлющего рыцаря в доспехах, которому Настя нечаянно наступила на ногу и который от этого, разумеется, немедленно проснулся, наша прогулка была довольно приятной. В комнаты мы решили пока не соваться, во всяком случае, пока что-нибудь не подскажет, что перед нами та самая комната. - Ты когда-нибудь в кого-нибудь влюблялся? - спросила у меня Настя. Вопрос этот был задан непосредственно после того, как увязавшийся за нами рыцарь зацепился о ножку декоративной гильотинки и с грохотом развалился. При этом странным образом обнаружилось, что внутри доспехов ничего нет. - Влюблялся... Ну... э-э... Я забормотал что-то невнятное. На самом деле я влюблялся лишь однажды, в девчонку, которая полтора месяца гостила у наших соседей по даче. Но эта девчонка встречалась с какими-то великовозрастными типами, и на меня обращала не больше внимания, чем на шланг для полива огорода. Помню, я целыми днями следил за ней из-за забора, но увы! Максимум, что мне удалось, это передать ей однажды спикировавшую к нам в лопухи летающую тарелку. Потом лето закончилось, мы уехали с дачи, и моя любовь выветрилась в один или два дня. Не знаю, смогла ли Настя извлечь из моего невнятного мычания эту роковую историю. Очень в этом сомневаюсь. - А я однажды влюбилась, - призналась Настя. - Да? - ревниво спросил я. - В нашего нового историка, - продолжала она, рассеивая мои сомнения. - Любила его месяца два как дура. Даже любовные письма ему писала, правда, не отдавала. А он оказался таким гадом, что влепил мне три двойки в журнал за забытую сменку. Ну разве можно было его после этого любить? - За сменку двоек не ставят. К тому же трех сразу, - сказал я. - Это у вас не ставят. Но я думаю, на самом деле он поставил мне двойку не за сменку, а за котлету. - За котлету? Чурилова слегка смутилась. - Понимаешь, у меня такая бабушка. Она вечно сует мне в школу всякие там бутерброды, яблочки, яйца всмятку. И притом подкладывает потихоньку, когда я не вижу. - И мне тоже! - признался я. Настя кивнула. - И вот в тот день она положила мне с собой котлету, а я ее уронила и не знала, куда с ней деться. Выбросить, вроде некуда, а в сумку сунуть - только все заляпаешь, она же жирная. Тогда я положила ее в кульке рядом со своим стулом, а кто-то из мальчишек стащил ее и подложил историку в ботинок. У него, понимаешь, привычка во время урока снимать один туфель. Снимет, положит ногу на ногу и носком качает. Вот они ему в пустой туфель котлету и сунули. Историк потом вставил ногу и - сам понимаешь, все размазалось. По кульку, по ноге. - Но как он узнал, что это была именно твоя котлета? Она что была подписана? Настя нахмурилась. Видно, это воспоминание до сих пор вызывало у нее досаду. - Представь себе, была. В кульке с котлетой случайно оказалось мое любовное письмо. Письмо к нему. Я, понимаешь, их много писала, - буркнула она. - ЧТО??? Я расхохотался. В эту минуту я почти любил Настю, уверенный, что такая дурацкая история может произойти только с исключительными людьми. 2. Вскоре направо и налево пошли ответвления со множеством новых комнат. Между комнатами был расстелен очень миленький длинный красный коверчик. Каждые несколько секунд по коврику пробегала дрожь, и он принимался волноваться, как поверхность моря. Перед ответвлением коридора располагалась полукруглая площадка, чем-то напоминающая арену небольшого цирка, обращенную тонким ценителем растений в зимний сад. Под ветвями лианы, вероятно в знак трогательной заботы об уставших гостях подземелья, заботливо была поставлена скамеечка. - Посидим? - предложила Настя. - Ага, - сказал я. - Посидим! Подняв с пола валявшуюся берцовую кость, я бросил ее на скамейку. Тотчас из скамейки выскочили тонкие острые шипы, а сверху нетерпеливо свесилась лиана-удавка. Никого не нашарив, она печально втянула побег. - Что это было? - охнула Настя. - Liana-mostera. Или лиана чудовищная. Внесена в Черную книгу кошмаров в отдел: вымирающие виды. Существуют две разновидности: лиана-стульчиковая и лиана-скамеечная. Корни первой напоминают стул, корни второй - скамейку. Сесть-то сядешь, а вот встать - не встанешь, - сказал я, пользуясь случаем щегольнуть теми немногими познаниями, которые сумели засунуть в меня в потусторонней школе. - А-а... - без интереса протянула Настя. Эту особу явно занимало что-то другое. - Можно еще вопрос! - сказала она, задорно глядя на меня. - Валяй! - Ты когда-нибудь целовался? - выпалила она. - Э-эээ... Ну-ааа... Еще бы! - соврал я. - С кем, со своим котом? Я побагровел. Причем побагровел отчасти и потому, что хотя кот у меня отсутствовал, зато была собака Динка, обожавшая, подскакивая, лизать в губы. Так что в известном смысле действительно выходило, что до сих пор я целовался только со своей собакой. Настя сняла очки. Без очков ее глаза выглядели беззащитными. Словно неодетыми. Я уже знал, что без очков она почти ничего не видит - значит, сняв их, она как бы ослепила себя. Вовсе отказалась от зрения. - Ответь мне на один вопрос: я красивая? - Д... да, - сказал я. Мне и в самом деле так казалось. - А почему мне этого никто не говорил? - Ну... э-ээ... дураки потому что... Настя удовлетворенно кивнула. Такой ответ ее вполне устраивал. - Значит, я красивая? - Ага. - И я тебе нравлюсь? Я вздохнул. Меня буквально припирали к стене. Ну что за девчонки сейчас пошли? Вс„, абсолютно вс„ делают за тебя! - Ну нравишься, - сознался я неохотно. Настя довольно улыбнулась. - Это видно. Ты совершенно не умеешь скрываться. А почему я тебе нравлюсь? - Я вообще люблю, когда мне на пальцы наступают, - буркнул я. - Спорим, я совсем не поэтому тебе нравлюсь! - возмутилась Настя. Кажется, этой взбаломошной особе пришло вдруг на ум, что она давно уже ни с кем не спорила. Минут эдак десять с хвостиком. Я чувствовал: мало-помалу наш разговор возвращается к тому, с чего начался, а именно к поцелую. Беседуя, мы незаметно все ближе подходили друг к другу и настал, наконец, момент когда мой нос уже почти касался ее носа. "Сейчас это случится!" - подумал я одновременно с ужасом и восторгом, но тут вдруг наше уединение было прервано. Талисман, висевший на груди у Насти, на мгновение ожил и, возмущенным голосом пискнув что-то, замолчал. Мы отпрянули друг от друга. - Что он сказал? - спросил я. - Мне почудилось, он сказал: "тряпка!" - Какая тряпка? - уточнил я, с подозрением подумав, не относился ли этот эпитет ко мне. Возможно, талисман намекал, что я вот уже четверть часа никак не осмелюсь поцеловать Настю. Если так, то это было со стороны талисмана порядочное свинство. Девочка с волосами цвета соломы загадочно улыбнулась. - Он не уточнил, какая тряпка. Он просто сказал "тряпка". Пожав плечами, я осмотрелся и, к своему удивлению, обнаружил наподалеку от liana-monstera небольшой столик. На столике лежал деревянный гребень для волос и аккуратно свернутый кусочек ткани. Гребень был ровным счетом никак не подписан и не сопровождался никакими пояснениями, к ткани же был подколот ярлычок: "Бархотная тряпочка для ухода за талисманами". После недолгих колебаний я взял е„ в руки. - Ты не считаешь, что талисман, когда говорил "тряпка", имел в виду... Настя нетерпеливо взглянула на меня. - Спорю, что так оно и есть. Протирай его скорее! Я принялся энергично тереть полумесяц и тер его до тех пор, пока он не засиял и не засеребрился, как новенькая монета. - Эй, талиман! - окликнул я. Молчание. - Должно быть, ты неправильно тер. Не в ту сторону. Дай-ка я, - сказала Настя, забирая у меня тряпку и принимаясь за работу. - Бесполезно! Он молчит. Ничего не выходит, - убито сказала она через минуту. Но тут талисман соблаговолил подать голос. - Пардон, - сказал он довольно. - Я молчал так долго, потому что мне хотелось продлить блаженство. - Блаженство? - Разумеется. Массаж - это наслаждение. Нектар для долгожителей. Для нас, талисманов, это единственный способ восстановить израсходованные силы. Однако вы могли бы соображать и быстрее. У меня едва хватило сил пискнуть вам подсказку... Кстати, у меня для вас хорошая новость. Я, кажется, чувствую, где скрывается палец. Попробуйте четвертую дверь справа по боковому коридору. Только улучите момент, когда по ковру не пробегают волны. Я вам искренне советую это учесть. Забыв поблагодарить полумесяц за подсказку, я рванулся вперед. - Погоди, я с тобой! - крикнула Настя. - Только захвачу гребень. Иметь волосы и не иметь расчески так же ужасно, как иметь расческу, но не иметь волос. 3. Дождавшись, пока ковер в очередной раз придет в состояние покоя, мы ступили в боковой коридор и подбежали к четвертой двери. - Открывай! - нетерпеливо крикнула Настя. Я дернул ручку. Навалился на нее. Бесполезно. - Заперто! Бежим назад! - Нельзя назад. Ковер! Начало ковра, по которому мы только что пробежали, уже начинало вздыматься. Путь к оступлению был отрезан. Я бешено заколотил в дверь кулаками, но, видя, что это не помогает, разбежался и врезался в нее плечом. Трах! Дверь открылась, и я буквально влетел в комнату. Настя впрыгнула за мной как горная коза. Услышав ее визг, я поднялся с пола. Отшибленное плечо ныло. Почему-то я решил, что Настя визжит оттого, что волнуется за меня. - Да ладно тебе. Не волнуйся! Давай искать палец и пойдем отсюда! - великодушно сказал я. Не отвечая, Настя смотрела куда-то мимо меня. На ее лице был написан откровенный ужас. Я обернулся. В углу комнаты стояла большая железная бочка. На ней кривыми синими буквами с подтеками краски было написано: "ЯД". Но это было еще не все. На бочке сидело раздувшееся синее чудище и хмуро смотрело на нас белыми глазами. - Добрый день, ребята! - просипело чудовище голосом, не предвещавшим ничего хорошего. - За пальчиком пришли? И года не проходит, чтобы сюда кто-нибудь не сунулся. Неужели он вам так нужен, этот пальчик? - Совершенно не нужен! Как вы только могли подумать? Мы просто так зашли! Заглянули, так сказать, на огон„к. Простите за беспокойство! - бормоча всякую чушь, я схватил Настю за руку и потянул ее к дверям. Для меня уже было ясно, как белый день, что перед нами подвальный мертвец, которого мы видели в зеркале. - Как, вы уже уходите? - ухмыльнулось чудище. - А мне почему-то кажется, что вы остаетесь. - Пятьдесят на пятьдесят, - сказал я. - В самом деле? А я почему-то уверен в этом на все сто! Чудище слегка взмахнуло синей рукой без ногтей, и дверь захлопнулась. Заскрежетал засов. Подвальный мертвец неуклюже спустился с бочонка и вперевалку направился к нам. - Отгадайте, что я сейчас с вами сделаю? - спросил он почти нежно. - О-о-отпустите? - предположил я, потому что мне очень хотелось на это надеяться. Чудовище забулькало от смеха. - Не угадали! Я вас задушу, а потом... думаю, вам лучше не знать, что будет потом, - сказало оно почти нежно. - Вы бессердечный тип! - возмущенно крикнула Настя. - Ничего подобного. У меня есть сердце, очень даже большое. Могу вам его показать, - возмутился подвальный мертвец и потянулся пальцами к груди. - Хотя нет, не сейчас. Полагаю, вы разглядите его, когда будете у меня в желудке. Итак, кого же задушить первым? Даму или ее кавалера? - Кавалера! - подсказала Настя. - А разве дам не пропускают вперед? - поинтересовался я. - Ответы не принимаются. Я задушу вас обоих, только в какой последовательности? С кого начать? Признаться, выбор из двух возможностей для меня всегда мучителен. Я про себя пожелал ему помучаться подольше, но мертвец, видимо, уже определился. Он схватил меня синими пальцами за горло и стал давить. Руки у него были влажные и холодные, как сосульки. У меня мгновенно перехватило дыхание, а перед глазами запрыгали разноцветные полосы и круги. "А мог бы и не умереть. Что ж ты с него медный шлем не сбил?" - вдруг вспомнил я слова тощего старика с кладбища. Ничего уже не видя, кроме разноцветных полос и кругов, я взмахнул рукой. Что-то звонко ударилось об пол и покатилось. Подвальный мертвец разжал пальцы, сжимавшие мне горло, и стал шарить, отыскивая свой шлем. Я мешком свалился на пол и, жадно заглатывая воздух, пополз. Теперь все зависело от того, кто отыщет шлем первым. Изредка мои пальцы сталкивались с синими пальцами мертвеца, только он был так занят поисками, что не обращал на меня внимания. Шлем, уворачиваясь, с насмешливым звоном укатывался от нас. - Хватай! Надевай его! - крикнул я Насте. - Но я его не вижу! - Ты и не должна его видеть! Бери шлем! Я не слишком надеялся, что ее рассеянность поможет ей быстро схватить шлем, но, как оказалось, ошибся. Когда необходимо она умела быть ловкой. Нагнувшись, Чурилова подхватила что-то с пола и теперь растерянно, не зная, что с этим делать, держала в руках. - Надевай на голову! Поворачивай два раза! - крикнул я. - Зачем? - Поворачивай! - завопил я. Настя подала плечами, надела шлем и тотчас исчезла. - Не-е-ет! - страшно завопил подвальный мертвец. - Она взяла мой шлем! Ну ничего: ни она, ни ты от меня не укроетесь! Из комнаты нет выхода! Вначале я убью тебя, а потом нашарю ее. Он кинулся на меня. Я попятился, отпрыгнул и понял, что выбрал не то направление: за мной спиной была глухая стена. Подвальный мертвец прыгнул на меня с гневным бульканьем, но внезапно подскользнулся на ровном месте и врезался головой в дверь. Удар был таким сильным, что дверь слетела с петель, и мертвец вылетел в коридор. Давно замечено, что если человека (или даже мертвеца) начинают преследовать неудачи, то они преследуют его до конца. Мертвец оказался на ковре в тот самый момент, когда по нему прокатывалась очередная волна. Более того - он оказался на гребне этой волны. Ковер провалился под ним. Под ковром оказался люк, а внутри люка - чан с кислотой. Жуткий крик - и все смолкло. Все произошло быстро. Так быстро, что я едва сумел что-то понять. Я озадаченно моргал, не понимая, как могло произойти, что мертвец подскользнулся на ровном месте. Рядом со мной кто-то закашлялся. Настя сняла с головы шлем. - Можешь сказать мне "спасибо"! Это Настенька тебя спасла! Настенька - хорошая девочка! - сказала она, гладя сама себя по голове. - Ты поставила ему подножку? - не поверил я. - Ну вообще-то не совсем. Вс„ было несколько иначе. Я нечаянно упала, он споткнулся о меня и... Ее волосы, растрепанные шлемом, светлым водопадом сбегали по плечам. И вот тут-то я, не отдавая отчета, что я делаю, обнял ее. - Эй вы там! Хватит обниматься! Терпеть не могу всех этих сентиментальных сюсю-муму! - возмущенно завопил талисман. - И вообще, вороны, загляните в бочку! Я метнулся к бочке, на которой до этого сидел мертвец. На дне бочки лежала большая деревянная шкатулка. Я открыл ее. В шкатулке лежал указательный палец Красной Руки. Выглядел он достаточно противно, примерно так, как и должен выглядеть отрубленный палец. Пошевелившись, он брезгливо поманил меня к себе. Глава девятая. МЕРЗЛЯКИ У одного мальчика на потолке появилось черное пятно. Мальчик бросил в пятно тапком. Пятно сожрало тапок. Мальчик кинул стулом. Пятно сожрало стул, а заодно стол, кровать и книжный шкаф. Мальчик испугался и стал швырять в пятно книжками, игрушками и цветочными горшками. Пятно пожирало их и становилось больше. В комнату вошла собачка. Пятно съело собачку. Теперь оно занимало уже весь потолок. - Готовься! Теперь настал твой черед! - сказало пятно мальчику. Мальчик испугался, побежал от пятна и бросил в него коробкой со стиральным порошком. - Стиральный порошок! Ты убил меня! - застонало пятно и исчезло. "Черное пятно". 1. - Браво! - сказал талисман. - Браво! Не без моего драгоценного участия (кстати, не слышу слов благодарности!) вы обнаружили один из пяти пальцев. Всего-то и осталось, хо-хо, найти еще четыре пальца и Ледяной камень. Однако имейте в виду, что Красная Рука порядком взбешена. Она терпеть не может, когда кто-то без спросу распоряжается ее пальцами. - Спорим, что она не взбешена? - в Насте мгновенно пробудилась склонность к противоречию. - На что спорим? На корову? На пузырек из-под зеленки? На два использованных носовых платка? - язвительно поинтересовался талисман. - Загляни в шкатулку, юная упрямица, и ты поймешь, кто из нас действительно мудр! Настя приоткрыла шкатулку. Отрубленный палец стремительно вылетел из нее и, выписывая стремительные зигзаги, замелькал перед нашими лицами. Казалось, он что-то пишет. Посреди комнаты вспыхнули огненные буквы: "ЗНАЙТЕ! СКОРО ВЫ ВСЕ УМРЕТЕ!" Я невольно вздрогнул. От этих букв повеяло чем-то зловещим. Это была не простая угроза. Полумесяц недовольно завозился. - Требую уточнений! Надеюсь, что под "все" не подразумеваются талисманы. Предупреждаю, что мы, волшебные предметы, пользуемся неприкосновенностью! В противном случае я отомстю, и моя мстя будет ужасна! - сказал он с беспокойством. Однако от пальца никаких уточнений не последовало. Он преспокойно улегся в шкатулку, поворочался, как старый холостяк, страдающий бессонницей, и отрубился. Талисман зазвенел от возмущения. - Бестактная свинья! Бандит! Ты ответишь мне за свои наглые угрозы! Я их не боюсь! В крайнем случае, я всегда дематерилизуюсь! Не расчитывайте меня прикончить! - стал выкрикивать полумесяц. Однако было видно, что он порядком обеспокоен. "Маленький трус!" - подумал я и стал размышлять, как нам выбраться из подземелья. Признаться, снова идти по этим коридорам, а потом выбираться на кладбище к виселицам мне не хотелось. - Я знаю, о чем ты думаешь, - внезапно сказал талисман проникновенным голосом. - И о чем? - удивился я. - Ты думаешь, как я прекрасен, и как жалко тебе будет, если меня сожрут. Не так ли? - Разумеется, так, - поспешил подтвердить я. - Вс„ ты врешь! - взвигнул полумесяц. - Я тебя разоблачил! На самом деле тебя беспокоит только одно: как бы поскорее унести ноги из колодца! - И как же? - спросил я, решив не ввязываться с ним в спор. - "Как же, как же?" - хмуро передразнил он. - Запросто. Бросьте гребень. - И что будет? - Что будет, то будет. А я, пожалуй, вздремну. Утро вечера мудренее и все такое прочее в этом духе. - Разве сейчас вечер? Спорю, что не вечер, - сказала Настя. - Не спорь со мной, юная упрямица! У нас, талисманов, свои представления о дне и ночи. Даже если бы солнце шпарило во все лопатки, то и тогда... - не договорив, полумесяц отрубился и захрапел. - Имейте в виду, самый короткий путь не всегда самый короткий, - загадочно пробормотал он сквозь храп. - Что он хотел этим сказать? - спросила Настя. Я пожал плечами. - Представления не имею. Он обожает туманно высказываться. - Тогда я бросаю гребень! Жаль, хорошая была расчесочка! И, вытянув руку, Настя осторожно уронила гребень на пол. В тот же миг... 2. Как читателю вне всякого сомнения известно, гребни бывают различными. Бывают гребни лесовырастательные. Бросишь такой гребень - и вырастет густая ча

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования