Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Триллеры
      Ладлем Роберт. Рукопись Ченселора -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  -
ы заметить. Дом стоял в мрачной изоляции, одинокий и тихий. Лунный свет пробивался сквозь ветви деревьев, раскидывавших повсюду беспорядочные тени. Окна были меньше, чем показалось Питеру в первый раз, крыша ниже. Элисон вышла из машины и медленно прошла по узкой дорожке к дому. Ченселор с покупками, сделанными в Рэндолф Хилс, последовал за ней. Она отперла дверь. Они сразу почувствовали какой-то запах. Несильный и даже нерезкий, он наполнял весь дом. Элисон прищурилась от лунного света и склонила голову. Питер внимательно смотрел на нее. В какой-то момент ему показалось, что она дрожит. - Это запах любимых духов мамы. - Запах духов? - Да. Но вот уже месяц, как ее нет... Ченселор вспомнил слова, сказанные Элисон в машине: - Вы говорили, что были здесь прошлым летом. Разве вы не приезжали... - На похороны? - Да. - Нет, не приезжала. Я не знала, что она умерла. Отец позвонил мне, когда все уже было кончено. Он не давал объявления о ее смерти, не устраивал пышной панихиды. На похоронах присутствовали только отец и женщина, которую он любил и помнил совершенно иной. - Элисон вошла в темную прихожую и включила свет. - Несите все покупки на кухню. Через небольшую столовую, они прошли к двустворчатой двери, которая вела в кухню. Элисон включила свет, и взору Питера открылись старомодные полки и буфеты тридцатых годов, с которыми резко контрастировал холодильник современной марки. Питер был ошеломлен. Если не считать кабинета генерала, все в доме казалось старомодным, и создавалось впечатление, будто хозяин задался целью вернуть сюда другую эпоху. Элисон, видимо, уловила ход его мыслей: - Отец попытался воссоздать все в духе того времени, с которым связано ее детство. - Необыкновенная любовь! - только и смог сказать Питер. - Необыкновенная жертвенность, - поправила Элисон. - Вы недолюбливали мать? Она не стала уклоняться от ответа: - Недолюбливала Он был исключительный челочек. Он мой отец, но это не меняет дела. Он был человеком идеи, Я когда-то читала, что убеждения имеют большую движущую силу, чем вера, и согласна с этим. Но его вера так ни во что и не воплотилась. Его идеи никогда не были реализованы. У него не хватало времени, чтобы добиваться их осуществления. Все было подчинено служению ей моей матери. Ченселор не позволил Элисон отвести злой взгляд. - Вы говорили, что окружающие сочувствовали ему, помогали, чем могли. - Конечно, помогали. Он был не единственный, чья жена свихнулась. В Вест-Пойнте, говорят, это довольно распространенное явление. И все же он отличался от других. Его суждения всегда были оригинальны. И если люди не хотели его слушать, они отталкивали его своим сочувствием: "Бедняга! Посмотрите, с кем ему приходится жить!" - Но ведь вы были его дочерью. - Я была для него всем. Конечно, я не имею в виду постель. Я иногда задумывалась, не в этом ли... В общем, это не имеет значения. Простите, я не настолько хорошо вас знаю. Впрочем, я никого не знаю настолько хорошо... - Она облокотилась о край буфета. Питер подавил в себе естественное желание поддержать ее. - Вы думаете, что Являетесь единственной женщиной в мире, испытавшей подобные чувства? По-моему, это не так, Элисон. - Мне холодно! - Она попыталась выпрямиться. - Печь, видимо, не работает. - Она наконец выпрямилась и вытерла слезы. - Вы что-нибудь понимаете в печах? - В газовых или масляных? - Не знаю. - Сейчас выясню. Эта дверь ведет в подвал? - Он указал на дверь справа. - Да. Ченселор отыскал выключатель и стал спускаться по узкой лестнице. На последней ступеньке он остановился и осмотрелся. Печь находилась в центре подвала. Слева стоял топливный бак. Печь действительно совсем остыла. Воздух в подвале был таким прохладным и сырым, будто открыли наружную дверь. Но дверь оказалась запертой на засов. Питер посмотрел на указатель уровня топлива: бак был заполнен наполовину, но эти показания могли быть неверными. Почему же все-таки не работает печь? Макэндрю был не таким человеком, чтобы оставить загородный дом зимой без отопления. Питер постучал по баку - верхняя часть его действительно была пустой, а нижняя полной. Он поднял щиток пускового механизма - и все понял. Погасла горелка. В нормальных условиях потребовался бы сильный порыв ветра, чтобы загасить ее. А может, нарушилась подача топлива? Но печь совсем недавно проверяли: на небольшом кусочке клейкой ленты была указана дата осмотра. Прошло всего шесть недель. Питер стал читать инструкцию о пользовании печью. Она была примерно такой же, как и для печи в доме его родителей. "Нажать красную кнопку и держать ее в течение минуты. Поднести зажженную спичку..." Внезапно он услышал резкий стук. От этого звука у него перехватило дыхание, а мышцы живота напряглись. Он весь как-то сразу сжался и словно окаменел - стук раздавался где-то за его спиной. Стук прекратился, потом снова возобновился. Питер резко повернулся и двинулся к лестнице. Посмотрел вверх. Там, на уровне земли, в стене подвала имелось окно. Оно было открыто, и ветер стучал по нему снаружи. Теперь все стало понятно. Горелку погасил ветер. Ченселор двинулся было к стене, но его снова охватил страх. Стекло в окне было разбито, под ногами хрустели многочисленные осколки. Значит, кто-то тайком побывал в доме Макэндрю! Все произошло настолько быстро, что на какой-то момент он утратил способность контролировать свои действия. Сверху донесся крик. Потом еще и еще. Эдисон! По узкой лестнице он бросился наверх, в кухню. Элисон там не оказалось, но крики ее, напоминающие крики раненого животного, полные ужаса, не прекращались. - Элисон! Элисон! Он вбежал в столовую. - Элисон! Крики резко оборвались, сменились глухими стонами и рыданиями. Они доносились то ли из прихожей, то ли из гостиной. Нет, из кабинета Макэндрю! Питер пробежал через комнаты, по пути оттолкнув один стул, потом другой, и ворвался в кабинет. Элисон стояла на коленях и держала в руках вылинявший, с пятнами крови, пеньюар. Вокруг валялись разбитые флаконы духов, наполнявшие комнату тошнотворным запахом. На стене алела надпись: "Макнайф, убийца из Часона". Глава 18 Надпись на стене уже подсохла, но следы крови на разорванном в клочья пеньюаре оказались свежими. Кабинет генерала, похоже, обыскивали профессионалы. Крышка письменного стола была сдвинута, кожаная обивка аккуратно подрезана, коробчатые наружные подоконники и шнуры подъемной рамы разделены и оголены, все книги из книжного шкафа вынуты, а переплеты их срезаны. Питер отвел Элисон на кухню и налил два бокала виски. Потом он вернулся в подвал, зажег печь и заткнул разбитое окно тряпьем. Возвратившись в гостиную, он обнаружил, что камин исправен. Рядом с ним, в плетеной корзинке, лежало более дюжины поленьев. Питер развел огонь, позвал Элисон и сел рядом с ней на диван перед камином. Кошмар постепенно рассеивался, но многое оставалось неясным. - Что такое Часон? - спросил он. - Не знаю. Кажется, название какого-то местечка в Корее. - Когда мы это узнаем точно, то поймем, что же произошло, что они здесь искали. - Произойти могло что угодно. Была война и... - Она умолкла, глядя на огонь в камине. - А он был солдатом, посылавшим в бой других солдат. Могло случиться вот что: кто-то потерял сына или брата и решил мстить. Я слышал о таких вещах. Почему же ему? Таких, как он, были сотни. И потом, насколько мне известно, он всегда шел во главе солдат, не отсиживался в тылу. До сих пор никто не ставил под сомнение справедливость его приказов. Нет, этот вариант не подходит. - И все-таки кто-то мстит, - возразил Питер. -Может, кто-то совсем свихнувшийся? Несколько мгновений она смотрела на него молча, затем спросила: - Что же такое он мог сделать? - Это, видимо, связано с вашей матерью. - Не может быть. - Разве? Я видел этот пеньюар в тот вечер, когда был здесь. Пеньюар был на твоей матери. Она упала, а пол вокруг нее был усыпан осколками стекла. - Она всегда что-то разбивала. Часто намеренно портила вещи. Пеньюар - это последняя жестокая шутка. Мне кажется, таким способом они хотели напомнить, что отец импотент. Это ни для кого не было тайной. - А где находилась ваша мать во время войны в Корее? - В Токио. Я тоже жила там. - Это было в пятидесятом или в пятьдесят первом? - Примерно в это время. Я была тогда совсем ребенком. - Вам было около шести? - Да. Питер отхлебнул виски. - Ваш отец рассказывал про какой-то несчастный случай. Не помните, что произошло? - Помню. Мать утонула, утонула самым настоящим образом. Ее вернули к жизни с помощью электрошока, но легкие не работали слишком долго, И мозг не выдержал. - Как же это случилось? - У пляжа Фунабаси она попала в подводное течение, и ее вынесло далеко в море. Спасатели подоспели с опозданием. Они немного помолчали. Ченселор допил виски, поднялся с дивана и поправил кочергой поленья в камине. - Может, приготовить что-нибудь поесть? Потом мы.. - Я туда больше не пойду! - прервала его Эдисон, устремив взгляд на огонь в камине. Затем она посмотрела на Питера: - Простите, на вас-то я не должна была кричать. - Но, кроме меня, здесь никого нет, - ответил он, - и если вам хочется кричать... - Знаю, - снова прервала его Элисон. - Это не запрещается - Мне так кажется. - Ваше терпение, наверное, беспредельно? - Она задала этот вопрос мягко, с легким юмором. Он опять почувствовал ее душевную теплоту и незащищенность. - Не думаю, чтобы я был особенно терпелив. Во всяком случае, мне этого не говорили. - Я могу проверить правильность моей гипотезы. - Элисон встала с дивана, подошла к Питеру и положила руки ему на плечи. Потом она нежно погладила его по щеке, коснулась его глаз и губ: - Я не писатель, я рисую картины, и они заменяют мне слова. Но сейчас я не могу изобразить то, о чем думаю, то, что чувствую, поэтому прошу вас быть ко мне снисходительным. Согласны? - Она прижалась к нему, псе еще касаясь пальцами его губ, а затем убрала их и горячо его поцеловала. Он почувствовал, как напряглось ее тело, когда она теснее прижалась к нему. Ее нежность Питер объяснял нервным переутомлением и внезапно нахлынувшим чувством одиночества. Она отчаянно хотела любви, ведь у нее отобрали именно любовь. И что-то должно было заменить ей любовь, хотя бы ненадолго, хотя бы на мгновение. Он понимал ее, а потому не колеблясь откликнулся на этот неожиданный зов любви. И потом, его, как и Элисон, измучили моральные переживания, сознание собственной вины и одиночество. Только теперь он постиг, насколько был одинок в эти последние месяцы. - Я не хочу идти наверх, - прошептала она, прерывисто дыша. - Мы и не пойдем, - ответил он мягко и стал расстегивать ей блузку. Она слегка отстранилась от него и, вскинув правую руку, одним движением сорвала с себя блузку. Другой рукой, она расстегнула ему рубашку... *** Такого наслаждения он не испытывал давно. Со времен Кэти... Элисон заснула так крепко, что Питер решил; глупо даже пытаться отнести ее в спальню. Поэтому он притащил одеяла и подушки в гостиную. Огонь в камине угасал. Питер приподнял голову Элисон и подложил ей самую мягкую подушку, потом накрыл ее одеялом - она не пошевелилась. Он расстелил два одеяла на полу перед камином, рядом с диваном, и лег. За последние несколько часов он Многое понял, но только сейчас осознал, насколько устал. Через мгновение он уже спал. Проснулся он внезапно и вначале никак не мог сообразить, где же находится. Разбудил его стук упавшего в камине обгоревшего полена. Из небольших окон струился свет. Было раннее утро. Питер посмотрел на диван: Элисон спала, по-прежнему глубоко дыша. Взглянув на часы, он увидел, что уже без двадцати шесть. Он проспал почти семь часов. Питер поднялся, натянул брюки и направился в кухню. Пакеты с покупками так и лежали нераскрытыми, и он занялся ими. Осмотрев старомодные буфеты, Питер нашел старинную кофеварку, которая полностью соответствовала интерьеру кухни. Кофеварке было, по-видимому, лет сорок. Он разыскал кофе, потом долго и мучительно вспоминал, как следует обращаться со столь древним агрегатом и, уяснив наконец, что нужно делать, поставил кофеварку на небольшой огонь. Он вернулся в гостиную и, потихоньку одевшись, направился в прихожую. Потом вышел на улицу: не мешало бы убрать чемоданы и портфель, оставленные в машине. Было холодно и сыро. Зима все еще раздумывала, засыпать ли штат Мэриленд снегом или ограничиться гололедом. Поэтому-то такой пронизывающей и была сырость. Ченселор открыл дверцу машины, потянулся было на заднее сиденье за багажом и вдруг замер в удивлении. Он не сумел сдержать крика, вырвавшегося из его горла. Зрелище было потрясающим, поистине фантастическим. То, что открылось его взору, объясняло происхождение и надписи на стенах кабинета Макэндрю, и пятен крови на пеньюаре. На своем чемодане, который лежал на заднем сиденье, Питер увидел отрезанные конечности какого-то животного. Уродливые сухожилия торчали из окровавленной шерсти. На чемодане кто-то, обмакнув палец в крови, написал: "Часон". Потрясение у Питера сменилось страхом и отвращением. Он попятился назад, бросив быстрый взгляд на густой кустарник и дорогу за ним. Потом осторожно обошел вокруг машины, нагнулся и поднял камень, не отдавая себе отчета в том, зачем это делает, но все же, как ни странно, чувствуя себя несколько спокойнее с этим примитивным орудием защиты, И вот колыхнулась одна ветка, треснула другая. Там или там? Послышались шаги. Кто-то побежал. Побежал по гравию. Питер не знал, отчего вдруг у него пропал страх То ли из-за этих звуков, то ли потому, что шаги удалялись. Он стремглав бросился вдогонку. Звук неожиданно изменился: теперь кто-то бежал уже не по гравию, а по твердой поверхности - по дороге. Питер продирался сквозь кусты, ветки хлестали его по лицу, корни деревьев затрудняли движение. Он выбрался на дорогу. Ярдах в пятидесяти в сером свете утра он едва разглядел фигуру человека, бежавшего к машине. Вонь выхлопных газов отравила свежий утренний воздух. Кто-то изнутри распахнул правую дверцу, бежавший на ходу вскочил в машину, и она быстро исчезла. Ченселор стоял на дороге, по лбу у него струился пот. Он выпустил из рук камень, вытер лицо. Ему вспомнились гневные слова собеседницы, сказанные ею при мерцающем свете свечей в вашингтонском отеле "Хей-Адамс". Вот он, ужас, насаждаемый какой-то злобной силой! Именно этому он был теперь свидетелем. Кто-то хотел запугать Элисон Макэндрю и таким образом свести ее с ума. Но зачем? Ее отец мертв. Зачем нужно запугивать дочь? Питер решил постараться хотя бы частично оградить Элисон от этого ужаса. Их отношения развивались удивительно быстро, но он чувствовал, как с появлением Элисон его жизнь наполняется новым смыслом. Тут он задумался над тем, как долго это продлится. Этот вопрос стал для него очень важным. Он повернулся и пошел назад к машине, вытащил чемодан, бросил в кусты окровавленные конечности животного. Потом отнес оба чемодана и портфель в дом. Эдисон, слава богу, все еще спала. Ее чемодан Питер оставил в прихожей, а свой вместе с портфелем отнес в кухню. Вспомнив, что холодная вода удаляет следы крови лучше, чем горячая, он открыл кран, отыскал бумажное полотенце и минут пятнадцать стирал кровь и чемодана. Остатки кровавых потеков он скреб кухонным ножом, пока очертания букв не исчезли совсем. Затем неизвестно почему он открыл портфель, вынул оттуда блокнот и положил его на стол. В это время, в кофеварке забулькало. Питер налил себе чашку изготовленной жидкости, вернулся к столу, открыл блокнот и остановил свой взгляд на наполовину исписанном желтоватом листке. Начать работу его побуждало не только раннее утро. После всего, что произошло, он считал вполне естественным попытаться разобраться в собственных мыслях, приписав их другому человеку. Ведь он только что пережил то же самое, что и созданный его воображением персонаж. *** Проходит какое-то время. Мередит возвращается домой. Он рассказывает жене, что попал в аварию на Мемориал-парквэй. Машину отбуксировали в ремонт. Жена не верит ему. "Правду здесь больше не говорят! - выкрикивает она. - Я больше не в силах это терпеть. Что с нами происходит?" Мередит знает, что с ними происходит, Гуверовская стратегия страха очень эффективна. Даже их прочный брачный союз оказался под угрозой. Сам он сломлен. Мередит принимает ультиматум жены: они уедут из Вашингтона, он оставит работу в министерстве юстиции и вернется к частной практике. Все равно карьера его загублена. Гувер одержал победу. Следующая сцена. Уже за полночь. Члены, семьи Мередита спят. Он сидит в гостиной. Горит только настольная лампа, отбрасывая тени вокруг. Он изрядно выпил. К чувству страха примешивается сознание того, что все, во что он верил, потеряло смысл. Пошатываясь, Алекс подходит к окну, в страхе раздвигает шторы и выглядывает наружу. Он видит, что неподалеку стоит машина ФБР. За его домом ведется наблюдение. Мысли Мередита путаются. Алкоголь и страх приводят его к перевозбуждению, к настоящей истерике. Он бросается к двери и выбегает из дома. Он не кричит. Напротив, хранит молчание с видом заговорщика. Он стремится встретиться со своими мучителями, сдаться им, и пусть они делают, что хотят. И вообще, пропади все пропадом... В темноте Мередит слышит лишь голоса, но никого не видит. Он мечется по улицам вслед за голосами. С одной стороны, он задает себе вопрос, не сошел ли сума. а с другой - жаждет любым способом поскорее покончить со всем этим кошмаром. Он не помнит, как долго блуждал, но свежий воздух и физическая нагрузка ослабляют действие алкоголя. Мередит начинает приходить в себя. Поворачивает назад, однако не знает, в правильном ли направлении идет. Должно быть, он пробежал несколько миль. По пути он замечает машину ФБР. Она стоит за углом, в тени. В ней никого нет. Агенты, следившие за ним, тоже разгуливают по безлюдным ночным улицам. Он слышит их шаги в темноте. Позади себя, впереди, справа, слева. Их звуки синхронны с ударами его сердца. Они звучат так же оглушающе, как звон литавр, преследуют, угрожают. Охватившая Алекса паника напоминает то нервное потрясение, которое он пережил в годы войны. Он бежит вдоль квартала. Машина ФБР куда-то исчезла. Мередит видит табличку с названием улицы. Теперь он знает, где находится. Он снова бежит, но звуки чужих шагов преследуют его, и он снова впадает в панику. Он бежит не разбирая дороги. Наконец он видит свой дом. Вдруг его охватывает тревога: он оставил дверь открытой, а у тротуара стоит незнакомая машина. Он подбегает к ней, готовый на все. Но человек, сидящий в машине, подъехал к дому всего лишь несколько минут назад. Он ждал Мередита, полагая, что тот пошел прогулять собаку и не закрыл дверь по небрежности. - Завтра вечером, в пять тридцать, в отделе "Картерет". Номер 2001. Поднимитесь на лифте до верхнего этажа, потом спуститесь по лестнице на двенадцатый. Мы присмотрим за вами. Если будет слежка, избавим вас от нее. - Что все это значит? Кто вы? - Один человек хочет встретиться с вами. Он - сенатор. - Питер, где ты? Это

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования