Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Русскоязычная фантастика
      Сергей Жемайтис. Большая лагуна -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  -
аташа покачала головой: - Нисколечко, инспектор. Ведь даже хорошо, что природа не смирилась, а продолжает следовать своему плану жизни. Представляете, что бы с нами стало, если бы океан превратился в спокойную лагуну, а космос раскрыл все свои секреты? - Если смотреть с таких позиций, то действительно - все отлично. Мне же приходится думать о тех, кто ежедневно получает пищу с наших водных полей. Мы снабжаем пищей около миллиарда людей, Натали, даже больше - все континенты получают более пятисот видов изделий из вод Большой Лагуны. Наташа Стоун прикрыла веки и покачала головой. - Нет, я не могу себе представить, - сказала она, - стол, вокруг которого сидит миллиард человек за завтраком или обедом. Воображение отказывается. Стол обовьется вокруг Земли... Вы знаете, инспектор, вот когда я действительно решила остаться с вами, выращивать хлореллу, сражаться с тигровками. - Я знаю, знаю, Натали... - Да, вы все знаете, но все-таки это - главная причина. - В вас, как и во всякой женщине, не иссяк еще инстинкт кормления. - А я и не подумала об этом! И ведь вы правы. Не зря я пыталась представить себе гигантский стол и за пим - миллиард гостей. Они засмеялись, довольные друг другом и собой. - Вот теперь я слышу и ваши слова и ваши мысли, Наташа. Да, вы решили, и решили правильно: вы останетесь с нами... - Он несколько помедлил. - Мои ученики и друзья зовут меня Пьер... - Благодарю вас, Пьер! - Тебя! - поправил инспектор. - Благодарю тебя, Пьер! - Вот и отлично. Самое лучшее в жизни - приобретать друзей. - О да, Пьер! У меня всегда было много друзей... Смотрите! - Наташа накренила авиетку. - Смотри, Пьер! Внизу навстречу в пене и брызгах мчался отряд дельфинов. Они шли журавлиным клином, строго сохраняя равные интервалы. Инспектор послал приветствие дельфинам и тут же получил восторженный, но неразборчивый для Наташи ответ. - Протей - сын Протея ведет свой отряд в акваторию китовых акул. На этих безобидных созданий напали косатки. Местный отряд не может с ними справиться. - Мне рассказывали о косатке - Черном Джеке. - В высшей степени незаурядная личность этот Черный Джек. Своеобразный революционер. Он боролся за свои права. Его отряд вселял ужас не только одиноким операторам в лабораториях и на фермах, но даже населению плавучих островов. Надо было использовать всю нашу технику, чтобы оградить себя от налетов Черного Джека. Новый вожак - самка, ее назвали Роза, мало чем уступает своему предшественнику. Уверен, что она организовала дальнюю разведку и уйдет, не приняв боя против отряда Протея, вооруженного ампулами и электрическими гарпунами. - Я видела прирученных косаток. - Пока косатки молоды, их что-то удерживает возле человека. Думаю, что им льстит внимание и дружба с людьми. Они охотно выполняют несложные обязанности "пастухов", но при этом количество рыб катастрофически уменьшается. Все же в конце концов эти романтики уходят в дальние странствия в Арктику или в Антарктику, поближе к стадам китов. Они охотятся на китов, как некогда наши предки охотились на слонов. Обнадеживающие опыты по одомашниванию косаток ведутся на западном берегу Австралии. Там косатки охраняют пляжи от акул. Все же я не уверен, что они останутся на своем посту, покажись поблизости Роза со своими сородичами. Их разговор прервал дежурный диспетчер. - Докладывает Дэвид Тейлор, - послышался самоуверенный голос, и на экране появилось холодное красивое лицо. - Слушаю, Дэв. Что-нибудь срочное? - Протей - сын Протея атаковал отряд Розы. Косатки уходят на восток. Есть возможность их атаковать с фланга отрядом Хоха. Мы можем покончить с пиратами одним ударом. - Ни в коем случае, Дэв. Мы не ведем с косатками войну. Война об®явлена только синезеленой водоросли. - Ну, какая там война! - Весьма серьезная и более трудная, чем если бы мы сражались с косатками. - Вы направляетесь к нам, инспектор? - Будем через час. - Да вы не один! У меня тоже гости. - Наталья Стоун - не гостья. Она наша соратница. - Прошу прощенья и у вас, инспектор, и у Натальи Стоун. Я не хотел никого обидеть. - Ну что вы, Дэв, - сказала Наташа, - в ваших словах не было и тени обидного. - Вы правильно меня поняли, Ната, и я чрезмерно рад... Чаури Сингх перебил: - Извините, Дэв! Меня интересуют сведения о тигровках. - Пока не поступало, инспектор. Я распорядился, чтобы посты сообщали немедленно... - На этот счет есть приказ Центрального управления. - О да. Но я просто напомнил патрулям и лаборантам. - Желаю спокойной вахты, Дэв. - Благодарю, инспектор. Когда Дэв Тейлор отключился, Наташа сказала: - Странный человек. У меня такое впечатление, что он изо всех сил старается не уронить свое достоинство и показать себя только с лучшей стороны. - Все мы этого хотим, Натали. Хотя ты права относительно достоинства. Сейчас у него экскурсанты из Лусинды, и, конечно, он стремится выглядеть как можно лучше, и поверь, от него все там в восторге... Извини, Натали, познакомьтесь: Серж Берзин, лаборант восемьдесят седьмого участка... Серж Берзин, с виду мужчина лет семидесяти, только покосился с экрана на Наташу, кивнул и сразу захватил внимание инспектора отрадными сообщениями о небывалом "урожае" устриц... Наташа некоторое время прислушивалась к их разговору и недоумевала, как такой человек, как Чаури Сингх, может интересоваться какими-то моллюсками. Потом она вспомнила застолье с миллиардом человек, улыбнулась. Ведь и она ест бифштекс, в котором, судя по рецепту на упаковке, двадцать процентов мидии. И она подумала, что ей надо серьезно заняться самоконтролем, возобновить занятие йогой, и, может быть, под руководством самого Чаури Сингха, который состоит членом высшей лиги йогов... Затем мысли Наташи перенеслись в резиденцию инспектора. Там сейчас весело, Дэв Тейлор холодно-любезен, подавляет всех своей значительностью: главный оператор в отсутствие инспектора распоряжается всей Лагуной, конечно, в известных пределах, но ведь этого не знают экскурсанты. Недолго думая, Наташа включила большую рубку, где Дэв Тейлор принимал гостей. На маленьком экране видеофона она вначале не разбирала лиц, затем подстроила изображение и невольно улыбнулась: какие это были юные восторженные ребята, какими глазами они рассматривали панели, напичканные электроникой, большой телеэкран, на котором транслировалась жизнь Лагуны! Конечно, многие экскурсанты сами были аквалангистами и им не были в диковинку красоты коралловых рифов, но сейчас, на экране, они, затаив дыхание, увидели настоящий бой дельфина с серой акулой, один на один. Причем дельфин не был вооружен ни ампулометом, ни дротиком. - С голыми руками! - прошептал кто-то из ребят. Дельфин наносил удары носом в самые чувствительные части акульего туловища, и наконец акула остановилась, словно парализованная, перевернулась кверху брюхом и стала медленно опускаться в глубину. Дельфин пулей вылетел на поверхность. - Обычная сцена, - проронил Дэв Тейлор, хотя сам видел бой акулы с дельфином впервые. - А теперь прошу внимания, я вас, друзья, познакомлю с самим Френсисом Дрейком. Надеюсь, вы слышали о нем? - О да, да, конечно! - послышались голоса. В операторскую, тяжело ступая, вошел робот в опереточном костюме, с огромным подносом, уставленным запотевшими стаканами. - Френсис! - обратился к нему Дэв Тейлор. - Как ты уже догадался, у нас гости с континента. Будь с ними любезен и, пожалуйста, не наступай дамам на ноги. - Есть, сэр! - прогудел Френсис простуженным басом. - Прошу, дамы и господа! Пейте коктейль "Большая Лагуна". Пусть меня проглотит сам дьявол, если кто-нибудь из вас когда-либо пил что-то подобное. - Выпалив все это единым духом, Френсис замолк. Гости зааплодировали и потянулись за стаканами... Инспектор сказал: - У Новой Гвинеи вчера поймали тигровую звезду. - Это вас очень тревожит? - Не больше, чем все остальное. Я отдал распоряжение вести наблюдение за дном в районе всего Большого рифа. Наташа вспомнила выражение лица Дэва Тейлора и не могла сдержать улыбку. - Дэв умеет принять гостей, - прочитал ее мысли и ответил Чаури Сингх. - Как это вы... - начала было Наташа. - Извини меня, я опять читаю твои мысли. Все от усталости. Мне следует отдохнуть тридцать минут. Отрешиться от всего. - Погрузиться в нирвану. - О нет, Натали. Все не так сложно. Надо только сосредоточиться на чем-то отвлеченном, например, на полете чайки, воссоздать его или вообразить себя рыбой, волной, облаком... - Совсем просто, Пьер. Иду на посадку. - Опускайся в малую гавань. Еще раз извини. Я опять подслушал твою мысль: почему у индийца двойное имя - Чаури Сингх и Пьер? - Да, я подумала так. - Чаури Сингх традиционное имя, его дают первенцу в нашей семье. Так звали множество моих прапрапра-дедов. Мама у меня француженка, и она назвала меня Пьером. Мама моя иногда приезжает к нам. Она художница по тканям. "Колибри" повисла над группой мелких островков в окружении рифов. На самом большом островке, площадью около квадратного километра, в густой зелени белели крыши строений. Волноломы соединяли рифы тонкой линией, образуя два вместительных ковша, где стояло десятка три яхт разных типов, от могучих океанских "Сирен" с тридцатиметровыми мачтами до крохотных спортивных "Чаек" с ограниченным районом плавания. - Опускайтесь в малый ковш. Сейчас туда входит "Тайфун", наша патрульная яхта; они также вытащили тралом небольшую тигровую звезду, увидите, что это за создание. Наташа нажала на клавишу автоматического спуска, и "Колибри" заскользила по спирали вниз. ПОЛЕТ НА "СИРИУС" Доктор Мокимото не любил, когда его сотрудники надолго покидали институт. Он говорил, что тогда рвутся или, по крайней мере, до предела натягиваются связующие нити: "Образуется пустота, которую невозможно ничем заполнить. Человек неповторим, его нельзя заменить. Можно только примириться с потерей. Допустим, вы мне не нужны пока, но все равно ваше присутствие здесь, поблизости, помогает мне, так как я знаю, что вы рядом и можете всегда прийти на помощь". - "Но существуют идеальные формы связи!" - возражали ему. "Да, но все это копии. Ничто не может заменить оригинал..." Сейчас, под®езжая к космодрому, Вера представила себе лицо своего учителя и улыбнулась. Профессор долго напутствовал ее, предостерегал от возможных и мнимых опасностей. Взяв ее за руку на прощание, он сказал: - Вера, пожалуйста, прошу тебя, не выходи в открытый космос. Сейчас стало модным плавать в пустоте. - Да разве я решусь на это? - спросила она его. - О, не решайся! Никогда не решайся... Профессора мучило сознание, что он направляет слабую девушку в такое опасное путешествие. Мокимото не любил космос, даже воздушным транспортом воспользовался всего один раз - когда получил известие о болезни внука. Он предпочитал древние способы передвижения по земле и воде. На "Сириус" уже летали три его ассистента, а оазис в космосе по-прежнему находился на грани гибели. И вот он с болью в сердце решил отправить туда свою любимую ученицу. - У тебя, Вера, легкая рука, как говорили наши предки. Что это такое, я до сих пор не знаю, это понятие лежит за пределами логики. Все делают так же, и у них не получается, а берется человек и делает чуть-чуть не так, не по правилам, и у него получается... Два робота-грузчика взяли из багажника аэробуса довольно большой и тяжелый контейнер с рассадой, семенами, сложным набором удобрений и скрылись в одном из тоннелей, ведущих в недра космодрома. Вера посмотрела им вслед с некоторой тревогой: что, если они доставят ее груз не на ту ракету? - Ваш билет? - спросил мягкий, вкрадчивый голос. Перед Верой стояла главная достопримечательность Бомбейского космодрома - малиновый контролер. Робот в малиновом камзоле с золотыми пуговицами на две головы возвышался над Верой. Конструкторы придали ему формы "идеального мужчины". Вера вытащила из кармана брюк овальный жетон. Малиновый контролер только повел "глазами" и сказал: - Все правильно. Отлет "Сириуса-2" через двадцать семь с половиной минут. Транспорт - синий автокар. - Благодарю, я пойду пешком. - Тогда следуйте по синей дорожке. За всеми справками обращайтесь к любому из моих коллег. Счастливого пути. Вера еще раз поблагодарила обязательного робота. Центральный зал, где она находилась, поражал размерами: она не увидела его противоположной стены. Перед глазами колыхалась пестрая толпа пассажиров, люди двигались в разных направлениях, и все же чувствовались размеренность и порядок. Как вехи, там и сям виднелись малиновые контролеры. Вера быстро шла по синей дорожке среди плотной толпы людей. Она удивилась, что ей никто не мешает, будто дорожка проложена только для нее одной. В зале стоял густой шум от шарканья и стука тысяч ног, говора, каких-то мелодичных звонков. Иногда этот деловой шум покрывал отдаленный грохот, пол вздрагивал - в небо уходила ракета. Робот-диктор оповещал о времени отлета следующего корабля или о прибытии лайнера из дальнего рейса - с Луны, спутников, с другого континента. В синем зале, кроме робота в красном фраке, находился всего один человек, одетый по-дорожному - в серую куртку и такие же брюки. Он сидел в глубоком кресле и, видимо, слушал "говорящую книгу". С его цветущего молодого лица не сходила улыбка. Все-таки он заметил проходившую мимо Веру, поднял руку в приветствии и сказал: - Потрясающе смешно! Ты слушала "Веселую семейку"? - Привет! - улыбнулась Вера. - Слышала в отрывках. - Ты всю пьесу прослушай, я одолжу тебе ее в ракете. А если хочешь, бери сейчас. У меня еще есть кое-что. - Он подмигнул. - Детектив двадцатого века. До жути мрачная история. Я начал читать, да пульс у меня достиг ста двадцати в минуту. Это во время погони за этим... как они у них назывались... да-да, вспомнил: преступниками. От слова "переступить". То есть нарушить закон. Там есть одно место... Тоже можешь воспользоваться в дороге. Или я расскажу тебе сюжет? - Нет, благодарю, как-нибудь в другой раз... - Прости, ты чем-то озабочена, а я врываюсь со своими дурацкими предложениями. - Ну, почему же... Меня тревожат мои растения. Их куда-то унесли два робота. - О, да ты биологиня! - Розовощекий молодой человек вскочил. - Тебя там ждут. Представляешь, что-то проникло в оранжерею, и вся зелень... - Он выразительно подмигнул и прищелкнул языком. - Так ты реставратор? Та, та самая Вера! Прелестно, Вера. - Он постарался без особого успеха согнать улыбку с лица и представился: - Вика Крубер. Викентий Крубер, конечно, да меня все зовут Викой. Я ассистент астрофизика Аллана Хааса. Это имя тебе ничего не говорит? - спросил он, протягивая руку для пожатия. - Извини, Вика, нет. У меня подруга Биата - тоже астрофизик. Она долго работала здесь в период вспышки сверхновой. Сейчас она в длительном отпуске. - Биата, Биата... Может, Беата? - Нет, Биата. - Нет, не знаю Биату. - А Беату? - У меня была соученица Беата, только она занимается плазмой. А твоя - сверхновыми звездами? - Да, Вика. Она одержима космосом. - Как я ее понимаю! Как понимаю! Я тоже весь в космосе. Ты также станешь в наши ряды. Ты не могла ничего лучше придумать, отправившись на наш "Сириус". Вот увидишь, какой это отличный островок во Вселенной, особенно после введения искусственной гравитации. Но здесь и невесомость можно ощутить, прямо в нашей обсерватории. Тебе еще не приходилось парить в космосе? Вера с трудом высвободила свою руку, удивляясь странной манере молодого человека так вести себя и его многословию. Она ответила: - Я первый раз. Только однажды, еще в школе, мы летали с папой в кругосветку. - О, блаженные годы детства! - нараспев сказал Вика. - Меня никогда не тянуло от Земли. Я так не люблю холод, пустоту и риск неизвестно ради чего. На этот раз с лица Вики сползла улыбка, он стал необыкновенно серьезен, даже суров. - Неизвестно, ради чего? - прошептал пораженный Вика, прижимая руки к пухлой груди. - А познание Вселенной! Раскрытие тайн бытия! Только там, в стерильной чистоте космоса, сбросив земную атмосферу, мы стоим перед лицом Вечности, Вера, и перед нами раскрываются тайны рождения клетки и звезды. - Вика огорченно вздохнул: - Нет, Вера, у тебя неверные представления о наших задачах. Между прочим, сейчас многие недооценивают наши завоевания за пределами Земли. Стало модным тянуться к земной природе - ручейкам, кустикам. - Вика! - Что, Вера? - испуганно спросил студент. - Оставь в покое кустики. Без кустиков - так, видимо, для удобства ты обобщаешь весь растительный мир - не прожить в космосе. Я везу эти кустики на "Сириус", чтобы вы могли открывать свои тайны бытия. - Прости, Вера... иногда я делаю несколько поспешные заключения. Вера обвела взглядом Синий зал. Вика понял ее. - Возможно, больше никого и не будет, кроме нас, - сказал он весело. - Даже если мое общество тебе не нравится, то все равно придется смириться. Если любишь шумную компанию, то надо было лететь неделю назад, когда менялся состав станции. Я должен был тоже тогда лететь, да опоздал. Клянусь, проспал, забыл поставить будильник. Такого со мной еще не случалось до работы в обсерватории. Я становлюсь рассеянным, как мой патрон: ведь он в состоянии выйти без скафандра в открытый космос!.. Вика без умолку щебетал и в ракете. Он необыкновенно легко менял тему разговора и с таким же увлечением рассказывал Вере и о своих наблюдениях за астероидами, и об устройстве спутника, и о спорте - Вика увлекался игрой в мяч, - и о своих воззрениях на современный балет. Вера уснула под его ровный голос: Вика предался воспоминаниям о детских годах, когда он подавал огромные надежды как художник-пейзажист. Ракета облетела Землю и на втором витке стала приближаться к спутнику. Вера слышала сквозь сон: - ...Ну как можно спать... Подлетаем... Ну проснись же! Вера открыла глаза, не понимая еще, где она находится и что за человек тормошит ее за плечо. - Подлетаем! Спутник справа по борту! Да не смотри на экран, там лишь бледное отражение... Вера действительно не могла оторвать глаз от экрана на передней стенке, где в черной пустоте плыл навстречу, увеличиваясь в размерах, "Сириус-2". - Да ты плюнь на экран! - с отчаянием в голосе выкрикнул Вика. - Ты что, никогда не видала его таким крохотным? Ты поверни голову влево! Вера послушно подчинилась, и Вика сказал с облегчением: - Ох, уж эти мне женщины!.. - и, прижавшись щекой к ее плечу, стал с таким же интересом, как и его спутница, рассматривать надвигавшееся на них ажурное колесо. Казалось, что ракета неминуемо врежется и разрушит это чудо инженерного искусства, вынесенное за сорок тысяч километров от поверхности Земли. Колесо диаметром в сто десять метров

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору