Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Боевик
      Абдуллаев Чингиз. Альтернатива для дураков -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -
хитрить, не получится. Я ведь все равно обо всем узнаю. - Что вам нужно? - нахмурился Пирожков. - Ты ничего не знаешь о каком-нибудь крупном готовящемся деле? Может, краем уха что слышал? Или тебе что-нибудь известно? - Устранять кого-то должны? - Нет. Просто, по нашим сведениям, в Москве готовят крупное ограбление, и мы хотим знать, где именно оно произойдет. - В Москве каждый день кого-нибудь грабят, - усмехнулся Пирожков, - я за всеми бандами уследить не могу. - Ты не паясничай. Я тебя про разную шушеру не спрашиваю. Я о серьезном деле говорю, об очень серьезном. - Понимаю. Но ничем помочь не могу. О паре-тройке мелких дел я слышал. Но никакой "крупняк" мимо меня не проходил. - Значит, не проходил, - поднялся со своего стула Гвоздев. Походил по комнате, потом посмотрел на Пирожкова и вдруг спросил: - А про возвращение Счастливчика ты слышал? - Да об этом вся Москва гудит, - сразу вскинулся Пирожков, - только ничего не получится, начальник. Он ведь чисто вышел, по закону вашему. Все бумажки в порядке, не придерешься... - Я не про это спрашиваю, - резко перебил его подполковник, - о его появлении в городе мы и без тебя узнали. Только я не поверю, чтобы такой человек, как Счастливчик, мог просто так приехать в Москву. Дело он готовит крупное, и ты, Пирожков, наверняка что-нибудь слышал. - Ничего не слышал, - удивленно сказал Пирожков, - я думал, он просто так приехал в первопрестольную. Покуражиться, погулять и потом за бугор рвануть. Деньги у него есть, и немаленькие. Зачем ему здесь еще одно дело затевать. У него и с прежних дел большие бабки остались. Одно слово - Счастливчик, - с завистью сказал Пирожков. Гвоздев еще раз посмотрел на сидевшего перед ним агента. Он вдруг понял, что можно использовать именно эти качества Пирожкова: его зависть к богатству и удаче Счастливчика. - Он ведь всегда сухим из воды выходит, - напомнил подполковник. - Всегда, - ухмыльнулся Пирожков, - никакая пуля не берет. - По нашим расчетам, у него в загашнике ценностей на несколько десятков миллионов долларов, - спокойно сообщил Гвоздев. - Иди ты! - не сумел скрыть своей растерянности от такой невероятной суммы бандит. Он был явно расстроен. - И теперь он скоро отбудет куда-нибудь в Монте-Карло, чтобы свои денежки там тратить, - продолжал дразнить бандита подполковник, - а вам всем ручкой помашет. - Везет ему. Он человек умный, - с уважением сказал Пирожков. - А если умный, зачем тогда в Москву приехал? Что он, в другом месте покуражиться не мог? Ты бы на его месте с такими деньгами что сделал? Сразу бы рванул куда-нибудь подальше. И от нас, и от вас. - Да, - задумчиво подтвердил Пирожков, - а вдруг он деньги свои вывезти не может? Гвоздев сел и так выразительно посмотрел на своего собеседника, что тот сразу смутился, поняв, что сказал глупость. И лишь тогда подполковник заметил: - Это он-то не может? Да за такие деньги можно всю таможню купить и любые ценности вывезти. - Это правда, - согласился Пирожков и невольно изменившимся голосом еще раз сказал: - Он человек умный. - Видимо, не совсем, - сразу вставил Гвоздев, - если в Москву приехал. Он ведь так просто не приедет. Значит, у него дело крупное намечается. Очень крупное. Ты меня понимаешь? Такое крупное, что он согласился все свои деньги на кон поставить и в Москву приехать. Пирожков молчал. Было видно, как он мучительно раздумывает. И как решает для себя самые разные вопросы. Гвоздев чуть усмехнулся. Расчет на жадность бандита оказался верным. - Может быть, - наконец сказал Пирожков, - все может быть. - Поэтому я сюда и приехал, - строго продолжал Гвоздев, - нужно, чтобы ты на него вышел. Я думаю - дело будет очень крупное. Но не всегда же Счастливчику должно везти. Может, повезет в этот раз кому-нибудь другому? Пирожков наконец понял, чего именно добивается от него подполковник. Метнул на него подозрительный взгляд, словно заранее предполагая, что его обманут. Потом нерешительно спросил: - А если ему опять повезет? - Значит, нужно сделать так, чтобы не повезло, - невозмутимо сказал Гвоздев, - если рядом с ним умный человечек появится, то мы можем узнать, где и когда Счастливчик свое дело планирует. И постараемся сорвать его "плановое мероприятие". Конечно, после того, как он свою операцию подготовит. - Ну это мне ясно. А зачем этому человечку так рисковать? Счастливчик ведь ментов сразу чует. И стукачей тоже чует. Он ведь может стукача просто удавить. - А кто сказал, что нужно на него стучать? Нужно просто ему немного помешать. И потом заодно и помочь в розыске его ценностей. Там ведь не обязательно все сдавать государству, - продолжал Гвоздев, уже чувствуя, что сумел заинтересовать своего агента, - можно оформить как найденный клад и выделить четверть суммы нашедшему. А можно и без оформления договориться. Он знал, что такие вещи часто практикуются в работе сотрудников уголовного розыска. Агенту обещают часть похищенного, возвращенного государству. Это самая настоящая сделка, на которую многие следователи шли сознательно, чтобы вернуть ценности. Практика эта была особенно популярна в восьмидесятых, когда за возмещенный экономический ущерб карали не так строго и многие предпочитали входить в сделку с законом и гарантировать себе минимальное наказание. Точно так же договаривались и с агентами, которые помогали в розысках похищенного. При благоприятных стечениях обстоятельств агенты получали часть найденного, что усиливало их рвение и делало их работу максимально эффективной. При этом некоторые из недобросовестных сотрудников милиции иногда также получали соответствующее вознаграждение. - Я понял, - засмеялся Пирожков, - у вас, видимо, сильное желание появилось снова упрятать Счастливчика туда, откуда он только что вышел. А я вам должен помочь. И еще вам нужны его цацки? Правильно. Больше всего Гвоздеву хотелось сейчас плюнуть в рожу сидевшему перед ним типу. И конечно, его интересовали не ценности Счастливчика, а новое крупное дело, на которое тот должен был пойти. Он был уверен, что не ошибся в своих расчетах. И не только в отношении Счастливчика. Кажется, Пирожков серьезно заинтересовался его предложением, решив, что нужно заняться этим делом. Зависть и жадность были самыми сильными стимулами для Пирожкова. Однако говорить все это своему агенту он не торопился. - Почти правильно, - сказал он угрюмо, - но в первую очередь меня интересует сам Счастливчик. - Это я все сразу понял, - сказал довольный течением беседы Пирожков. - Постараюсь выйти на нашего общего знакомого. Тем более, что он, кажется, ищет себе помощников. - Хорошо, - кивнул подполковник. Пирожков поднялся, решив, что разговор закончен. - Когда снова встретимся? - спросил он сквозь зубы на прощание. - Через три дня, - жестко сказал Гвоздев. - Мы теперь с тобой будем часто видеться. В это время. - Я за три дня ничего не успею сделать, - пожал плечами Пирожков. - Это твои проблемы, - сурово отрезал подполковник и, когда агент уже сделал шаг к двери, окликнул его: - И еще. Пирожков, я хотел тебя предупредить. Все время наши ребята в твоем районе на твоих людей выходят. Вчера мне сообщили, что твои "шестерки" избили директора кинотеатра, который не хотел сдавать вам в аренду свои помещения. - Какого директора? - попытался сделать удивленное лицо Пирожков. - Ты сам знаешь, какого, - очень злым голосом произнес подполковник. - И предупреждаю тебя, если такое повторится, я в следующий раз, кроме твоих ребят, приеду и за тобой. - А где мои ребята? - спросил ошеломленный Пирожков. - Уже в камере, - не стал улыбаться Гвоздев. Он этого просто не умел. - И я думаю, что к тебе они вернутся годика через три-четыре. Не раньше. - Почему? - Почему? - подполковник схватил бандита за шиворот и с треском ударил его об стенку. И еще прижал ногой. - Твои "орлята" ему голову проломили. И он сейчас в реанимации лежит, - свистящим шепотом сказал Гвоздев. - Я тебя, суку, в последний раз предупреждаю. Он толкнул еще раз бандита и отошел от него. - Ладно, - сказал Пирожков, поправляя пиджак, - не угрожайте. Хотите лишить своих друзей такого агента, как я? - Нет, не лишу, - сурово произнес Гвоздев. - Я просто посажу тебя в тюрьму и сообщу всем, что ты наш агент. Знаешь, что с тобой будет? Ошеломленный Пирожков открыл рот, чтобы хоть как-то возразить, но так ничего и не сумел сказать. - А теперь пошел вон, - добавил на прощание подполковник. - И помни о моих словах. Еще один такой случай с кем-нибудь из твоих ребят, и я тебе спокойной жизни не обещаю. Глава четвертая Я ведь был убежден и раньше, что в инспекциях по личному составу сидят не ангелы. А в управлении собственной безопасности, которое создали в нашей системе, вообще сидели волкодавы. Самые настоящие. И поэтому, когда нас вызвали на допрос, я не ожидал ничего хорошего. Тем более, что первым пригласили Аракелова. Разговор, как его называли волкодавы, и допрос, каким он на самом деле был, начался с вызова Аракелова, который вошел в комнату, перед дверями которой мы сидели на стульях. Он вышел ровно через полтора часа, ошеломленно качая головой, словно столкнулся с чем-то необычным, удивительным. Он не успел ничего сказать нам, когда вышедший из кабинета капитан показал ему на дверь и строго сказал: - Вы можете быть свободны. Аракелов только кивнул нам на прощание и вышел. Сразу после этого пригласили Маслакова. На этот раз беседа затянулась на целых два часа, и, когда он вышел, стрелки показывали уже начало второго. Он тоже вышел в несколько растерянном состоянии, но в отличие от Аракелова кивнул нам и сказал: - Они, по-моему, все сошли с ума. Решили, что мы во всем виноваты. - Разговоры, крикнул ему вышедший следом капитан. - А, иди ты... - огрызнулся Маслаков. - Думаешь, если ты стукач и занимаешься стукачеством, то и все такие. Он махнул рукой и, посмотрев на нас, сказал на прощание: - Держитесь, ребята, а то они нас действительно за дураков считают. И подставить хотят. Он вышел, и только затем позвали наконец меня. Видимо, Хонинова как командира хотели допросить в последнюю очередь. А меня вызвали третьим. В кабинете, куда я вошел, за столом сидел невысокий мужчина мрачного вида с коротко постриженным ежиком волос. Он посмотрел на меня своими бесцветными глазами и коротко сказал: - Проходи, садись. Этот тип был в штатском, но я уже знал, что это подполковник Мотин. Маленький, красномордый. Я его сразу невзлюбил, как только увидел. И чего только он копает, если у нас уже и так работали несколько комиссий по проверке, включая комиссию ГУВД, прокуратуру и ФСБ. Мне сразу не понравилось, как он предложил мне садиться. Мы уже привыкли, что подполковники могут нам "тыкать". Но он сделал это в неприятной манере, в такой уничижительной форме, что я сразу понял - он меня не просто подозревает. Он меня заранее считает виноватым и не очень любит. Есть такие следователи, которые считают любого сидящего перед ними человека виноватым еще до того, как тот раскроет рот. Я сразу решил, что выпущу все свои колючки. Пусть этот наглый сукин сын не думает, что он может так обращаться с офицерами нашей группы. Ничего у него не получится. Я прошел к стулу и уселся на него с очень независимым видом. Передо мной стоял магнитофон. Справа от меня сел тот самый капитан в форме, который приглашал и провожал наших ребят. - Ты - Никита Шувалов, - начал Мотин своим неприятным скрипучим голосом. - Очевидно, ты уже знаешь, зачем мы вас всех сюда пригласили? - Догадываюсь, - буркнул я, глядя на этого типа. - Не нужно так отвечать, - строго прервал меня Мотин, уловив мое отношение к этому разговору, - только "да" или "нет". Ты офицер милиции, а не проститутка, чтобы вести себя таким вызывающим образом. Ты меня понял? - Да, - сказал я достаточно громко. Он нахмурился, но больше не стал ничего говорить на эту тему. Только подвинул к себе бумаги, глядя то в них, то на меня. - Согласно рассказам многих свидетелей, два месяца назад у вас произошел взрыв. Взорвался конверт, присланный якобы из министерства. Тогда погибло двое ваших офицеров - командир группы подполковник Звягинцев и сотрудник вашей группы лейтенант Бессонов. Все видели, как перед взрывом у вас с Бессоновым произошла серьезная размолвка. - Да, - снова громко сказал я. - Не нужно так кричать, - поморщился он, - и не строй из себя идиота. Достаточно, если ты будешь говорить четко и ясно. Так у вас была размолвка? - Да. - Говорят, что вы даже подрались? - Кто говорит? - Вопросы задаю только я. Молод ты еще, чтобы мне вопросы задавать. Так вы подрались или нет? - Да. - Почему? - Поспорили, - пожал я плечами. - О чем поспорили? - не отстает он от меня. - О жизни. - Конкретнее, - этот пес не отступит. - Мы с ним часто спорили по разным поводам, - я посмотрел ему в глаза, чтобы он видел, как я нагло вру, - из-за кинофильмов разных, из-за книг. - Значит, у вас был интеллектуальный спор, - усмехнулся Мотин, - из-за этого ты набил ему морду? - Мы просто поспорили, - упрямо повторил я. - Так сильно поспорили, что ты его чуть не убил. А может, это ты его и убил? А заодно и своего командира? - Нужно было видеть ему ухмылку, чтобы понять мое состояние. - Иди ты... - не выдержал я, вспомнив, как меня ударил по морде Хонинов. Он сразу встрепенулся, разозлился, вскочил со своего стула. Он даже оказался меньше ростом, чем я полагал. - Что ты себе позволяешь? - распаляя самого себя, заорал он. - Совсем распустились? Партизанами стали, а не офицерами. Думаете, вам все с рук сойдет. Куда деньги дели? Что за фотографии вы нашли? Ничего не знаешь. Я вас, мерзавцев, на чистую воду выведу. Я вам покажу, как работать нужно. - Ну ты и хам, парень, - негромко сказал капитан, явно подыгрывая Мотину. Я молчал. В таких случаях лучше не спорить. Подполковник подскочил ко мне и кричал еще несколько минут. После чего наконец успокоился и побежал к своему столу. - Значит, ты отказываешься говорить мне, почему вы подрались с Бессоновым? - уточнил Мотин. - Я с ним просто поспорил, - упрямо настаивал я. - Ты у меня не просто вылетишь из милиции, - пообещал Мотин, - ты у меня в тюрьму сядешь. Я тебе покажу "просто поспорил". Я вас всех посажу, сукиных детей. Из-за вашего разгильдяйства погибло столько людей. Почти всю группу истребили, давили вас по одному, как куропаток, а ты мне здесь героя из себя строишь. Я сидел, сцепив зубы. Лучше молчать, иначе я такого здесь наговорю, что меня арестуют прямо в этом кабинете за буйное хулиганство. Или за то, что я просто набью морду этому ублюдку. - Отпечатки твоих пальцев найдены в вагоне, в котором были четверо убитых, - заорал он, - четверо убитых. В том числе и журналистка Людмила Кривун. Свидетели видели, как ты стрелял в людей. - Они на нас сами напали, - выдавил я из себя, - все это видели. - Кто видел? Люди спали ночью в вагоне, когда ты стрельбу начал. Никто не видел, кто первым открыл огонь. Ты мне дурака не валяй. На твоих руках знаешь сколько крови? Я тебе все равно не поверю. Ты у меня на всю жизнь в колонию загремишь. Вот в таком милом темпе у нас беседа еще целый час продолжалась. Он меня во всех грехах обвинял, а я только отмалчивался или отвечал что-то неопределенное. И самый разгар нашей беседы в кабинет вошел еще один офицер. Этот тоже был в штатском. Только костюм на нем сидел гораздо лучше. На Мотине штатский костюм смотрелся, как на корове седло, а вот на вошедшем очень даже ничего. Увидев вошедшего, Мотин сразу вскочил. Быстро поднялся и капитан, сидевший рядом. Я тоже встал, поняв, что это высокое начальство. - Товарищ полковник, - быстро доложил Мотин, - провожу беседу с сотрудниками группы Звягинцева. - Вижу, - прошел к столу вошедший, - это, кажется, Никита Шувалов? - Так точно. - Очень хорошо. - Тарасов сел в кресло Мотина, а тот быстро подвинул к себе другой стул. Капитан рядом. - Давайте послушаем пленку, - предложил Тарасов и протянул руку, перематывая пленку. Можно себе представить, что именно он услышал, особенно в начале нашего разговора. Правда, мужик он был видимо, умный, долго слушать не стал. Просто выключил магнитофон, покачал головой, и обращаясь ко мне, сказал: - Ты у нас просто герой, Шувалов. Я даже не думал что ты такой смелый. Целую банду перебил. Прямо герой. Но он говорил не издеваясь. Скорее лениво шутил. А глаза у него были очень неприятные. И умные. Не то что у Мотина. - В общем, так, герой, - подвел итог полковник, - от работы мы тебя пока отстраняем. Посидишь дома несколько недель, остынешь. Может, надумаешь что-нибудь. И измени свою манеру разговора. Нельзя так нагло вести себя. Тебя не враги допрашивают, а твои старшие товарищи. И своим поведением ты только мешаешь нам провести нормальное расследование. Мы ведь должны знать, кто удавил Дятлова в управлении. Кто прислал вам этот конверт? Поэтому ты не очень дергайся. Посиди дома и подумай. Так будет лучше. В общем, он меня, конечно, не убедил. Но немного успокоил. Получалось, что в их управлении тоже понимающие мужики попадаются. Хотя и редко. Но от работы меня все равно отстраняли, а это было самое неприятное. Когда я вышел из кабинета, Хонинов сидел в коридоре весь серый. Он слышал крики Мотина из-за закрытой двери. Еще подполковнику повезло, что Хонинов сдержался. Иначе он бы вошел в комнату и высказал им все, что о них думает. - Как там дела? - спросил Хонинов. - Не разговаривать! - закричал капитан. Мотин и его подручный работали без перерыва. Есть же такие стервецы, которые еще получают удовольствие от этой работы. Хонинов махнул на капитана рукой. - Зверье, - сказал я, - отстраняют нас от работы. - Ну и ... с ними, - зло сказал Хонинов и, толкнув капитана, пошел в кабинет, как обычно идут на казнь. Я с испугом подумал, что Мотин рискует заработать по морде, если будет опять кричать. Когда я вышел из здания, то на другой стороне улицы сразу увидел своих ребят. Они никуда не уходили, ждали меня. - Как у тебя? - спросил Маслаков. - Отстранили, - коротко сказал я. - Как и нас, - кивнул Аракелов. - Они думают, что мы еще и в чем-то виноваты. - Они все и без нас знают, - зло сказал я, - просто хотят помучить нас еще немного, чтобы свалить на нас свои грехи. - Жрать хочется, - выдохнул Аракелов. - Сначала подождем Сергея, - рассудительно сказал Маслаков. Честно говоря, я очень за Сережу Хонинова переживал. Он ведь не такой спокойный, как мы, мог сорваться и наговорить там все, что угодно. Мы подождали еще полчаса, когда наконец показался Хонинов. Он был немногословен. Просто вышел к нам и, показывая на здание за своей спиной, негромко произнес: - Сукины дети. И в этот момент рядом с нами затормозила черная "Волга". Даже если бы мы не знали, чья эта машина, то, услышав знакомый голос, сразу бы все поняли. - Как дела, ребята, - спросил остановивший рядом с нами свою служебную машину полковник Горохов. - Закончили ваш допрос? Он вышел из машины, кивнув водителю, чтобы

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования