Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Брэдли Мэрион Зиммер. Руины Изиды -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
этажей тех домов, где эти этажи были. Огни появлялись и исчезали, они становились то ярче, то слабее, их таинственное мерцание в темноте привлекло внимание Цендри. Она подумала, что это, возможно, факелы ночных сторожей, охраняющих здания, ведь, несмотря на странное общественное устройство, здесь тоже могут быть преступники. Но огней было слишком много. Цендри отодвинула штору и выглянула из окна. Теперь она ясно увидела, что это было факельное шествие. В полной тишине процессия миновала дом Проматриарха и направилась к берегу. Цендри хотела знать, как здесь развлекаются по ночам? Теперь она знала это, хотя смысл шествия оставался ей неведом. "Какое-нибудь традиционное празднество при лунном свете? Очень может быть, тем более что на небе целые две луны, большие и яркие. Или обряд ночного купания? Какой-то религиозный праздник? Да что угодно, кстати, ответ может быть значительно прозаичнее, просто женщины идут на охоту или рыбачить, ужинать или собирать грибы, мало ли что им в голову взбредет ночью". Цендри пригляделась и во главе процессии увидела высокую крупную фигуру женщины. Ей показалось, что это сама Проматриарх Ванайя. Шествие удалялось, огни двигались уже вдоль побережья, там, где волны шурша разбегались по мягкому песку. Затем они двинулись дальше и, превратившись в маленькие мерцающие точки, вскоре исчезли. Затем они, уже едва заметные, снова возникли и медленно двинулись в самый центр Руин, которые Миранда называла "Нам-указали-путь". Цендри посмотрела туда и снова увидела старинный космический корабль. Она вспомнила случайно оброненную фразу Миранды о том, что жительницы Изиды общаются со Строителями, и поняла, что и фраза и процессия - все это части некоего религиозного культа, порожденного таинственностью Руин. "Не исключено, - пожала плечами Цендри, - что они отправились в Руины общаться с духами Строителей, просить их прощения за приезд гостей из другого мира. А у гостей на уме только одно - разгадать ваши тайны. Возможно, они хотят умилостивить духов". Зная, что любое идолопоклонство требует жертвоприношений, Цендри тут же представила, что вскоре холодные камни оросятся кровью, и по телу ее пробежала легкая дрожь. "Но, возможно, обходится и без жертв. А если не обходится, кого они приносят в жертву? - пронеслось в голове Цендри. - Что-то не похоже, чтобы они отличались кровожадностью, внешне все женщины здесь довольно миролюбивы, по-своему образованны, хоть как-то знакомы с современной техникой и технологией. Да, но религиозные культы - это продукт подсознания, они не имеют ничего общего с рационализмом". Задумавшись, Цендри потеряла из виду точки огней. Она начала пристально всматриваться в Руины и вскоре опять обнаружила их. Цендри увидела украшенный светящимися точками космический корабль и множество огоньков вокруг него. "Красивая гирлянда", - подумала Цендри и зевнула. Она устала и совсем замерзла, на Изиде не предусматривалось отопление, хотя, учитывая мягкий субтропический климат планеты, оно здесь было не особенно необходимо. Но сейчас, ночью, холод был основательный. Цендри захотелось вернуться на теплые подушки, обнять Дала и снова почувствовать себя окруженной любовью и заботой. Но Цендри продолжала стоять, завороженная мерцанием далеких огней, украсивших Руины. Так жители планеты Ригель-4 развешивают огоньки на священном дереве Ванни. Внезапно на самой вершине Руин зажглось и стало разгораться несколько огней, сейчас они напоминали отблеск громадных лун. Цендри уже не чувствовала холода, как зачарованная она смотрела на свет, ощущая во всем теле приятную истому и покой. Ей почудился голос, он шел в самое ее сердце, заполняя его добротой, теплом и любовью. Все существо Цендри потянулось навстречу таинственному свету, на минуту она представила себя ребенком, который, прижавшись к своей няне, спрятал лицо в ее мягких, ласковых руках. Цендри вдруг явственно вспомнила последние слова песни, которую пел Ру: "О, как бы мне хотелось надеяться, что, когда я закончу свой земной путь, ты, Богиня, навсегда прижмешь меня к своей любвеобильной груди". Цендри стояла не отрывая глаз от Руин. "Что со мной? Я не сплю?" Обе луны скрылись, свет на вершине Руин исчез, но Цендри продолжала видеть его отблеск, а в сердце ее продолжал звучать чей-то голос. "Мне не померещилось? Может быть, ничего этого не было?" - спрашивала себя Цендри, но сладостное тепло во всем теле убеждало ее, что это был не сон и не мираж. Однако Цендри была ученым и привыкла доверять только рассудку, а не восприятиям одного человека, даже если этим человеком была она сама. - Дал, - позвала она тихо. - Дал, проснись. Он приподнял голову и начал шарить рукой по подушкам. - Цендри, - произнес он, - где ты, Цендри? - Цендри, улыбаясь, смотрела на мужа. Ей казалось неразумным и эгоистичным со своей стороны лишать Дала сна, но стремление показать ему Руины пересилило ее жалость. - Дал, - настойчиво позвала она, - я здесь, у окна. Подойди ко мне. - Что случилось? - проворчал Дал. - И который сейчас час? - Он присел, тряхнул головой и, как был, нагишом, шлепая босыми ногами по полу, направился к Цендри. - Дал, посмотри вон туда. - Цендри показала пальцем в сторону Руин. Дал прищурился. - Свет, - ответил он, - там горит какой-то свет. Что это? - Это факельная процессия женщин, я видела, как они прошли туда несколько часов назад. Точное время не знаю, но луны еще светили. Процессия прошла в Руины. - Что в этом странного? - спросил Дал. - Почему бы им, собственно, и не пойти туда? Ванайя же говорила нам, что Руины считаются священным местом, вот женщины и отправились туда помолиться. Кстати, - недовольно пробурчал он, - изучать их - это твоя работа. Цендри понимала, что раздраженный тон Дала вполне оправдан, Цендри подняла его посмотреть на некий свет, который то ли был, то ли не был, Цендри и сама не знала. - Это не все, - произнесла она. - Я видела свет в самих Руинах, вон там, на вершине. Цендри казалось, что она не только видела его, но и продолжала ощущать сейчас, разговаривая с Далом. Она снова почувствовала, как ее охватывает восторг, почти экстаз. И тем не менее Цендри не была уверена, что она действительно что-то видела. Не исключено, что это были всего лишь галлюцинации, вызванные блеском отраженного лунного света. Цендри окончательно решила, что ей померещилось. Только если такое повторится, она сможет сделать окончательный вывод, а сейчас, несмотря ни на что, она считала происшедшее всего лишь своей фантазией. - Что-то там, конечно, мерцает, - проговорил Дал. - А ты уверена, что это не было отражением? Возможно, лунный свет попал на гладкую поверхность. Мы же не знаем, какие материалы могли использовать Строители. - Дал сладко зевнул и отвернулся от окна. - Тебе показалось, дорогая. В этом Цендри тоже не была уверена. Она не только видела, она ощутила этот свет, физически чувствовала его, и вместе с ним в нее вливалось тепло, безотчетная неописуемая радость, а потом вдруг все исчезло, луна зашла, и Цендри снова охватило холодом. - Я видела свет, - упрямо повторила она. - Да, видела, - охотно подтвердил Дал и снова зевнул. - Не исключено, что ты видела отблеск восходящего солнца. - Дал дотронулся до руки Цендри. - Дорогая, да ты вся дрожишь! Сколько времени ты стоишь тут? - с неожиданной заботой в голосе спросил Дал. - Ты что, всю ночь смотрела на процессии и считала огни факелов? Давай я тебя согрею. Словно в забытьи, Цендри обвила шею Дала и, закрыв глаза, прижалась к нему. Он поднял ее и понес на подушки. Там, в уголке, он заключил ее в свои объятия. Она всем телом прижалась к нему, обхватила его своими холодными ногами. - Дал, - прошептала она. - Когда ты смотрел на те огни, ощущал ли ты что-нибудь? - Цендри не видела, она чувствовала изумленный взгляд мужа. - Ощутил? Что именно? - удивленно переспросил ее Дал. - Цендри, ты же спишь, - с необычайной нежностью в голосе произнес он. - Я ощущаю только одно - необходимость побыстрее приступить к работам на Руинах. И спасибо тебе, что ты сказала этой старой лахудре, что я тоже ученый и тебе понадобится моя помощь. Я был почти уверен, что они не разрешат мне даже приблизиться к Руинам. - Дал, как ты мог так сомневаться во мне. - Но ты тоже женщина, они уважают тебя и могли убедить не брать меня с собой, а проделать всю работу самой. Цендри ужаснулась. "До какой же степени он мне не доверяет! Нет, дело не в степени, он не доверяет мне абсолютно. Может быть, именно поэтому в некоторых мирах мужчины так старательно подавляют волю женщин. Совершенно верно, мужчины делают это не из жестокости, а из трусости, они попросту нас боятся". - Дал, а Дал, а ведь я не могла ничего сделать без тебя. - Я так не думаю, - шептал он, прижимая к себе Цендри. Цендри почувствовала, что он делает это не из желания согреть ее, он пытается разубедить себя, заставить себя доверять ей. Цендри испугалась, она вдруг взглянула на Дала совсем иначе, чем глядела до сих пор. Для нее он всегда был образцом мужества и силы. А сейчас, кем он для нее является сейчас? - Цендри, ты думаешь, я не знаю, как ты отказывалась от звания ученой дамы, когда я еще не был ученым магистром? Если бы ты продолжила научную работу и получила ученую степень, я бы не винил тебя, я бы все понял, - бормотал он сквозь сон, и Цендри еще крепче прижала его к себе. Он угадывал ее мысли. В другом месте она бы обрадовалась его догадливости, но сейчас это ее тревожило. "Что со мной происходит? Неужели эта планета начинает искушать меня? Что стоит за вкрадчивыми речами Ванайи и других женщин? Попытка вселить в меня уверенность в свои выдающиеся возможности и способности? О Боже, зачем мы сюда приехали?" Цендри задрожала от страха. - Дал, милый, не отпускай меня, - взмолилась она. - Обними меня крепко-крепко и держи, не дай мне уйти. Дал, я боюсь, я очень боюсь! 4 В последние несколько дней Ванайя продолжала заниматься своими обязанностями, оставив гостей на попечение Миранды, чем Цендри была крайне довольна. Она радовалась предоставленной ей возможности получше изучить странный мир, в который их с Далом занесло. Цендри с гордостью делала первые записи, называя их отчетом, куда она заносила все увиденное в обществе, живущем без мужчин. Цендри полагала, что этот отчет позволит ей оправдать данную ей в долг степень ученой дамы. Свои записи она вела шифром, который сама изобрела, еще будучи маленькой девочкой. Ключом к шифру был ее родной язык, неизвестный даже Далу. Цендри боялась использовать звукозаписывающую аппаратуру, памятуя о том грубом ответе, который прислали правители Матриархата. Миранда относилась к Цендри очень внимательно и неоднократно приглашала принять участие в хозяйственных делах. Цендри уже видела и сад, и рабочие помещения: ткацкую комнату, комнату для вышивания, швейную и комнаты для детей. И все же Цендри понимала, что настоящая жизнь Матриархата пока ей совершенно неизвестна. Прежде всего ее интересовала частная жизнь обитательниц дома Ванайи. Ей казалось странным большое количество детей при полном отсутствии мужчин. Предыдущие мысли об искусственном осеменении она давно отбросила, для этого жительницы были слишком примитивны и чувственны. Наблюдая за ними, Цендри постепенно пришла к выводу, что женщины ведут активную половую жизнь, но не могла взять в толк, когда они этим успевают заниматься и где. Нигде и никогда ей не встретился ни один мужчина. Общаясь с Мирандой и видя ее расположение к себе, Цендри была уверена, что рано или поздно ей удастся заглянуть в самую суть Матриархата. Что касается Миранды, она без устали расспрашивала Цендри о жизни в Сообществе. Однажды, прохаживаясь по выложенным разноцветными плитками дорожкам сада, Миранда вдруг спросила: - А вы уже долго живете со своим спутником? Цендри подумала, перевела в уме временные сроки и ответила: - Около трети вашего долгого года. - Вы взяли его в качестве спутника на время пребывания здесь? Цендри улыбнулась. - Не только. Мы будем вместе столько, сколько захотим. Брак не обязательно должен длиться всю жизнь. - Цендри не нашла местного эквивалента слову "брак", его попросту не было, поэтому она выбрала термин "дружба". - Но мы пока не думаем расставаться. - Значит, ваш спутник одновременно является и вашей подругой? - удивленно спросила Миранда. - Это очень странно - мужчина в качестве подруги, неестественно и очень, - она наморщила лоб, тщательно подбирая нужное слово, - трудно в половом смысле. Я хочу сказать, что это очень утомительно. Теперь удивилась Цендри. Она сомневалась, что Миранда представляет себе сексуальные потребности мужчины. Похоже, она знала, что сексуальная потребность - понятие сугубо психологическое и во многом определяется обществом, но неужели Миранда действительно считает мужчин ненасытными? Цендри вспомнила, как в день ее прилета кто-то сказал, да, наверное, это была Миранда, что мужчин невозможно обучить чему-нибудь, поскольку они слишком подвержены половому влечению. "Откуда у этих женщин столько практичности во взглядах на мужчин, если они их и в глаза не видят?" - Я не нахожу это утомительным, - возразила Цендри с улыбкой, но вопрос Миранды тем не менее смутил ее. - Вы не чувствуете себя одинокой без женщин? Мне кажется неестественным, что женщина не поддерживает отношения с женщинами. К сочувствию Цендри уже привыкла на Университете, где групповой брак не был редкостью. Ее часто спрашивали, не чувствует ли она себя одиноко и неуютно, ложась ежедневно в постель с одним и тем же мужчиной. Некоторые даже жалели ее. Сейчас Цендри столкнулась с еще одной крайностью, ей сочувствовали в том, что с ней нет женщины. - У меня много приятельниц, - спокойно ответила Цендри. - А самое главное, Миранда, мы с Далом уверены, что один мужчина, одна женщина и их дети составляют ячейку общества. Мы не видим ничего странного в том, что в данном случае мужчина и женщина являются и друзьями и любовниками. - Но как вы можете считать женщину своим другом, если вы не делитесь с ней своими сокровенными мыслями, своими тайнами? - спросила Миранда. - Разве мужчина способен быть так же близок женщине, как ее подруга? Цендри посмотрела на девушку и улыбнулась. По-своему Миранда была неплохо образованна. У нее имелся всего лишь один недостаток - она никогда не покидала пределов Изиды, и только поэтому Цендри считала ее перезревшей провинциалкой, великовозрастной простушкой. - На Университете все живут так, как кому нравится. Мы с Далом думаем, что мужчина может быть для женщины более близким другом, чем любая женщина. - Но женщины все одинаковые, им легче понимать друг друга, - настаивала Миранда и задумчиво продолжила: - Я очень одинока, у меня была подруга, мы познакомились с ней еще в школе, но я тогда была еще маленькой и не могла сделать правильный выбор. В прошлом сезоне мы поссорились и расстались. Поэтому мне приходится одной ждать ребенка. Моя мать и сестры заботятся обо мне, но это все не то. - Она помолчала, что-то хотела добавить, но вместо этого вздохнула и опустила голову. - У вас нет детей? - Нет, - ответила Цендри. - Мы с Далом договорились подождать с рождением ребенка до тех пор, пока оба не станем учеными и не решим, где нам лучше жить, на Университете или в каком другом месте. Кроме того, мы можем и расстаться. - Удивительно, - поразилась Миранда, - вы вынуждены спрашивать какого-то мужчину разрешения иметь ребенка. Цендри рассмеялась. - Но Дал не какой-то мужчина, он, как вы говорите, мой друг или подруга, если это слово тебе больше нравится. Я не могу принимать серьезных решений, не посоветовавшись с ним. Но и он тоже советуется со мной. - Цендри посмотрела на недоверчиво разглядывающую ее Миранду. - Причем я совсем не обязана советоваться с ним, я могу поступить и так, как сама считаю нужным. - Очень, очень странно, - проговорила Миранда. - У нас все женщины, достигнув моего возраста, заводят себе подруг на всю жизнь и советуются только с ними, ведь все женщины одинаковые. - А твоя мать никогда не советуется со своим спутником? - спросила Цендри. - С кем? - поразилась Миранда. - Со спутником? Да нет, конечно. Ей достаточно лет, чтобы и держать спутника, и принимать самой решения. В моем возрасте спутника иметь еще рано. - Миранда нервно и невесело рассмеялась. - Наверное, вы видели много общественных укладов. - Да, - кивнула Цендри. - Если бы ты побывала на Университете, ты бы тоже многое увидела, но предпочла бы жить так, как тебя больше устраивает. А если говорить точнее, люди, становясь взрослыми, живут той половой жизнью, которую они видели в детстве, до наступления половой зрелости, и редко кто отступает от этого правила. Некоторые мои знакомые пробовали сменить образ жизни. Например, одна моя подруга - она жила на той же планете, что и я, - вступила в групповой брак. - Цендри замолчала, вспоминая ту трагедию. - Почти всегда смена сексуальной ориентации проходит трагически. - А что случилось с вашей подругой? - спросила Миранда. - Она покончила с собой. После продолжительного молчания Цендри снова заговорила: - Несколько десятилетий назад подобные попытки смешения культурных традиций приветствовались на Университете. Считалось, что они ведут к углублению взаимопонимания между разными народами, но после целой серии трагедий люди пришли к обратному мнению, и сейчас многие склонны запретить смешанные сексуальные связи. Это, конечно, тоже крайность, оптимальное решение находится где-то посредине. Миранда согласно кивнула. - Совершенно верно. Например, я считаю наш образ жизни единственно правильным и приемлемым. Мне кажется, что сама природа вписала свои законы в наши тела и сердца, в нашу плоть. И все потому, что мне внушали это с детства. Но тем не менее я могу представить, что постороннему человеку наша жизнь может показаться отвратительной. Ведь вы же считаете наш образ жизни омерзительным, ученая дама, ведь правда? - Я недостаточно хорошо знаю вашу жизнь, чтобы судить о ней, - чистосердечно ответила Цендри. Будучи ученым и пройдя неплохую практику, она была далека от того, чтобы относиться к чему-то предвзято. Меньше всего ей хотелось отвечать на вопросы Миранды. Скорее, ей самой хотелось засыпать девушку вопросами и побольше узнать о местных традициях и обычаях, но как это сделать, не возбудив ненужных подозрений? Цендри нужно было много узнать и об отношении женщин с мужчинами, но особенно о так называемой "дружбе". Включала ли она в себя сексуальные отношения? Цендри подозревала, что да, и это было для нее фактом диким, сексуальные отношения между лицами одного пола были неизвестны даже на Университете. Но как подойти ко всему этому, не нарушив неизвестные Цендри границы вежливости и пристойности? Они подошли к клумбе, Миранда нагнулась и сорвала бледно-голубой цветок. Теребя его, она посмотрела на Цендри. - Иногда мне хотелось бы, - она быстро поправилась, - вернее, меня интересует и другая жизнь, о которой наши женщ

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору