Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Булычев Кир. На пути с обрыва -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  -
ведующий нотариальным бюро заверил удостоверение и завещание своей подписью и печатью. -- Поздравляю, -- сказала девица и побежала обедать. Комната с компьютерами опустела. -- Пустяки! -- сказал профессор. -- Поехали домой. Где портфель? -- Я оставила его в машине, -- сказала Ко. -- Он очень тяжелый. -- Ты с ума сошла! -- закричал профессор, кидаясь к своей машине. Он раскрыл дверь. Портфель лежал на сиденье. Профессор открыл его и начал копаться внутри, пересчитывая кляссеры. Он полностью забыл о директрисе. А Ко смотрела вслед рванувшей с места машине князя. Ей показалось, что она видит белое пятно лица обернувшейся директрисы. Высоко в небе, под самым куполом, летела, следуя за машиной, большая темнокожая муха в белом халате. Профессор сложил документы, спрятал их во внутренний карман. -- Разве так можно обращаться с документами? -- произнесла директриса, до того подавленно молчавшая. -- Ничего страшного, -- отозвался профессор. -- Я еще не собираюсь помирать, а копии есть в компьютере. Никто не отнимет у нас с дочкой мою коллекцию. -- О горе! -- прошептала директриса, и Ко поняла ее отчаяние. Ведь в значительной степени по ее вине произошел катастрофический обман, значение которого не доходило раньше до самой Ко. Ведь теперь с профессором может произойти несчастье, и тогда Ко станет его наследницей. Хотя формально Ко ею стать не может, потому что любой генетический анализ покажет, что она не дочь профессора. Положение было тупиковым, и директриса, когда они шли к выходу, постаралась донести до Ко всю его сложность. Ко кивала, соглашаясь, но сама хранила молчание. У входа в мэрию стояла большая черная машина князя с распахнутой дверцей. Возле нее -- два силача и камергер с толстым лицом. В сторонке терпеливо дожидался Артур дю Гросси. -- Вам сюда, госпожа директриса! -- воскликнул камергер, делая шаг навстречу свидетельнице. -- Погодите, мы еще не расплатились, -- попытался вмешаться профессор. Но директриса, даже не попрощавшись с ним или Корой, покорно пошла к черному лимузину. -- Странно, -- заметил профессор. -- Странная женщина. Я побаиваюсь за ее судьбу. Вдруг директриса обернулась. Лицо ее было искажено отчаянием. -- Береги профессора, Ко -- прошептала она, -- ему грозит о пас... -- Что она сказала? -- спросил профессор, не разобрав возгласа директрисы. -- Она беспокоится за вас. Ко беспокоила судьба директрисы. Если ее начнут мучить, они выпытают у нее всю правду о подмене дочки... Пока ее названый отец разбирал конверты, погашенные сегодня на почтамте, Ко сделала кофе. Казалось, что он совершенно забыл о том, что подписал такие важные документы. А Ко не могла о них забыть. Профессор, плохой или хороший, стал жертвой обмана со всех сторон. Его обманывали и князь, и Ко, и Милодар. Это обязательно раскроется. Но как бы ни раскрылось, всеобщий гнев падет на Ко. Она всех обманула. И нет защитника -- Милодара. Разобравшись с конвертами, профессор занялся чтением писем коллег, и так продолжалось до середины дня. Ко предложила было сходить в магазин, чтобы купить продуктов для обеда. Несмотря на напряжение, в котором она ждала любого стука, скрипа, звонка, ей хотелось заняться чем-то полезным -- ну хотя бы накормить профессора по-человечески. Он сознался, что несколько лет питается всухомятку и даже не разжигает плиту. Но профессор не выпустил ее из дома. Оказывается, он тоже чувствовал опасность. -- Погоди, -- сказал он, -- пока эта нечестная компания улетит с Марса. Тогда, чтобы не терять даром времени. Ко вымыла в доме полы, пропылесосила спальню профессора, разобрала кухню и кладовку, измучилась, как после марафонского бега, и, к сожалению, совсем погубила одежду, конфискованную у сладких девочек. Старый коллекционер оказался не таким рассеянным, как можно было подумать. Увидев дочь по окончании уборки, он повел ее наверх, в комнату матери. Отпер дверь, но сам заходить внутрь не стал. -- Возьми какое-нибудь платье, -- сказал он. -- Клара была высокой. Он шмыгнул носом и быстро сбежал по лестнице. В комнату жены профессора никто не заходил много лет. К счастью, дверь в нее плотно прилегала к косяку, окно было закрыто, и пыль не могла проникнуть внутрь, как бы ей ни хотелось. Но все же за пятнадцать лет некоторый слой пыли накопился. И на аккуратно застеленной кровати, и на рабочем столике, и на зеркале... Ко провела пальцем по большому зеркалу, и осталась сверкающая глубиной полоска. Ко открыла шкаф. В нем висело несколько платьев, юбок, брюк -- небогатый выбор для жены богатого человека. Вся одежда была темных тонов, без украшений. Ко выбрала себе темно-синее платье с высоким, как будто от военного мундира, воротничком. В ящике комода под зеркалом она отыскала иголки и нитки и подогнала платье по себе. Потом примерила платье. Нельзя сказать, что оно сидело великолепно, но в нем не стыдно было появиться в любом скромном обществе, а уж тем более пред очи собственного отца. Ко сошла к нему в кабинет. И тут раздался звонок в ворота. -- Я открою, папа! -- крикнула Ко и побежала к двери. В тот момент ее посетила странная мысль: будто она на самом деле отыскала своего отца и теперь они будут жить вместе и даже вместе собирать марки. Почему бы им не собирать марки... И вот в этом ложном ощущении покоя Ко подбежала к двери. За дверью стоял Артур дю Гросси. -- О господи! -- ахнула Ко. -- Ты еще зачем? -- Пришел поздравить восстановленное семейство, -- сказал он. Артур был роскошно одет. Поверх золотистого фрака была наброшена белая атласная накидка, расшитая изображениями волчьих голов -- герба клана дю Вольфов. На что ни Вольфганг, ни его приближенные прав не имели. В руке Артур держал букет цветов. -- Может, не надо? -- жалким голосом произнесла Ко. -- Надо, -- ответил Артур. Он легко отбросил Ко к стенке. Из кабинета профессора доносился стук древней пишущей машинки. Артур поправил растрепавшиеся волосы и широкими шагами направился в кабинет. Ко кинулась за ним. Артур подошел к профессору, удивленно привставшему при виде столь шикарного посетителя. -- Разрешите поздравить вас, -- произнес он, -- по поводу реюньона нашего семейства. -- Как вы сказали? Реюньона? Вы говорите по-французски? -- Немного, профессор. -- Тогда спасибо вам за букет, за поздравление и разрешите сказать вам: оревуар. -- Как вы сказали? -- Я сказал по-французски. До свидания. -- О нет, -- улыбнулся Артур и, легким движением отстегнув атласную накидку, кинул ее на спинку стула. -- Меня так легко не выгонишь, папаша. -- Что вы имеете в виду? -- Профессор отступил немного, подавленный размерами и мощью посетителя. -- А то, что я ваш зять. -- Объяснитесь! -- крикнул профессор. -- А чего объясняться. Я -- муж вашей дочки. Может, перейдем на ты, папаша? -- Прекратите это безобразие и покиньте мой дом! -- завизжал профессор. -- Спокойно. Давайте сядем... Вероника, а ну, принеси нам вина! -- Вероника, никуда не уходи! -- приказал профессор. -- И скажи мне сама, что все это значит? -- Не надо вмешивать мою любимую маленькую женушку, -- откликнулся Артур. -- Если вы грамотный, то возьмите и читайте. Артур протянул профессору лист бумаги, и Ко поняла, что это -- копия их брачного свидетельства. -- Не может быть! -- Профессор попытался разорвать лист, но Артур остановил его: -- Не старайтесь, профессор, вы же представляете, сколько мы сделали копий! -- Вероника, дочь моя, скажи, это правда? -- Да, это настоящий документ, но я надеюсь, что он не имеет силы... хотя бы потому, что я несовершеннолетняя. -- У нас на планете ты совершеннолетняя! -- отозвался Артур. -- Документ составлен по всем правилам. Так что попрошу выделить мне комнатку на вашем чердаке. И он весело засмеялся, показывая замечательную здоровую челюсть, в каждый из зубов которой был вставлен бриллиантик, чтобы улыбка получалась еще лучезарнее. -- Впрочем, комнатка мне не нужна, я надеюсь, что вы нам с молодой женой купите хорошую виллу, желательно с бассейном. Ко вынуждена была признать, что Артур был шикарен и, наверное, на человека более эмоционального, чем профессор дю Куврие, он произвел бы оглушительное впечатление. Но профессор, который в свое время хладнокровно отказался выкупить у похитителей свою единственную дочь, который потерял жену только потому, что коллекция была для него драгоценнее любого человека, не намеревался поддаваться давлению. Он взял себя в руки, возвратил Артуру свидетельство о браке и холодным тоном заявил: -- Покиньте мой дом. Желательно, захватите с собой и мою так называемую дочь. Я не желаю иметь дома предмет, который может послужить орудием шантажа. Значит, ее он считает предметом и орудием... а впрочем, разве он не прав? Конечно же, князь использует ее как инструмент, как отмычку к сундукам господина профессора. Но не стоит расстраиваться, Ко. Ведь именно с этим преступлением мы и боремся. Вместе с исчезнувшим комиссаром Милодаром. -- Выгнать из дома собственного зятя? Ну уж это слишком! -- деланно возмутился Артур. -- И ты тоже уходи.-- Профессор смотрел на Ко без ненависти, но такими холодными и равнодушными глазами, что Ко поняла: князь проиграл -- никакой доли в коллекции ему не получить. -- И если вы будете сопротивляться, -- продолжал профессор, -- то я вызову полицию. Учтите -- мой замок находится под охраной. Любая попытка нанести мне вред будет своевременно пресечена. -- Глупости, профессор! -- резко ответил Артур, подбирая со стула свою волчью накидку и набрасывая ее на плечи. -- Кому нужно нападать на вас? Всему миру известно, что вы бережете свои богатства в сейфах банка. Чего я достигну, убив вас, -- ничего, кроме опасности быть пойманным. -- И повешенным! -- добавил, улыбаясь, профессор. -- Вместо этого я предлагаю дружбу. И мир. И охрану. Я буду жить неподалеку от вас, я буду охранять вас, развлекать... -- Вот это лишнее! -- У нас с Вероникой родятся дети... вы будете гулять с внучатами. Неужели вам не хочется, чтобы крепкие шумные малыши носились по этим мрачным коридорам? Вот этот текст Артура и был роковой ошибкой. Придумал ли монолог сам Артур или ему подсказали его умники психологи на "Сан-Суси", но образ крепких внучат, которые носятся по коридорам дома и рвут драгоценные марки, показался профессору настолько ужасным, что он мгновенно превратился в сгусток злобной энергии и набросился на Ко и ее мужа так яростно, что через минуту оба очутились на улице и вслед им из-за запертой двери неслись несвязные выкрики: -- Внуки! Бандиты! Разграбить... уничтожить... скорее смерть! Артур стоял перед дверьми, и желваки нервно ходили под кожей скул. -- Ты хочешь смерти? -- прошептал он. -- Ты ее получишь... -- Завтра же отправляюсь к адвокату! -- Профессор просунул угрожающий перст между прутьев решетки. -- Дезавуирую отцовство. У меня нет дочери! Любой суд меня поймет! Трах! -- захлопнулось окно. Дом молчал. -- Этого можно было ожидать! -- сказал Артур. -- Хотя князь будет недоволен. Он хотел бы, чтобы этот профессор пошумел, пошумел, а потом смирился и пустил меня в дом. -- Нет, так быть не могло, -- сказала Ко. -- Вы плохо знаете профессора. -- А ты лучше? -- Да, я с ним жила вместе. Хоть и недолго. Он лишен человеческих чувств. А если они и сохранились... где-то там, в самой сердцевинке... их надо откапывать терпеливо, долго и с помощью добра. -- На добро у нас нет времени. Мы должны действовать. -- Как действовать? -- Решать будет князь. Они уселись в черную машину. Сзади сидел молчаливый силач, похожий на чугунный шкаф. Артур вызвал по рации корабль. На экранчике видео появился портрет князя. Его белые волосы были встрепаны. Он ел мороженое, и белые сливки стекали по подбородку. -- Он нас выгнал, -- доложил Артур. -- И Веронику выгнал? -- Вы уже догадались, князь? -- Это логично. Как только он увидел твою наглую рожу и услышал, что ты намерен навечно поселиться в его домике, он перепугался за свою коллекцию. -- Я ему сказал про внучат. -- Это его не утешило? -- Наоборот. Он взбеленился. Именно после этого он выгнал Веронику. -- Естественно. -- Князь рассмеялся. -- Конечно же -- она представляет теперь наибольшую опасность, как человеческое устройство, из которого появляются дети. Вольфганг заливался смехом, и слышен был смех других людей вокруг -- видно, он ел мороженое в хорошей компании. -- Какие будут распоряжения? -- спросил Артур. -- Какие могут быть распоряжения? -- откликнулся князь, подмигивая Артуру. -- Никаких. Отдыхай, мой дорогой. Будем ждать, пока профессор изменит свою порочную точку зрения. Будем ждать... наберемся терпения. -- Слушаюсь, -- ответил Артур, усмехаясь в ответ. И Ко поняла, что оба лгут. Что-то задумали, какую-то очередную гнусность. Но какую? -- Князь, -- продолжал Артур. -- А что делать с Вероникой? Она же лишилась дома! Разреши нам снять номер в гостинице? Я хочу наконец осуществить мои супружеские права! -- Успеешь, -- ответил Вольфганг дю Вольф. -- Осуществишь. Все мы их осуществим. Я тоже люблю твою женушку, она такая сладенькая... А мне пора менять своих сладких девочек, пора набирать новую смену! Люблю молодежь! -- Хорошо, князь, -- согласился Артур без обиды. Словно иного ответа и не ждал. -- Куда мне ее девать? На корабль? -- Ни в коем случае! Девочка должна быть под присмотром. Вокруг должны быть надежные, неподкупные свидетели. Что ты предлагаешь? -- А что, если поселить ее в гостиницу к директрисе Аалтонен? Она все равно ждет завтрашнего рейса на Землю, -- спросил Артур, продолжая отрепетированную игру. -- Отлично. Только спроси разрешения у почтенной дамы. Согласится ли она претерпеть неудобства? -- Разумеется, князь. -- И попроси ее не спускать глаз с твоей жены до утра. -- Слушаюсь, князь. -- Для надежности я велю поселиться в той гостинице нашей докторше Ванессе. Пускай побудет с женщинами. Может, ее медицинская помощь понадобится... -- И лишний глаз не мешает, -- закончил за князя Артур. -- А сам возвращайся поскорее ко мне. Сыграем в шахматы. Чудесные шахматы я достал здесь. Представляешь, белые из леденцов, а черные -- из шоколада. Ты какими будешь играть? -- Вы все равно мне не оставите, -- улыбнулся Артур. Смеясь, князь отключил связь, а Артур произнес с отвращением: -- Не выношу сладости. Даже чай пью без сахара. -- Как я тебя понимаю, -- согласилась его молодая жена. -- Ты слышала, что я отвезу тебя в гостиницу? Там у директрисы номер люкс. Из двух комнат. Переночуешь вместе со своей любимой учительницей. Ко хотела возразить, что теперь не смогла бы отнести Аалтонен к числу своих любимых учителей, но машина быстро понеслась по улицам, и она раздумала что-либо объяснять своему мужу. -- Может быть, нам всем улететь? -- спросила она. -- Зачем же? Мы еще поборемся в суде, -- ответил Артур. -- Ты его законная дочь, я его законный зять. И пускай он докажет обратное. -- Вам очень хочется отсудить часть его богатства? -- спросила Ко. -- Разумеется, иначе зачем нам было все это затевать. В гостинице, роскошном обиталище богатых туристов, директриса занимала обширный номер на четвертом этаже. Когда они позвонили в дверь, она открыла сразу -- оказывается, князь уже предупредил ее о гостье, и директриса не стала возражать против вторжения. Более того, Ко показалось, что она была рада. Артур добавил, что если князь и на самом деле решит прислать в гостиницу докторшу, она позвонит в номер Аалтонен. -- Сидите, -- посоветовал Артур уходя, --- не высовывайтесь, в город не выходите, там к вам могут пристать темные личности -- а потом выручать будет поздно. -- Мы и не собирались, -- ответила директриса. Она была бледна, осунулась и выглядела лет на сто старше, чем обычно. -- То-то, -- наставительно произнес Артур. -- Нам нужно, чтобы у вас было железное, непробиваемое алиби. Так что не скрывайте того, что вы в номере, -- можете заказывать в номер ужин, прохладительные напитки, требовать шахматы, домино и компьютерные игры, можете жаловаться на то, что барахлит освещение, звонить по телефону домой -- и даже бить посуду... -- Этого еще не хватало! -- возмутилась директриса. -- Шучу, -- ответил Артур. Ко не успела отклониться -- он поцеловал ее в щеку. Дверь закрылась. Они остались одни. Боже мой, я так волновалась за тебя, -- сказала директриса, усаживаясь на диван и показывая Ко место рядом с собой. -- Эти люди готовы на все! -- А я беспокоюсь о судьбе профессора. Мне очень не понравилось, как князь договаривался с Артуром. Мне кажется, они что-то задумали, -- ответила Ко. -- Как бы мне отыскать комиссара? -- Как мне ни неприятно это сознавать, -- ответила директриса, -- но я полагаю, что комиссар следит за развитием событий, но не хочет, чтобы кто-нибудь об этом догадался. Боюсь, что он уже знает и о моей роли в этой истории. Директриса приложила к глазам, кончику носа кружевной платочек и шмыгнула. -- Думаю, он не будет сильно сердиться, -- постаралась утешить Аалтонен ее ученица. -- Ведь вас шантажировали. Вы не хотели скандала для школы. -- Вот именно, для коулю, именно для моего Детского острова! Ты представляешь, какой был бы скандал, если бы открылось, что директрисой на острове служит бывшая сладкая девочка князя дю Вольфа! Но я все равно не вернусь на остров. -- Почему? -- Я уйду на пенсию и скроюсь где-нибудь. Потому что не имею морального права учить детей. Это будет мое наказание. Ко не стала спорить с директрисой. Пожалуй, если та чувствует свою вину, ей и на самом деле лучше уйти на пенсию. Но если раньше она робела перед непогрешимой директрисой, теперь ей было ее жалко. Та оказалась слабым человеком, и груз прошлого раздавил ее. Ко набрала код ресторана и попросила включить на дисплее обслуживания меню на ужин. -- Как ты можешь думать о еде? -- упрекнула ее директриса. -- Я бы вообще не смогла проглотить ни кусочка. -- Наоборот, -- голосом умудренной жизнью путешественницы ответила сиротка. -- Мне надо обязательно подкрепиться. Мы не знаем, что нас ждет в ближайшее время. Я же сегодня выпила лишь две чашки кофе. -- О нет! -- Госпожа Аалтонен уронила голову на руки. Когда подносы с ужином, поднявшись из кухни, появились в комнате, Ко отнесла их в лоджию, где было прохладнее. Там дул искусственный ветерок и царила уютная полутьма летнего вечера, которая создавалась по земному времени, когда купол, превращаясь в темные очки города, темнел, пропуская лишь свет ярких звезд. Госпожа Аалтонен вышла в лоджию посидеть вместе со своей воспитанницей, но когда та начала с аппетитом молодого животного уничтожать отбивную и хрустеть жареной картошкой, директриса не выдержала -- ничто человеческое не было ей чуждо -- и положила в рот ломтик помидора, потом листок салата, а потом взяла в руки ножик и вилку. И хоть Ко хотелось улыбнуться, она

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору