Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Булычев Кир. На пути с обрыва -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  -
али! -- сообщил Орсекки. -- И что ты намереваешься делать? Тюк затрепетал в клюве, норовя вырваться. Никаких сомнений не оставалось: преступник похитил своих детей и готов их погубить, только не отдать в чужие руки. -- Я их сам воспитаю, -- невнятно ответил Орсекки. -- На морозе? В горах? Орсекки выбился из сил... Он судорожно колотил крыльями по воздуху, но они уже не хотели его держать -- с каждым метром он терял высоту. Кора летела рядом, стараясь придержать клювом тюк, -- она боялась, что тюк выпадет и дети разобьются о камни внизу. Но каким-то отчаянным усилием Орсекки удержал тюк, и они вместе опустились в лощину между скал -- не очень далеко от города, но невидимые оттуда. Орсекки упал на спину и хватал воздух широко раскрытым клювом. Из его горла вырывался хрип. Кора сразу же развязала тюк, и перепуганные цыплята забились под ее бок, спасаясь от холода и страха. Как жаль, что птицы не выкармливают детей грудью, пожалела Кора. Я бы сейчас покормила и успокоила их. -- Все это глупо, -- сказала Кора. -- Ты только погубил бы детей. -- Но я не могу так больше жить... я не могу. -- Не надо было убивать профессора Гальени, -- сердито сказала Кора. Орсекки приподнял голову. Он смотрел на Кору отчаянным взглядом. -- Клянусь тебе здоровьем наших детей, -- воскликнул он. -- Клянусь всем святым! Я не убивал профессора! -- Ах, оставь, -- сказала Кора. -- Завтра ты скажешь, что не уносил на верную гибель своих цыплят. -- Я не хочу жить... -- Теперь это самое легкое. -- Ты мне не веришь или не хочешь верить? -- Ты единственный, кто хотел убить профессора... Ведь ты хотел? -- Хотел. -- И единственный, кто имел к тому возможность. Имел? -- Имел. Но не убивал! -- Может, ты даже знаешь, кто убил? Последовала длинная тягучая зловещая пауза. -- Ну, говори же! Мне надо нести детей обратно. -- Знаю, -- сказал археолог и заплакал. Таким Кора его и оставила. Она загнала детей в тюк и с невероятным трудом донесла его до города. На окраине она не выдержала и буквально рухнула у крайнего дома. Ее страшно беспокоило здоровье малышей. Как бы сиротинушки, кровинушки ее не схватили простуду! Цыплятки выползли из тюка. Они тоже настрадались и потому были непривычно тихи и малоподвижны. Вот Чук и Гек с золотыми и черными перьями, а вот пеструшка Мила... Как она их всех любит... Ради них она готова на все. Такова доля женщины... ради любимых пойти на все. По улице несся Хосе-джуниор. -- Тетя Кура! -- закричал он. -- Что случилось? Все бегают, по телефонам звонят. Говорят, ваших детей украли, а то и вас убили. -- Ничего, обойдусь. Цыплята при виде Хосе оживились и потянулись к нему. Они еще не видели таких маленьких людей, и Хосе им понравился. Они тоже понравились мальчику. -- Во, никогда не думал, что цыплята такие бывают, -- сказал он. Потом пригляделся к Чуку, который пытался склюнуть с его куртки яркий значок, и произнес: -- Ну точно ихний папаша! -- Ты и это знаешь? -- удивилась Кора. -- Угу, -- сказал парнишка и побежал по улице, Чук за ним. Они бежали по кругу. Потом за ними побежал и Гек. Только Мила осталась возле матери. Кора понимала, что Орсекки не лгал. Он не убивал профессора. Или ему кажется, что он не убивал профессора. Да, он в истерике, он почти лишился рассудка -- но не от страха, а от обиды... -- Стой! -- закричала Кора громко. Так, что мальчик и цыплята замерли. -- Стой, Хосе! Ты же сказал мне, что видел, кто убил профессора? -- Конечно, видел, -- ответил мальчик. -- Так чего же ты скрывал правду? -- А кто меня спрашивал? Сам я в куриные дела не лезу. И папаша мой меня учил: если у соседей проблемы, пускай они их и решают -- у нас своих проблем хватает, правда, тетя Кура? -- Так расскажи мне, как он его убил. -- Кто убил? -- Расскажи мне, как археолог Орсекки убил нашего профессора. -- А при чем тут Орсекки? -- Ну он же убил профессора! Он в этом сознался. -- Сознался, сознался, а что ему оставалось делать? Мальчик подошел к Коре, обнимая за шею цыпленка. Цыпленок вырывался, но не сильно. -- Не говори загадками! -- закричала Кора. В тот момент она уже поняла, кто убил профессора -- кто имел и основания, и желание, и даже необходимость убить профессора. Но решение было столь необычно для Коры как для инспектора ИнтерГпола, что она никак не могла к нему прийти. -- Так вы же знаете, -- сказал мальчик. -- Потому и прошу тебя сказать, что знаю, -- сказала Кора. -- Мне нужно твое независимое мнение. -- Ну вы, тетенька, и убили, -- сказал мальчик. -- Правильно, -- согласилась Кора. И бессильно опустилась на холодную землю. Кора привела в больницу малышей, включила электрокамин, накормила, напоила, уложила спать свой детский сад. Тем временем местный доктор с помощью шахтеров отыскал в горах замерзшего и обессилевшего Орсекки. Его тоже привели в палату, кормили, согревали, утешали. -- Ты хоть расскажи, как все произошло, -- попросил Кору доктор. -- Эта ситуация многократно описана в художественной литературе. И обычно она заканчивается трагически. -- Попроще можно? -- спросил врач. Но одна из медсестер, стоявшая в дверях, укоризненно произнесла: -- Мурадик, не старайтесь показаться циником. -- Гальени-папа понимала, что, когда она снесет яйца и из них вылупятся птенцы, ее тайна станет известной всему свету: расцветка птенцов почти наверняка выдаст настоящего отца. В ином обществе она смогла бы найти выход -- уехать, развестись... -- У нас это невозможно! -- горько произнес Орсекки. -- Рождение детей ставило под угрозу судьбу, любимую работу, карьеру ее возлюбленного. -- Это так, -- согласился Орсекки. -- Как можно было его спасти? -- Неужели она на такое решилась! -- ахнула медсестра. -- Да, -- сказала Кора. -- Молодая женщина подстерегла на раскопках своего нелюбимого старого мужа и убила его. -- Лучше бы это совершил я! -- произнес Орсекки. -- Она не знала, что убийство наблюдал мальчик Хосе-джуниор, очень хитрый, себе на уме мальчик. -- Да, я себе на уме, -- признался Хосе, который сидел среди цыплят и потихонечку щипал из них пух для папиного магазина. -- Я там сшивался, как всегда, думал, чем поживиться. Я такой, я деловой. И вижу, как та старая курица, которая над площадкой каждый день летала и сверху снимки делала, к обрыву идет, молодая, эта самая, -- он показал на Кору, -- за ним топает. И как-то так топает, что я сразу за палатку спрятался. Смотрю, у нее нож в когтях. Сзади подобралась, ножиком его по шее -- вжик! Тот с катушек долой! -- Мальчик, говори культурно, -- попросил его местный врач. -- А я культурно, -- ответил мальчик без уважения к старшему. -- У меня своя культура... Значит, профессор с катушек долой, а тетя Кура, простите, его жена, кааак упадет на его тело и как завопит: "Прости меня! Зачем я это сделала!" А тут бежит вот этот. -- Мальчик показал на Орсекки. -- Бежит и кудахчет: "Что такое, что такое?" -- Вы ужасно выражаетесь, -- сказал Орсекки. -- Ладно уж, -- мальчишка чувствовал, что находится в центре внимания. Потому он был неуправляем. -- Как умею, так и рассказываю. Значит, добежал этот самый до убитого куры и начал свою бабу успокаивать. "Не тужи, -- говорит, -- никто не узнает..." Ну и так далее. Как в детективном романе. -- Она так казнила себя! -- сказал Орсекки. -- Я не мог ее успокоить. Я ее уговаривал, чтобы она берегла себя хотя бы ради наших детей. Но она боялась, что, когда дети родятся, они все равно меня выдадут своей окраской. Нет, она готова была на все ради меня... -- Тогда и последний акт драмы мне становится понятен, -- сказала Кора, -- Гальени-папа узнала, что приезжает инспектор, и поняла, что я могу распутать это дело и погубить... нет, не ее, а Орсекки. -- Да, -- согласился археолог, -- она мне об этом говорила в последний день жизни. Но я опять не уследил за ней. -- Она отправилась на космодром, -- продолжала Кора. -- Она подложила бомбу в кадку с пальмой. Она нажала на кнопку, когда я поравнялась с пальмой. Все получилось, как она и рассчитывала... Но нервное напряжение последних дней было таково, что у нее разорвались сосуды в мозгу -- она не могла более жить. -- Она не хотела жить, -- поправил Орсекки. -- А так как никто не подозревал в покушении несчастную вдову, то не догадались обыскать ее сумку, где был спрятан миниатюрный передатчик. И если мы осмотрим сумку сейчас, то найдем это взрывное устройство. -- Нет, не найдете, -- сказал Орсекки. -- Я его выкинул. И все замолчали. Ибо ужасно было преступление, но и ужасна судьба той, что его совершила. -- Она так и не увидела своих детей, -- произнесла наконец медсестра. -- Мы с папашей возьмем их к себе в магазин -- вот реклама будет! -- сказал Хосе. -- Ни в коем случае! -- ответила Кора. -- Вы же их поджарите! Может, это была и шутка, а может быть, нет. Но все обиделись на Кору. Нельзя быть такой неделикатной в такой деликатный момент. -- Я им дам лучшее образование, -- сказал тогда Орсекки. -- Я посвящу остаток своих дней заботе о детях.... -- Но вам будет нелегко на вашей планете, -- сказал местный доктор. -- Я не буду на нее возвращаться, -- ответил Орсекки. -- Мы будем жить в Галактическом центре. Там можно затеряться... -- Я помогу вам устроиться на первое время, -- сказала Кора. -- Не надо, -- возразил Орсекки. -- Вы слишком напоминаете мне мою несчастную любовь. -- Не думайте, что я останусь в этой шкуре надолго, -- ответила Кора. -- В следующий раз вы увидите меня... более адекватной. -- А может быть, останетесь в этом теле? -- робко попросил Орсекки. -- Мы с детьми вас будем любить... -- И не надейся, -- сказал циничный мальчик Хосе-джуниор. -- Она себе такое тело подберет, что ни одной курице не снилось. -- Постараюсь, -- коротко ответила Кора и погладила Чука по затылку. "Я -- убийца", -- мысленно повторяла она и обернулась к зеркалу. В зеркале отразилась добрая куриная физиономия. ПРЕДСКАЗАТЕЛЬ ПРОШЛОГО Июль 2094 года на Вологодчине выдался неровным, скорее прохладным и дождливым, нежели жарким и сухим. Но немало случалось и теплых, солнечных дней. В один из таких дней Кора Орват, впервые за два года вырвавшаяся на родину в отпуск, лежала на траве на берегу лесной речки Гусь, подставив северному солнышку красивое обнаженное тело. Будучи человеком принципиальным, Кора считала, что загорать в купальнике нецелесообразно, так как загар ложится неравномерно. Деревня Пьяный Бор широко и вольно раскинулась по высокому берегу, дома в ней все как на подбор рублены из вековых сосен. Вдоль берега медленно брело деревенское стадо. Пастушок Вася, присланный родителями в деревню, чтобы побаловаться парным молочком, увидел лежащую в траве Кору и, подойдя к ней, спросил: -- Не холодно, Кора Игнатьевна? -- Мне приходилось лежать и на льду, -- отрезала Кора, которая не терпела назойливости. Она перевернулась на живот и стала рассматривать божью коровку, ползущую вверх по травинке, а травинка все гнулась да гнулась, пока божья коровка не упала на землю. Ей бы отыскать для восхождения травинку покрепче, а то и куст, но божья коровка, подобно человеку, снова полезла по той же самой травинке. -- Кора Игнатьевна, -- спросил пастушок Витя, --а вы на Луне были? -- Была. -- А на Марсе были? -- И на Марсе была. -- А в Галактический центр летали? -- Летала. Божья коровка уже добралась до середины травинки. Кора стала придерживать кончик травинки, чтобы она не согнулась. Ей было интересно узнать, какова конечная цель божьей коровки. --А я в Галактический центр не летал, -- сообщил Витя. -- У вас на попке комар сидит. Кора отпустила травинку, хлопнула себя, комар улетел, а божья коровка упала на землю. Кора поняла, что ненавидит пастушка. -- Кора Игнатьевна, а правда, что вы сыщик? -- спросил мальчик. Кора не ответила. Она снова придерживала конец травинки. -- Я думаю, что это правда, -- сказал Витя. -- Можно, я вас шлепну, чтобы комара убить? Кора поняла, что готова сдаться. -- Бей! -- разрешила она. Важнее было узнать, чего же хочет божья коровка. Витя размахнулся и с удовольствием шлепнул молодую женщину. -- Убил? -- спросила Кора. -- Пятно осталось, -- сказал Витя. Божья коровка доползла до конца травинки, подумала немного -- то ли продолжить путешествие по пальцу Коры, то ли вернуться обратно. Потом, видно, вспомнила и, оттолкнувшись от травинки, упала на землю. Перехитрила Кору. -- А правда, что вы агент номер три ИнтерГалактической полиции? Божья, коровка подошла к травинке и возобновила восхождение. -- И у вас наградной бластер с автографом президента Федерации? -- Иди, мальчик, иди, -- сказала Кора. -- Слишком любопытные пастухи долго не живут. -- А сколько они живут? -- спросил Витя, но пошел прочь за коровами. Ему было шесть лет, и жизнь только начиналась. Кора Орват уже потеряла четыре тела, и пятое, выращенное из ее собственных, хранившихся в Первом отделе клеток, было совсем новым, а так как было материализовано лишь неделю назад, то еще совсем не загорело. -- Кора! -- послышался от крайней избы голос бабушки Насти. -- Куда ты запропастилась, противная девчонка? Немедленно обедать! Суп стынет. Кора улыбнулась. Она так стосковалась по родному бабушкиному голосу! Жизнь пролетает в трудах и опасных приключениях. Кора поднялась, накинула легкий плащ и побежала вверх по склону. Баба Настя, отлично сохранившаяся стройная женщина семидесяти трех лет, без единого седого волоса, все зубы на месте, морщины -- только в уголках глаз, уже накрыла на стол. Теперь она хлопотала у печки, доставая оттуда горшочек с борщом. По комнате расходился сказочный аромат. Кора забежала на минутку в туалетный блок, привела себя в порядок, затем зашла в свою спальню и мгновенно переоделась к обеду. Деревенская жизнь -- деревенской жизнью, но опускаться нельзя! Тем более если вспомнить, что фамилия Орват относится к старой шляхте из великопольского селения Кживда, а старая польская шляхта всегда переодевается к обеду. Переодеваясь, Кора с любовью поглядела на портрет своего прапрадедушки Бронислава, активного участника польского восстания 1863 года, сосланного за это в российскую глухомань -- деревню Пьяный Бор Великогуслярского уезда Вологодской губернии. Здесь пан Бронислав женился на русской девушке Параше, народил детей и прожил сто три года. На портрете кисти великого Выспянского бригадный генерал Орват был изображен в пике карьеры -- на голове уланская рогатувка, усы достают до ушей, взгляд орлиный, ладонь на гарде сабли. -- Ну и что нового на работе? -- спросила бабушка, усаживаясь напротив внучки. Из гуманных соображений бабушке ничего не говорили о настоящих занятиях Коры. Считалось, что Кора трудится юрисконсультом в Галактическом центре и потому ей приходится часто летать по делам в отдаленные районы Галактики. -- Мне так не хочется думать о работе, бабуся, -- взмолилась Кора. -- Дай мне насладиться беззаботной жизнью! -- Может быть, тебе лучше построить новую семью? -- спросила бабушка, избрав другую линию нападения. -- Остепенишься, заведешь детей, я буду с ними гулять... -- Одного раза достаточно! -- отрезала внучка. Первый брак Коры был неудачен, и она не любила о нем вспоминать. Бабушка не стала настаивать. Она любовалась внучкой и думала о том, что профессия юрисконсульта очень опасна для такой нежной девушки, как ее Кора. Как жаль, что Кора не стала литературоведом или математиком! Нежное солнце проникало на веранду старого деревенского дома, нахальная оса кружилась над сахарницей, слышно было, как квохчут куры, как замычала на лугу корова, и соловей в роще запел было песню, да спохватился, что день в полном разгаре, рано еще петь... Кора была одета в простой, правда, сшитый в Париже сарафан, синий, в мелкий белый горошек, непослушные золотые волосы сдерживала голубая лента, узкое серебряное колечко с рубином было единственным ее украшением. "Такая нежная красавица -- моя внучка, -- думала бабушка Настя. -- И как ей не повезло. Неужели она так и не отыщет себе достойного спутника жизни?" "Чудесно, -- думала Кора, -- чудесно получить передышку, не чуять близкого дыхания преследующей смерти, не ощущать тягучего запаха крови, не слышать, как визжат электронные стрелы и лязгают пули о бронежилеты. Да, пожалуй, зря я не стала математиком или энтомологом -- почему бы мне не изменить жизнь? Ведь еще столько бабочек не описано и не изучено во Вселенной..." -- Бабушка, -- спросила Кора, -- как ты относишься к энтомологии? -- Прекрасно! -- воскликнула бабушка, которая угадала, что в головке ее любимой внучки проносятся мысли о перемене специальности. Малиновки мелодично перекликались в листве груш и яблонь. От реки доносился голосок пастушка Вити, который звал коров перейти в прохладу леса. -- Та-та-та-та, -- мелодичным пулеметом заверещал видеофон. Кора глубоко вздохнула и пожалела о том, что не успела сбежать в энтомологию. И, судя про тембру видеофонного звонка, в ближайшие недели ей этого не сделать. Не вставая из-за стола, Кора щелкнула пальцами, включая связь. На экране видеофона возникло мужественное загорелое лицо немолодого седовласого человека с ярко-голубыми смеющимися глазами и резко очерченными полными губами. У бабушки дрогнуло сердце. Неважно, что этот человек кажется немолодым -- но какое благородство, какой мужественный облик! Пожалуй, такого мужа она пожелала бы своей красавице. -- Бабуля, -- взмолилась Кора, -- скажи, что меня нет дома. Баба Настя никак не могла собраться с силами соврать в лицо такому человеку и, конечно же, упустила драгоценное время. -- Не трудитесь, Анастасия Тадеушевна, -- сказал пожилой герой, -- в вашем возрасте пора думать о боге, а не лгать первому встречному. Ваша внучка сидит справа от вас, и сейчас я ее вижу. В этот момент аппарат видеофона быстро повернулся так, чтобы Кора попала в поле зрения мужчины, чего видеофон никогда раньше не делал. -- Здравствуй, Кора, здравствуй, птичка, -- произнес мужчина, с трудом удерживаясь от смеха. -- Ах, это вы, господин юрисконсульт! -- воскликнула Кора, не делая попытки подняться. -- Что заставило вас прервать свой послеобеденный отдых? Неужели в нашей конторе случилось нечто ужасное? Неужели кому-то надо мчаться в Антарктиду и подписывать доверенности? -- Ты права, Кора, -- ответил юрисконсульт. -- Тебе придется прервать отпуск и слетать на пару дней в Антарктиду. -- Ну уж позвольте! -- разобиделась баба Настя. -- Какая еще Антарктида? Девочка только начала отдыхать. Лица на ней нет! Я буду жаловаться. И вас, милостивый господин, выгонят с работы. -- Я жалею обо всем больше вас, -- признался юрисконсульт. -- Но у вашей девочки замечательный почерк. Ей предстоит создать ряд документов. И прошу вас -- не сердитесь! Клянусь, что Кора возвратится к вам и к вашим знаменитым борщам не более чем через три дня. -- Ладно, бабуся, -- сказала Кора, поднимаясь со стула и целуя бабушку в щечку. --Я и на самом деле постараюсь поверит

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору