Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Художественная литература
   Мемуары
      Шелленберг В.. Мемуары -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  -
ому руслу и исчезал где-то в глубине, наполнив пещеру влажной свежестью. - Первый номер, оставить человека и - вверх по стене, там должно быть отверстие! - скомандовал Вуковуд, еще не привыкший к скочевым кличкам. Вафель осторожно спустил на камни неподвижное тело Фюстеля, и Варвара вздрогнула от безотчетной, но острой царапины по сердцу - странно раскинулись эти руки, глухо стукнула голова... Но некогда было остановиться даже на секунду: Вафель, чмокая присосками, был уже наверху, как раз там, где исчез чартар-акробат; сетку он догадался прихватить с собой, не дожидаясь указания людей. - Что там?-крикнула Варвара. - Можно, - лаконично доложил скоч. Вуковуд, совершенно позабывший о собственной немощи, тем временем скорее поспешно, чем осторожно засовывал Боровикова в сетку; Вафель дернул канат, и первый кандидат в спасенные через две секунды был уже наверху. За ним последовали Ом, Чары и, наконец, Фюстель. - Теперь вы, - крикнула Варвара, - мало ли что там... Вуковуд, умница, ни секунды не потратил на размышления - все логично. В сетку забираться не стал, уцепился за нее. Взмыл и исчез, дрыгнув ногами в дыре. Варвара торопливо подбирала поклажу, сброшенную скочем, глянула на генератор - надо будет прислать за ним хотя бы киба, как только они доберутся до "Дункана"; что делалось там, в соседней пещере, отсюда видно не было, но судя по цоканью и взвизгиваниям чартаров, отрываться от упоительного зрелища они не собирались. Девушка, в очередной раз радуясь собственной легкости движений, взбежала по ступенькам и, найдя проектор, поставила его на кольцевую протяжку ленты - теперь, если батарейки свежие, часов четыреста троглодитикам обеспечено. Прикрыла нишу плоским камнем, на всякий случай, и спустилась вниз. Последний беглый взгляд - ничего не забыто? Как будто... И в этот миг кто-то цепко ухватил ее за ногу. Она даже не испугалась, а удивилась: прикосновение было настойчивым, но слабым, словно это была лапка маленькой обезьянки. Она нагнулась: так и есть, детеныш чартара, возраста не разобрать, - был бы человеческий, так можно дать годика два, - и совсем несмышленыш; теребит штанину и смотрит широко раскрытыми светло-желтыми, как лютик, глазенками. - Что тебе, маленький? Маленький потянулся к фонарику, прикрепленному у нее на груди, цапнул луч, и безобразные губешки растянулись от уха до уха. Привыкли к световым трюкам, не боятся... Но этот не просто не боялся - он тянулся к золотому огоньку, и у девушки вдруг мелькнула мысль, что это, быть может, единственный на десятки тысяч лет случай, когда одному из них посчастливится стать владельцем маленькой звезды. Она отстегнула фонарик и быстро вложила его в теплую сухую ручонку. Побежала к сетке, которая давно уже тревожно дергалась, схватилась за трос. Бледный лучик плясал на камнях радостно и бессмысленно, и тихое нежное цоканье неслось ей вслед. Скоч ухватил ее за запястья, умело и осторожно выдернул из дыры. Кругом, похрапывая, толпились клетчатые тапиры, Вуковуд торопливо совал им в морды что-то хрустящее, кажется яблоки. По небу неслись низкие тучи, и в просветах между ними вспыхивала то одна, то другая луна. Тени скрещивались, полыхала не то зарница, не то молния, высвечивала поросшую кустарником гряду и совсем близкую башню. - Связь?.. - спросила Варвара. - Нет связи. Вы ориентируетесь, где корабли? - Да вот же, рядом, только через холмы перевалить. Они стояли на травяном кургане, окруженном исполинскими деревьями; нетрудно было догадаться, что это - купол шарообразной пещеры. За белеющими, как у берез, стволами виднелся еще один курган, поменьше, - видимо, та самая пещера, которая сейчас была превращена в импровизированный кинозал. Так что убираться надо было отсюда, и побыстрее. - Боюсь, эта скотинка двоих в гору не вытянет, - проговорил Вуковуд, поглаживая по хоботу самого рослого тапира, по-видимому вожака; тот блаженно прогибал спину и жмурился. - Послушай, Чары, ты удержишься за гриву? Тарумбаев, сидевший на траве и уставившийся не мигая на снова вылезшую луну, - должно быть, у него мутилось в глазах - утвердительно кивнул. Варвара подтолкнула поближе к нему смирного на вид четвероногого, и тот на удивление привычно прилег рядом, предлагая седоку свою клетчатую спину. Чары перевалился ему на хребет, сжал кривыми ногами бока и замер - потомок кочевых племен, он мог теперь умереть в таком положении, но только не свалиться на землю. Вуковуд тем временем водружал Боровикова на соседнего "сивку-бурку", клетчатого каурку. Скочи по-прежнему несли Монка и Рамболта. Так и тронулись - впереди Вафель с Омом и единственным генератором защиты, затем несколько крупных тапиров, добровольно взявших на себя роль эскорта; Тарумбаев, за которого можно было не волноваться; следом Боровиков, справа и слева от которого пришлось держаться Варваре с Вуковудом - мог упасть; завершал странную кавалькаду Трюфель с не подававшим признаков жизни Фюстелем Монкорбье. Рядом с чартарумскими эвкалиптами холмы казались не такими уж и высокими, и звериная тропа, проложенная в кустах, позволяла передвигаться достаточно быстро. При появлении луны с крон деревьев, оставшихся позади, срывались стаи крыланов и весьма заинтересованно планировали вниз, туда, где шевелились раздвигаемые тапирами кусты. Нападать, впрочем, не решился никто, а может, им хватало крупных чернокрылых стрекоз, тучами взметывающихся из кустарника. Когда же луна скрывалась, под ногами начинали шнырять разногабаритные зверушки, - судя по невозмутимости тапиров, никому не опасные. Только раз головной отряд клетчатозадых стражей разом захрапел и, сдвинув ряды и задрав хоботы (вероятно, чтобы не цапнули острым зубом), двинулись куда-то вправо; раздался треск ветвей - удирал некто увесистый даже по здешним меркам. Так взобрались на перевал, и тут же в наушниках обоих шлемов запищало, защелкало, потом унылый механический голос запросил: "Вызов? Вызов? Вас не слышу... Тик... Тик..." Чары, лежавший на гриве переднего иноходца, прикусив прядку жесткого волоса, резко выпрямился, оглянулся и словно впервые увидел позади себя незнакомую наездницу в золотистом скафандре. - Это еще кто? - вопросил он и снова ткнулся лицом в крутую шею, исчерченную клетками. Варвара и Вуковуд переглянулись и, наверное, впервые за все время рассмеялись. - Ты держись, держись, - сказал Вуковуд, - приедем - разберемся. Долина с двумя торчащими, как серебряные свечи, звездолетами и антрацитовым массивом лабиринта в левой оконечности выглядела достаточно фантастично. Повезло же Чартаруме - две цивилизации... - Что? - быстро спросил Вуковуд. - Да вот и наши кораблики, и чьи-то башни... Не много ли на одну захудалую планетку? - Ну, нам-то попало в самый раз... Если доберемся без дополнительных приключений. - Доберемся, - уверенно пообещала девушка. Действительно, никакой тревогой из долины пока не тянуло. - Спускаться быстрее, росинанты у нас отменные, да и вы, я вижу, на Земле не только в мобилях разъезжали. Вуковуд некоторое время молчал, прислушиваясь к хрусту ветвей, потом задумчиво проговорил: - Не столько на Земле... И уж совсем не на лошадях. Варвара не отозвалась: если захочет, сам расскажет. Экзотический отряд спустился наконец в долину и размашистой иноходью двинулся за Вафелем к "Дункану", минуя корабль Тарумбаева. Поравнявшись с трапом. Варвара схватилась за поручни и взметнулась вверх как маленький светло-золотой флажок: - Давайте Ома, быстро, его надо в саркофаг... Здесь-то она уже была дома, и все делалось как бы само собой, и Вафель на десяти манипуляторах осторожно поднимал бесчувственное тело, одновременно сдирая с него клочья комбинезона, и она знала, что теперь можно не беспокоиться: защелкнется крышка, поступит дополнительный кислород, и массаж вывихнутых рук, и ритмизация всего, что способно ритмизироваться, только одна беда - второго саркофага нет, но пока Джон подымает Тарумбаева и Боровикова, надо срочно дать команду на вертолет - возвращаться, возвращаться как можно быстрее! На пороге порскнул из-под ног пришлый киб. - Эй, - крикнула она, - а ну-ка быстро на свой корабль, все запасы медикаментов и то медоборудование, которое ты сможешь демонтировать за полчаса, сюда! А то ведь и среди своих могут оказаться покалеченные... Она метнулась в рубку - "Тик... Тик... Тик...". В бессильной ярости стукнула кулачком по пульту - да будь она и специалистом по фоносвязи, все равно автомат сделает больше: он универсален. Испробованы все диапазоны, все антенны. Видимо, по ночам лабиринт создает какой-то чудовищный экран, не нарочно, разумеется, но от этого не легче. Она вернулась в госпитальный отсек, но туда было уже трудно протиснуться: Ом в саркофаге, Боровиков и Тарумбаев на откидных лежанках, и над обоими уже растянуты кислородные палаточки. Трюфель с Вафелем - при них. - Я закоротил скочей на Гиппократа, - севшим голосом доложил Вуковуд. - Они сейчас ребятам нужнее. Обойдемся? - Обойдемся. - Она не просто с тревогой, а с какой-то непонятной болью глядела, какой, привалившись к дверному косяку, шарит непослушными пальцами по груди, не в силах расстегнуть скафандр. - Без вас, между прочим, я тоже обойдусь. Третья откидная койка вон там, под иллюминатором, и чтобы больше вас в вертикальном положении я не видела. - Ого!.. - только и сказал он. - Не ого, а давайте помогу. Она отбросила концы клейкого воротника, отщелкнула зажимы и стала стягивать неподатливый синтериклон с плеч - назад, за спину. Он вдруг поймал ее руки, прижал к теплому ворсу сусанинского свитера и стоял так несколько секунд, закрыв глаза. Потом разжал пальцы и продолжал стоять неподвижно, ожидая, когда маленькие шершавые ладошки выскользнут и исчезнут. А они не исчезали. Он открыл глаза и засмеялся: - Ну, а простоял бы я так минуту - вы бы так и не дышали? - Подумаешь! Я и четыре могу. - Слишком много у вас достоинств, - со вздохом проговорил он. - Ни один мужик в здравом рассудке вас замуж не возьмет. - Главное мое достоинство - уменье заваривать чай. Сейчас я вас напою, а пока кликните киба, чтобы помог вам раздеться. Я понимаю, что когда-то прекрасные дамы собственноручно снимали с рыцарей все доспехи... - И под доспехами обнаруживался плешивый мужичонка, как правило, еще и кривобокий. - Это еще почему? - крикнула она уже из камбуза. - Шлем - враг шевелюры, а помахали бы вы с детства одноручным мечом... Варвара, - вдруг сказал он странным тоном, - только не надо снотворного... Его голос так изменился, что она перепугалась и выскочила обратно, на центральную площадку. Вуковуд сидел на комингсе медотсека, и киб стаскивал с него ботинки. - Снотворное - это единственное, чего я в жизни боюсь, - проговорил он виновато. - Ладно, - кивнула она, - но на этот раз вам без женьшеня. Кстати, под рукой тут пюре из айвы с артишоком. Съедобное. Сойдет? - Посмотрим. Киб, прими у дамы чашки... Она передала кибу чашки и термос, одновременно шаря взглядом по полочкам, - нет ли там еще чего-нибудь, пригодного в пищу людям, не евшим несколько дней. С Вуковудом обошлось, а остальных придется кормить с ложечки. Остальных... И только тут до нее дошло, что же было самым страшным во всей этой круговерти, в которой и она потеряла голову, - не обратила внимания, что Фюстеля, которого тащил на себе Трюфель, в госпитальном отсеке нет. Так вот почему и голос у Джона Вуковуда был такой, словно ему на горло наступили, а он пытался шутить, и даже криво усмехался, и все старался не задеть этого главного - короче, обращался с ней, как с ребенком, потому что по какой-то многотысячелетней традиции детей старались заслонить от зрелища смерти... А еще он, наверное, казнился сознанием собственной вины - она-то ведь интуитивно нашла дорогу в лабиринте, а он плутал. Не размышляя ни секунды, она схватила первое, что под руку попалось: пакеты, жестянки, тюбики - и бросилась в рубку. Вуковуд сидел, как и прежде, в своем кресле, опять постаревший на полтора десятка лет. Поднос стоял рядом на полу. Она вывалила туда все, что принесла: - Во-первых, посмотрите, чем можно будет накормить Чары, возьмите на себя роль подопытного кролика. - Вернее, лорда-отведывателя королевских блюд, - усмехнулся он одними губами. - Вот-вот. А во-вторых, придумайте что-нибудь со связью! Вы же не первый год летаете. - Летаю-то я все свои тридцать четыре года, меня на корабль новорожденным погрузили... Впрочем, это не важно. Вы хоть договорились о том, как дублировать связь с сусанинской группой? - Ракеты... Он склонил голову к плечу, заглядывая в иллюминатор. Ни одной луны, только брюхо грозовой тучи, втиснувшейся между башнями. Казалось, она слилась с громадой лабиринта специально для того, чтобы отгородить долину от всего мира. - При такой видимости... До вертолета километров пять-шесть? Ну, пальните для очистки совести. Она побежала в тамбурную, схватила из шкафчика ракетницу, которая всегда была наготове, проверила - красные - и одну за другой всадила все шестнадцать ракет в набухшее водой темно-лиловое одеяло. Две из них таки попали в верхушки каменных глыб, отскочили, брызнули бесполезным алым фейерверком, не испугав даже тапиров, залегших прямо под дюзовыми кольцами "Дункана" переждать надвигающийся дождь. Она вернулась, заглянув по дороге в медотсек; на пульте Гиппократа светились три прямоугольника: один желтый - состояние средней тяжести и два изумрудных - удовлетворительно. Оба скоча, просунув манипуляторы под полог палаток, умело массировали омертвелые от веревок ноги разведчиков. - Что?.. - спросила она шепотом. - Нарушение водного баланса, - так же шепотом ответил Вафель. - Незначительное истощение. Множественные вывихи. Общий бронхосиндром. Ничего существенного. В памяти мелькнула машина, догорающая на дне ущелья, нервный тик, пробегающий по лицу Гюрга, - понавидались скочи на своем служебном веку. - А что с тем, которого нет в медотсеке? - Кровоизлияние в мозг. Реанимация исключена. Поздно. И - совсем тихо: - Где он? - В "черном трюме". А она даже не знала, что такой существует! Она скорбно, даже как-то по-старушечьи покивала - совсем не знала, Что говорить в таких случаях. Вернулась в рубку. - Отстрелялась. Две мимо, остальные над самым массивом - может, в разрыве между туч... - Она и сама понимала, что - бесполезно. А что же тогда остается? Послать скоча обратно через гряду, на восток, чтобы обошел подземный лабиринт и спустился к тому, где заблудились вертолетчики? - И это какой-то шанс, но ведь они могли и переместиться. Если бы скочем можно было управлять хотя бы со спутника - но для этого нужно ждать рассвета. Ночью связи нет, как видите. Варвара понимала, что все логично: зачем посылать одного из такой необходимой пары всемогущих роботов, и притом туда - не знаю куда. - Да поймите же, Вуковуд, не могу я сидеть вот так, сложа руки! И на них могут напасть, а там не развернуться, чартары ведь чуть не вдвое миниатюрнее... Да и Рамболту вашему каждую минуту может стать хуже! Что это я - "вашему"? Все они тут теперь мои... Она подняла на него глаза - прямо, только прямо: - Да мне просто страшно, Вуковуд... Он тянул чай, держа кружку обеими ладонями, как медвежонок. Собственно, ему и отвечать было нечего, он просто не засыпал, хотя ему-то это надо было больше всех лекарств, потому что иначе она осталась бы одна со всеми своими страхами. - А что вы все зовете меня Вуковудом? - неожиданно спросил он. - Привыкла. На Степухе ведь о вас легенды ходят. - Где, где? - На Тамерлане, - поправилась девушка. Одна бровь удивленно приподнялась - словно на то, чтобы поднять обе, у него не хватило сил: - И какой же момент моей биографии показался обитателям Тамерланы столь легендарным? - Ишь как скромно, - проговорила Варвара, присаживаясь на пол у его ног и дотягиваясь до второй кружки с чаем. - У вас что, вся жизнь состояла из таких пламенно-дымящихся эпизодов вроде шашлыка на шампуре? На Тамерлане рассказывали про то, как вы обуздывали Золотые Ворота. А что, было еще что-то героическое? - Это вы молодец, что не даете мне заснуть... Вроде маленького козленка, который бодается тупыми рожками... Героического вообще-то было мало, вот как здесь, - больше всяких несуразиц... Безвыходных лабиринтов. - Безвыходных лабиринтов не бывает, - твердо сказала Варвара. - Потому что тогда они называются по-другому. - Так и вообще не бывает ничего безвыходного. Так говорят, когда имеется ограниченное число решений и каждое - хуже некуда. Так и у меня с самого начала и до сего момента. - Это когда вас, совсем маленького, отправили с Земли? - Если бы с Земли! С Ван-Джуды. Мама... в общем, с мамой произошло несчастье. Отец решил отослать меня к своей сестре, благо у нее уже была двойня чуть постарше. Да и командиром на "пюсике" была женщина, лету - недели две... Стартовали. А на одном из промежуточных буев нас сбила нефиксируемая масса. Тоже легенды, может, слыхали? Чтобы уйти в подпространство, корабль должен отойти от буйка, где он заправлялся, и вообще очутиться подальше от источников гравитационного поля. Мы отошли, включились в режим перехода, и тут приборы показали приближение какой-то массы. Варвара припомнила свои в высшей степени тягостные впечатления после сигнала "режим субпространственного перехода". Единственная радость - что все это происходило достаточно быстро. Когда же их успели сбить? - И вы упали обратно на Ван-Джуду? - спросила она. - О ч-черные небеса Вселенной! Да как мы могли на нее упасть? Конечно нет. Сбили - это вышибли из режима. Так что в следующей зоне мы выскочили из субпространства не рядом с буем, а где-то в шести световых годах от него. Она знала, что это - самое страшное, что может приключиться во время полета. Так вот и появляются космические "летучие голландцы". - Ну, разумеется, у нас были трехгодичные запасы - с расчетом на анабиозные камеры. Но нашему сигналу SOS предстояло добираться до ретранслятора вдвое дольше, и к тому же мне было всего несколько месяцев, а на таких малышей анабиозная камера не рассчитана... Вот это и называется безвыходной ситуацией, когда надо продержаться вдвое дольше, чем идет сам сигнал. - А потом еще искать вас... - Ну, это уже проблема двух-трех недель - мы же точно указывали свои координаты. Подгреб бы спасатель с двойными энергобаками... Да он в конце концов и подгреб. Не в том дело... И по тому, как он запинался. Варвара вдруг поняла, что Вуковуд очень редко - а может, и никогда - рассказывает свою историю. - Не надо больше, - сказала она. - Да что там... Короче, она осталась со мной, а остальных уложила в анабиоз. И долго-долго считала... А когда просчитала все в триста тридцать третий раз, то отключила питание от общей камеры. И стала

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору