Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Приключения
   Приключения
      Коковин Евгений С.. Рассказы -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
рке творилось что-то очень интересное. Вот инспектор манежа металлическим голосом полтинника объявил: - Выступает единственный в своем универсальном жанре знаменитый иллюзионист, жонглер и дрессировщик Герман Пинетти со своими ассистентами. Зрители бурно аплодировали и кричали. - Хоть бы одним глазком взглянуть, что там происходит, - сказал Динь-Даг и обратился к мудрому Двугривенному: - Скажите, а вы когда-нибудь видели цирковое представление? - Нет, - ответил старший собрат. - И я думаю, ни одна монета не видела, потому что если мы и попадем в цирк, то всегда сидим в карманах, кошельках или дамских сумочках. Я считаю, что это несправедливо... Но только успел он это сказать, как Динь-Даг услышал совсем близко голос женщины. - Молодой человек, у вас найдется какая-нибудь монета? Граждане, у кого есть серебряные монеты? Произошло невероятное. Алеша вытащил Динь-Дага и отдал женщине. Ничего не соображая, Динь-Даг, ослепленный ярчайшим светом, вдруг очутился в самом центре цирковой арены. Столько света, блеска, красоты Динь-Даг, кажется, еще никогда и нигде не видел. И весь цирк вокруг арены был заполнен народом. Лилась нежная музыка. Со всех сторон на арену смотрели огромные глаза юпитеров. Люди на арене были в самых разнообразных костюмах - красных, голубых, зеленых, черных, белых, золотистых и серебристых. И, кроме людей, тут прыгали собаки, разгуливали кошки, хлопали и свистели крыльями голуби, поднимая хохолки, что-то бормотали попугаи. Странное, пестрое, невиданное было это зрелище. Женщина протянула горсть монет высокому, красивому, но несколько мрачноватому мужчине в черном фраке и в цилиндре. Это и был знаменитый артист цирка Герман Пинетти. Герман Пинетти поиграл горстью серебра на ладони, показывая монеты публике. Монеты подпрыгивали и звенели. Подпрыгивал и позвякивал и Динь-Даг. И вдруг фокусник, сжав кулак, быстро опустил руку и с силой швырнул горсть монет вверх к куполу. На глазах у зрителей серебряная мелочь брызнула во все стороны высоким фонтаном. В эту секунду мощно грянула музыка и погас свет. Только в двух лучах блестели летящие серебряные монеты. Свет сразу же вспыхнул. Музыка, как обрезанная, умолкла. И все монеты с мелодичным звоном покорно опустились на ладонь фокусника. Пинетти снова поиграл монетами, показывая их публике, и передал своей помощнице. Цирк взорвался аплодисментами, а женщина пошла в ряды зрителей и стала раздавать монеты их владельцам. - У вас, молодой человек, было пятнадцать копеек, - сказала она, останавливаясь перед Алешей. - Пожалуйста, получите свою монету! Но она отдала Алеше не Динь-Дага, а совсем другой пятиалтынный. Возмущенный Динь-Даг пискнул: - Меня нужно отдать, меня! Но на его протест никто не обратил внимания. А Алеша положил в свой карман "чужака". Он, должно быть, и в самом деле думал, что ему вернули именно ту монету, какую он отправлял фокуснику на арену. - Спасибо, - сказал Алеша. - Я сохраню эту монетку на память о замечательном искусстве Германа Пинетти. Алеша был в восторге, а Динь-Даг при его этих словах даже задрожал от горя и гнева. Ведь это его, Динь-Дага, должен был сохранить добрый и наивный Алеша. Кроме того, ведь монеты никуда не взлетали. Просто они ловко и незаметно для зрителей были опущены в потайной карман фокусника, а потом так же ловко и незаметно извлечены оттуда. В воздухе же сверкал световой фонтан из несуществующего серебра. И Динь-Даг никуда не взлетал. Иначе он упал бы куда-нибудь на ковер. Он, как и другие монетки, только побывал в потайном кармане ловкого фокусника. Но как об этом рассказать зрителям? А удовольствие Динь-Даг все-таки имел - он посмотрел цирк, народ и чуточку представления. Помощница чародея передала Динь-Дага какой-то нарядной зрительнице, а та равнодушно сунула его в лакированную сумочку, насквозь пропахшую духами. Динь-Даг, должно быть, устал и потому преспокойно уснул на батистовом платочке. Проснулся он только в трамвае, небрежно переброшенный с мягкого батистового платочка в жесткую, переполненную деньгами сумку кондуктора. А Алеша в это время уже сладко спал и в восхитительном сне видел построенный им могучий межпланетный корабль. ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ Жил в этом северном портовом городе доктор Степан Ермолаевич. В городе он был известен, даже знаменит. Стоило Степану Ермолаевичу появиться на улице, как его немножко старомодная касторовая шляпа уже почти не опускалась на большую плешивую голову. Его все приветствовали - дети, пожилые люди и старики. Он раскланивался, держа шляпу в руке. Старый доктор жил здесь много лет, и его в лицо знал весь город. Степан Ермолаевич был человеком строгим и в то же время очень добрым и приветливым. Как-то странно уживались в его душе жесткость и нежность. Он был главным хирургом больницы. И работая с ним, молодые врачи, сестры и сиделки-нянюшки знали и слезы и радости. Было уже заполночь. Степан Ермолаевич и его ближайший друг молодой профессор в домашнем кабинете доктора играли в шахматы. Выиграв друг у друга по одной партии, противники уже играли третью, решающую. Они вошли в азарт, и у каждого в голове строились грандиозные планы. - Вот сейчас-то я вам устрою Сталинград! - воскликнул Степан Ермолаевич и далеко передвинул свою ладью. Он весело, по-детски улыбался. - А я вам шах объявляю, коллега, - ответил профессор и рванулся буйногривым конем к докторскому королю. Степан Ермолаевич задумался, и в это время зазвонил телефон. Доктор знал: в такой поздний час могут звонить только из клиники. И он не ошибся. В больницу поступил в тяжелом состоянии новый больной. Требуется срочная операция. - Присылайте машину, - сказал Степан Ермолаевич в трубку. - Как нет машины? Ах, шофер заболел? Ну, ладно, приду пешком. Такси не надо, наждешься вашего такси. Он положил трубку и встал. - Завтра доиграем. Или, может быть, сейчас сдадитесь? - лукаво спросил доктор. - Нет, - не согласился профессор. - Все преимущества на моей стороне. Сталинград-то вам, коллега, будет. Значит, оперировать? Возьмите меня с собой ассистентом. - Куда вы? - изумился доктор. - Пешком идти надо, наш шофер заболел. Шоферы имеют право болеть, а мы, лекари, болеть не имеем права. Это уж совсем плохо, когда врач болеет. Парадокс! Ну пойдемте, если хотите. Только, может быть, надолго застрянем. Человек в тяжелом состоянии! Человек! Они вышли на улицу, притихшую и пустынную. Степан Ермолаевич рассказывал молодому профессору, как он в давние времена работал земским врачом и пешком исходил весь уезд. В городе была тишина, и два друга спокойно шли и мирно беседовали... Но вдруг... - Доктор, - радостно крикнул профессор, - трамвай идет! И в самом деле, их нагнал трамвай. - Вот это удача! - восхитился Степан Ермолаевич, в рассеянности подавая кондуктору рубль. - Трамвай словно специально для нас подошел. Сонная кондукторша не обратила внимания на слова доктора и вместе с билетами подала ему сдачу. Она ведь и не подозревала, куда торопятся эти два человека. Она была молодая, здоровая и никогда не ходила по врачам. Должно быть, потому кондукторша и не знала Степана Ермолаевича. А доктор положил билеты и сдачу в карман, сел на лавочку и продолжал рассказывать молодому профессору о своей врачебной практике в молодости. Он тоже, например, не знал, что в кармане его плаща сидит Динь-Даг. Из обрывков разговора доктора и профессора Динь-Даг понял, что эти двое людей едут спасать человека. "Значит, и я увижу, как они будут делать операцию", - подумал Динь-Даг с восторгом. Но, конечно, он ничего не увидел, потому что остался в кармане плаща доктора, а плащ был отнесен гардеробщицей в раздевалку. Операция продолжалась так долго, что Динь-Даг устал ждать. А ему очень хотелось узнать, сумеют ли врачи спасти жизнь человека, хотя он не знал, кто этот человек. Может быть, это был пожилой рабочий или служащий, может быть, старик или юноша, а может быть, совсем маленький мальчик или девочка. Главное - был человек, и его нужно было спасти, а потом вылечить. Это понял Динь-Даг из разговора доктора с профессором. Только через два часа доктор и профессор вышли из операционной. Степан Ермолаевич смертельно устал, на его побледневшем лице выступили мелкие капельки пота. - Вам плохо? - встревоженно спросил профессор. - Нет, ничего, - ответил доктор, надевая плащ. - Что-то сердце... но ничего, ничего... А этому крановщику еще жить и жить. Здоровый организм - это важно! Обратили внимание? Он сам, словно новый кран, высокий, крепкий. Такой нелегко согнуть. "Операцию делали какому-то рабочему, крановщику", - догадался Динь-Даг. Вскоре доктор и профессор в автомашине ехали домой. Одна из сестер хотела проводить доктора, но Степан Ермолаевич наотрез отказался от ее услуг. - Вам за больными нужно ухаживать, а не за врачами, - строго сказал он и отправил сестру в больницу. Дом, где жил молодой профессор, находился на половине пути к дому доктора Степана Ермолаевича. - Я довезу вас, - предложил профессор. - Нет, нет, - запротестовал Степан Ермолаевич. - Уже поздно. Вам завтра нужно рано в свою клинику. Спасибо! Я хорошо доеду один. А завтра вечерком заходите, доиграем партию. - Это уже будет сегодня. Сейчас три часа ночи. До свидания, коллега! - Да, это уже сегодня, - вспомнил Степан Ермолаевич. - Все равно приходите! - и он помахал слабеющей рукой своему другу. У своего дома он вышел из машины, и машина моменталыно умчалась. А доктор так и остался стоять на тротуаре. Он вдруг почувствовал, что не может сделать и одного шага. Казалось, чьи-то холодные пальцы вцепились в сердце. Доктор закрыл глаза и покачнулся, но устоял. Он вынул платок и осторожно вытер лоб. И он не заметил, как с платком из кармана вылез Динь-Даг, упал на мостовую и откатился в сторону. Крошечными шагами, не поднимая ног, Степан Ермолаевич кое-как дотащился до подъезда и присел на ступеньку. "Врач не может болеть", - вспомнил он и снова закрыл глаза. Голова его вдруг наклонилась, словно доктор кому-то поклонился, а тело повело в сторону, и он упал на ступени, не издав ни звука. Накрапывал тихий ночной дождь. На мокрой мостовой валялся одинокий Динь-Даг. Уже уснул в своей квартире молодой профессор. В больнице, к радости дежурных, врача и нянюшек, пришел в сознание после операции крановщик. В квартире доктора застыли на доске в прерванной партии шахматные фигуры. Они так и не дождались своего хозяина. А жизнь на земле продолжалась. ПРАЗДНИК Всю ночь до утра Динь-Даг пролежал на голой, мокрой от дождя мостовой. Лежать было тоскливо и холодно. Было жалко старого доктора, который ночью бросился спасать человека, совсем не думая о себе, и умер от жестокого сердечного приступа. Редко-редко проходили по улице люди. Но никто не видел Динь-Дага и никому до него не было дела. Забыв о дожде, медленно шли, обнявшись, юноша и девушка. Юноша говорил о вечной любви, а девушка спрашивала, что такое вечная любовь, и смеялась. Юноша уговаривал свою подругу поехать с ним в Сибирь на большое строительство, где они будут работать и учиться, а девушка не соглашалась. Ей нравился родной город - здесь тоже можно работать и учиться. Благодушно настроенному, подвыпившему старику было тесно на тротуаре. Он шел по мостовой и рассуждал сам с собой. - Ну вот, выпил я, значит, на три рубля, - бормотал старик и посмеивался. - На три рубля! Да! А Сашка мой... это сын, значит, мой, - объяснял кому-то старик, - Сашка сто раз по три получает. Это, значит, триста. Арифметика! Сашка пришлет... Да Веруха, дочка, пришлет... да пенсия. Вот я и сыт, старый... Старик остановился. Он увидел Динь-Дага. Хотел нагнуться, потом раздумал и засмеялся: - А на что ты мне, пятиалтынный? Мелочь ты! Ничего я не куплю на тебя. Не могу же я тащить тебя в милицию, как находку. Некогда мне... Старик перешагнул через Динь-Дага и пошел своей дорогой. А Динь-Даг обиделся. Он даже чуть позеленел от злости и с горечью подумал: "Быть бы мне хоть рублем, тогда старик не перешагнул бы через меня!" Мчалась на бешеной скорости машина, закрутила Динь-Дага колесом и подбросила высоко вверх. Динь-Даг больно ударился об асфальт, жалобно звякнул и остался лежать. Вышла под утро близорукая дворничиха, взмахнула метлой и, сама того не заметив, загнала Динь-Дага на край мостовой. Давно Динь-Даг не чувствовал себя таким одиноким, заброшенным и беспомощным. А город уже проснулся. Люди вышли на улицы и спешили по своим делам. На стройке многоэтажного дома подъемный кран уже разворачивал свой длинный хобот. Со стороны гавани доносились призывные гудки пароходов. Дождь кончился, и асфальт мостовых посверкивал солнечными блестками. Неизвестно, сколько бы времени пролежал Динь-Даг на мостовой, если бы его не заметил и не подобрал двенадцатилетний школьник Вася Чижиков. Шел Вася по улице, а ходить он предпочитал больше не по тротуару, а по мостовой и то не по прямой, а замысловатыми зигзагами. Торопиться Васе было некуда. Он шел и зевал по сторонам. И вдруг видит: лежит и сверкает дождевой капелькой монетка. Конечно, Вася поднял ее и принес домой. Когда пришел с работы отец, мальчик показал ему монету и сказал: - Папа, смотри, какой я счастливый! Отец пришел с товарищами по работе. Он принес множество разных свертков. Тут были колбаса, консервы, рыба, печенье, конфеты. - Счастливый, - подтвердил отец. - И мы счастливые. Скажи маме, чтобы накрывала на стол. У нас сегодня праздник! - Какой? - полюбопытствовал сын. - Нашей бригаде присвоили звание бригады коммунистического труда! Вот какой у нас праздник! Вася слышал о таких бригадах. Но он никогда не думал, что бригада строителей, в которой работал папа, будет носить это высокое звание. Он был горд за своего отца и его товарищей. Они теперь будут работать в бригаде коммунистического груда! Вася хотел расспросить о том, как работают в таких бригадах. Но тут он увидел на столе найденного Динь-Дата и спросил: - Пала, а при коммунизме денег не будет? - При полном коммунизме денег не будет, - сказал отец. - Тогда они будут ни к чему. Услыхав слова Васиного отца, Динь-Даг страшно удивился. Не будет денег, значит, не будет и его, Динь-Дага. Отец словно почувствовал это удивление Динь-Дага. Он взял со стола монетку и громко оказал: - Вас тогда не будет. Будете вы только в музеях да у коллекционеров. Все сели за праздничный стол. Вася вместе со всеми пил чай, ел бутерброды и слушал разговор отца с гостями о работе бригады и о будущей счастливой жизни, которая называется коммунизмом. ПОДАРОК Стоял в порту большой и красивый теплоход "Волга". Работал на этом теплоходе молодой штурман по имени Петр, по фамилии Ершов. В субботний вечер Петр Ершов решил отдохнуть в городе. Он очень любил танцевать. А так как морякам танцевать приходится не часто, а "Волга" через два дня должна была выходить в море, то Петр никак не мог отказать себе в этом удовольствии. В кармане у Петра уже был пригласительный билет. Надев плащ и шляпу, он осмотрел себя в зеркало и остался собой доволен. С таким молодым штурманом, будущим капитаном, любая девушка согласится на тур вальса. Пошарив в карманах, Петр вдруг обнаружил, что у него нет мелких денег. Он зашел в соседнюю каюту к товарищу. - Одолжи мне пятьдесят копеек, - попросил он. - Сумма солидная, - усмехнулся товарищ. - Вот на столе, возьми. А куда это ты собрался? - На свидание. - И на пятьдесят копеек думаешь преподнести подарок девушке? - ехидничал товарищ, которому, конечно, тоже хотелось побывать в городе. Но ему нужно было заступать на вахту. - Мне некогда с тобой болтать, - серьезно сказал Петр Ершов. - Я еду в интерклуб. Счастливо оставаться! - Желаю познакомиться с доброй феей! - крикнул вдогонку товарищ. Падая в глубокий карман и сталкиваясь с другими монетами, наш знакомый Пятиалтынный вежливо им представился: - Динь-Даг! Сейчас, упав в карман плаща Петра Ершова, Динь-Даг почувствовал прикосновение к себе какого-то листка плотной бумаги. Если бы Динь-Даг был грамотным, то он прочитал бы, что написано на этом листке. А написано там было вот что: ПРИГЛАСИТЕЛЬНЫЙ БИЛЕТ Дорогой товарищ Ершов! Клуб моряков приглашает Вас на вечер встречи с иностранными моряками. В программе вечера лекция, концерт, танцы. Начало в 19 часов. Впрочем, если бы Динь-Даг и был грамотным, то в темноте все равно читать было невозможно. Когда в веселом настроении Петр Ершов, минуя трап, прыгнул с борта на причал, Динь-Даг отрекомендовался и билету, звонко назвав свое имя. Пригласительный билет чуть слышно что-то прошелестел. Однако Динь-Даг не знал бумажного языка и, конечно, ничего не понял. Пассажиров в автобусе было мало, и Петр сел на свободное место. Но на следующей остановке пассажиров оказалось так много, что автобус моментально заполнился. К карману Петра плотно прижалась клеенчатая, разбухшая от провизии сумка. Монетам в кармане стало очень тесно, и они перессорились. Каждой хотелось захватить удобное местечко. Динь-Даг отчаянно отбивался от наседавших на него пятаков и двугривенных. Но тут он услышал голос Ершова: - Садитесь, гражданка, пожалуйста! Петр встал, уступив свое место женщине. Вежливость молодого моряка устыдила Динь-Дага. Он отодвинулся, тоже уступив место старшей монете. - Спасибо! - сказала женщина Ершову. - Спасибо! - звякнула двугривенная монета Динь-Дагу. Ярко освещенный и украшенный флагами разных наций, клуб моряков походил на сказочный дворец. В клубе было шумно, но вечер еще не начинался. Кроме русских, здесь было много иностранцев - англичан, немцев, норвежцев, шведов, датчан. В ожидании Петр Ершов отправился в буфет выпить бутылку лимонада. Едва он успел наполнить стакан шипучим напитком, как к нему за столик подсел пожилой иностранец. Он что-то сказал Ершову, но тот, не зная никаких языков, кроме русского, ничего не понял. Тут Петру пришлось пожалеть, что и в школе и в мореходном он всегда плохо учился по английскому языку. На помощь пришла переводчица, миловидная девушка Лида. - Он англичанин, его зовут Питер Питт, - сказала Лида. - Он спрашивает, плаваете ли вы и кем. Бывали ли вы в Англии? - Я плаваю штурманом на теплоходе "Волга", - смущенно ответил Петр. - Зовут меня Петр Ершов. В Англии я не бывал. Лида перевела слава Петра. Англичанин заулыбался. - Вы, Петр, а он Питер, - Лида тоже улыбнулась. - Он говорит, что рад познакомиться с тезкой. Он удивлен тем, что вы такой молодой и уже штурман. С помощью переводчицы Петр Ершов и Питер Питт еще немного поговорили, а тут послышался звонок, приглашающий в зал. Англичанин вытащил

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору