Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Мазин Александр. Фаргал 1-2 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  -
звышался белый, легкий, словно сотканный из кружев храм богини Таймат. Фаргал застыл с открытым ртом, а фургон не спеша катился вперед, постукивая железными обручами колес, прямо под сень высокого портика, над которым, раскинув руки, словно собираясь взлететь, наклонясь вперед, на цыпочках, замерла изваянная из белого мрамора прекрасная богиня. За ее спиной вскинулись снежные, как будто просвеченные солнцем крылья. Запрокинутое лицо с распущенными волосами и чуть приоткрытым ртом было невероятно красиво. - Никогда не пойму, как это сделано, - пробормотал старшина. - Каждый раз еду и боюсь - вдруг рухнет. Фаргал удивленно посмотрел на него: - Кто рухнет? - Да она. Тарто показал кнутом на статую. Фаргал шевельнул бровями. Он не понял деда. Сам-то мальчик знал наверняка: если богиня и покинет свой пьедестал, то не упадет, а взлетит. Задрав голову, Фаргал глядел на мраморную Таймат, и на какое-то мгновение ему показалось, что богиня слегка склонила голову набок и посмотрела на него. Фургон докатился до края площади, тень простертой руки Таймат коснулась головы Фаргала - и волосы у него на затылке поднялись дыбом: у мальчика возникло такое ощущение, будто чьи-то прохладные пальцы коснулись его макушки. *** Фургоны оставили на постоялом дворе. Заплатив особо за охрану, а за самой охраной оставив приглядывать рабыню - карнагрийку, цирковые отправились гулять по столице. Тарто в Верталне знал каждый переулок, и для каждого переулка у него находилась своя история. Но Кадол, Мимошка и Налус слышали эти истории раз по десять, потому не прошло и часа, как их рядом не оказалось. Затем отстал Большой, встретивший приятеля-ветерана (не зря в Эгерине говорят, надолго расставаясь: "Увидимся в Верталне"), а потом, прихватив дочку, отделилась и Мили, зачарованная витринами ювелирных лавочек. Таким образом, их осталось четверо: Тарто, Нифру, Бубенец и Фаргал. Тарто рассказывал истории, Фаргал внимал, а Бубенец клянчил подарки. Иногда они останавливались, чтобы послушать уличных музыкантов или поглядеть на кукольников, представлявших какую-нибудь сказку или кусочек из жизни давно умерших Императоров. На каждой площади, даже на пятачках перекрестков, кто-нибудь да пытался увеселить народ: мимы, жонглеры, танцоры, фокусники. Но народ столицы, казалось, уже насытился зрелищами. Если и собиралось вокруг десятка два любопытных - уже много. Фаргал понял, почему Тарто предпочитает возить свой цирк по окраинным землям. Здесь им не заработать и пригоршни медных монет. Одна лишь Нифру с легкостью затмила бы уличных плясуний, но дед и здесь разочаровал Фаргала, сказав, что настоящие танцовщицы не пляшут на улицах. На то есть Императорский театр и дворцы благородных вельмож - тут Тарто ухмыльнулся, потому что именно во дворце танцевала Нифру, прежде чем старшина цирковых сумел ее умыкнуть и сделать своей женой. Очень скоро Фаргал почувствовал, что ум его доверху переполнен новыми впечатлениями. Пестрая толпа, причудливые решетки вокруг дворцов, уличные фокусники, бродячие собаки, слоняющиеся под каменными мостами и вдоль городских каналов... Угадав его состояние, Нифру предложила пообедать. В харчевню заходить не стали, расположились на траве, близ поскрипывающей водяной мельницы. По узкому каналу плавали утки, время от времени нырявшие в грязную воду. Бубенец запустил в них камнем и тут же схлопотал подзатыльник. Фаргал жевал кусок сдобренного чесноком пирога с гусятиной и смотрел на Нифру. Фетсианка устроилась под искривленной зонтичной пальмой. Опершись спиной на светло-желтый ствол, она вытянула ноги (глянцевые виноградные листья на ее бедрах казались более живыми, чем короткая тусклая трава) и маленьким ножом срезала морщинистую верхушку плода мигони. Затем деревянной палочкой аккуратно вынула кусочек сладкой сердцевины и отправила в рот. При этом ни одна капля оранжевого сока не упала на ее тунику. По маленьким ступням Нифру ползали муравьи. Фаргалу даже глядеть на это было щекотно, а фетсианка не обращала на насекомых никакого внимания. Мальчик вспомнил, как донимали их москиты на кринских болотах, всех, кроме Нифру. Ее не укусили ни разу. Фаргал доел пирог, запил водой из собственной фляжки и вытер руки о траву. На противоположной стороне капала вода плескалась прямо у кирпичных фундаментов. Фаргал подумал, что Верталн, конечно, красивое место, но жить здесь ему не хочется. Слишком тесно. *** - Довольно крупный мальчишка. Для своих лет, - заметил Карашшер. Таким же тоном он похвалил бы лошадь. Маг промолчал. Ему было безразлично мнение Карашшера. Жрец Аша специально приехал в Верталн, чтобы, взглянуть на Фаргала. Последователь Мудрого бога желал убедиться, все ли идет как надо. Магия ясновидения плоха тем, что она - магия. В нее можно вмешаться и наложить ложный след, иллюзию. А вот обмануть глаза такого чародея, каким был слуга Мудрого, способен разве что обладающий силой бога. Жрец стоял на крыше дома и отлично видел расположившихся на противоположной стороне, на узкой зеленой полоске, людей. Никто из них, даже колдунья-фетсианка (в первую очередь она), не могли увидеть его самого. Жрец придирчиво разглядывал Фаргала, но не рост и здоровье мальчика интересовали его. Слуга Мудрого пытался обнаружить ниточки чужого волшебства. Ребенок с такой судьбой все равно что каменная скала на равнине. Скрыть его от умеющих видеть необычайно трудно. Но пока удается. - Завтра утром мы уезжаем, - через некоторое время произнес маг. - Может быть, стоит приглядеть за ними здесь? - предложил Карашшер, которому не хотелось покидать Верталн. - Мало ли какие опасности встречаются в здешней столице. - Рыбу в воде не оберегают, - сказал слуга Мудрого. - К тому же завтра утром уедут и они. - Куда? - Не важно. Важно, что через два года в это же время они будут в Буэгри. Карашшер не спросил, почему это важно. Его хозяин все равно не удостоил бы воина ответом. "Через два года - в Буэгри, - подумал Карашшер. - Надеюсь, мы не проторчим все эти два года в его подземельях?" Опасения Карашшера не оправдались. Спустя несколько месяцев маг отправил его в Великондар. На следующее утро Тарто, несмотря на недовольство половины цирковых, велел собираться. - Нам тут нечего делать, - заявил он. - Верталн - город бездельников. И они уехали. Как всегда, решение старшины было окончательным. Глава девятая Маршрут, который выбрал Тарто на этот раз, вел сначала на север, по тучным срединным землям Империи, потом сворачивал на восток, к морскому побережью. Первое выступление труппа устроила в большом селении милях в пятидесяти от Вертална. Сборы оказались умеренными: лишь несколько дней назад из селения ушли бродячие кукольники. Всю первую неделю цирковые ночевали на постоялых дворах. На тракте пошаливали разбойники, а местный Владыка, занятый сварой с соседом, даже не пытался навести порядок. А может, люди Владыки и грабили. Срединный Эгерин довольно скучен. Бесконечные поля и пастбища, глиняные хижины арендаторов, огороженные частоколами усадьбы землевладельцев, грязные поселки, где тощие свиньи и еще более тощие ребятишки роются в отбросах, а обленившиеся стражники постоянно норовят содрать сверх положенного. Но с Тарто эти фокусы не проходили. Наконец равнинные земли кончились, вокруг тракта зашумел лиственный лес. Часть его принадлежала непосредственно Императору, часть - вообще никому, но под пашни деревья тут не вырубали. Какой-то тысячелетней давности закон запрещал тревожить эту землю плугом. Здесь уже не встречалось постоялых дворов, и близ дороги то и дело попадались следы стоянок. Но Тарто никогда не устраивал лагерь на обочине, на виду. Опасно. Хотя вдали от границ разбойнички цирковых особо не задевали. Добыча невелика, а то, что среди циркачей полно колдунов, ни для кого не секрет. Как только миновали густонаселенные земли, Фаргал заметил, что Нифру на каждой стоянке уходит из лагеря и возвращается затемно. Причем уходит одна. Это было необычно. Понятно, если в лес идут мужчины с луками, понятно, если уходят Большой с Мили или кто-нибудь из сыновей Тарто уводит по мужской надобности рабыню-карнагрийку. Но Нифру-то уходила одна. Фаргал терпел долго, почти целую неделю, но потом не выдержал. Улучив момент, когда никто не обращал на него внимания, Фаргал нырнул в чащу. Он запомнил, в каком направлении ушла Нифру и, пробежав не больше четверти мили, углядел впереди ее черноволосую голову. Теперь следовало быть очень осторожным. Выслеживать фетсианку потрудней, чем оленя. Зеленая одежда Нифру сливалась с зеленью листьев, и мальчик боялся потерять женщину из виду. Но подойти ближе тоже опасался: если Нифру его обнаружит, то в лучшем случае немедленно отправит обратно в лагерь. Фаргал, впрочем, почти убедил себя, что не совершает ничего плохого. Он сказал себе, что идет за Нифру, исключительно чтобы помочь, если что случится. Обмануть самого себя не так уж трудно... если очень хочется. Примерно через милю фетсианка остановилась. Фаргал тут же упал на землю и зарылся в заросли папоротника. Спустя некоторое время он решился поднять голову. Нифру стояла неподвижно, запрокинув голову. Трава вокруг нее была усыпана желтыми листьями. Из травы кое-где выглядывали алые головки ядовитых грибов. Нифру присела, погладила ближайший по яркой шляпке. Фаргал был разочарован. Если фетсианка уходит, чтобы собирать лекарственные растения, это совсем неинтересно. Но очень скоро он понял: растения ни при чем. Нифру развязала пояс туники, сняла ее и повесила на сучок. Затем распустила набедренную повязку. На ней остался только магический талисман на золотой цепочке и кожаный ремешок на правом запястье. Фаргал много раз видел фетсианку обнаженной. Он знал каждую деталь рисунков на ее коже, каждое перышко сокола, каждый листок винограда... Но сейчас что-то изменилось. Фаргал смотрел на женщину, и до него наконец начало доходить; его поступок не так уж безобиден. Мальчик почувствовал: сейчас может свершиться нечто запретное. Не зря же Нифру уходит так далеко от лагеря. Конечно, Фаргал мог встать и уйти. Или хотя бы закрыть глаза... Но он не закрыл глаза, а наоборот, сгорая от нетерпения, ждал: что дальше? Нифру выдернула заколки, и черная коса тяжело соскользнула вниз. Женщина поймала ее, смотала с запястья ремешок из тонкой кожи и принялась аккуратно, виток к витку, накладывать его на конец косы. Заинтригованный Фаргал смотрел во все глаза. Нифру закрепила ремешок. Из сходящихся кожаных колец выглядывал пушистый кончик. Как кисточка. Фетсианка сжала между ладонями волшебный камень, наклонилась к нему, словно что-то нашептывая. В кронах зашумел ветер, и сорванные листья поплыли между деревьями. Кто-то прошуршал в папоротнике в шаге от Фаргала. Змея? Нифру разжала ладони и вдруг подпрыгнула высоко вверх, разворачиваясь в воздухе. Тяжелая коса со свистом рассекла воздух. И началось. Такого танца Фаргал не видел никогда. Фетсианка вертелась, кружилась, ходила колесом, прыгала вверх, и тогда взлетавшая коса сбивала мелкие веточки. Нифру двигалась так быстро, что Фаргал взглядом не поспевал за ней. Он дрожал. Этот невероятный танец Нифру заставил его дрожать. Вдруг женщина резко остановилась. Коса, как живая, обвилась вокруг вытянутой руки, обмотанная кожей часть - в кулаке Нифру. Фаргал видел, как блестит от пота кожа женщины, видел, как втягивается в такт частому дыханию ее живот и вздрагивают на нем виноградные листья. Нифру присела, нет, скорее упала на корточки. Веки опущены, рот полуоткрыт. Рука с косой начала медленно опускаться вниз, пушистая черная кисточка скользила по коже: по горлу, между грудей, по животу... Вдруг тело фетсианки выгнулось назад, и она, страшно вскрикнув, упала на спину. Фаргал подскочил. Он похолодел от ужаса. - Нифру! - закричал он, бросившись к женщине. - Нифру, что ты делаешь! Он подбежал к фетсианке, но женщина уже перевернулась на бок, открыла глаза: - Фаргал? Малчик растерялся. Промямлил что-то... Зря он испугался. С Нифру явно ничего плохого не произошло. Почему же она так кричала? Женщина села, скрестив ноги, потянула мальчика к себе. - Смотри сюда, - сказала она. На ее раскрытой ладони лежал волшебный камень. Фаргал глянул на него - и лес вокруг закружился и пропал. *** - Я его выдеру, - пообещал Тарто. - Совсем мальчишка от рук отбился. - Не поможет. - Пальцы Нифру поглаживали морщинистую шею мужа, но мысли ее были далеко. - Он любопытен, как все мальчишки. - Никто из твоих сыновей не выслеживал тебя, жена, - буркнул Тарто. - Даже я не спрашиваю тебя, куда ты уходишь и зачем. Хотя и мне любопытно, - не удержался старшина. - Лучше тебе об этом не знать, муж, - мягко сказала фетсианка. - Поверь мне. Смуглые пальчики запутались в седой шерсти на груди Тарто. - Я стал слишком стар для тебя, - огорченно проговорил старшина. - Это не важно. - Она угадывала его мысли так же легко, как направление ветра. - Ты же знал, что будет, когда брал замуж женщину Фетиса. - Нифру убрала руку и поправила одеяло. - И маленькая женщина Фетиса тоже знала, когда выходила за тебя замуж. Мне намного важнее, муж, что для тебя я - не расписная куколка и даже не волшебница, а человек. Не наказывай Фаргала, ладно? Тарто притянул ее к себе, в руках у него оставалось достаточно силы, и потерся шершавой щекой о подставленную ладошку. - Хорошо, - пообещал он. - Не буду. *** - Оп! - крикнул Мимошка, и Фаргал, разбежавшись, резко оттолкнулся от земли, дважды перевернулся в воздухе и четко приземлился на ноги. - Хор-рошо! - Мимошка хлопнул Фаргала по спине. - Я сам не сделал бы лучше! Месяц назад Фаргалу исполнилось тринадцать лет. Если считать, что в тот день, когда Тарто в первый раз увидел его на дороге, мальчику было ровно четыре. За девять лет Фаргал научился вертеть сальто не хуже Мимошки, бегать по канату проворней, чем Кадол, и всаживать в мишень ножи и топоры с меткостью Большого. Вот только топоры его были раза в два полегче. Сверх того бывший солдат научил его владеть мечом (деревянным, а не стальным - боевое оружие в Эгерине простому человеку не дозволялось) и за пятьдесят шагов попадать стрелой в бычий глаз. "Мужчина должен уметь сражаться", - заявил бывший вояка. Пожалуй, Фаргал умел побольше, чем обычный солдат. Мало кто способен вспрыгнуть на скачущую лошадь и устоять в седле, пока она сделает два круга по рыночной площади. Фаргал мог. Он многое мог, этот мальчишка, и старшина Тарто уже чувствовал: год-два - и названый внук покинет труппу. Так же, как это сделал когда-то сам Тарто. Пока другие тренировали мускулы Фаргала, старшина постарался вложить побольше в его голову. - Не спеши принимать решение, - говорил Тарто. - Сначала оглядись вокруг, потом подумай, потом посоветуйся с теми, кто тебе близок, и со своим сердцем. И только тогда выбирай путь. Но, решив, не отступай, даже если узнаешь нечто новое. Будь спокоен, как кедр, спокойствие - признак силы. И мудрости. Хотя ты обещаешь вырасти могучим мужчиной, а от таких не ожидают мудрости. Ум же может стать твоим тайным оружием. Но не думай, что кто-то глупее тебя, если у него хуже подвешен язык или кожа черного цвета. И не задирай нос перед волком - он бьет снизу. Фаргал слушал и запоминал, хотя иной раз наставления старшины казались ему скучными и длинными, как утро в Мокрый месяц. Глава десятая За два последних года труппа Тарто проехала около восьми тысяч миль. Три месяца назад они снова побывали в Верталне, где задержались на целых три недели - меняли колеса фургонов. Затем знакомой дорогой цирковые двинулись на юг, к Буэгри, а утром восемнадцатого дня месяца Золотой Луны с вершины холма Фаргал снова увидел море. Разрисованные фургоны подкатили к северным воротам Буэгри незадолго до захода солнца. Вовремя успели, еще час - и пришлось бы ночевать за городской стеной. В Буэгри им не пришлось останавливаться в гостинице. Давний друг старшины, хозяин одной из строительных верфей, предоставил им кров. На следующий день Тарто решил дать труппе отдых. Представлений не будет, тренировок - тоже. Позволил всем спать чуть ли не до второй утренней стражи, выдал молодым: Бубенцу и Фаргалу - по три серебряные монеты. Большие деньги, осла купить можно. После завтрака Фаргал, Бубенец и Мимошка... нет, теперь уже солидно, по-взрослому - Мимош - отправились гулять по городу. Сначала - в порт, полюбоваться на корабли. Фаргал уже бывал в Буэгри, пять лет назад. Все, что осталось в его памяти, - это зеленый дворец Владыки и огромные, на каждый запросто поместится две дюжины цирковых фургонов, корабли. За пять лет город не изменился. Но изменился сам Фаргал. Когда-то Буэгри поразил мальчика множеством народа. Теперь после шумной столицы Фаргалу не показалось, что здесь так уж много людей. Дворец Владыки был по-прежнему красив, только юноша помнил его зеленым, как молодая трава, а дворец оказался темно-изумрудным с серебряными узорами на колоннах и цветными окнами из настоящего стекла. За чугунной, выкрашенной под серебро решеткой - огромный парк. В прудах - черные лебеди и белые изящные домики посреди воды. И лотосы. Стражники у ворот - на полголовы выше Фаргала. А ведь тот уже так вытянулся, что почти догнал Большого. И доспехи на них - золоченые. Словом, есть на что полюбоваться, даже после Вертална. Мимош с Бубенцом переглянулись. Младший брат показал на заглядевшегося Фаргала и хихикнул. - Пойдем, - сказал Мимош, потянув за руку. - Еще насмотришься. Он спешил в порт, чтобы узнать свежие новости. А вот Бубенца и Фаргала больше интересовали корабли. Узкие, хищные, с тремя мачтами и окованным форш-тевнем, боевые сокские; высокопалубные, искусно раскрашенные, с выпуклой кормой - из Фетиса; пузатые коротенькие, выкрашенные серым - из Самери. Но в основном - здешние или из соседней Карнагрии: всех мастей - от длинных боевых галер с Эгеринским Драконом на носу, до рыбачьих скорлупок, провонявших селедкой. Еще интересней - люди. Темнокожие сокты с мужественными лицами и удивительными, густой синевы глазами. Захваченные соктами пленники, совсем черные, тощие, длиннорукие, с волосами как шерсть черного барана и глазами выпуклыми и блестящими, словно маслины. - Табиты, - брезгливо сказал Бубенец. - Дикари-людоеды. Кому нужны такие рабы? - Дурак, - с оттенком превосходства произнес Мимош. - Император платит по золотому за голову. - Зачем? - удивился Фаргал. - Денег много! - ухмыльнулся Бубенец. - И это мой брат! - воскликнул Мимош. - Ашшур, если в эту голову вместилось столько глупости, почему не нашлось места для капли ума? Император платит соктам, чтобы сокты перехватывали табитские тримараны. Кроме того, они вполне годятся для гаданий по внутренностям и жертвоприношений. - Если ты такой умный, - едко произнес Бубенец, - то почему ты не Владыка? И отпрыгнул назад, чтобы избежать тумака. При этом он толкнул какого-то моряка-самерийца, и

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору