Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Ромерсон Дженнифер. Меч 1-4 -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  -
на лежала. Большая часть лица была скрыта, но я видел рот - рот Дел... Нежная впадинка на подбородке... может от Аджани? Изгиб щеки. И ресницы... Я отвернулся и пошел в наше отделение, чтобы присоединиться к Дел. Ее глаза были открыты и смотрели на меня. В них блестели слезы. Она изо всех сил сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Я хотел сказать ей, что это не имеет значения, что я понимаю, каково ей было вспоминать о брошенном ребенке. Я даже припомнил нашу короткую дискуссию о матерях, отцах и детях, рождавшихся у танцоров мечей, задумчивую меланхолию Дел, отчаяние в ее голосе. Я хотел сказать, что теперь все понял и ни в чем ее не виню. Но едва я лег рядом, Дел отвернулась к деревянной стене. Остаток ночи я уже не мог заснуть. Дел, я знал, тоже. 37 Перед рассветом нас с Дел развели по разным отделениям. Мне это не очень понравилось, я серьезно за нее беспокоился, но Телек убедил меня, что это обычай. Его женщина, Хана - с Калле в качестве помощницы - увела Дел в дальнее отделение в конце дома. Телек отвел меня в то, которое он занимал со своей семьей, и дал мне чистую одежду. - Это Северные вещи, - извинился он. - Но они тебе подойдут, а других ты здесь не достанешь. Я пожал плечами. - Если бы я пошел на Север в набедренной повязке, бурнусе и сандалиях, я бы давно отморозил себе гехетти... примерно это мне Дел и говорила, - Телек охотно улыбнулся. - Я уже привык к теплой одежде. Северянин посмотрел на Хану, помогавшую Дел. - Я не буду спрашивать, что было между тобой и Стигандом прошлой ночью - это не мое дело - но я прошу тебя помнить о договоре, который мы заключили. Я снял пояс, гетры и ботинки. - Я все помню. Я подчинюсь решению суда, - я стянул через голову тунику. - Ты, конечно, даже не намекнешь мне, чего ожидать. Телек покачал головой. - Мое мнение это мое мнение. Вока принимает решение большинством голосов. Даже если бы я сказал тебе, за какой приговор буду бороться, ты не получил бы гарантию, что весь вока согласится на это. Я потер грудь. Аиды, чего бы я не отдал за возможность хотя бы несколько часов походить в шелках и газе Юга, освободившись от грубой шерсти, тяжелых мехов и жесткой кожи. - Тебе, Телек, нужно, чтобы Дел уехала из Стаал-Уста, - Стиганду тоже, хотя Телеку я об этом не сказал. Я решил, что все будет ясно после вынесения приговора. Лицо Северянина было мрачным, глаза смотрели со странной враждебностью. - Я боюсь, - тихо сказал он. - Боюсь, что она привяжется к девочке если останется, и заявит о своих правах на Калле. Я понизил голос, чтобы ни Дел, ни Калле ничего не услышали. - Но она отдала ее тебе, разве не так? Просила тебя вырастить девочку? Он быстро кивнул. - На другой день после рождения Калле отдали на наше попечение. Мы выбрали для нее имя. Дел было все равно. Я был кайдином, когда Дел стала истойя и ее начал обучать Балдур. Она знала меня, уважала, почитала... Я с радостью принял ее дочь. Хана... бесплодна, - он кинул взгляд на дальнее отделение. В доме не было никого, кроме нас, Ханы, Калле и Дел. Разбежались даже кошки и собаки. - Это был настоящий подарок богов. Но сейчас... - Ты боишься, что этот подарок отнимут, - я мрачно кивнул, натягивая новые шерстяные штаны. - Я боюсь не меньше, Телек. Думаю, у нас есть много общего. Он нахмурился, подавая мне шерстяную тунику. - А чего тебе бояться, Южанин? Что Калле для тебя? - Она может все уничтожить, - прямо ответил я. - Я привык к своей жизни. Мне нравится свобода, вызов, риск. И мне нравится делить их с Дел, а чтобы такая жизнь продолжалась, Дел не должно обременять ничто. Особенно такое значительное как ребенок. - Значительное, - эхом отозвался он. - Да, ребенок это слишком важно. И мужчина или женщина, которые не понимают этого, не имеют чести. Снова честь. Знакомый припев. - Дело не в том, что я не люблю детей или не считаю Калле чудесной малышкой... - ...но тебе не нужна ответственность, - кивнул Телек. - Когда-то я думал так же. А однажды я даже поклялся, что никогда не свяжу себя с женщиной брачными узами, что мне хватит и обычных развлечений, - он криво улыбнулся. - Все мы меняемся, Южанин. Одни раньше, другие позже; одни больше, другие меньше, - он следил за головой Дел, время от времени, поднимавшейся над дальней перегородкой. А я вдруг задумался. Я не утруждал себя мыслями о том, что случится когда я постарею - просто немного постарею, а не стану стариком - и не смогу танцевать. Я мало видел старых или пожилых танцоров мечей: возраст брал свою дань и люди нашей профессии уничтожали сами себя. Так что я об этом не думал. Я очень старался об этом не задумываться. Я не произнес ни слова, пока не закончил одеваться. Позаимствованная одежда была сшита из темно-синей шерсти. Тунику с длинными рукавами украшали серебряные бусины; сталкиваясь, они звенели. На мягкие штаны я надел меховые гамаши, украшенные серебряными узорами, а на руки тяжелые кожаные нарукавники, отягощенные круглыми серебряными шишками. Аиды, какое тщеславие! Но и этим наряд не ограничивался. К нему прилагался соответствующий пояс - такой широкий, что сжимал даже ребра - тоже основательно разукрашенный серебряными шишками, и тяжелый плащ цвета индиго, чтобы оттенить более темные тунику и штаны. Телек накинул плащ мне на плечи, расправил складки и заколол ткань на одном плече массивной серебряной брошью. Плащ спускался до ботинок и тянул назад так, что хотелось изогнуться. Я расправил плечи, привыкая к дополнительному весу. - Если я упаду в озеро во всей этой роскоши, я утону. - Ты и без нее утонешь. Дел сказала, что ты не умеешь плавать, - усмехнулся Телек. - Теперь, если бы не загорелая кожа и каштановые волосы, тебя можно было бы принять за одного из нас. - Нет, спасибо, - вежливо сказал я. - Вы живете слишком сложно... Я лучше останусь простым Южным танцором меча с единственной обязанностью - выжить в круге. - Достойное стремление, - отметил Телек и кивнул на Дел. - Ан-истойя, Южанин. Величайшая ученица Балдура... и его величайший провал. Я обернулся и на минуту лишился дара речи. Передо мной стояла Дел. Лицо у нее было белое, застывшее. Она носила тот же цвет, что и Брон в круге - глубокий черный, и светлые косы так же спрятала под мех и перевязала ремешками. Как и я, она надела нарукавники, но не темные, а серебристые. За ее левым плечом поднималась рукоять яватмы по имени Бореал. Дел была изумительно красивой... и холодной как смерть, в чей цвет она была одета. Взгляд Дел замораживал. - Они зовут нас. Телек кивнул и первым пошел к выходу. Его светло-каштановые волосы были заново заплетены в косы Ханой. Он носил одежду приглушенного коричневого цвета и охровый плащ, напомнивший мне о Юге. Хана, взяв Калле за плечо, увела девочку с прохода. Дел застыла, потом резко опустилась на колени перед дочерью и поправила ее светлые волосы. - Я сделаю все, чтобы ты могла гордиться мною. Хана посмотрела на Телека с испугом и отчаянием, хотя Калле в ответ просто улыбнулась, не понимая смысла происходящего. Лицо Телека было суровым и спокойным, но в глазах я заметил опасение, горе, гнев, готовые вырваться из железных тисков воли, которыми он едва сдерживал себя. Телек заметил, что я смотрю на него, и быстро открыл дверь. - Круг ждет, Дел. Она поднялась. Кончики пальцев ненадолго задержались на волосах Калле и Дел решительно отвернулась от девочки. Мы вышли и я мысленно поблагодарил Телека за огромный плащ - он сковывал движения и драться в нем было бы невозможно, зато в мирной обстановке он спасал от холода. Чистый морозный воздух сразу взбодрил меня. Под ботинками захрустели снег и мерзлая трава. Робкие солнечные лучи пробивались сквозь паутину голых веток и рисовали полосатые узоры на земле. Солнечные зайчики плясали на снегу, отражаясь от рукоятей десятков мечей. Собрались все, даже маленькие дети. Люди обступили вока. Телек жестом предложил мне отойти в сторону, подальше от центра, но не сливаться с толпой. Дел он провел в середину круга и приказал ей встать перед теми, кто должен был судить ее. Она заняла свое место. Я видел ее профиль, острый как стекло. Какой бы приговор они не вынесли, Дел была готова достойно принять его. Телек вышел вперед. Он вынул меч, подошел поближе к Дел, приставил острие к земле и надавил на рукоять, чтобы лезвие наполовину вошло в землю. Девять мужчин последовали его примеру. Дел оказалась пойманной в кольцо мечей. Ее яватма оставалась за спиной. Стиганд стоял в цепочке вока плечом к плечу с теми, кто был моложе и сильнее его. Но я знал, что ни у кого не было такой власти, как у этого старика. Я надеялся, что он справится с остальными. Из-за поручителя ан-истойя Стиганд заговорил на языке Границы. - Объяви нам свое имя. - Делила, - спокойно ответила она, - дочь Стаал-Уста. - Почему ты стоишь перед нами? - Я пришла на суд, чтобы ответить за смерть ан-кайдина Балдура, чью жизнь я забрала в прошлом году, - Дел глубоко вздохнула. - Искупить вину крови и заплатить союзу мечей за потерю. Над поляной повисла тяжелая тишина. Я осмотрелся, пытаясь разобраться в настроении людей, и увидел суровые Северные лица, услышал мрачные комментарии на Северном. Люди не хотели прощать ей смерть ан-кайдина. - Скажи нам, зачем ты это сделала, - потребовал Стиганд. - Мне нужно было напоить мою яватму. - Но почему кровью Балдура? Он не был достойным врагом, он был достойным другом! Аиды. Даже Стиганд вышел из себя. - Я не могла поступить иначе, - ответила Дел. - Он нужен был мне в мече. Голос Стиганда дрожал. - Тогда объясни нам, зачем? Скажи, почему это стоило ему жизни? Дел объяснила. Она говорила только со Стигандом, остальные для нее были только случайными слушателями. Сухо, невозмутимо, она поведала что случилось с ее семьей. Как Аджани и его налетчики уничтожили всех, кого она знала. Она выкладывала факты совершенно спокойно, словно случившееся ее не касалось, и я забеспокоился за исход суда. Она закончила рассказ быстро. Я бы не назвал его защитой, он прозвучал как косвенно связанная с делом история, и я испугался, что жесткий контроль, под которым она держала себя, настроит вока против нее. Пришла моя очередь. Глаза Стиганда высмотрели меня. - Выйдет ли вперед поручитель ан-истойя, чтобы назвать нам свое имя? Это был не совсем вопрос, хотя произнес его Стиганд в вопросительном тоне. Я шагнул вперед - люди сразу оживленно заговорили - попытался поймать взгляд Дел, но она не сводила глаз с вока. - Я - Песчаный Тигр, - объявил я, - рожденный на Юге, в Пендже... Я танцор меча седьмого ранга. Едва я начал говорить, наступила тишина. Стиганд подумал и кивнул. - Я наслышан об этом человеке. Он действительно Песчаный Тигр, что доказывают шрамы, полученные от кошки, которую он убил, чтобы получить имя. Он сражался с честью и достоинством. Ну, на самом-то деле ничего очень уж достойного там не было. Кот почти прикончил меня, и было сущим везением, что он лишь царапнул меня лапой по лицу, пока я пытался проколоть его к скале грубой пикой. Я далеко не сразу смог попасть в жизненно важные органы. Честь? Может быть. Мне не нужна была жизнь раба, а другого шанса получить свободу могло не представиться. Стиганд монотонно бормотал: - Ты пришел в Стаал-Уста как поручитель ан-истойя. Я согласился. - И ты сознаешь, какую ответственность берешь на себя. Ну, более-менее. Я готов был подтвердить рассказ Дел и сказать вока, что считал ее действия оправданными. Я все это им и сообщил. - И понимаешь последствия своего решения. Я мысленно вздохнул и сказал, что все понимаю. Мечтая, чтобы все это поскорее закончилось. - Хорошо ли ты знаешь ан-истойя? Я сказал, что последние десять месяцев провел вместе с Дел и возможно знал ее лучше, чем кто-либо, поскольку мы делили и круг, и постель, и тренировки. Мы работали вместе, что, если вока захочет, будет совсем нетрудно проверить. Достаточно отправить людей на Юг к нашим нанимателям. Я надеялся, что хоть это заткнет его: на проверку уйдет слишком много времени. Лицо у Стиганда было злое. - Согласен ли ты со словами ан-истойя? Считаешь ли, что у нее были причины убить Балдура? Я понял, что это хитрая проверка. Мне придется с большой осторожностью подбирать слова для ответа. Проклиная пробелы в знании языка Границы, я тем не менее начал, как я надеялся, мудрую и красивую речь в защиту действий Дел, но не успев и наполовину истощить свое красноречие, замолчал и сделал шаг вперед. - Все это ерунда, - сказал я им. - Сейчас все зависит оттого, как вока растолкует ее действия, а не решение, основанное на правильности или ошибочности. Всем нам приходилось совершать поступки, которым мы внутренне противились. Я сомневаюсь, что кому-то из нас нравится убивать людей, но иногда мы вынуждены убивать. Я думаю, что необходимость определяется силой обстоятельств, - я глубоко вздохнул. - Дел поклялась душами ее убитых родственников и ее яватмой, что отомстит убийцам. Сама по себе клятва была достойной. Так диктует честь, этому учат и в Стаал-Уста, но Дел понимала, что шансов на успех у нее было немного: одна женщина, даже если она виртуозно владеет мечом, не справится с двадцатью или тридцатью мужчинами, - я сделал короткий жест в сторону Дел, указывая на меч. - Она не могла рассчитывать ни на кого, кроме себя - получить кровный долг должен кто-то из родни, а все кроме нее погибли. И ей пришлось обратиться к помощи единственного человека, который, она знала, мог дать ей силу, поддержку и мощь, которые ей требовались - она попросила помощи у ее ан-кайдина. - Она убила ее ан-кайдина! Страстный крик Стиганда повис в утреннем воздухе. И глядя на него, я подумал, что был дураком, надеясь услышать от старика оправдательный приговор. Я облизнул губы. - Но Балдур не мертв. Он живет в ее яватме. - Это невозможно, - вставил Телек. Я не согласился. - А разве Северяне не верят, что напоив яватму кровью достойного человека, враг он или нет, меч вбирает в себя отличительные черты этого человека? Телек махнул рукой. - И не только это. - Гибель, - четко произнес я, - вот что это означает. А может в этом и суть: я видел, как изменялись яватмы после смерти их танцоров. Сначала яватма Терона, потом Брона. Они умерли вместе с хозяевами, став обычными мечами. Все в вока обменялись взглядами. Конечно ничего нового я им не сообщил, но может они растерялись от моей осведомленности. - Поэтому, - спокойно продолжил я, - Дел пришлось попросить Балдура помочь и он согласился. Он вошел в круг и танцевал со своей лучшей ан-истойя. И умер, чтобы яватма Дел могла жить. Чтобы Дел могла собрать кровный долг, как и принято на Севере для человека с честью. Старик смотрел на меня. Я читал на его лице все, что он переживал: горе, гнев, понимание. Но он ничего не сказал. Он просто повернулся и отошел, а остальные члены вока пошли за ним. Аиды, ненавижу ждать. Но именно этим нам и пришлось заниматься, Дел и мне. Остальные стояли и смотрели. И ждали, как и мы. Наконец Стиганд вернулся вместе с вока и занял свое место перед заключенной в кольцо мечей Дел. Он ничего не сказал, пока остальные не встали в круг. И Телек, и Стиганд избегали моего взгляда. Плохой знак. Старик посмотрел на Дел. - Ты убила одного из нас. Такое не прощается, как не прощается и любая ненужная смерть. Дел даже не моргнула. - Ты согласилась заплатить долг меча родне Балдура, но он был одинок. Поэтому ты заплатишь Стаал-Уста. Дел кивнула. - Мы были снисходительны, вынося приговор. Мы предлагаем тебе выбор: жизнь или смерть. Ты согласишься на изгнание и уйдешь или останешься и будешь убита. Все собравшиеся разом заговорили. Некоторые считали приговор справедливым, другие возражали. Я посмотрел на Стиганда. Вот значит как. Старик все же помог. Я поискал глазами Телека - его лицо ничего не выражало, но в серых глазах я заметил удовлетворение. Честь Стаал-Уста не пострадала, Дел наказана, оба они получили что хотели: они освободили Обитель от болезненных воспоминаний о смерти и рождении. Я выдохнул с облегчением. Теперь мы могли ехать на Юг, возвращаться домой. - Насколько, - спросила Дел, - я изгнана? - Навсегда, - ответил Стиганд. Дел не удивилась и кивнула. - Я бы хотела выкупить год. Все снова замолчали. Люди удивились так, что у некоторых открылись рты. Стиганд растерялся. - Выкупить год? Голос Дел звенел в холодном воздухе. - Я прошу отложить первый день изгнания на двенадцать месяцев. Я заплачу. - Зачем тебе это? - потребовал Стиганд. - У меня есть ребенок, - Дел смотрела ему в глаза. - Хотя бы год я хочу побыть матерью. Телек закрыл глаза. Стиганд покачал головой. - Это неприемлемо... Ты бросила девочку... - ...потому что вынуждена была сделать это, - тихий голос Дел был наполнен такой страстью, что звучал как крик. - Какой матерью была бы женщина без чести? Какую жизнь могла бы я предложить ребенку? Одни несчастья? И поэтому я произнесла клятвы и оставила девочку, чтобы получить кровный долг и вернуть честь своей семье... чтобы и у Калле было хоть немого чести, - она посмотрела в глаза Телеку. - Я не собираюсь забирать ее у вас. Я прошу позволить мне делить ее с вами один год, а потом она будет навеки ваша. Она останется здесь, а я уеду, - Дел не скрывала горечи. - Разве я так много прошу? Один год против целой вечности. Аиды, баска, о таком мы не договаривались. Лицо Телека помрачнело, но Стиганд расстроенным мне не показался. Он даже улыбнулся. - Ты сказала, что готова заплатить за год. Чем? Своей жизнью и изгнанием ты платишь долг меча Стаал-Уста... Так что у тебя остается? - Кровный дар, - ровно ответила она, - за год. Стиганд говорил мягко. Он был уверен в исходе. - Я снова спрашиваю: что? Ты хочешь отдать яватму? - Нет, - тихо ответила Дел. - Я дам вам нового ан-истойя. Я отдаю вам на год Песчаного Тигра. 38 Вокруг меня только шум. Все говорили со мной, говорили обо мне: Стиганд, Телек, другие члены вока, все Северяне с острова. Но для меня их слова были просто шумом, вообще все превратилось в ровный шум. Я легко ушел от него, пробившись сквозь толпу, и наконец добрался до Дел. Я потянулся, схватил ее за руку повыше локтя и подтащил поближе. - Нам нужно поговорить. Вока выпустил ее из клетки. Каждый вытащил свой меч и убрал его в ножны, демонстрируя этим свое согласие. Только два меча остались в земле: ни Стиганду, ни Телеку идея Дел ничего хорошего не сулила, но решение принималось большинством голосов и в конце концов им пришлось выдернуть мечи. Дел выкупила год. Она попыталась вырвать руку, но я только

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  - 36  - 37  - 38  - 39  - 40  - 41  - 42  - 43  - 44  - 45  - 46  - 47  - 48  - 49  - 50  -
51  - 52  - 53  - 54  - 55  - 56  - 57  - 58  - 59  - 60  - 61  - 62  - 63  - 64  - 65  - 66  - 67  -
68  - 69  - 70  - 71  - 72  - 73  - 74  - 75  - 76  - 77  - 78  - 79  - 80  - 81  - 82  - 83  - 84  -
85  - 86  - 87  - 88  - 89  - 90  - 91  - 92  - 93  - 94  - 95  - 96  - 97  - 98  - 99  - 100  - 101  -
102  - 103  - 104  - 105  - 106  - 107  - 108  - 109  - 110  - 111  - 112  - 113  - 114  - 115  - 116  - 117  - 118  -
119  - 120  - 121  - 122  - 123  - 124  - 125  - 126  - 127  - 128  - 129  - 130  - 131  - 132  - 133  - 134  - 135  -
136  - 137  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору