Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Фантастика. Фэнтези
   Фэнтази
      Пратчетт Терри. Творцы заклинаний -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  -
чалу, то есть почитает основной..." - завело дерево и не затыкалось несколько минут. Матушка Ветровоск с нетерпением и досадой слушала выражения типа "ряд Матерей-Богинь", "примитивный культ луны" - уж она-то знала, что такое быть ведьмой. Это травы, порча, ночные полеты по округе и верность традициям, но это никоим образом не связано с общением с богинями - будь они матерями или кем-то еще, - которые, судя по всему, способны на весьма сомнительные проделки. А когда дерево начало толковать о "танцах нагишом", матушка попыталась заткнуть перьями уши - пусть где-то под затейливыми наслоениями ее сорочек и юбок имеется немного кожи, это еще не значит, что данное обстоятельство заслуживает ее одобрения. Дерево закончило свой монолог. Матушка подождала немного, чтобы окончательно убедиться, что яблоня не собирается ничего добавлять, и спросила: "Это и есть ведовство, да?" "Оно самое. Его теоретический базис". "У вас, волшебников, бывают чудные идеи". "Я больше не волшебник, а просто дерево". Матушка встопорщила перья. "А теперь послушай меня, господин Дерево Теоретический Базис. Если бы женщины рождались для того, чтобы стать волшебниками, они умели бы отращивать длинные седые бороды, она не будет волшебником, тебе это ясно, волшебство - это совершенно неправильный способ использования магии, это всего-навсего свет, огонь и баловство с Силами, ей это совершенно ни к чему, и спокойной тебе ночи". Сова сорвалась с ветки. Матушка не тряслась от ярости только потому, что это мешало полету. Волшебники! Слишком много болтают, держат заклинания пришпиленными в книгах, словно бабочек, но хуже всего то, что они считают, будто только их магия стоит того, чтобы ей заниматься. Матушка была твердо уверена в одном: женщины никогда не были волшебниками и не собираются становиться таковыми сейчас. Под бледным светом уходящей ночи она вернулась в домик. Ее тело, поспав на сене, чувствовало себя отдохнувшим, и она надеялась посидеть несколько часов в кресле-качалке и привести в порядок свои мысли. Это было время, когда ночь еще не совсем закончилась, а день не совсем начался - мысли были четкими, ясными, и ничего им не мешало. Она... Посох стоял у стены, рядом с кухонным шкафом. Матушка застыла на месте. - Понятно, - сказала она наконец. - Так, значит, да? В моем собственном доме? Она очень медленно подошла к очагу, бросила на угли пару поленьев и раздувала огонь до тех пор, пока языки пламени, взревев, не поднялись до самого дымохода. Удовлетворенная итогом своих усилий, она повернулась, пробормотала на всякий случай несколько предохранительных заклятий и схватила посох. Он не сопротивлялся, и она едва удержалась, чтобы не упасть. Посох оказался у нее в руках, и она торжествующе расхохоталась, почувствовав, как он покалывает ей ладонь и как магия, словно воздух в грозу, потрескивает в нем. Как все просто! Видно, боевой дух посоха куда-то испарился. Призывая проклятия на волшебников и все их творения, она занесла посох над головой и со стуком опустила в огонь, в самую жаркую часть пламени. Эск вскрикнула. Звук пролетел сквозь пол спальни и серпом взрезал темный домик. Матушка была старой, усталой женщиной и не совсем хорошо соображала после долгого и тяжелого дня, но, чтобы выжить, ведьма должна научиться делать поспешные и очень смелые выводы. Матушка еще смотрела на охваченный пламенем посох и прислушивалась к доносящимся сверху воплям, а ее руки уже тянулись к черному чайнику. Она опрокинула воду на огонь, выхватила из очага посох, над которым поднимались клубы пара, и взбежала по лестнице на второй этаж, с ужасом думая о том, что ей предстоит там увидеть. Эск сидела на узкой кровати, целая и невредимая, но вопящая во все горло. Матушка прижала ее к себе и попыталась успокоить; она не знала точно, как это делается, однако рассеянное похлопывание по спине и неопределенные ободряющие звуки вроде бы достигли цели. Крики перешли в рыдания и, в конце концов, в тихие всхлипы. Матушка разобрала слова "огонь" и "горячо", и ее губы сжались в тонкую горькую полоску. Наконец она уложила девочку, укрыла ее одеялом и тихо, крадучись, спустилась по ступенькам. Посох снова стоял у стены. Матушку ничуть не удивило то, что на нем не было ни одной подпалины. Она развернула качалку к посоху и уселась, подперев подбородок ладонью. Весь ее вид выражал мрачную решимость. Вскоре кресло начало само собой покачиваться. Его скрип был единственным звуком в тишине, которая сгущалась, растекалась и заполняла кухню, словно ужасающий темный туман. Утром, перед тем как Эск проснулась, матушка спрятала посох в соломенной кровле - от греха подальше. Эск позавтракала и выпила кружку козьего молока. События последних суток не оставили на ней и следа. Она впервые провела в домике матушки больше времени, чем требуется для короткого визита вежливости. В общем, пока старая ведьма мыла посуду и доила коз, Эск постаралась максимально использовать подразумеваемое разрешение исследовать окрестности. Вскоре она обнаружила, что жизнь в домике не так уж и проста. К примеру, существовала проблема козьих имен. - Но у них должны быть имена! - воскликнула она. - У всего есть имя. Матушка посмотрела на нее из-за округлого, грушевидного бока старшей козы и выдавила в невысокое ведерко тонкую струйку молока. - Ну, наверное, на козьем языке у них есть имена, - неопределенно пробурчала она. - Но к чему им имена на человеческом? - Видишь ли... - начала Эск, запнулась и, подумав какое-то время, спросила: - А как тогда ты заставляешь их делать то, что тебе от них требуется? - Они просто делают это, а когда я им нужна, они орут. Эск с серьезным видом протянула старшей козе клок сена. Матушка следила за ней задумчивым взглядом. У коз действительно имелись имена друг для друга, и она прекрасно это знала. Имена были самые разные: "коза-мой-ребенок", "коза-вожак-стада", "коза-моя-мать" и полдюжины других, не последним из которых было "коза-которая-стоит-здесь". Еще козы славились сложной иерархией внутри стада, четырьмя желудками и пищеварительной системой, которая деловито урчала всякую спокойную ночь. Матушке всегда казалось, что называть все это, например, Ромашкой - значит оскорблять благородное животное. - Эск, - решившись, позвала она. - Да? - А кем бы ты хотела стать, когда вырастешь? На лице Эск отразилось недоумение. - Не знаю. - Ну, - сказала матушка, не переставая доить, - как по-твоему, что ты будешь делать, когда вырастешь? - Не знаю. Наверное, выйду замуж. - А ты хочешь? Губы Эск начали было произносить "не з...", но она поймала матушкин взгляд, остановилась и немножко подумала. - Все взрослые, кого я знаю, вышли замуж или женились, - ответила она наконец, подумала еще и осторожно добавила: - Кроме тебя, конечно. - Это правда, - отозвалась матушка. - Ты что, не хотела выйти замуж? Теперь настала матушкина очередь задуматься. - Руки не дошли, - выдавила она в конце концов. - Понимаешь, слишком много других дел. - Папа говорит, что ты ведьма, - рискнула Эск. - Правильно говорит. Эск кивнула. Ведьмы в Овцепикских горах обладали статусом, подобным тому, какой в других культурах придавался монашкам, сборщикам налогов и ассенизаторам. Ну то есть их уважали, иногда ими восхищались, в общем и целом им рукоплескали за то, что они делают дело, которое, если мыслить логически, должно быть сделано, но всем было слегка неуютно в их компании. - Тебе хотелось бы выучиться и стать ведьмой? - спросила матушка. - Ты имеешь в виду магию? - глаза Эск вспыхнули. - Да, магию. Но не огненную. Настоящую магию. - А ты умеешь летать? - Есть вещи и получше полетов. - И я смогу им научиться? - Если твои родители позволят. - Отец - нет, - вздохнула Эск. - Я лично с ним поговорю, - пообещала матушка. - А теперь послушай меня, Гордо Смит! Кузнец попятился в глубь кузницы, защищаясь от матушкиного гнева поднятыми руками. Она наступала на него, возмущенно потрясая в воздухе пальцем. - Я помогла тебе появиться на свет, болван ты этакий, и сейчас у тебя не больше ума, чем было тогда... - Но... - попробовал возразить кузнец, отскакивая за наковальню. - Магия нашла ее! Магия волшебников! неправильная магия, ты понял? Эта магия не для Эск! - Да, но... - Ты хоть представляешь, что она может натворить? Кузнец обмяк. - Нет. Матушка на секунду умолкла и понизила голос. - Конечно, нет, - уже мягче повторила она. - Где тебе... Она уселась на наковальню и попыталась успокоиться. - Послушай, магия обладает чем-то вроде собственной жизни. Это не имеет значения, потому что... во всяком случае магия волшебников... - Она посмотрела на его лицо, на котором было написано полное недоумение, и предприняла еще одну попытку: - Ну, ты знаешь, что такое сидр? Кузнец кивнул. В этом вопросе он чувствовал себя более уверенно, но не совсем представлял, куда это сравнение может завести. - Но есть еще спиртное. Яблочное бренди, к примеру, - продолжала ведьма. Кузнец снова кивнул. Зимой в Дурном Заду все гнали яблочное бренди, выставляя бочки с сидром на ночь на улицу и вынимая лед, пока на самом донышке не оставалось некоторое количество очень крепкого напитка. - В общем, сидра ты можешь выпить много, и тебе от этого ничего не будет, так? Кузнец опять кивнул. - Но бренди ты пьешь маленькими стаканчиками, понемногу и достаточно редко, потому что оно шибает прямо в голову... Кузнец кивнул еще раз, а потом, осознав, что его вклад в беседу совсем невелик, добавил: - Правильно. - Вот в этом-то и состоит разница, - заключила матушка. - Какая разница? Матушка вздохнула: - Разница между магией ведьм и магией волшебников. И эта магия нашла Эск. Если Эск не сумеет подчинить ее себе, девочка пропадет. Магия может стать чем-то вроде двери, и по другую сторону этой двери нас ждут весьма неприятные Твари. Понял? Кузнец кивнул. На самом деле он ничего не понял, но правильно предположил, что, если он признается в этом, матушка начнет углубляться в ужасные подробности. - У Эск сильная воля, - продолжила старая ведьма. - Но рано или поздно ей будет брошен вызов. Кузнец взял с лавки молот, посмотрел на него так, словно никогда не видел раньше, и положил обратно. - Если Эск обладает магией волшебников, то учеба на ведьму не принесет ей никакой пользы. Ты сказала, что это разные вещи. - И то и другое суть магия. Если ты не можешь научиться ездить на слоне, ты, по крайней мере, можешь научиться скакать на лошади. - А что такое слон? - Нечто вроде барсука, - ответила матушка. Вот уже в течение сорока лет она держала звание эксперта по вопросам леса и еще ни разу не призналась в невежестве. Кузнец вздохнул. Он знал, что потерпел поражение. Его жена ясно дала ему понять, что она одобряет матушкину идею, и сейчас, подумав хорошенько, он тоже обнаружил некоторые преимущества в создавшемся положении. В конце концов, матушка не вечна, а быть отцом единственной ведьмы в округе - весьма престижно. - Ладно, - кивнул он. Зима сделала поворот и начала медленно ползти к весне. Большую часть своего времени Эск проводила у матушки Ветровоск, обучаясь ведьмовской науке. Похоже, эта наука состояла в основном из вещей, которые нужно было запоминать. Теория сопровождалась практикой, которая включала в себя мытье кухонного стола и основы траволечения, уборку навоза у коз и применение грибов, стирку и вызывание Мелких Богов. Одним из основных предметов был уход за большим медным перегонным кубом в буфетной и навыки перегонки. К тому времени как подули теплые краевые ветра и снег остался лишь в виде маленьких полосок слякоти с пуповой стороны деревьев" Эск уже знала, как приготовить целый ряд растираний, несколько видов бренди, применяемого в медицинских целях, пару десятков специальных настоев и несколько таинственных отваров, назначение которых, по словам матушки, ей предстояло узнать в свое время. Чем она совсем не занималась, так это магией. - Всему свое время, - неопределенно повторяла матушка. - Но ведь предполагается, что я ведьма! - Ты еще не ведьма. Назови мне травы, полезные для кишечника. Эск заложила руки за спину, зажмурилась и отбарабанила: - Цветущие верхушки крысиного горошка, сердцевина корня львиного зада, стебли графинки, стручки... - Хорошо. Где растут водяные огурцы? - На торфяных болотах и в застоявшихся прудах, в месяц... - Прекрасно. Ты делаешь успехи. - Но это не магия. Матушка уселась на кухонный стол. - По большей части магия - это вообще не магия. Нужно просто узнать соответствующие травы, научиться наблюдать за погодой, познакомиться с повадками животных. И с повадками людей тоже. - И все? - в ужасе воскликнула Эск. - Все? Довольно большое "все", - хмыкнула матушка. - Но нет, это не все. Есть еще кое-что. - Ты можешь меня научить? - Всему свое время. Пока тебе лучше не вылезать. - Не вылезать? Откуда? Взгляд матушки метнулся к теням, скопившимся в углах кухни. - Неважно. Вскоре последние сохранившиеся клочки снега исчезли, и в горах забушевали весенние грозы. Воздух в лесу наполнился запахом перепревших листьев и скипидара. Несколько ранних цветков бросили вызов ночным заморозкам, и из ульев вылетели пчелы. - Вот пчелы, - сказала матушка Ветровоск, - это настоящая магия. Она осторожно приподняла крышку первого улья и продолжила: - Пчелы - они тебе и мед, и воск, и пчелиный клей, и маточное молочко. Замечательные существа, эти пчелы. И ими правит королева, - с оттенком одобрения в голосе добавила она. - А они тебя не кусают? - поинтересовалась Эск, отступая. Клубящаяся масса пчел выплеснулась из сот и растеклась по грубым деревянным стенкам улья. - Очень редко, - ответила матушка. - Ты хотела магии. Смотри. Она сунула руку в гущу копошащихся насекомых и издала горлом пронзительный, слегка жужжащий звук. Пчелы зашевелились, и одна из них, длиннее и толще всех остальных, забралась к ней на ладонь. За маткой последовало несколько рабочих пчел, которые поглаживали ее и по-всякому за ней ухаживали. - Как это у тебя получилось? - полюбопытствовала Эск. - А-а, - отозвалась матушка. - Хочешь знать? - Да. Хочу. Именно поэтому я и спросила, матушка, - строго ответила Эск. - По-твоему, я воспользовалась магией? Эск посмотрела на пчелиную матку и подняла глаза на ведьму. - Нет. По-моему, ты просто хорошо знаешь пчел. Матушка ухмыльнулась: - Совершенно верно. И это одна из форм магии. - Что-то знать? - Знать то, что другие не знают, - поправила матушка, заботливо вернула королеву подданным, закрыла крышку улья и добавила: - И, мне кажется, тебе пора познакомиться с парой-другой секретов. "Наконец-то", -подумала Эск. - Но сначала мы должны засвидетельствовать уважение улью, - предупредила матушка, причем последнее слово ей удалось произнести с большой буквы "У". Эск, не подумав, сделала реверанс. Матушка влепила ей затрещину и беззлобно заметила: - Надо кланяться. Ведьмы кланяются. Она продемонстрировала. - Но почему? - жалобно провыла Эск. - Потому что ведьмы должны отличаться от других, и это часть нашего секрета, - ответила матушка. Они сидели на выбеленной солнцем лавке с краевой стороны домика. Перед ними колыхались Травы, достигающие уже фута в высоту, - зловещая коллекция бледно-зеленых листьев. - Ну ладно, - сказала матушка, устраиваясь поудобнее. - Помнишь ту шляпу, что висит на крючке у двери? Пойди принеси ее. Эск послушно прошла в домик и сняла с крючка матушкину шляпу, которая была высокой, остроконечной и, разумеется, черной. Матушка перевернула шляпу и внимательно осмотрела ее. - Внутри этой шляпы, - торжественно объявила она, - скрыт один из секретов ведовства. После того как девушка узнает этот секрет, назад пути нет. Что ты можешь сказать мне об этой шляпе? - Можно я ее подержу? - Сколько угодно. Эск заглянула в шляпу. Она увидела проволочный каркас, который придавал шляпе форму, пару шпилек. И все. Шляпа ничем не выделялась, если не считать того, что другой такой в деревне не было. Но это не делало ее магической. Эск закусила губу, и ей представилось, как ее с позором отправляют домой. Шляпа на ощупь была самой обычной, и потайные карманы в ней отсутствовали. Это была типичная ведьмовская шляпа. Матушка всегда надевала ее, направляясь в деревню, однако в лесу носила обыкновенный кожаный колпак. Эск попыталась припомнить то, чему неохотно, скрепя сердце, учила ее матушка. "Дело не в том, что знаешь ты, дело все в том, чего не знают другие. Магия бывает подходящей в неподходящем месте, а бывает - неподходящей в подходящем. Она может быть..." Уходя в деревню, матушка всегда надевала шляпу. И просторный черный плащ, который уж точно не был магическим, потому что большую часть зимы служил покрывалом для коз, и весной, как правило, матушка его стирала. В мозгу у Эск начал вырисовываться ответ, и ответ этот ей очень не понравился. Он был похож на многие матушкины ответы. Словесный фокус. Матушка говорила то, что вы все время знали, но говорила по-другому, так что изрекаемые ею слова обретали огромную важность. - Кажется, я догадалась, - произнесла Эск. - Выкладывай. - Секрет состоит вроде как из двух частей. - Ну? - Это ведьмовская шляпа, потому что ты ее носишь. Но ты - ведьма, потому что носишь эту шляпу. Гм-м. - И... - подбодрила матушка. - И, увидев тебя в шляпе и плаще, люди сразу понимают, что ты ведьма. Поэтому твоя магия действует, - закончила Эск. - Правильно, - похвалила ее матушка. - Это называется головология. Она похлопала по своим серебристым волосам, которые были стянуты в такой тугой узел, что им можно было колоть камни. - Но это все не всамделишное, - запротестовала Эск. - Это не магия, а... а... - Слушай, - перебила матушка. - Красная настойка от газов, которую ты прописываешь больному, может, конечно, подействовать, но, если ты хочешь, чтобы она подействовала наверняка, сделай так, чтобы мозг больного заставил ее подействовать. Скажи, что это лучи лунного солнца, растворенные в колдовском вине, или что-нибудь в этом роде. Побормочи над бутылочкой. И с порчей то же самое. - С порчей? - слабо переспросила Эск. - Да, девочка, с порчей, и нечего смотреть на меня такими удивленными глазками. Нужда тебя заставит, ты будешь наводить порчу. Когда останешься одна, а рядом не окажется никого, кто мог бы помочь, и... - она заколебалась и, смешавшись под вопрошающим взглядом Эск, неловко закончила: - ...и люди не будут выказывать тебе уважение. Проклинай их громко, проклинай запутанно, проклинай долго и проклинай всем, чем заблагорассудится. Это сработает. На следующий день, когда они стукнут себя по пальцу, свалятся с лестницы или у них сдохнет собака, о тебе сразу вспомнят. И в следующий раз будут вести себя лучше. - Но это все равно не похоже на магию, - пожаловалась Эск, ковыряя ногой землю. - Однажды я спасла человеку жизнь, - поведала матушка. - Специальное лекарство, принимать два раза в день. Кипяче

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору