Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Думбанзе Нодар. Я, Бабушка, Илико и Илларион -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -
ждения жизни, пора труда и надежд. Отпустить Иллариона домой одного я не мог -- он все еще был очень слаб. Кроме того, старик пуще смерти боялся встречи с Илико. Я с плачем вымолил у декана двухдневный отпуск, и в тот же вечер мы отпранились в деревню... ...Солнце только выкатилось из-за горы, когда мы подошли к нашему селу. Лениво лаяли уставшие от ночного бдения собаки. Умытые росой деревья кишели всякой птичьей мелюзгой. Над селом стлался легкий туман. -- Гляди, Зурикела, твоя бабушка уже на ногах! -- сказал Илларион и показал рукой на струйку белого дыма, поднимавшуюся из трубы нашего дома. Я сорвался с места и с криком помчался вниз по косогору: -- Бабушка! .. Бабушка-а-а! .. Из дома, повязывая на ходу выцветший платок, вышла моя сгорбленная бабушка. -- Бабушка-а-а! Бабушка приложила ладонь козырьком ко лбу. Несколько минут всматривалась вдаль, потом вдруг встрепенулась, засуетилась, что-то закричала и, раскинув руки, бросилась мне навстречу. -- Зурикела! Сыночек!.. Мы крепко обнялись. Потом я подхватил бабушку на руки и понес к дому. -- Сынок! Дорогой мой! Наконец-то! Боже мой, на кого ты стал похож? ! Кожа да кости! Говорила ведь я: ученье хоть кого в бараний рог свернет! О господи... -- Как живешь, бабушка? -- Ты лучше о себе расскажи! Закончил учебу? -- Что ты, бабушка! Учеба только начинается! -- Бедная твоя бабушка! Ты что, один за всех должен учиться? Черт бы побрал твоего учителя! О чем он думает? Ты растолкуй ему, скажи -- бабушка у меня больная, одинокая, старая, истомилась в ожидании, -- авось сжалится, изверг, ускорит твое обучение! -- Скажу, бабушка, обязательно скажу,- успокаиваю я бабушку. Илларион стоит за моей спиной, качает головой и терпеливо ждет, когда я спущу бабушку на землю. -- Здравствуй, Ольга! -- говорит он наконец. -- Илларион, родной, извини меня, ради бога! Совсем я обалдела от радости! Ну, как ты поживаешь? Как твой глаз? -- Какой глаз, Ольга? Нет больше у меня глаза! -- Ну тебя, старый черт! -- Ей-богу, Ольга! -- А это что? Разве это не глаз? -- Гм... Конечно, глаз... Такой, как у того высушенного ястреба, что висит на стене у Илико... -- Неужто стеклянный? -- Да! -- Боже ты мой! Но ты не печалься, Илларион... Мы ведь с тобой, дорогой! .. Да что же это вы стоите на дворе? Заходите, заходите в дом! Небось проголодались с дороги! -- засуетилась вдруг бабушка и потащила нас в дом. Позавтракав, мы перебрались к Иллариону, заняли наблюдательные посты у окна и стали ждать появления Илико. Его долго не было. Наконец скрипнула калитка и во двор вошел Илико. Мы затаили дыхание. -- Илларион! -- крикнул Илико. -- Встречай кривого! -- прохрипел Илларион и потянулся за кувшином с водой. Я вьшнел на балкон. -- Здравствуй, дядя Илико! Заходи, пожалуйста! -- Здравствуй, профессор! -- ответил Илико, поднялся на балкон, крепко обнял меня, потом отступил назад и долго, критически разглядывал с ног до головы. Наконец он сокрушенно покачал головой и снова полез целоваться. -- Прохвост ты, мой дорогой! Ну-ка, выкладывай, как поживаешь, как твои дела? Небось с ума свел профессоров? А это что? Усы! -- удивился вдруг Илико и дернул меня за ус.- Настоящие? -- Настоящие! -- Врешь, не может быть! -- Говорю, настоящие! -- Такому подлецу -- усы? Нет на свете справедливости, иначе ты родился бы безбородым и безусым!.. А где Илларион? Эй, носатый, выйди, покажись! -- Коли пришел в гости -- заходи, а нет, так проваливай! -- отозвался Илларион. Илико вошел в комнату. -- Здравствуй, Илларион! -- Здравствуй, Илико! Они обнялись и долго целовали друг друга. Потом Илларион пригласил нас к низенькому столику, вынес вино и маринованный лук-порей. Разговор не клеился. Илико курил, я поглядывал на Иллариона, а Иллариов сидел насупившись и вздрагивал при каждом движении Илико. Наконец тишину нарушил Илико: -- Ну, рассказывайте, что нового в городе? Какие там цены? .. Воблу привез? -- вдруг обратился он ко мне. -- Забыл! -- О чем же ты помнил, сукин сын?.. Илларион, что он там делает? Занимается или нет? -- Не знаю... По крайней мере книги я в его руках не замечал... -- Наизусть, наверное, занимается... На каком ты сейчас курсе, прохвост? -- Ты сюда зачем пришел? -- разозлился я.- Чтобы меня допрашивать? -- О чем же мне с тобой говорить, сукин сын, как не о твоей учебе! А если ты носильщик, скажи прямо. Тогда поговорим об этом. -- Да, носильщик. Илико искоса взглянул на меня, налил в стакан вина и сказал обиженно: -- Ну, выпьем, что ли, за ваш приезд... Бессовестный вы народ! Мчался я к вам, спешил,- вот, думал, приехали друзья, новостями поделятся, посидим поболтаем... А-вы что? Ощетинились, как волки. Да .ну вас! Что этот носатый ни друзей, ни врагов не различает -- это я давно знал. Но от тебя, сопляка этакого, я, честно говоря, не ожидал такой подлости. Мне стало стыдно. Я подошел к Илико и поцеловал его. -- Илико, не обижайся, дорогой! Просто мы очень устали с дороги. -- Замолчи, пожалуйста! Мне ведь с вами увидеться приятно, а не что-нибудь другое... Или вы думаете, что я пришел сюда ради этого прокисшего вина?! -- Знаю я, зачем ты пришел! -- пробормотал Илларион. -- Ну, договаривай, язвительный ты старикашка! -- Радуешься, кривой черт?! Что ж, теперь я в твоих руках! Ну, давай, кусай, рви, терзай меня! Здесь я!.. Никуда от тебя не убегу!.. -- Да что с тобой, старик? Рехнулся? Взбесился? Чем они тебя отравили в городе? Уехал золотой человек, а вернулся какой-то ненормальный! Я и Илларион недоуменно переглянулись. Неужели Илико ничего не замечает? Неужели он ни о чем не догадывается? Да, похоже, что стеклянный глаз,Иллариона выдержал экзамен! "Все в порядке! " -- решили мы наконец и сразу повеселели. Илларион поднял стакан: -- За наш приезд и за встречу с тобой, дорогой мой Илико! -- Давно бы так! -- обрадовался Илико.- А то чуть с ума не свели бедного одноглазого старика! .. Кто мне дороже и милее вас на всем белом свете? Дай бог вам здоровья! -- И он крепко расцеловал нас. После третьего стакана Илико затянул песню: Потоплю я в турьем роге Горечь сердца, злое горе, Повстречаюсь я с любимой, Погуляем на просторе. -- Илико, дорогой, ты ведь знаешь, как я тебя люблю! -- Илларион обнял друга за плечи. -- Знаю, знаю, мой Илларион, знаю, что ты любишь меня пуще собственного глаза! -- улыбнулся Илико. При одном только упоминании о глазе Илларион насторожился. Но Илико продолжал как ни в чем не бывало: Наливай вина -- и выпьем, Выпьем, чтоб оно пропало! -- За здоровье Илико! -- За нашего прохвоста! -- За носатого Иллариона! Дайте мне, играя в лело, Завершить победньш путь И, представ пред вами, смело в очи ясные взглянуть! продолжал Илико. Илларион снова навострил уши, но Илико, словно невинный агнец, невозмутимо запел новую песенку; Выйду в поле на гуляиье, Поморгаю черноокой... Илларион поперхнулся. Откашлявшись, он испытующе взглянул на своего мучителя. Но Илико, не обращая на нас внимания, самозабвенно пел: Пусть сияет в ночи темной Глаз твоих прекрасных пламя... Наконец Илларион окончательно убедился, что ему удалось провести Илико. Он осмелел и до того разошелся, что называл Илико не иначе как "кривым". Илико ничуть не обижался. Был уже поздний вечер, когда мы стали расходиться. Обняв друг друга за плечи, мы с песней спустились во двор. Илларион проводил нас до ворот. Очутившись за оградой, Илико вдруг обернулся. -- Илларион! -- громко позвал он. -- Чего тебе, кривой? -- откликнулся тот. -- Не забудь ночью положить глаз в cтакан! -- Что? ! -- прохрипел ошеломленный Илларион. -- Ничего! .. Теперь можешь подмигивать мне, сколько тебе угодно!.. -- Илико Чигогидзе! -- завопил Илларион. -- Повторяй почаще мою фамилию, а то еще забудешь! .. А в общем повезло тебе: охотиться ты любишь, даже закрывать глаз не придется, разгуливай себе на здоровье по селу и бей собак! -- Илико Чигогидзе! Избавь меня от греха! -- завизжал Илларион, срываясь с места. -- Спокойнее, Илларион! Побереги лучше свою стекляшку! ..предупредил Илико взбесившегося друга. Илларион вдруг обмяк. С минуту он тупо глядел на Илико, потом повернулся, медленно побрел к дому и присел на ступеньку лестницы. Илико некоторое время стоял на дороге, затем открыл калитку, вернулся к Иллариону и сел рядом. Потом достал из кармана кисет, скрутил самокрутку и протянул табак Иллариону. Тот даже не оглянулся. -- Возьми,- тихо сказал Илико. Илларион взял кисет. Закурил. -- Сердце у меня оборвалось, когда я узнал о твоей беде,н-ачал Илико.- Видит бог, правду говорю... Мы же с тобой -- одно, Илларион... Твое несчастье -- это и мое несчастье... И я вовсе не думал обидеть тебя... Я же не обижаюсь, когда ты меня кривым называешь! .. Подумаешь, лишился одного глаза! .. Кутузов тоже был одноглазым, однако дай бог каждому такое зрение: землю насквозь видел!.. Ну, потерял глаз, что же с того? Да если мы с тобой потеряем и по второму глазу, все равно не погибнем. Возьмемся за руки и будем шагать по белу свету. А не сможем идти, так Зурикела нас поведет. Эх ты, старик! -- Илико хлопнул по плечу Иллариона. Илларион встал, вошел в комнату и вернулся с каким-то свертком в руках. -- Илико! -- тихо позвал Илларион. -- Что тебе, Илларион? -- еще тише сказал Илико. -- Тут немного воблы... Подмчади и "изабеллу" хорошо... -- Уважаю воблу! -- сказал Илико. -- Для тебя привез, -- сказал Илларион. -- Я знал, что привезешь...- Илико взял сверток, встал и не спеша направился к калитке. -- Погоди, я провожу тебя... -- Проводи... Они вышли со двора и медленно зашагали по дороге. Я долго смотрел им вслед, пока их фигуры не растворились в темноте... ЦИРА Студенческие годы -- счастливейшая пора в жизни человека. Нужно несколько лет прожить жизнью студента, чтобы по достоинству оценить прелесть корки черного хлеба, натертой чесноком; понять психологию трамвайного "зайца"; вкусить сладость потом заработанной тройки; испытать радость восстановления стипендии; почувствовать противную дрожь в коленях перед экзаменом; насладиться прохладой рассвета после бессонной ночи,проведенной над конспектами и учебниками; познать цену настоящей дружбы и, наконец, пережить гордость от того, что ты, вчерашний босоногий сельский мальчуган, сегодня являешься полноправным, уважаемым гражданином -- студентом Государственного университета... Впрочем, как я ухитрился сдать приемные экзамены и стать студентом,- это навсегда останется необъяснимым чудом для Илико, Иллариона, моих лекторов и, пожалуй, для меня самоro. Единственный человек, который не сомневался в моих феноменальных способностях,- это моя бабушка. Замечательные порядки в университете! Студент может в течение месяца не заглядывать в книгу -- никто за это не поставит ему двойку в зачетной книжке; студент может прогулять пять, десять, пятнадцать лекций -- никто за это не вызовет в деканат его родителей... На уроках, или, как их здесь называют, лекциях присутствуют сто-двести человек. Часть присутствующих пишет, часть -- рисует, одни мирно беседуют, другие решают кроссворды. Здесь можно встретить и мечтателей: они не пишут, не рисуют, не разговаривают они сидят молча и предаются мечтам. Почему они не делают это у себя дома или в парке -- трудно понять. А многие сладко спят... Короче говоря, лекции созданы для таких людей, как я, и меня вполне устраивают. Но у лекций, как и у всего на свете, есть один серьезный недостаток: рано или поздно они приближаются к концу. Программа исчерпана. Лектора иронически улыбаются студентам. Великая опасность надвигается на стан студенчества. Наступает эра тропической лихорадки -- сессия. Тогда мы собираемся на квартире одного из нас, грызем карандаши и конспекты, заучиваем наизусть целые главы из учебников, готовим шпаргалки, набиваем свои головы приобретенными в трехдневный срок обрывками знаний, бессонные и изможденные выходим на экзамены, отдуваемся, пыхтим, дрожим, что-то лепечем, потом, вытянув шеи, с ужасом всматриваемся в экзаменационный лист ("A вдруг двойка"?!), увидев же заветную, долгожданную, милую сердцу тройку, улыбаемся до ушей и шатающейся походкой покидаем комнату... ...Вот и сейчас я и мои друзья сидим в моей комнате и готовимся к экзамену по экономической географии. Роль экзаменатора сегодня поручена Цире. Нестор, Отар, Хвтисо и Шота -- экзаменационная комиссия. -- Студент Вашаломидзе! В каких странах света добывается олово, и у кого имеются наибольшие запасы этого металла? -- грозно вопрошает Цира. -- Олова или меди? -- Олова! -- Наибольшее количество олова, насколько я помню, у нашего сельского лудильщика Али, а где он его добывает, -- это мне неизвестно. -- Ну вот, опять он дурака валяет! Если ты не хочешь заниматься, можешь уйти, а нам не мешай! сердится Нестор. -- Куда я уйду? Я за эту комнату двести пятьдесят рублей плачу. -- Чтоб ты провалился сквозь землю, бесстыдник! О каких деньгах ты говоришь, когда за целый год я гроша медного от тебя не видела?! -- подает реплику из своей комнаты тетя Марта. -- Вашаломидзе! Переходите ко второму вопросу! Первого вопроса вы не знаете! -- улыбается Цира. -- Уважаемый лектор, прошу вас... -- Зурико, перестань паясничать! -- выходит из терпения Отар. -- Ладно... Второй вопрос -- машиностроение в Соединенных Штатах Америки... Соединенные Штаты Америки состоят из штатов. Не подумайте только, что это -- учрежденческие штаты, которые то раздувают, то сокращают... -- Зурико, ну что ты в самом деле! Рассказывай дальше! -- обижается Цира. Я продолжаю: -- В Соединенных Штатах Америки машиностроение сильно развито. Только за один год Форд выпускает... Я точно не помню, сколько, но, говорят, на одного человека пять машин приходится... Стоит, оказывается, на улице машина, подходишь к ней, открываешь дверцу... -- Дверца открывается автоматически! -- поправляет Шота. -- Да. Потом нажимаешь кнопку, и выскакивает сигара, нажимаешь вторую кнопку -- выскакивают спички, нажимаешь третью... -- И выскакивает жареный поросенок! продолжает Шота.Нажимаешь еще -- выскакивает горячее гоми, потянешь из шланга -- и пойдет то вино, то ткемали. Нажмешь одну педаль -- получай крем-соду и шоколад. Нажимаешь вторую -- польется задумчивая "Мравалжамиер"...а -- И не жаль ему продавать такую машину! -- удивляется Нестор. -- Ничего не поделаешь -- нужда! -- говорит Шота. -- Не надоело вам балагурить! -- злится Цира. На минуту вce умолкают. Потом я продолжаю: -- Говорят, если переплавить все золото Форда и выковать из этого золота пояс, то можно было бы опоясать весь земной шар. -- Эх, мне бы застежку от того пояса... Какие бы зубы я себе вставил! -- произнес мечтательно Нестор, показывая в улыбке свои черные зубы. -- Гм, зубы! -- ухмыльнулся Шота.- Вот если бы то золото дали мне... -- Что бы ты сделался -- спросил Нестор. -- Прежде всего -- порвал бы все конспекты и тетради... Затем пошел бы к нашему декану, выложил бы перед ним на стол зачетную книжку и студенческий билет, вежливо попрощался бы и ушел... Впрочем, нет, перед уходом можно оставить ему с килограммчик золота -- на марки, если соскучится, пусть напишет мне письмо... А потом -- пардон, гуд бай, адье, будьте здоровы, шапку на голову и -- прощайте. -- А еще? -- Что -- еще! -- Не одолжишь мне тысячу рублей? Видишь, мне нечем расплатиться за комнату,- попросил я. -- Вот еще! А мне-то какое дело! -- Тетя Марта! Слышишь? -- Слышу, сынок,- отзывается тетя Марта.- Все вы одного поля ягоды -- жулики и бездельники! .. -- Отвечайте на третий вопрос, -- напоминает Цира. -- К третьему вопросу я не готов...- смущаюсь я. -- У кого есть вопросы? -- обращается Цира к членам комиссии. -- Разрешите! -- говорит Отар. -- Пожалуйста! -- Прошу прощения у уважаемой комиссии, но меня интересует -- на самом ли деле этот дегенерат собирается послезавтра сдавать экзамен? -- Я отказываюсь отвечать! -- возмущаюсь я.- Такого вопроса нет в программе! Потом наступает черед следующего. ...Мы расходимся поздней ночью. Отар, Нестор и Шота живут в студгородке, Цира -- на улице Мачабели, Каждый раз провожаю ее я. Цира -- красивая девочка, голубоглазая, бледная и высокая. Почти все ребята нашего курса влюблены в Циру, но она никого не любит и ни с кем, кроме меня, не ходит. Мы часами просиживаем в саду, говорим, говорим без умолку или молчим. И тогда мы похожи на влюбленных -- так по крайней мере говорят товарищи. ...Мы медленно идем по проспекту Руставели. Дремлющие у магазинов ночные сторожа, вскинув голову, подозрительно косятся на нас и тут же снова засыпают, Они даже не подозревают, как прекрасен ночной Тбилиси. Кругом тишина. Лишь изредка слышатся далекий скрежет колес трамвая и сонные свистки постовых милиционеров... -- Зурико! -- Что, Цира? -- Ты любишь гулять ночью? -- Люблю. -- Тебе не страшно? -- Нет. А тебе? -- Мне страшно. -- Чего же ты боишься? -- Вдруг нас... разденут? -- Меня разве только одеть могут... -- Ну, а если меня разденут? -- Тогда я закрою глаза! -- Только и всего! Хорош кавалер! -- Пожалуйста, буду смотреть на голую. Устраи- вает? -- Не шути, пожалуйста! Я знаю, вы, деревенские парни, сильные, но ужасные трусы! -- Я боюсь только ножа. -- И я. И револьвера тоже. -- А мышей ты не боишься? -- Боюсь!.. Зурико! Видишь? Двое мужчин! Они идут сюда! -- Вижу. -- Они пьяны. Перейдем на другую сторону. -- Стыдно! -- Перейдем, прошу тебя! -- Цира крепко прижалась ко мне. -- Не глупи! Стыдно! Мужчины остановились перед Кашветской церковью, обнялись, долго целовали друг друга. Потом один свернул вниз по улице, второй направился прямо к нам. Мы остановились. Цира дрожала словно в лихорадке. У меня подкашивались колени. Мужчина подошел к нам вплотную, взглянул исподлобья сперва на Циру, потом на меня, засунул в карман руку и вдруг рявкнул: -- Эй, есть у тебя закурить?! -- Конечно, есть! Пожалуйста! -- пролепетал я, протягивая ему пачку папирос. -- Спички! -- Пожалуйста! -- Я зажег дрожащими руками спичку и поднес ее к самому носу незнакомца. -- Вчера я бросил курить,- заявил мужчина,- и с тех пор папиросу в рот не брал... И сейчас не стану курить, так просто, побалуюсь... Человек должен быть хозяином своего слова! Он прикурил и несколько раз сильно, с наслаждением, затянулся. -- Ты куришь? -- вдруг спросил он меня. -- Нет, что вы! -- МолодецI Я курил двадцать лет, а теперь бросил. И никто не заставит меня взять в рот папиросу!

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования