Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Коллинз Макс Аллан. Синдикат -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  -
ное объяснение, - добавил он. Мне было ясно - он хотел этого объяснения, и пока мы мчались (а несмотря на высокую скорость до гостиницы "Парк-Роу" было добрых двадцать минут езды), я рассказал ему, что случилось на самом деле. Рассказал и о моем соглашении с Сермэком, и о встрече с Нитти тоже. Я только опустил унизительное замечание Нитти о нем. - Это то, чего нет в стенограмме, Элиот. Он кивнул, тяжело вздохнув, обгоняя грузовик, который, возможно, был нагружен пивом. - Все кишки надорвешь в единоборстве с этой командой негодяев, - сказал он. - Невмешательство обойдется дешевле. Я рад, что ты бросил это дело... Несмотря на то, что ты был одним из немногих в департаменте, кому я мог доверять. - Для копа в Чикаго я был слишком честным, - заметил я в ответ. - А это значит, что в любом другом месте я просидел бы лет двадцать. - Тридцать. Знаешь, что в криминалистической лаборатории разобрали записку, которую Нитти пытался съесть? В газетах это было. - Да, - сказал я. - Похоже на счет из бакалейного магазина... "Пригласить Билли на обед... "картофель". Думаю, что это были просто пометки, которые он сделал для себя по какому-то житейскому делу, и он подписал пари, что их съест. - Шеф детективов говорит, что это уголовный код, - заметил Элиот, сделав значительное выражение лица. Я поглядел на него с таким же выражением, и мы засмеялись. - Знаешь, - сказал я, - Сермэк и компания не смогут спокойно спать, пока Нитти жив и здоров. - Думаю, ты прав. Вечерний выпуск "Новостей" видел? - Нет. - Сермэк произнес речь по поводу того, что изгонит из города гангстеров. - Тут он помолчал для выразительности. - А уж потом уедет во Флориду. Сейчас мы уже были на расстоянии пары кварталов от цели, двигаясь через торговый район. Внезапно посерьезнев, Элиот сказал: - Относительно того парня, что ты подстрелил... Знаю, как это тебя волнует. Я и сам стрелял в людей, - представляю, каково тебе сейчас. Твердишь себе, наверное, что никогда никого больше не убьешь. Но ты сейчас в таком состоянии, что это тебя не успокоит. Только время поможет, Нейт, и радуйся, что ты снова просто гражданин. Мы замолчали, когда налево сине-красным неоновым светом засветилась вывеска "Парк-Роу". Это было большое кирпичное здание, зажатое в середине квартала - вроде толстухи в кресле кинотеатра. - Буду рад помочь тебе сделаться частным детективом, - сказал Элиот, подъехав к бровке тротуара за полквартала от отеля. - Знаешь, я подрабатываю экспертом в торгово-кредитной компании "Ритэйл Кредит". Могу подбросить тебе кое-какую работенку. Мы вышли из "форда" и направились к парадной двери. Я остановил его и, заглянув в серые глаза, добрые и немного наивные, сказал: - Говорят, что человек богат, если у него есть хороший друг. А у меня есть вы с Барии, так что я богат несусветно. Он улыбнулся смущенно и отвел взгляд к входу в гостиницу, заметив: - Давай-ка взглянем, что там замыслили мэровы любимчики. *** В скромном холле отеля, заполненного, главным образом, постоянными жильцами, было окошко регистратора, за которым виднелись коммутатор и женщина с волосами песочного цвета, лет сорока пяти, одетая в красно-белое с цветочным рисунком платье; выражение лица озабоченное. - Еще полиция?! - воскликнула она. Элиот кивнул, махнув ей удостоверением, на которое она взглянула мельком. - Тот толстый страшила только что держал меня "на мушке", - объяснила она дрожащим голосом, размахивая кулаками. - Как будто я уголовница! Ее негодование казалось очень резонным: она выглядела словно чья-то мать. Возможно, она и была ею. - Что вы имеете в виду? - спросил Элиот. - Они спросили, как повидать мистера Лонга. Пять сотрудников. Я назвала им комнату триста шестьдесят один. Толстяк, тот, с круглыми стеклами послал остальных наверх, сказав, что он должен остаться внизу и проследить за мной, чтобы я не могла предупредить мистера Лонга. И вот тогда он наставил на меня оружие! Элиот быстро, возмущенно взглянул на меня. - Они все еще там, наверху? - спросил он. - Да, - ответила женщина. - Один из сотрудников спустился и сказал: "Мы его взяли". Тогда и этот тоже поднялся. - Когда это было? - За две минуты до вашего прихода. Мы поднялись на лифте на третий этаж. В коридоре, ведущем из холла, стоял человек в коричневом костюме и коричневой шляпе с пистолетом в руке и караулил простенько одетую привлекательную женщину лет тридцати в платье с бело-синим узором и мальчонку в сине-красном полосатом свитере, на вид лет двенадцати. Мальчонка совершенно потерянно глядел то на копа, то на мать, уставившуюся в пространство. На ее лице было мрачное и почему-то покорное выражение. Как только мы поравнялись с ними, раздались выстрелы. Люди, стоявшие перед нами, на выстрелы прореагировали по-разному. Рухнуло самообладание женщины: она вскрикнула "Нет"! - коп ее удерживал, а ребенок повис на ней, перепугавшись насмерть. - Что вы тут делаете? - спросил коп, наставив на Элиота пушку, но тот взмахнул перед ним своим удостоверением. - Я - Элиот Несс. Собираюсь зайти в ту комнату. - И он показал на дверь с номером "361". Ему не нужно было говорить: "Попробуешь меня остановить?" Сомневаюсь, чтобы коп это сделал, даже если бы его руки не были заняты в это время женщиной и мальчиком. Элиот убрал удостоверение, вынул револьвер и открыл дверь. *** У дальнего окна возле кресла ничком лежал мужчина. На стене висел календарь, из туалетного столика был выдвинут ящик, на столике из маленькой зеленой, похоже самодельной деревянной подставки торчала елочка в два фута высотой, увешанная мишурой. Мужчина истекал кровью: в спине у него было три открытых раны, три кровавых, опаленных пулевых отверстия на сорочке бледно-желтого цвета. Если этот парень еще не умер или не умирает, то я - Маркс Бразерс. Миллер, играя комедию, стоял над явным трупом с пушкой в руке, из ствола, как джинн, тянулся дымок. Два других копа в штатском были мне незнакомы. Один из них, крепкий приземистый парень с усами, был ближе к двери, другой - подальше, налево, около двуспальной кровати, покрытой покрывалом кремового цвета, на ночном столике - телефон. Все, кроме раненого, уставились на нас. - Несс, - произнес Миллер, и что-то вроде удивления мелькнуло в его пустых глазах, расширившихся за линзами и сейчас похожих на донышки бутылок. - Геллер? Какого дьявола?! Элиот наклонился над телом. Немного задрал рубашку, потом опустил ее. - Найдик, - сказал он мне. Я все еще стоял у двери. - Он умирает... - Он посмотрел на копа у двери. - Вызови "скорую". Живо! Коп подчинился: этот вкрадчивый, тихий, как у врача, голос почему-то сразу вызвал у него в памяти образы людей в белых халатах и больничные койки. Элиот выпрямился, оставаясь около тела: - Как все это произошло, Миллер? - Здесь что, твоя юрисдикция, Несс? - Моя юрисдикция всюду, где бы я ни пожелал, черт тебя побери! Этот человек разыскивается для дачи показаний по нескольким федеральным делам, если хочешь знать! Так как это случилось, Миллер? Миллер положил свой револьвер на туалетный столик под елочку - как рождественский подарок, он, правда, был единственным. И указал на открытый ящик, где лежал маленький револьвер тридцать восьмого калибра. - Он кинулся за револьвером, - объяснил он, играя, как обычно, фальшиво. - Я вынужден был стрелять. - Три пули в спину, - заметил Элиот. - Не многовато ли? Миллер продолжал: - Парни поднялись и арестовали подозреваемого. Потом я, попросив уйти жену и ребенка, зачитал ему ордер. Он схватил ордер и разорвал. - Ордер на обыск, разорванный надвое, лежал на полу, недалеко от Найдика. Я сказал: - Вы уверены, что он не пытался его съесть? Миллер слегка покраснел: - А вот у тебя. Геллер, юрисдикции нет нигде, так что захлопни пасть. Элиот спросил: - И что же случилось потом? - Он сидел в нескольких шагах от этого столика. Повернулся и попытался дотянуться до револьвера. Я не мог дать ему шанс. Открыл огонь, и он упал. Элиот повернулся к тому копу, что был около меня. - А почему вы просто не схватили Найдика? Коп беспомощно повел плечами: - Я был слишком далеко от него. Другой коп, дозвонившись, наконец, до "скорой", положил телефонную трубку. - А вы? - спросил его Элиот. - Почему вы не перехватили Найдика, когда он потянулся за оружием? - Я перепрыгнул через кровать, но Миллер... он уже открыл огонь. Элиот посмотрел на Миллера. - Давайте выйдем в холл. - Он ткнул пальцем в первого, потом во второго копа: - А вы, двое, оставайтесь здесь. Охраняйте вашего подозреваемого, но не перессорьтесь из-за этого. Когда мы вышли в холл, жена, которую держал за руку коп в коричневом костюме, спросила: - Ради Бога, что там произошло?! Элиот задал вопрос: - Вы - миссис Найдик? Женщина опустила голову. - Я - миссис Лонг. Миллер пояснил: - Это имя, под которым здесь зарегистрировался Найдик. Элиот снова спросил: - Вы - миссис Найдик? Она кивнула, уставясь в пол. - Он... умер, да? - Боюсь, что да, - ответил Элиот. - Его застрелили... Она продолжала кивать, все так же уставясь в пол. Убитая горем женщина больше не сказала ни слова, не попросила разрешения войти в комнату, где был ее муж. Она только кивала и глядела в пол. Мальчик расплакался. И никто его не утешал. Из-за дверей стали выглядывать соседи. Элиот сказал громко и жестко: - Здесь дело полиции, а вы займитесь своими делами. - Двери закрылись. Потом он, сжав Миллера за плечо, отвел его в угол холла, показав мне взглядом, чтобы я шел следом, что я и сделал. С улыбкой, в которой не было ничего дружеского, он мягко прижал Миллера к стене. - В этом году ты еще кого-нибудь убил? - спросил он. Миллер кивнул. - Грабителя. Не люблю воров. Найдик был вором. - Встречался с Найдиком раньше? - Нет. - А разве не он держал тебя и твоего партнера Лэнга "на мушке"? - Нет. Это просто байка. Никто не может... - Что? Миллер проглотил слюну: - Никто не докажет, что это было. - Кажется, приходит конец команде негодяев. Вначале вы с Лэнгом схватили Нитти. Теперь пресловутого Найдика. И кто следующий? - Мы только свою работу делаем, Несс. Элиот сжал ему плечо и сказал: - Послушай меня, ты, спусковой крючок, счастливый сукин сын. Я взял тебя на заметку. Свою работу ты превращаешь в тир, и я тебя раздавлю, как букашку. Уловил? Миллер ничего не ответил, но задрожал - в это трудно было поверить, но он затрясся. Элиот отвернулся от него и пошел прочь. Потом оглянулся и заметил: - И как ты думаешь, как долго твой приятель Сермэк собирается отправлять вас в подобные приятные круизы? Идет слух, что Ньюбери за мертвого Нитти дает пятнадцать штук премиальных, слышал? И если жена Найдика - не твоя подружка, я приглашу тебя на рождественский обед. Миллер заморгал за стеклами очков. - Ах да, между прочим, - добавил Элиот, - Геллера сегодня ночью тут не было. Ни одному из вас не нужна вонь, которая разойдется во все стороны. Геллер совсем ни при чем. Это случайность, что он был со мной. Я предупреждаю твоих ребят, и ты тоже не забудь. А гражданские никогда не помнят, сколько копов они видели. Уловил? - Он повернулся ко мне. - Что-нибудь хочешь добавить? - Оставь нас на минуту одних, Элиот, - попросил я. Он кивнул и пошел по коридору. Миллер посмотрел на меня и попытался презрительно усмехнуться, хотя ему это не удалось. - Не нравится мне твоя компания, - сказал он. - Может, ты просто не того человека выдернул из кабачка, чтобы делать за вас вашу говенную работу. - Спятил - Несса в это втравливать? - Несс в этом с самого первого дня, но дело не в этом. Вы с Лэнгом должны были мне сказать о Ньюбери. - Не понимаю, что ты несешь. - Давай просто признаем, что если бы Нитти ночью протянул ноги, мне полагалось бы пять кусков. Передай Лэнгу мой горячий привет. Скажи ему - как только заживет палец, пусть засунет его себе в зад. - Ты труп, Геллер. - Не сомневаюсь. Где еще найти такого дурака для охотника на крупную дичь, вроде тебя? Бесплатный совет - не знаю, что ты и эта малышка Найдика замышляли, но, похоже, она не ожидала, что ты его пристрелишь. Надеюсь, тебе удастся заставить ее в показаниях свести концы с концами. Ты только не откладывай это на потом, иначе забудешь детали. Встретимся в суде. Я оставил его подумать над всем этим и догнал Элиота, ждавшего у двери с табличкой "Выход". - Уходи, - сказал он мне. - Дорогу домой найдешь. Каждую минуту здесь можно ожидать "скорую" и репортеров. А тебе такая реклама ни к чему. - Не рассказать ли мне о том, как Элиот Несс занимается укрывательством? - рассмеялся я. Элиот улыбнулся, но в его глазах была тревога - то, что он здесь увидел, его обескуражило. - Этот парень, вероятно, исполняет роль негодяя в спектакле негодяев, ведь так? - спросил он меня, пропуская вперед и закрывая за мной дверь. ГЛАВА 7 Чикаго - город, где рядом, не замечая друг друга, живут бедные и богатые. Взять, к примеру, квартал, в котором находится мой офис. Стоя у бара на углу и глядя на Уэбэш, увидишь подпольное заведение Барни, ломбард, ювелирный магазин, ночлежку; выше - здания, на физиономиях которых, как забрала, красуются пожарные, лестницы, стоически смотрящие на железные опоры подземки - скажем прямо, не самый приятный пейзаж. Но тут же на углу, рядом с баром, сразу перед "Бинионом" располагается "Гарвард-Иель-Принстон-Клаб", через улицу напротив "Биниона" находится "Стандарт-Клаб", еврейский вариант "Юнион-Лиг-Клаба". Некоторые, с виду богатые, люди устремлялись под навес "Стандарт-Клаба", в это здание из серого камня, полное достоинства, а в это же время ниже, в этом же квартале, бродяги отсыпались в "Гостинице только для мужчин". Ресторан "Святой Губерт", выбранный генералом Чарльзом Гэйтсом Дэйвсом для нашей встречи за ланчем, находился на Федерал-стрит, в двух шагах от "Юнион-Лиг-Клаба", где генерал, вероятно, собирался задержаться после своего совещания с двумя евреями (хотя ни дядя Льюис, ни сам я не поднялись бы до такого доверия; мы "не обманывались ожиданием"). Может быть после нашей встречи генерал, покуривая свою дорогую трубку с длинным мундштуком, даже собирался обменяться мнениями по этому поводу с другим "банкстером" из управленческой верхушки (большие "шишки" из банкиров часто обращались к чикагцам положением пониже, вроде вашего покорного слуги) в комнате "Юнион-Лиг-Клаба" стоимостью миллион долларов в ослабевших акциях и облигациях. Таких комнат в Чикаго много-много, это стало возможно из-за депрессии; и, конечно, приятно узнать, что и у банкстеров бывают времена по части настроения. Мой дядя, конечно, являлся членом "Стандарт-Клаба", но мы не смогли бы прийти туда на ланч вместе с генералом Дэйвсом, потому что Дэйвс не был евреем - знаете, все работает в двух направлениях, но срабатывает чаще только одно. Прогулка была всего на несколько кварталов. Температура около сорока <По Фаренгейту; приблизительно 4° по Цельсию.>, шел дождь. Подходящая погодка для того, чтобы идти в английский гриль "Святого Губерта": Федерал-стрит немного напоминала узкую, мрачную лондонскую улочку. Все здесь было нечетким из-за тумана, и мое состояние этому соответствовало. Я не мог проснуться почти до одиннадцати, потому что, вернувшись на трамвае к Петле слишком поздно, чтобы идти к Джейни, завалился до поздней ночи в заведение Барни. Так что пробудился я с пересохшим горлом и больной головой. Не имея времени на то, чтобы воспользоваться предложением Барни и освежиться в "Моррисоне", я все проделал над раковиной в умывальной своей комнаты-конторы. Одетый относительно чисто, я, наконец, появился в "Святом Губерте" с трехминутным опозданием, что для меня было большим достижением. Но по виду моего дядюшки (когда одетый в красное официант указал мне столик, который они занимали с генералом) можно было подумать, что я опоздал на три дня. Господи, я был в чистом костюме, как и обещал, что же ему еще нужно? Он хотел большего. Дядя встал, улыбнувшись, и внимательно посмотрел на меня. Улыбка была вымученной, а вот взгляд - нет. Он жестом указал мое место за столом. Генерал тоже поднялся. Дядя был похож на моего отца, но потоньше и повыше, одет в костюм цвета морской волны с жилетом и галстуком-бабочкой. Волосы и усы у него были, как соль с перцем, соли побольше, и брюшко, которое бывает у худых мужчин среднего возраста, если они хорошо питаются. Генералу было что-то около шестидесяти, из тех мужчин, которые умудряются выглядеть худыми и мускулистыми в одно и то же время; с длинным лицом, самой выразительной чертой которого был длинный, свисающий нос, задуманный так, чтобы доставать до длинных, сложенных трубочкой, сжатых губ. Волосы у него были тоже, как соль с перцем, но больше перца, и слегка изумленная улыбка. Глаза сонные, как у человека настолько самоуверенного, что ему не нужно было самоутверждаться - это была данность. Одет он был в темно-серый костюм в светло-серую полоску и серый полосатый галстук. Он протянул руку для рукопожатия - оно было крепким. Я сел. О генерале мне было кое-что известно. Он был почетным гражданином Чикаго номер один. Не только в качестве банкира, но и слуги общества. Звание генерала он получил во время службы у Першинга интендантом в армии Соединенных Штатов во время Великой войны, после которой стал автором "плана Дэйвса" для послевоенного восстановления Европы. При Мак Кинли он контролировал денежное обращение и, конечно, был вице-президентом при Кулидже. Он даже на Гувера работал: недавно возглавил Корпорацию финансовой реконструкции, чтобы помочь в критических ситуациях удержаться на плаву тем банкам, которые пострадали от депрессии, но вынужден был уйти в отставку, спасая свой собственный банк. Но Корпорация финансовой реконструкции предоставила его банку кредит в девять миллионов сразу через три недели после того, как он сложил свои полномочия президента этой корпорации. Но даже такой циник, как я, должен отметить, что у Дэйвса было по крайней мере одно хорошее качество. В память о сыне, умершем в возрасте двадцати двух лет, он построил приют для людей, потерпевших жизненный крах, с платой шесть центов за постель и три цента за еду. Отель Дэйвса "Для мужчин" был "Ритцем" среди ночлежек и поистине милосердным деянием. Дэйвс уселся, то же сделал и дядя, который представил нас, как если бы мы не знали, кто мы такие. Они пили чай. Вскоре его подали и мне. Атмосфера в "Святом Губерте" напоминала гостиницы, описанные в своих романах Диккенсом. Официанты в красной униформе говорили с английским, вероятно, естественным акцентом. Репродукции сюжетов, изображающих охоту на лис и прочие спортивные занятия, висели на каменных неоштукатуренных стенах, а наискосок через комнату находился камин, от которого веяло теплом и домашним уютом. Потолок был низкий; с балок свисали длинные глиняные трубки, и несколько гостей - настоящие мужчины - их курили. Генерал тоже курил огромную до уродливости трубку со специальным горшком с угольями, снабженным ловушкой в фальшивом дне, где оседал при курении табачный деготь. Это было не самое важное, о чем мне поведал генерал во время ланча, но когда я выразил интерес к его необычной трубке, он оживился, вдруг сообразил, что мы оба курильщики, и пообещал прислать мне одну, что вскоре и сделал. Он свои обещания выполнял. Но надо сказать - я этой трубкой ни разу не воспользовался. Наконец он сел, опершись на локоть, убрал трубку и, оглядев зал, сказал: - Здесь я вспоминаю Англию, серьезно! Когда я был послом, - продолжил он, - полюбил Лондон. Что вы думаете о Леоне Эроле?

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования