Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа
Поиск по сайту
Художественная литература
   Драма
      Эриа Филипп. Испорченные дети -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  -
, в каком он находится состоянии... - Да, сиделка мне сказала, что его жизнь в опасности. - Он мог бы убиться, несчастный наш мальчик, не будь кустов под окном. - Знаю! Но я не знаю, как и почему он выпал из окна моей комнаты... - Агнесса, когда это произошло, меня не было на авеню Ван-Дейка. - Да брось ты! Не можешь же ты не знать, что произошло на самом деле. Тетя Луиза и на сей раз постаралась ускользнуть от прямого ответа. - А почему бы тебе не обратиться к маме или к тете Эмме? Уж если кто должен тебе рассказать... Я не дала ей закончить фразы. - Обе они стали невидимыми! Вся наша семья сейчас невидима! Мой приезд привел их в панику. Они, как кролики, забились в свои норы. - Смотри, какая ты несправедливая: твоя мама после несчастного случая неотлучно сидит при бабусе, которая заболела, Что касается тети Эммы - надеюсь, ты не удивишься, - то у нее жестокий приступ печени. - Конечно, не удивлюсь... Слушай, тетя Луиза. Я знаю, что ты в семейных делах предпочитаешь держать нейтралитет. Поэтому я и не прошу тебя вмешиваться, а прошу только объяснить. Ты должна мне все объяснить. Ты же сама понимаешь, надо быть круглой идиоткой, чтобы не видеть, что вокруг всего этого случая, вокруг Ксавье, вокруг нас обоих есть какая-то тайна. От меня что-то скрывают, это же яснее ясного... Ты представь себе, чего только я не передумала, не перечувствовала за эти сутки! А во время путешествия сюда! А утром при виде Ксавье в постели, без движения... Я решила, что он умер! Моя жалоба тронула тетю. Она могла еще сохранять хладнокровие, слушая мои доводы, но мой дрогнувший голос взволновал её, она взяла обе мои руки в свои... - Бедная моя девочка! Ведь и правда ты очень несчастная! Что бы ты ни натворила... - Что я такое натворила? Умоляю, тетя Луиза, скажи. Скажи, что произошло. - Ну ладно... Произошло, значит, вот что. Эмма вызвала Ксавье одного, без тебя, с мыса Байю, чтобы сообщить ему, что ты злоупотребила его доверием. - Что? - Эмма, конечно, в других выражениях, заявила, что ребенок, которого ты ждешь, не может быть от Ксавье, - Я только повторяю ее слова... - Хорошо. Продолжай. - Опять-таки по словам тети Эммы, ты вышла замуж за Ксавье, чтобы... чтобы взвалить на него это отцовство... - А Ксавье возражал? - Конечно, возражал. Он только пожал плечами и принялся тебя защищать. Приводить даты, числа... Я знаю все эти подробности от Теодора, он присутствовал третьим при этом разговоре в качестве главы семьи и свидетеля; нельзя же было, в самом деле, подвергать такому испытанию бабушку. - Ну? Ксавье их убедил? - Нет. Эмма держала про запас одно неоспоримое доказательство. Какое именно, я не знаю, Теодор мне не сказал; впрочем, еще вопрос, известно ли оно ему самому... Тетя Эмма долго молила Ксавье верить ее словам: "Ты не можешь быть отцом. Клянусь тебе честью. Довольно с тебя этого?" Но с него, видно, не было довольно... - Ещё бы! - Короче, отчаявшись его переубедить, она выслала на комнаты Теодора, заперлась с Ксавье, а через пять минут он вышел бледный как полотно. И молча поднялся на четвертый этаж в твою комнату. Его оставили в покое. Решили, что он хочет побыть один, собраться с мыслями. Было это вечером, часов около десяти. Через полчаса Эмма сказала: "Пойду посмотрю, что с ним!" Она поднялась наверх. Тут все услышали ужасный крик, бросились в переднюю, она кричала, стоя на площадке лестницы, что Ксавье выбросился из окна! Побежали в сад, нашли несчастного мальчика, он был уже без сознания... Теперь тебе все известно. Я видела лицо тети Луизы, по которому струились слезы и пот. Она утерлась носовым платочком, с силой проведя им несколько раз по щекам. - Да ну же, ну же, тетя... Значит, ты хочешь сказать, что Ксавье с умыслом выбросился из окна? Тетина рука, утиравшая лоб, на миг застыла. - Ну, конечно, бедняжка Агнесса, тут, к сожалению, нет ни малейшего сомнения. - Ах вот как? И тем не менее это не так! Тетя Эмма ничего нового Ксавье не сказала! Я не знаю, какие именно важнейшие доказательства она сообщила ему по секрету, но я могу тебе точно сказать: Ксавье все знал! Знал все насчет ребенка, которого я ношу. - Как? - Он сам предложил мне выйти за него замуж, и сделал это лишь затем, чтобы вывести меня из тупика, в который я попала. Недели через две... словом, вскоре после совершенной мною неосторожности с человеком, который не мог быть моим мужем... впрочем, это слишком долго объяснять, да и не время... так вот, я поняла, какие последствия будет иметь эта встреча; я погибала; я поехала в Лион, чтобы все рассказать Ксавье, попросить у него совета; он мне сказал: "Выходи за меня". Понимаешь теперь? Напряженное выражение, не сходившее с тетиного бесцветного лица, несколько смягчилось, оно даже просветлело, как будто в ее душе вдруг проснулась извечная женская солидарность, я поняла, что слова мои сняли с нее тяжелый груз. - Это мне гораздо больше по нраву, - произнесла она. - С твоей стороны это порядочно! А с его просто великодушно!.. - Следовательно, у Ксавье не было никаких причин решаться на отчаянный шаг. Ясно, он не собирался ничего с собой сделать... Что же тогда произошло? Мы обе сидели, не произнося ни слова. Я задыхалась и старалась собраться с мыслями. Но не сумела найти на свой вопрос иного ответа, кроме нового вопроса: - Что же такое могла сказать ему тетя Эмма? - Я сама ничего не понимаю, - пробормотала тетя Луиза. - Как все это странно! Я поднялась и накинула меховое манто. - Сейчас пойду спрошу ее. Так будет проще. - Спрашивать у Эммы? О, детка, берегись! Она тебе наговорит много неприятного: она уж и так по твоему адресу такие слова произносила! - Заблудшая дочь, надо полагать? Потаскуха, проститутка? - Нет... Называла тебя авантюристкой. Кричала, что ты хотела "околпачить" ее крестника. - Ха-ха! Вот о чем она печалится! Бедная тетя Эмма! Я вышла в переднюю. - Спасибо, тетя Луиза, за твою доброту. И... хотя еще не пришло время для таких выводов, но подожди осуждать меня... Не будь ко мне слишком сурова в глубине души. - О! - вздохнула тетя.- В глубине души, конечно... - Когда мы снова увидимся? - Сегодня вечером. Я приеду на авеню Ван-Дейка, хочу узнать, что скажут врачи. - Врачи? - Да, Мезюрер потребовал, чтобы вызвали специалиста. - Тем лучше! Слава богу! Если Ксавье лечит только Мезюрер, то дело плохо! И в моей памяти возник образ нашего домашнего доктора, бородатого краснобая Мезюрера, человека безынициативного, сторонника устарелых методов лечения, однако обладателя громких врачебных титулов - именно то, что требуется Буссарделям, медицина, вполне достойная нашей юриспруденции. Я сразу же отказалась от мысли говорить с ним, хотя он, несомненно был посвящен в тайну; но каких откровений могла я ждать от верного друга нашего племени, наловчившегося за двадцать лет скрывать наши изъяны. - Тетя Луиза, ты знаешь специалиста, о котором говорила мне? Знаешь его имя? - Подожди-ка... Ей-богу, не помню. Но говорят, это очень известный врач. Я остановила такси на авеню Ван-Дейка перед воротами нашего особняка. Сама я не вышла. Я опустила стекло, отделявшее меня от шофера. - Вы окажете ли вы мне услугу? Войдите, пожалуйста, во двор этого особняка, идите по этой аллейке между домом и решеткой и тихонько постучите в стеклянную дверь. Выйдет сиделка. Скажите ей, что я хочу с ней поговорить. Покажите ей мою визитную карточку, вот она, держите. Если вас спросит о чем-нибудь слуга, тоже покажете ему мою карточку. Сквозь кусты я следила за маневрами шофера. Из такси я вышла, только когда показалась сиделка: встреча с мамой или тетей Эммой расстроила бы теперь мои планы, хотя еще совсем недавно я во что бы то ни стало собиралась увидеться с ними. Я сделала знак сиделке, чтобы та приблизилась к решетке. И заговорила с ней. Нас разделяла ограда, металлические ее прутья, превращавшие особняк в неприступную крепость. - Простите, мадемуазель, что я вас побеспокоила... Мне хотелось бы знать фамилию специалиста, которого доктор Мезюрер рекомендовал позвать к моему мужу. - Доктор Роже Освальд, мадам. - Где я сейчас могу его найти? У него дома? - Нет, мадам. Доктор Освальд занят в первую половину дня. - А где он работает? - В больнице Ларибуазьер. 2 Меня попросили обождать. Если я останусь в коридоре, то наверняка не упущу доктора Роже Освальда. Закончив обход, он так или иначе пройдет мимо меня вот в ту комнату, где помещается его кабинет. Вокруг меня на скамьях и стульях неподвижно сидели мужчины, женщины и даже какой-то ребенок. Они тоже поджидали выхода врача; их благопристойный вид, непринужденные манеры даже удивили меня. Я мало что знала о парижских больницах, поэтому теперь, несмотря на свои муки, я не могла не размышлять обо всем, что вижу. Эти люди, такие же человеческие существа, как и я, пришедшие сюда каждый из своего жилища, каждый со своей драмой или своей болью, являли собой для меня весьма поучительное зрелище. Одно их присутствие в длинном застекленном коридоре раздвигало: рамки того мира, где барахталась я. - Вы на свидание? - обратилась ко мне сиделка, оглядев мой туалет и меха. - Нет. И жду. - Ваше имя? Я вручила ей карточку, она скользнула по ней взглядом и спрятала в карман халата. - Присядьте здесь. И началось ожидание. Я не осмеливалась особенно приглядываться к моим соседям. Дважды дверь, ведущая в палату, распахивалась, чтобы пропустить тележку, на которой развозили завтрак и которая возвращалась обратно, уставленная грязной посудой и пустыми пузырьками. Я успела заметить два ряда кроватей, женщин, которые лежали или сидели. Вдруг в дальнем конце коридора показалась группа людей, вышедших из противоположной палаты. Они направились к нам. Яркий свет, проникавший в коридор снаружи, был ничуть не слабее, чем в саду, и поэтому я еще издалека сумела различить приближавшихся к нам. Все они были молоды, все в белом. Юноши с непокрытыми головами и всего три-четыре девушки. Мои соседи поднялись с места, и я последовала их примеру. Глядя на молодых людей, я думала: "Должно быть, это ученики доктора Освальда. А мои соседи уже не новички здесь, они знают, что сейчас выйдет и он сам". Сиделка приблизилась к врачам и вручила мою карточку одному из молодых людей, очевидно, главному ассистенту доктора Освальда. Молодой человек прочитал мое имя, отделился от прочих я направился ко мне, вертя в пальцах карточку из бристольского картона. - Мадам Буссардель? - спросил он. - Да, мсье. Я хотела бы, если возможно... - Я доктор Освальд. От удивления я на миг забыла все приготовленные заранее фразы. Передо мной стоял юноша нервического склада, в узком белом халате; лишь проницательные глаза, усталые веки и седина на висках свидетельствовали о том, что его уже зрелый ученый, привыкший отвечать за свои решения. - Поверьте, доктор, я сама сознаю нескромность своего появления... Он прервал меня. - Я вас отлично понимаю и ничуть не удивляюсь. Я тоже, я тоже все поняла сразу. Слава богу, это не доктор Мезюрер с его бородкой! Этот уверенный голос, эта речь без обиняков, весь его вид говорили о полном душевном равновесии; такою гармонией, но только физической, веет от иных прославленных спортсменов... Я поняла, что он меня выслушает. Внимание, которое я прочла в его взгляде, уже сейчас показалось мне не просто обычной профессиональной любезностью. И потом, мы почти однолетки... Нет, я хорошо сделала, что пришла к нему. Он подвел меня к стеклянной двери своего кабинета, открыл ее. - Доктор, многие пришли раньше меня. - Знаю, - ответил он и, как бы желая убедить меня, добавил: - Но вам следует как можно быстрее вернуться к мужу. Слегка надавив ладонью мне на плечо, он подтолкнул меня к дверям, и я послушно переступила порог его кабинета. Ученики почтительно отошли в сторону: они поняли, что это не обычная врачебная консультация. Сердце как бешеное билось в моей груди, но биение его стало чуть спокойнее, когда я уселась напротив врача, который сразу же заговорил. - Мадам, я сумею сообщить вам нечто более определенное только нынче вечером. Утром во время консилиума мы не обнаружили пока никаких осложнений. - Знаю, доктор. Сиделка, которая дежурит при моем муже, уже сообщила мне об этом. Но я жду от вас сведений иного рода... Каждая минута вашего времени драгоценна, поэтому я сразу перейду к сути дела... К доктору Мезюреру, по личным мотивам, я не хочу обращаться... Простите меня, пожалуйста, я волнуюсь... Мне стало жарко. Я скинула меховой палантин. Доктор Освальд поднялся и шире открыл окно... Струя свежего воздуха подействовала на меня благотворно. - Вы ждете от меня разъяснений? - произнес врач, садясь на свое место. - Да... Не стоит говорить, что все вами сказанное... Жестом руки он не дал мне докончить обычное заверение. - Разъяснений по поводу чего, собственно? - Но, доктор... по поводу несчастного случая... вернее, сопутствовавших ему обстоятельств. - Боюсь, я не сумею полностью удовлетворить вашу просьбу. О состоянии больного я уже высказался. Что же касается причин, то вы сами должны понять... Теперь, когда я уже немного отдышалась, я была просто не в силах сдерживаться, мне хотелось поскорее дойти до сути деда и облегчить моему собеседнику его задачу; поэтому я почти крикнула: - Но ведь меня считают моральной виновницей несчастного случая! Мне известна версия нашей семьи: мой муж узнал, что ребенок, которого я жду, не его, и, сраженный якобы этим известием, решился на страшный поступок. - Какой поступок? - Ах, значит, вы не верите? Он не ответил. Я продолжала: - У меня самой достаточно веские причины не верить. Равно как я не верю и в то, что тут сыграло роль открытие тайны, ибо для него это не была тайна. Мой муж знал, что я беременна, и беременна от другого... - Мадам... - Я отлично все понимаю, доктор. Я не настолько наивна, чтобы пытаться заставить вас сказать мне то, о чем, я вижу, вы решили промолчать. Хотя, в конце концов, я его жена, и будь я здесь... Но это уж другое дело. Считаете ли вы, что я имею право знать если не причины несчастного случая, то по меньшей мере как он произошел? Как, наконец, в действительности он мог упасть из окна? Не можете ли вы, не можете ли вы, как врач, ответить на этот вопрос? Он отвернулся. Я терпеливо ждала. Наконец он заговорил, медленно, взвешивая каждое слово: - Вы так же хорошо, как и я, знаете, что речь идет о сверхчувствительной натуре. В комнате, куда он удалился, чтобы успокоиться и прийти в себя, у него началась тошнота. Он открыл окно, оперся о подоконник, его вырвало, он высунулся сильнее, и его снова вырвало. От этих потуг, от прилива крови к голове сознание затмилось, он высовывался все больше и больше и потерял равновесие. Вот и все. У меня перехватило дыхание. Перед моими глазами встала вся эта картина, и я почуяла за ней нечто большее, чем обычное волнение... Ксавье, один, у моего окна, загнанный, затравленный, доведенный до такого отвращения, что у него начинается рвота и он падает вниз... Я почти не слушала доктора, объяснявшего, как были установлены подробности катастрофы: следы рвоты на карнизе третьего этажа и также на кустах, куда рухнуло тело... - Но что такое ему могли сказать?.. Что они ему сделали, что так сломило его?.. Доктор Освальд неопределенно махнул рукой и тем напомнил мне о своем присутствии. Впрочем, вовсе не ему я адресовала свой вопрос. И я отлично знала, что больше он мне ничего не скажет. Этот человек знал то, чего не знала я, и я была бессильна заставить его говорить. Я чувствовала его симпатию ко мне, чувствую ее и сейчас, равно как и отказ его продолжить разговор. Так я и осталась при своем неведении. Между сообщением доктора и тем, что сказала мне тетя Луиза, осталась зиять пустота. Несовместимы были эти варианты. Я поднялась с места и застыла, как час назад на улице Ренкэн. Пора мне наконец уйти. Я уже видела, как открываю, нет, вламываюсь в дверь спальни тети Эммы; как это я могла не начать с нее! Я поблагодарила доктора за его любезность. Извинилась, что отняла у него столько времени. Распрощалась с ним. Подошла к двери, открыла ее. На стуле в коридоре сидела тетя Луиза. - Стало быть, ты знала, что я здесь? Тебе сказала сиделка? Как мило с твоей стороны, тетя Луиза, что ты приехала сюда за мной, но нам с тобой сидеть некогда, я очень спешу. - Куда ты едешь, Агнесса? - На авеню Ван-Дейка. Мы шли по Длинному коридору; тетя Луиза семенила рядом, стараясь делать шаги покрупнее, чтобы не отстать от меня. - Послушай, Агнесса... На авеню Ван-Дейка, к Ксавье? - Нет. Сначала побеседую с тетей Эммой. И не пытайся меня отговаривать. Мне не удалось узнать правды, ее от меня скрывают, а от тети Эммы я ее сумею добиться. - Не стоит вам встречаться! - Я знаю, она наговорит мне разных неприятностей... Но она мне все равно скажет, что произошло между ней и Ксавье. - Нет, Агнесса! - Поверь, скажет! - Нет! Не нужно вам говорить! Сама Эмма меня сюда послала. Я остановилась, оглянулась. В спешке я обогнала тетю. Она остановилась тоже и, тяжело дыша, положила руку на грудь. Я подошла к ней. Она оперлась о стеклянную перегородку. Тут только я заметила ее волнение, ее округлившиеся от страха глаза, ее небрежный туалет. Она накинула пальто прямо на халат, в котором я видела ее час назад у нее дома. - Тебя тетя Эмма прислали? Ко мне - прислала? - Агнесса, давай уйдем отсюда. Здесь люди. На нас глядят. Я открыла стеклянную дверь. Мы спустились по двум ступеням и очутились в саду. Тетя Луиза добралась до скамейки, стоявшей у стены, и тяжело рухнула на деревянное сиденье. - Говори, что тебе поручили мне сказать! - Потерпи секундочку, дай прийти в себя, умоляю... Тетя жадно глотала воздух широко открытым ртом, она вся как-то обмякла. - Я прямо сама не своя от всей этой истории... Не создана я для таких драм... И она заплакала. Я села рядом с ней. Я успокаивала ее, подбадривала. Наконец тетя заговорила: - Вот что я тебе скажу, Агнесса... Как только ты ушла, меня в дрожь бросило при мысли о твоем объяснении с тетей Эммой... Я помчалась на авеню Ван-Дейка. Тебя там не оказалось. Я сочла благоразумным предупредить о твоем намерении Эмму. Она ответила, что ни за какие блага мира не согласится тебя принять. Я ей сказала, что, на мой взгляд, ты на все решилась. И потом я тебя знаю: уж если ты что задумала... Тут Эмма тоже встревожилась ей стала искать способа избежать сцены. Ну и послала меня п

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору