Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Фрэнсис Дик. На полголовы впереди -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
деньги так и мелькали в воздухе, переходя из рук в руки. Выбившийся из сил, угрюмый шеф-повар главного вагонаресторана пока еще сохранял остатки самообладания, и лишь несколько пассажиров высказали недовольство, что в купе слишком тесно: самые обычные жалобы, сказал Джордж. Никто не заболел, никто не напился пьяным, никто не подрался. В конце концов Джордж сказал: - Все идет так гладко, что, того и гляди, что-нибудь стрясется, а? Наконец мы добрались до его служебного купе, которое, в сущности, ма- ло чем отличалось от моего, - это было крохотное помещение в два с неболь- шим метра длиной и чуть больше метра шириной сбоку от центрального коридо- ра. В купе находились умывальник, откидной столик и два сидячих места, под одним из которых располагалось то, что в памятке было игриво названо "удоб- ствами". Дверь можно было отодвинуть вбок, чтобы видеть, как пассажиры про- ходят мимо по коридору, или задвинуть, оказавшись внутри персонального ко- кона. А на ночь из-под потолка опускалась койка, которая опиралась на си- денье с удобствами, после чего воспользоваться ими становилось невозможно. Джордж пригласил меня войти и оставил дверь открытой. - Этот поезд, - сказал он, усаживаясь в кресло и указывая мне на си- денье с удобствами, - настоящий триумф дипломатии, а? Мне пришло в голову, что в глазах у него постоянно прячется усмешка, словно все в жизни он воспринимает как шутку. Как я выяснил впоследствии, он вообще считал глупость нормой человеческого поведения, а самыми глупыми людьми из всех считал пассажиров, политиков, газетчиков и свое начальство. - Почему триумф? - спросил я. - Потому что здравый смысл прорезался. Я ждал. Он с веселой улыбкой посмотрел на меня и продолжал: - Если не считать машинистов, то вся поездная бригада едет до самого Ванкувера! Вероятно, по моему лицу было видно, что это не произвело на меня дол- жного впечатления. - Неслыханное дело, а? - сказал он. - Профсоюзы такого не разрешают. - А, вот что. - И кроме того, вагон для лошадей принадлежит КанадскоТихоокеанской дороге. Я снова ничего не понял. Он усмехнулся: - Канадско-Тихоокеанская и "Ви-Ай-Эй" сотрудничают самым тесным обра- зом, но дружат, как кошка с собакой. КанадскоТихоокеанской принадлежат то- варные поезда, а "Ви-Ай-Эй" перевозит пассажиров, и вместе им не сойтись. А в нашем поезде они сошлись. Чудо, а? - Действительно, - поддакнул я. Во взгляде, который он бросил на ме- ня, мелькнула жалость к человеку, который не понимает самых важных вещей. Я спросил, будет ли работать его телефон на ближайшей большой стоян- ке, что для меня как раз и относилось к числу самых важных вещей. - В Садбери? Конечно. Но мы простоим там целый час. Гораздо дешевле звонить со станции. В несколько раз дешевле. - Но здесь не будет посторонних. Он с философским видом кивнул: - Приходите сюда, как только мы начнем замедлять ход перед Садбери, а? Я вас тут оставлю, а сам уйду. У меня будут дела на станции. Я поблагодарил его за все и расстался с его веселой усмешкой, пони- мая, что теперь безвозвратно отнесен к категории глупых. Нет, с Джорджем не соскучишься, подумал я. Мое купе оказалось через две двери от его, на правой стороне, если смотреть вперед по ходу поезда. Я не остановился там, а прошел мимо, отме- тив про себя, что в головном конце вагона всего шесть купе, по три с каждой стороны. Потом коридор делал поворот, огибая четыре двухместных купе, а дальше снова шел посередине вагона, между открытыми сидячими купе, которые на ночь закрывали занавесками, - они назывались отсеками. Шесть таких отсе- ков в этом вагоне были отведены двенадцати актерам и поездной бригаде - в этот момент большинство их читали, разговаривали или крепко спали. - Как дела? - зевая, спросил Зак. - На Западном фронте без перемен. - Можете проходить. Я улыбнулся ему и пошел дальше по поезду, который уже казался мне знакомым: теперь я понимал, как он устроен, и начал задумываться о таких вещах, как электричество, водоснабжение и канализация. Маленький современ- ный город на колесах, подумал я. Со всей инфраструктурой, какая только нуж- на. В спальных вагонах владельцев открытых отсеков почти не было, а купе были все закрыты: их обитатели привыкли к уединению. Есть ли в купе кто-ни- будь или они пусты, сказать было невозможно, и действительно, дойдя до спе- циального вагона-ресторана, я обнаружил, что изрядное число пассажиров си- дит там за пустыми столиками, просто болтая между собой. Я прошел дальше, в салон-вагон, где было еще три спальных купе, а за ними - бар со столиками, стульями и барменом. Там тоже сидели несколько человек, занятых разговором, а кое-кто расположился в длинной гостиной в хвостовом конце вагона. Из гостиной короткая лестница вела на второй этаж, откуда можно было любоваться пейзажами, и я ненадолго заглянул туда. Места были почти все за- няты - пассажиры наслаждались зрелищем освещенных ярким солнцем лесов под синим небосводом и грелись в горячих лучах, лившихся сквозь стеклянную кры- шу. Мистер Янг сидел там и дремал. Джулиуса Аполлона не было, и нигде больше я его тоже не видел. Не попадалась мне и Нелл. Я не знал, где она в конце концов устроилась сама после того, как много раз переводила пассажи- ров с места на место, но, где бы она ни была, дверь ее купе была закрыта. Позади салон-вагона был только собственный вагон Лорриморов, в кото- рый мне вряд ли было дозволено входить, поэтому я пошел обратно, намерева- ясь засесть в своем купе и любоваться зрелищем, которое устраивала для нас природа. В ресторане меня остановила Занте Лорримор, которая с угрюмым видом сидела за столиком в одиночестве. - Принесите мне кока-колы, - сказала она. - Да, сейчас, - отозвался я и направился к холодильнику на кухне, возблагодарив небо за то, что случайно заметил, где тут держат прохлади- тельные напитки. Я поставил банку и стакан на маленький поднос (в ушах у меня звучал голос Эмиля: "Никогда не несите то, что вы подаете. Несите под- нос") и вернулся к Занте. - Боюсь, что это за наличные, - сказал я, ставя стакан на столик и готовясь открыть банку. - Что это значит? - За все, что вы берете в баре, нужно платить. Это не входит в сто- имость билета. - Какая нелепость. А у меня нет денег. - Вы, конечно, сможете заплатить потом. - По-моему, это глупо. Я открыл банку и налил ей кока-колы. Миссис Янг, сидевшая одна за со- седним столиком, обернулась и ласково сказала Занте, что она, миссис Янг, заплатит за ее кока-колу, и не хочет ли Занте пересесть к ней? Очевидно, первым побуждением Занте было отказаться, но, как бы она ни дулась, ей тоже было одиноко, а в миссис Янг чувствовалось что-то от доброй бабушки, и можно было не сомневаться, что она готова выслушать все, что угодно, не сказав дурного слова. Занте пересела к ней вместе со своей ко- ка-колой и тут же выложила все, что было у нее на душе. - Этот мой братец, - сказала она, - большая скотина. - Может быть, у него свои проблемы, - спокойно ответила миссис Янг, шаря в своей вместительной, битком набитой сумочке в поисках денег. - Если бы он был сыном кого-нибудь еще, он уже сидел бы в тюрьме. Эти слова вырвались у нее словно под непреодолимым напором долго сдерживаемых чувств. Даже сама Занте смутилась, поняв, что проговорилась, и предприняла слабую попытку исправить свою оплошность: - Я, конечно, не хотела сказать - буквально. Но она хотела сказать именно это. Миссис Янг, на мгновение прервавшая было свои поиски, наконец выудила кошелек и дала мне доллар. - Если там полагается сдача, оставьте ее себе, - сказала она. - Благодарю вас, мэм. Мне оставалось только удалиться, и я направился на кухню, держа на подносе доллар, прижатый большим пальцем, словно какой-то трофей. Дойдя до кухни, я обернулся и увидел, как Занте начала говорить, сначала медленно, стараясь сдерживаться, а потом все быстрее и быстрее, и вскоре ее душевные излияния хлынули бурным потоком. Я мог видеть лицо Занте и затылок миссис Янг. Мне казалось, что Занте лет шестнадцать, может быть, и меньше, но, во всяком случае, не больше. У нее было совсем еще детское лицо с округлым подбородком и большими глазами, пышные каштановые волосы и начавшая форми- роваться фигура, скрытая под просторной белой майкой с каким-то модным мо- лодежным лозунгом, выведенным розовыми блестками на груди. Они все еще разговаривали, когда я ушел к себе в купе, где некоторое время наслаждался уединением, читая расписание движения и размышляя о том, что хотя на многие прежние вопросы у меня еще нет ответов, уже возникло множество новых, и самый важный из них - знает ли уже Филмер, что супруги Янг были друзьями Эзры Гидеона? И не они ли для него что-то вроде мишени? Однако это не Филмер решил сесть с ними за один столик - место для него выбрала Даффодил. Но может быть, если бы не эта случайность, он бы сам предпринял какие-нибудь шаги, чтобы с ними познакомиться? Или их дружба с Гидеоном была всего лишь нежелательным стечением обстоятельств, как я поду- мал сначала? Ну, может быть, время покажет. Время тут же показало, что уже половина шестого и мне пора возвра- щаться в ресторан. Там все места до единого были уже заняты: пассажиры быс- тро сообразили, что к чему. Опоздавшие с огорченным видом стояли в дверях. Я сразу увидел, что Филмер уселся напротив Мерсера Лорримора. Его со- седка Даффодил оказалась напротив Бемби, которая держалась с холодной веж- ливостью. Занте все еще сидела напротив миссис Янг, к которой теперь присо- единился ее муж. Шеридан, насколько я мог видеть, отсутствовал. Джайлз-убийца был налицо - он сидел с супругами Янг и Занте и всячески за ними ухаживал. Эмиль, Оливер, Кейти и я принялись обходить столики, наливая вино, чай или кофе в бокалы или чашки, стоявшие у нас на подносиках, и стараясь не делать резких движений, а когда с этим было покончено, в вагон влетел кипящий энергией Зак, чтобы продолжать представление. Я не прислушивался к подробностям, но все вертелось вокруг Пьера, Донны и тренера Рауля, который хотел жениться на ней ради ее денег. Хотя Рауля сшибли с ног раньше времени - это должен был сделать Пьер, - Зак вы- путался из создавшегося положения: вместо этого Донна дала ему пощечину, что она сделала от души, заставив зрителей ахнуть. Все уже усвоили, что Донна - дочь суетливых Брикнеллов, которая без ума от Пьера, Мейвис явно отдает предпочтение Раулю, а Пьер - никуда не годный неисправимый игрок, достойный только презрения. Мать и дочь затеяли резкую перепалку, а Уолтер суетился вокруг, пытаясь помирить их. В конце концов Мейвис расплакалась. Я вгляделся в лица пассажиров. Даже зная, что все это актеры, они си- дели как завороженные. Прямо перед ними, на расстоянии вытянутой руки, во- очию разыгрывалась мыльная опера. Я всегда считал, что все, кто имеет отно- шение к скачкам, - чуть ли не самые большие в мире циники, однако здесь не- которые из них, даже видавшие виды, были вопреки самим себе растроганы и захвачены происходящим. Не дав зрителям ни минуты передышки, Зак сообщил, что во время пос- ледней короткой остановки поезда на какой-то маленькой станции ему вручили телекс, где говорилось о пропавшем приятеле Анжелики - Стиве. - Анжелика здесь? Все огляделись - нет, ее не было. - Ну, неважно, - сказал Зак, - будьте добры, передайте ей ктонибудь, что она должна позвонить Стиву из Садбери - у него есть для нее важные но- вости. Многие закивали. Это было просто поразительно. Мейвис Брикнелл, вся в шелках и драгоценностях - очевидно, в доказательство того, что наследство, которое ждет Донну, отнюдь не миф, - покачиваясь от толчков поезда, напра- вилась в туалет, расположенный сразу за переходом в салон-вагон, сказав, что должна привести в порядок свое лицо, и тут же с громкими воплями выбе- жала оттуда. Как выяснилось, в туалете лежала на полу Анжелика - совершенно мер- твая. Зак, естественно, бросился туда разбираться, за ним устремилась нема- лая часть зрителей. Кое-кто вскоре вернулся - они неуверенно улыбались, и вид у них был озадаченный. - Не может же быть, чтобы она в самом деле была мертвая, - серьезно сказал кто-то. - Но на вид так оно и есть. Выяснилось, что крохотное помещение залито "кровью", а Анжелика лежит не шевелясь, и ее разбитая голова находится в темном углу за самой главной принадлежностью туалета. Видны были только ее глаза, не мигая глядевшие на стену. - Как она это делает? - недоумевали многие. Зак вернулся, огляделся вокруг и сделал мне знак подойти: - Будьте добры, постойте у этой двери и никого туда не пускайте. Я кивнул и протолкался сквозь толпу к переходу в салон-вагон. Сам Зак созывал всех назад, в ресторан, говоря, что все должны находиться в одном месте, пока мы не прибудем в Садбери, до которого осталось совсем немного. Я услышал голос Нелл - она спокойно объявила, что до тех пор каждый еще ус- пеет выпить по коктейлю. Стоянка в Садбери - час, и каждый желающий сможет там немного размяться, а сразу после отправления поезда будет подан ужин. Пройдя по грохочущему, продуваемому ветром переходу из ресторана в салон-вагон, я встал у двери туалета. Я был недоволен Заком, потому что не хотел, чтобы меня приняли за актера, хотя и это, пожалуй, все же куда луч- ше, чем если бы они узнали правду. Стоять в тамбуре было скучно, но, как оказалось, необходимо, потому что один-два пассажира вернулись посмотреть на тело. Я их не пустил, и они безропотно подчинились. Тем временем было слышно, как труп за дверью спус- кает воду, - по-видимому, в конце концов ей все-таки пришлось пошевелиться. Когда поезд начал замедлять ход, я постучал в дверь и сказал: - Я от Зака. Дверь приоткрылась. Покрытое гримом лицо Анжелики было сероголубова- тым, волосы залиты томатным соусом. - Запритесь, - сказал я. - Зак скоро придет. Когда услышите его го- лос, отоприте. - Ладно, - отозвалась она вполне живым и веселым голосом. - Приятного вам путешествия. ГЛАВА 8 Когда Анжелику вынесли из поезда на носилках, уже смеркалось, но станция была залита ярким светом фонарей. Облитая томатным соусом голова была наполовину скрыта одеялом, а одна безжизненная рука с ярко-красным ма- никюром и сверкающими кольцами эффектно свисала из-под одеяла с той сторо- ны, где пассажиры могли ее видеть. Я смотрел на эту сцену из окна служебного купе Джорджа Берли, пока звонил по телефону матери Билла Бодлера. С самого начала этот разговор преподнес мне сюрприз. На мой звонок ответил бодрый молодой женский голос. - Будьте добры, могу я поговорить с миссис Бодлер? - сказал я. - Слушаю. - Я хочу сказать... с миссис Бодлер-старшей. - Если есть какая-то миссис Бодлер еще старше меня, то она давно в могиле, - заявил голос. - Кто вы? - Тор Келси. - А, ну да, - мгновенно отозвалась она. - Человек-невидимка. Я едва не рассмеялся. - Как вам это удается? - спросила она. - Мне до смерти хочется знать. - Серьезно? - Конечно, серьезно. - Ну, скажем, если кто-то часто обслуживает вас в магазине, то в ма- газине вы его узнаете, но если встретите где-то в другом месте, например на скачках, то не сможете припомнить, кто он такой. - Совершенно верно. Со мной это часто случалось. - Чтобы вас легко узнавали, - продолжал я, - вы должны находиться в своей привычной среде и киметь привычную внешность. Поэтому весь секрет, как стать невидимкой, - в том, чтобы не иметь своей привычной среды и внеш- ности. Наступила пауза, потом она сказала: - Благодарю вас. Вам, наверное, временами бывает немного одиноко. Я растерялся, пораженный ее проницательностью и не зная, что на это ответить. - И вот что еще интересно, - сказал я. - Для продавцов в магазине де- ло обстоит совсем иначе. Когда они привыкают видеть своих постоянных поку- пателей, они легко могут узнать их где угодно. Поэтому тех людей со скачек, кого я знаю, я узнаю везде. А они о моем существовании не догадываются - вот почему я невидимка. - Вы необыкновенный молодой человек, - сказала она. Я снова растерялся, не зная, что ответить. - Но Биллу было известно о вашем существовании, - продолжала она, - а он говорил, что не узнал вас, когда столкнулся с вами лицом к лицу. - Он ожидал увидеть то, что видел раньше. Прямые волосы, никаких тем- ных очков, хороший серый костюм, белую рубашку с галстуком. - Да, - сказала она. - А если мы с вами увидимся, я вас узнаю? - Я сам вам скажу. - Договорились. Ничего себе почтовый голубь, подумал я с удовольствием и облегчением. - Вы сможете кое-что передать Биллу? - спросил я. - Валяйте. Я все запишу. - Поезд прибывает в Виннипег завтра вечером, около семи тридцати, все сходят и отправляются в отели. Пожалуйста, скажите Биллу, что я не останов- люсь в том отеле, где владельцы, и что меня опять не будет на торжественном обеде у президента клуба, но что я буду на скачках, даже если он меня не увидит. Я остановился. Она повторила все, что я говорил. - Замечательно, - сказал я. - И задайте ему, пожалуйста, несколько вопросов. - Валяйте. - Спросите его, что известно о неких мистере и миссис Янг, которым принадлежит лошадь по имени Спаржа. - Это лошадь с вашего поезда, - сказала она. - Правильно. - Я несколько удивился, но она пояснила, что Билл дал ей список, чтобы ей было легче принимать мои сообщения. - Спросите его, - продолжал я, - известно ли ему что-нибудь о непри- ятностях, которые могли быть у Шеридана Лорримора, помимо нанесения побоев одному из актеров в Торонто, - о таких неприятностях, которые могли бы кон- читься тем, что Шеридан попал бы в тюрьму. - Господи Иисусе! Лорриморы не попадают в тюрьму. - Так я и понял, - сухо ответил я. - И еще, пожалуйста, спросите его, какие лошади будут участвовать в скачках в Виннипеге и какие - в Ванкувере, и какая из них, по мнению Билла, в действительности самая лучшая из всех в поезде, пусть даже она сейчас и не в лучшей форме, и у какой больше всего шансов победить в том и другом заездах. - Первый вопрос мне не нужно задавать Биллу, я могу ответить и сама - это есть в моем списке. В Ванкувере выступят почти все лошади, точнее - де- вять из одиннадцати. В Виннипеге скачут только Высокий Эвкалипт и Флокати. Что до второго вопроса, то, по моему мнению, ни Высокий Эвкалипт, ни Флока- ти в Виннипеге не победят, потому что Мерсер Лорримор доставит туда на ав- томашине своего замечательного Премьера. - Хм... Вы внимательно следите за скачками? - Мой милый молодой человек, разве Билл вам не говорил? Мы с его от- цом много лет издавали журнал "Мир скачек Онтарио", пока не продали его. - Понимаю, - пристыженно сказал я. - А что касается скачек в Ванкувере, - бодро продолжала она, - то Ло- рентайдский Ледник вполне может начать таять уже сейчас, а вот у Спаржи и Права Голоса шансы хорошие. Спаржа, вероятно, будет фаворитом, потому что она всегда в хорошей форме, но раз уж вы спросили, то самая лучшая лошадь, самая перспективная - скорее всего Право Голоса Мерсера Лорримора, он при- дет хоть нг полголовы, а впереди. - Миссис Бодлер, - сказал я, - вы просто

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования