Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Фрэнсис Дик. На полголовы впереди -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
скоро их разговор перешел в ссору. Пытаясь расслышать, о чем они говорят, я даже пошел на риск, что они меня заметят, но они уже кричали друг на друга, а значит, я мог спокойно слушать через открытую дверь вагона, не видя их и оставаясь для них невиди- мым. Филмер в ярости выкрикнул: - Я сказал - перед Ванкувером! Костлявый человек сердито ответил с канадским акцентом: - Вы сказали - перед Виннипегом, и я это сделал, и гоните мои деньги. - Ку-ку! - пропела Даффодил, неуверенно шагая к ним по гравию на вы- соких каблучках и в своих шиншиллах. - Не пойти ли нам посмотреть, как там Лорентайдский Ледник? ГЛАВА 10 Черт бы ее побрал, подумал я от всей души. Будь она трижды проклята, и еще что-то в таком же смысле. Из купе Джорджа я видел в окно, как Филмер пошел ей навстречу, изо всех сил стараясь улыбаться и отвлекая ее внимание от костлявого человека, который направился обратно к вокзалу. Перед Виннипегом, перед Ванкувером. Опять Джулиус Аполлон их перепу- тал. "Вы сказали - перед Виннипегом, и я это сделал, и гоните мои деньги". В словах этого человека звучали злоба и угроза. Что перед Виннипегом? Что он сделал? И в самом деле - что? Я подумал, что о вагоне Лорриморов речи идти не может. Филмер не про- явил к этой истории никакого интереса и отнесся к ней спокойно; очевидно, он в ней не участвовал. Впрочем, он, вероятно, и должен был оставаться спо- койным, если рассчитывал, что нечто должно случиться только перед Ванкуве- ром. Он не ожидал, что вагон Лорриморов будет отцеплен - ни перед Ванкуве- ром, ни перед Виннипегом, в этом я был убежден. Наоборот, он всячески ста- рался завязать близкое знакомство с Мерсером - а такой план действий тут же рухнул бы, если бы Лорриморы прервали путешествие, что они сделали бы не- медленно, если бы "Канадец" врезался в их дом на колесах. Но если не вагон Лорриморов, то что еще случилось? Что такое случи- лось перед Виннипегом, что, по замыслу Филмера, должно было случиться перед Ванкувером? Каким образом этот костлявый уже заработал свои деньги? Об этом можно было гадать сколько угодно. Он мог кого-нибудь ограбить, подкупить помощника конюха, испортить лошадь... Испортить лошадь, которая должна была выступать в Виннипеге, вместо той, которая заявлена в Ванкувере? Судя по ярости, звучавшей в их голосах, ошибка была катастрофической. В Виннипеге должны были скакать только Флокати и Высокий Эвкалипт... Лорентайдскому Леднику предстояло скакать в Ванкувере вместе с Правом Голо- са и Спаржей... Неужели Филмер сделал такую глупость и перепутал, кроме го- родов, еще и клички лошадей? Нет, не может быть. Тупик. И все же... ведь этот костлявый человек что-то все-таки сде- лал. Тяжело вздохнув, я стал смотреть, как мимо идут супруги Янг, направ- ляясь скорее всего к вагону для лошадей. Вскоре за ними последовали Ануины. Мне очень хотелось сразу же выяснить, в каком состоянии лошади, но я решил, что, если с какой-нибудь из них что-то случилось, я очень скоро об этом ус- лышу. Жаль, что я не смог сфотографировать этого костлявого, но мне важнее было слышать, о чем они говорят. Если он сделал что-то с лошадьми или что-то такое, что с ними связа- но, - значит, он едет с нами в поезде, подумал я. Он не просто встретил нас в Тандер-Бее. Если он едет в поезде и пошел вместе с другими болельщиками к вокзалу, Филмер мог увидеть его из окна... и при одном виде его напрягся так, что у него окаменела шея... и если Филмер еще не заплатил ему за что-то... тогда он вернется и сядет в поезд... Я вышел из купе Джорджа и, миновав две двери, зашел к себе, чтобы взять из сумки Томми свой фотоаппарат-бинокль с телеобъективом. Потом сел у окна и стал ждать, когда вернется костлявый. Вместо него через некоторое время в моем поле зрения появились Филмер с Даффодил, которые шли наискосок к вокзалу, а вскоре после этого мимо мо- его окна под громкие звонки с гудением, грохотом и скрежетом прополз огром- ный ярко-желтый дизельный тепловоз, а за ним - длинные серебристые вагоны из гофрированного алюминия. Ежедневный "Канадец" въехал на соседний путь и остановился точно вровень с нашим поездом. Теперь передо мной был уже не прекрасный, четкий фотокадр, в котором умещался весь вокзал, а совершенно ненужное мне окно чьего-то купе. Чертовское невезение, подумал я. Снова сунув бинокль в сумку и не имея никакого разумного плана, я не спеша побрел в вагонресторан. Если так дело пойдет и дальше, то сбудутся самые скверные предчувствия Билла Бодле- ра, генерала, и прежде всего Джона Миллингтона. В ушах у меня так и звучал его голос: "Я же говорил вам, что надо послать кого-нибудь с опытом работы в полиции..." Когда я дошел до двери Джулиуса Аполлона, мне пришло в голову, что "Канадец" будет стоять где стоит все двадцать пять минут, предусмотренные его графиком. В течение двадцати пяти минут... ну, сейчас уже, скажем, двадцати двух... Филмер будет оставаться на вокзале. Он не станет обходить длинный состав, чтобы вернуться к себе в купе. Или станет? Нет, не станет. Зачем ему это нужно? Он только что туда пошел. В моем распоряжении двадцать минут на то, чтобы попробовать чтонибудь сделать с его кодовыми замками. Если бы я еще немного задержался, у меня, возможно, не хватило бы ду- ха, но я просто открыл его дверь, поглядел в обе стороны, нет ли кого-ни- будь в коридоре - никого не было, - вошел в купе и заперся там. Черный портфель все еще стоял на полу у стены, под костюмами. Я выта- щил его, сел в одно из кресел и с ощущением какой-то нереальности происхо- дящего принялся за правый замок. Мысли у меня путались. А вдруг кто-то вой- дет?.. А вдруг, например, войдет проводник спального вагона?.. Что смогу я сказать в свое оправдание? Ничего. Абсолютно ничего. На правом кодовом зам- ке стояла комбинация один-три-семь. Я стал действовать методически, начиная с нее, - набрал один-три-восемь, потом один-три-девять, одинчетыре-ноль, и после каждой комбинации пробовал, не откроется ли замок. Сердце у меня бе- шено билось, я задыхался. В своей работе мне приходилось пренебрегать осторожностью, а в прош- лом не раз подвергаться физической опасности, но никогда еще я так не рис- ковал. Один-четыре-один, один-четыре-два, один-четыре-три... Снова и снова пробуя, не откроется ли замок, я взглянул на часы. Прошло всего две минуты, а ощущение было такое, словно целая жизнь. Один-четыре-четыре, один-четыре-пять... Всего возможна тысяча комби- наций... Один-четыре-шесть, один-четыре-семь... За двадцать минут я переп- робую, может быть, сотни полторы. Однажды мне уже довелось это делать, но не в такой напряженной обстановке - когда тетя Вив установила комбинацию на новом чемодане и потом забыла ее... Один-четыре-восемь, один-четыре-де- вять... По лицу у меня стекал пот, пальцы в спешке соскальзывали с крохот- ных колесиков... Одинпять-ноль, один-пять-один... Замок, щелкнув, открылся. Это было невероятно. Мне просто не верилось. Ведь я только еще начал! Те- перь нужна еще одна такая же удача. На левом замке стояла комбинация семь-три-восемь. Я попробовал открыть замок. Ничего не вышло. Со слабой надеждой, что оба замка можно открыть одним и тем же вол- шебным словом, я поставил колесики на один-пять-один. Ничего не вышло. Не так это просто. Я попробовал сделать наоборот - пятьодин-пять. Ничего. Я стал пробовать похожие комбинации: один-дваодин, два-один-два, один-три-один, три-один-три, один-четыре-один, четыре-один-четыре... шесть... семь... восемь... девять... три нуля. Не получается. Все, больше я выдержать не мог. Снова поставив на левом замке комби- нацию семь-три-восемь, я запер правый замок и набрал одинтри-семь. Потом протер замки рукавом, поставил портфель в точности туда, где он стоял, и, весь дрожа, отправился в вагон-ресторан. И, еще не дойдя до него, начал жа- леть, что не задержался до самого отправления "Канадца", понимая, что упус- тил один из самых лучших, а может быть, и единственный шанс посмотреть, что взял с собой в поезд Филмер. Может быть, если бы я набрал один-один-пять, или пять-пятьодин... или пять-один-один, или пять-пять-пять... Нелл сидела одна за столиком, возясь со своими бесконечными списками - теми, что обычно находились в ее папке, - и я уселся напротив, испытывая некоторую неловкость. Она подняла глаза: - Привет. - Привет. Она внимательно посмотрела на меня: - Что это вы так разгорячились? Занимались бегом? Сидячими упражнениями для тренировки сердечной мышцы. Нет, только не сознаваться. - Вроде того, - ответил я. - Как дела? Она недовольно покосилась на "Канадец". - Я как раз собиралась пойти на вокзал, когда приехала вот эта штука. Вот эта штука, как будто поняв намек, плавно двинулась вперед, и че- рез двадцать секунд перед нами снова открылся вокзал. Большинство пассажи- ров нашего поезда, включая Филмера и Даффодил, тут же пошли через пути к вагонам. Среди них, направляясь к вагонам болельщиков, шел костлявый. Господи боже! Про него я и забыл. Забыл, что нужно его сфотографиро- вать. О чем же я думаю? - В чем дело? - спросила Нелл, увидев выра жение моего лица. - Я только что заработал двойку. Двойку с минусом. - Может быть, вы слишком многого от себя ожидаете, - сказала она бес- страстно. - Совершенства не бывает. - Есть разные степени несовершенства. - И велика катастрофа? Я немного успокоился и подумал. Костлявый находится в поезде, и мне еще может представиться удобный случай. Я уже знаю, как отпирается один за- мок портфеля Филмера, а если хватит времени, возможно, смогу отпереть и другой. Поправка: если хватит храбрости. - Ну хорошо, - сказал я, - допустим, тройку с минусом - мог бы спра- виться и лучше. Но до четверки все же далеко. Миллингтон справился бы лучше. В этот момент появились одновременно Зак и Эмиль - Эмиль был готов накрывать столы к обеду, Зак с театраль- но-преувеличенным негодованием потребовал сообщить ему, должны ли актеры разыграть следующую сцену перед обедом, как было запланировано с самого на- чала, и если нет, то когда. Нелл взглянула на часы и задумалась: - Вы не могли бы отложить ее до вечернего коктейля? - По плану мы в это время должны разыграть уже следующую, - возразил он. - Ну а... Не могли бы вы разыграть их обе сразу? Он, поворчав, согласился и ушел, сказав, что им придется порепетиро- вать. Нелл нежно улыбнулась ему в спину и спросила, замечал ли я когда-ни- будь, как серьезно относятся актеры ко всему на свете? Ко всему, кроме ре- альной жизни, конечно. - Вы киса, - сказал я. - Но у меня есть такие крохотные, ласковые коготки. Пришли Оливер с Кейти, и Эмиль принялся стелить скатерти и ставить приборы. Я встал и начал им помогать, а Нелл, не без ехидства глядя, как я складываю розовые салфетки в виде водяных лилий, сказала: - Ну-ну, какие скрытые таланты! - Вы бы видели, как я мою посуду, - сказал я в ответ. Эти невинные детские шуточки, как мы оба догадывались, вполне могли внезапно перерасти во что-то серьезное. Но пока на поверхности все было тихо, спокойно, весело и ничем нам не грозило - можно было продолжать в том же духе до тех пор, пока мы не будем готовы к тому, чтобы между нами все изменилось. Как обычно, пассажиры начали заходить в ресторан раньше времени, и я, стараясь не встречаться с Нелл взглядом, в своей форменной одежде слился с фоном. Выяснилось, что пассажиры не в восторге от своего пребывания на стан- ции, потому что на них накинулась свора репортеров, которые чуть не довели Занте снова до истерики, а у Мерсера поинтересовались, хорошо ли так выс- тавлять напоказ свое богатство, разъезжая в собственном вагоне, и не напро- сился ли он сам на неприятности, прицепив его к поезду. Такое обращение с ним вызвало всеобщее возмущение. Все знали, что он отправился в это путе- шествие ради общего блага - ради славы канадского скакового спорта. Все четверо Лорриморов, сопровождаемые сочувственным шепотом, появились в рес- торане одновременно, однако двое молодых тут же отделились от родителей и друг от друга, и каждый нашел себе прибежище: родители по собственной ини- циативе присоединились к Филмеру и Даффодил, расстроенная Занте направилась прямиком к миссис Янг, а Шеридан вцепился в Нелл, которая уже встала из-за столика, и заявил, что она должна сидеть с ним, потому что она единственный приличный человек во всем этом проклятом поезде. Нелл, не уверенная, что это можно считать комплиментом, тем не менее присела напротив него, пусть и ненадолго. Удерживать Шеридана в рамках приличий или хотя бы не позволять ему выходить из них слишком далеко определенно относилось к числу действий, направленных на предотвращение критических ситуаций, и поэтому входило в ее обязанности. Глядя на Шеридана, можно было подумать, что ему вполне подошло бы второе имя Джулиуса - Аполлон: он был высок, красив, светловолос - насто- ящий сын Солнца. Но под этой внешностью скрывалась трагедия - холодность, высокомерие, недостаток здравого смысла и сдержанности. "Мини-психопат, - подумал я. - А если уж на то пошло, то, может быть, и не совсем "мини", раз Занте считает, что ему место за решеткой". Австралийцы Ануины, сидевшие со своими соперниками - владельцами Фло- кати, были обеспокоены какой-то вялостью, которую заметили у Верхнего Эвка- липта, и сочли это следствием того, что на поезде ему дают однообразный корм - прессованные жмыхи и сено; хозяева же Флокати с плохо скрытой ра- достью рассуждали о том, что в таком долгом пути без разминки хорошее сено лучше всего. Сено успокаивает. - Не хотим же мы, чтобы они лезли на стену, - сказал мистер Флокати. Миссис Ануин недовольно заметила, что Высокий Эвкалипт какой-то сон- ный. Владельцы Флокати сияли, хотя и пытались изобразить сочувствие. Если Высокий Эвкалипт действительно окажется вялым, тем лучше шансы у Флокати. По-видимому, пока поезд стоял, все владельцы воспользовались случаем навестить своих лошадей, но, сколько я ни слушал, ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь еще на что-то жаловался. Я подумал, что на следующий день Высо- кий Эвкалипт, получив вдоволь овса и размявшись на свежем воздухе, может заметно оживиться. До заезда, в котором ему предстояло скакать, оставалось еще больше сорока восьми часов. Если костлявый действительно подложил Высо- кому Эвкалипту какой-нибудь транквилизатор, он перестанет действовать за- долго до этого времени. По мере того как я размышлял на эту тему, мне казалось все менее и менее вероятным, чтобы он мог сделать что-нибудь подобное: для этого ему пришлось бы сначала миновать дракона в женском обличье - Лесли Браун. Но ведь ей, надо думать, время от времени приходится покидать свой пост - ска- жем, чтобы поесть или поспать... - Я просила вас, - громко сказала мне Даффодил, - принести мне чистый нож. Я уронила свой на пол. - Конечно, мэм, - отозвался я, вернувшись к действительности и с ис- пугом сообразив, что она уже не в первый раз меня окликает. Я быстро принес ей нож. Она только молча кивнула, целиком поглощенная разговором с Филме- ром, и я с большим облегчением отметил, что он не обратил на эту мелочь ни- какого внимания. Но как же я мог, горестно подумал я, как я мог расслабить- ся, находясь так близко от него? А ведь только вчера от одного его присут- ствия у меня начинало сильнее биться сердце. Поезд, как всегда, незаметно тронулся и снова покатился мимо беско- нечных безлюдных скал, озер и хвойных лесов, которые, казалось, простирают- ся до самого края света. Мы покончили с обедом и кофе и начали уборку, и, как только представилась возможность, я вышел из кухни и направился в го- ловной конец поезда. Джордж, которого я отыскал прежде всего, сидел у себя в купе, ел толстый, едва не рассыпающийся бутерброд с ростбифом и запивал его диетической кока-колой. - Ну, как все прошло в Тандер-Бее? - спросил я. Он скривился, но без особого неудовольствия. - Они ничего не обнаружили сверх того, о чем сообщил им я. Никаких следов. Теперь они думают, что тот, кто отцепил вагон - кем бы он ни был - находился в нем, когда поезд отправился из Картье. - В собственном вагоне Лорриморов? - удивленно переспросил я. - Да. Трубу отопления могли разъединить на станции, а? Потом поезд отправляется из Картье, а саботажник сидит в вагоне Лорриморов. Потом, в полутора километрах от Картье - а? - наш саботажник вынимает шпильку из сцепного устройства, и вагон отцепляется. Некоторое время вагон катится дальше по инерции, потом останавливается, а он слезает и пешком возвращает- ся в Картье. - Но зачем кому-то понадобилось это сделать? - Не будьте ребенком. Есть люди, которые устраивают всякие безобра- зия, потому что это придает им веса в собственных глазах. В жизни у них ни- чего не получается, а? Ну вот, они и поджигают чтонибудь, или ломают, или пишут лозунги на стенах - лишь бы как-то напомнить о себе, а? Или пускают под откос поезда. Подкладывают на рельсы бетонные блоки. Я видел, как это делается. Могущество, власть над другими - вот это для чего. Скорее всего, тут зуб на Лорриморов. Власть над ними, над их собственностью. Так думают следователи. - Хм, - произнес я. - Но если так, то саботажник отправился бы не в Картье, а на какой-нибудь наблюдательный пункт, откуда мог бы видеть стол- кновение. Джордж удивленно посмотрел на меня: - Ну, возможно... - Поджигатели часто помогают тушить пожары, которые они устроили. - Вы хотите сказать, что он поджидал бы поблизости... чтобы помогать после крушения? Может быть, даже вытаскивать жертвы? - Конечно. Так острее всего чувствуешь свое могущество - когда зна- ешь, что все это устроил ты. - Я никого поблизости не заметил, когда мы возвращались к вагону, - задумчиво сказал он. - Я светил фонарем... Там никто не шевельнулся, а? Ни- чего такого не было. - Ну и что собираются делать следователи? - спросил я. Его глаза сощурились, а на губах появилась знакомая усмешка. - Напишут длинные рапорты, а? Запретят нам прицеплять собственные ва- гоны. Свалят всю вину на меня - почему этого не предотвратил, а? Эты мысль его, по-видимому, ничуть не огорчала. Взгляды у него были так же широки, как и плечи. Я расстался с Джорджем, проникшись к нему немалым уважением, и пошел вперед, в центральный вагон-ресторан, где за чашками кофе сидели все акте- ры, уткнувшись в машинописные экземпляры сценария, что-то бормоча про себя и время от времени издавая громкие восклицания. Зак бросил рассеянный взгляд в мою сторону, но нарушить его сосредо- точенность было бы невежливо, и я пошел дальше, через сидячий вагон, три спальных и передний салон-вагон. По пути мне постоянно кто-нибудь попадался навстречу, но никто не обращал на меня внимания. В конце концов я добрался до двери вагона для лошадей и постучал. После опознания и формальностей, которые сделали бы честь любой стране, ук- рывающейся за железным занавесом, я был снова допущен мисс Браун в святая святых. Расписываясь во второй раз в ее списке "Томми Титмус", я с интересом отметил, насколько вырос этот список, и обратил внимание на то, что она да- же Мерсера заставила расписаться, прежде чем его впустить. Я спросил ее, не побывал ли в вагоне кто-нибудь, кроме владельцев и конюхов, и она, наду

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования