Электронная библиотека
Библиотека .орг.уа

Разделы:
Бизнес литература
Гадание
Детективы. Боевики. Триллеры
Детская литература
Наука. Техника. Медицина
Песни
Приключения
Религия. Оккультизм. Эзотерика
Фантастика. Фэнтези
Философия
Художественная литература
Энциклопедии
Юмор





Поиск по сайту
Детективы. Боевики. Триллеры
   Детектив
      Фрэнсис Дик. На полголовы впереди -
Страницы: - 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -
бираться сквозь толпу, - но понимал это только тогда, когда рука возмездия тяжело опускалась ему на плечо. Однажды я видел, как Миллин- гтон в акробатическом броске поймал на трибуне карманника, это было внуши- тельное зрелище. В большом зале бара-закусочной, чистом и светлом, всегда стоял адский шум: громко играла му-зыка, ее сопровождали скрежет отодвигаемых стульев и стук посуды, похожий на топот лошадей, несущихся галопом. Посещали бар большей частью пассажиры, прибывшие и отбывающие на поездах, где нет ваго- нов-ресторанов, а также проголодавшиеся или просто экономные. Они то и дело смотрели на часы, наспех глотали чересчур горячий кофе, не обращали ни на кого внимания и поспешно уходили. Нас с Миллингтоном никто не удостаивал даже взгляда, и подслушать нас тоже никто не мог. Мы никогда не встречались там в те дни, когда скачки происходили в Пламптоне, Брайтоне, Линг-филде или Фолкстоне: в эти дни через вокзал Вик- тория волной катилась вся скаковая публика. Не встречались мы и поблизости от штаб-квартиры службы безопасности, которая помещалась в Жокейском клубе, на Портмен-сквер. Мне иногда приходило в голову - как странно, что я ни ра- зу не был в кабинете своего непосредственного начальника. - Я не одобряю эту вашу поездку с Филмером, - сказал Миллингтон. - Я так и понял, - сказал я. - Вы уже говорили. - Этот человек - убийца. Он, конечно, заботился вовсе не о моей безопасности - он просто счи- тал, что такой противник мне не по плечу. - Ну, может быть, за эту поездку он никого и не убьет, - пошутил я. - Это не шутки, - строго возразил он. - А после нее он запомнит вас в лицо, и нам не будет от вас никакой пользы на скачках, когда нужно будет следить за ним. - Генерал сказал, что в эту поездку отправляется человек пятьдесят. Я не буду лезть Филмеру на глаза. Вполне возможно, что потом он меня и не уз- нает. - Вы окажетесь слишком близко к нему, - упрямо сказал Миллингтон. - Ну что ж, - задумчиво произнес я, - пока что это наш первый шанс оказаться действительно близко к нему. Даже если он едет только для того, чтобы отдохнуть и приятно провести время, мы будем знать о нем гораздо больше. - Я не хочу вас потерять, - сказал Миллингтон, качая головой. Я удивленно посмотрел на него: - Это что-то новенькое. - Сначала я был против того, чтобы вы у нас работали, - сказал он, пожав плечами. - Я не видел, какой может быть от вас толк, и считал, что это глупая затея. Теперь вы мои глаза. Те самые глаза у меня на затылке, на которые мошенники жалуются с тех пор, как появились вы. У меня хватает ума это понимать.. И, если уж вы хотите знать, я не хочу вас потерять. Я гово- рил генералу, что, посылая вас в эту поездку, мы впустую потратим свою ко- зырную карту. А он сказал, что мы, может быть, сумеем ее там разыграть и что, если мы сможем избавиться от Филмера, это того стоит. Я посмотрел на озабоченное лицо Миллингтона и медленно произнес: - Может быть, вы или генерал знаете о планах Филмера на эту поездку что-нибудь такое, чего мне не сообщили? - Когда он мне про это рассказал, - отвечал Миллингтон, не поднимая глаз от своих пирожков, - я задал ему тот же самый вопрос. Он не ответил. Сам я ничего не знаю. Я бы сказал вам, если бы знал. "Может, и сказал бы, - подумал я. - А может, и нет". На следующий день, во вторник, я поехал на север, в Ноттингем, зани- маться обычным нелегким делом - целый день болтаться на скачках без всякого определенного занятия. Я уже купил кое-что из одежды, новый чемодан и более или менее уложил вещи: на следующее утро мне предстояло отправиться в путь. Уснувшая было страсть к путешествиям, которая семь лет гоняла меня с места на место, про- будилась вновь и не давала мне покоя. Мне пришло в голову, что если уж Мил- лингтон боится меня потерять, то ему не так страшен Филмер, как эта моя прежняя непреодолимая тяга куда-то ехать, ехать и ехать, мое нетерпеливое желание посмотреть, что там, за следующим поворотом. Я подумал, что теперь имею возможность удовлетворять эту свою страсть на уровне пятизвездочных отелей, а не с рюкзаком за плечами, ездить в лиму- зинах, а не на автобусах, питаться изысканными блюдами, а не хот-догами и жить в курортных городах, а не в пыльных захолустьях. Не исключено, что не- которое время - а может быть, и довольно долго - это доставляло бы мне удо- вольствие, но в конце концов, чтобы не утратить чувства реальности, мне все равно пришлось бы расстаться с этой лавкой кондитера и заняться каким-ни- будь делом, не откладывая его снова и снова до тех пор, пока я не потеряю вкус к простому трудовому хлебу. В тот день я надел - может быть, в знак уважения к простому трудовому хлебу - изрядно поношенную кожаную куртку и матерчатую кепку, на шее у меня висел бинокль-фотоаппарат, в руке была программка. Я бесцельно слонялся поблизости от весовой, где взвешивали жокеев, и смотрел, кто входит и кто выходит, кто с кем разговаривает, кто выглядит озабоченным, кто довольным, а кто обозленным. Из весовой вышел один подающий надежды молодой ученик жокея в обычной одежде, а не в скаковой форме. Некоторое время он стоял озираясь, как будто кого-то ждал. Потом его взгляд на ком-то остановился, и я посмотрел, кто привлек его внимание. Это был один из штатных распорядителей Жокейского клуба, который сегодня олицетворял здесь власть. Тот болтал с двумя вла- дельцами лошадей, заявленных на сегодняшнюю скачку, а через несколько минут приподнял шляпу, приветствуя проходившую даму, и не спеша пошел к площадке для парадов. Ученик жокея спокойно проводил его взглядом, потом снова начал ози- раться вокруг. Не обнаружив ничего такого, что могло бы вызвать у него бес- покойство, он направился в сторону трибуны, откуда наблюдали за скачками жокеи, догнал какого-то молодого человека и обменялся с ним на ходу нес- колькими словами. У трибуны они расстались. До сих пор я следил за учеником жокея, но теперь решил оставить его в покое и пойти за этим молодым челове- ком. Он направился прямо к месту перед трибуной, отведенному для букмеке- ров, и, миновав нескольких из них, подошел к Колли Гудбою, который выкрики- вал предлагаемые ставки, стоя на небольшом возвышении размером с ящик из-под пива. Молодой человек, с которым разговаривал ученик жокея, не стал делать ставку. Он вынул блокнот и принялся записывать, на кого ставят другие. По- том сказал несколько слов Колли Гудбою (а в .действительности - Лезу Морри- су), который тут же стер цифры ставок, написанные мелом на прикрепленной рядом доске, и вместо них написал новые. Новые ставки были выгодными, и Колли Гудбой оказался вознагражден: "тотошники" поспешно бросились к нему, чтобы воспользоваться его предложением. Колли принимал от них деньги, акку- ратно их пересчитывая. Я со вздохом отвернулся и поднялся на трибуну пос- мотреть очередной заезд, не переставая, как обычно, прочесывать взглядом толпу зрителей и наблюдая за круговращением жизни. В конце концов я оказал- ся недалеко от барьера, отделявшего места для букмекеров от более дорогой ложи, предназначенной для членов клуба. Я часто так делал: отсюда хорошо видно все, что происходит по обе стороны барьера. А кроме того, отсюда мож- но видеть, кто подходит к барьеру, чтобы сде-рать ставку у букмекеров, за- нимающих привилегированные места у самой ложи. "Барьерные" букмекеры - это короли своего дела: общительные, вежливые, с каменными сердцами и блестящи- ми математическими способностями. Я, как всегда, смотрел, кто у кого ставит, и когда подошел к букмеке- ру, стоявшему ближе всех к ложе и ко мне, увидел, что рядом с ним стоит Филмер. Глядя, как он делает ставку, я размышлял о предстоящем нам путешес- твии, и тут он поднял голову и посмотрел вверх, прямо мне в глаза. ГЛАВА 3 В то же мгновение я быстро, но плавно отвел взгляд, а через некоторое время снова посмотрел на него. Филмер все еще разговаривал с букмекером. Я попятился назад, протал- киваясь сквозь толпу, пока не оказался ступенек на пять выше, в гуще зрите- лей. В мою сторону Филмер больше не смотрел. И незаметно было, чтобы он шарил глазами по сторонам, отыскивая меня. У меня отлегло от сердца. То, что наши взгляды встретились, было слу- чайностью, иначе не могло быть. Но все равно это случилось очень некстати, особенно сейчас. Я не ожидал, что он окажется в Ноттингеме, и не искал его там. Прав- да, две его лошади были заявлены на скачки, но сам он почти никогда не по- являлся на ипподромах центральных графств - ни в Ноттингеме, ни в Лестере, ни в Вулвергемптоне. Он заметно предпочитал одни ипподромы другим и, как и во всем остальном, редко изменял своим привычкам. За каждым его шагом я следить не пытался, в этом не было необходимос- ти. Перед следующим заездом, во время парада, он окажется внизу, у дорожки, чтобы посмотреть, как проводят его лошадь, и там я увижу его снова. Я ви- дел, как он сделал ставку, отошел и стал подниматься на трибуну: скоро дол- жен был начаться заезд. Насколько я мог заметить, он был один, что было не- обычно, потому что, как правило, его почтительно сопровождали либо девушка, либо мужчина, его обычный спутник. Заезд начался, и я стал с интересом смотреть. Тот разговорчивый уче- ник жокея сам в нем не участвовали, но конюшня, где он работал, выставила свою лошадь. Сначала она была фаворитом, но к финишу пришла третьей от кон- ца. Я взглянул на Колли Гудбоя и увидел на лице у него улыбку. Обычный до- садный мошеннический трюк из тех, что так портят скачки. Филмер спустился с трибуны и направился к загородке, за которой сед- лали лошадей, чтобы, как всегда, когда в заезде участвовала его лошадь, присмотреть за последними приготовлениями. Я на всякий случай немного про- шел вслед за ним, но он действительно направлялся туда. Оттуда - к дорожке наблюдать за парадом, оттуда - к тому же букмекеру, что и раньше, сделать ставку, оттуда - на трибуну смотреть заезд. А оттуда - к загородке, где расседлывали его лошадь, пришедшую второй. Неудачу Филмер перенес мужественно, не забыв, как всегда, поздравить владельца победившей лошади - на этот раз разрумянившуюся от волнения пол- ную даму средних лет, которая была этим явно польщена. Филмер отошел от за- городки с самодовольной усмешкой, и тут же перед ним возник какой-то моло- дой человек, который попытался сунуть ему в руку портфель. Самодовольство на лице Филмера сменилось яростью - как сказал бы Пол Шеклбери, быстрее, чем Шергар выиграл дерби. Взять портфель Филмер не поже- лал и чуть ли не плюнул в лицо тому, кто хотел его отдать, - его черная ше- велюра качнулась вперед, словно голова атакующей кобры. Молодой человек с портфелем испуганно отступил и обратился в паническое бегство, а Филмер, вновь обретя самообладание, бросил взгляд в ту сторону, где находились рас- порядители и репортеры, - не заметил ли кто-нибудь. Я видел, как он с об- легчением вздохнул: по-видимому, никто ничего не заметил. В мою сторону он вообще не посмотрел. Я пошел вслед за обескураженным молодым человеком, который все еще держал портфель. Он отправился прямо в мужской туалет, пробыл там довольно долго и вышел весь бледный. Как сильно Филмер действует на людей, подумал я. Лучше всякого слабительного. После этого дрожащий молодой человек с портфелем, заметно волнуясь, подошел к какому-то худому мужчине постарше, который поджидают его на улице у самого выхода, грызя ногти. Когда худой мужчина увидел портфель в руках у нервного молодого человека, он пришел почти в такую же ярость, как и Фил- мер, и между ними началась возбужденная перепалка; даже не слыша слов, по его резким, энергичным жестам легко было догадаться, что молодому человеку крепко достается. Худой мужчина несколько раз сильно ткнул нервного молодо- го человека в грудь. Тот уныло понурился. Худой мужчина повернулся и пошел на автостоянку. Нервный молодой человек вместе с портфелем снова вошел на ипподром и направился в ближайший бар. Я довольно долго толкался там в кучке посетите- лей, но пока больше ничего не происходило. Сидевшие там и сям за столиками люди смотрели телевизор, а нервный молодой человек переминался с ноги на ногу, весь в поту, внимательно наблюдая за всеми, кто проходил мимо бара по улице. Потом, через некоторое время после того, как вторая лошадь Филмера выступила в своем заезде и (как сообщил телекомментатор) проиграла, мимо прошел сам Филмер, с недовольным видом разрывая в клочья билетики тотализа- тора. Нервный молодой человек, незаметно поджидавший у самой двери бара, выскочил наружу и опять попытался всучить ему портфель. На этот раз Филмер взял его, но в большом раздражении и снова внимательно оглядевшись вокруг. Однако никаких поводов для беспокойства он не заметил. Прошло только пять заездов из шести, и все представители власти еще оставались на своих мес- тах. Крепко стиснув ручку портфеля, он вышел с ипподрома и решительно нап- равился к своему автомобилю. Нервный молодой человек еще немного потоптался на месте, а потом вслед за Филмером вышел с ипподрома на автостоянку. Я тоже вышел и увидел, как оба направились к своим машинам, которые стояли в разных местах. Я по- шел не за Филмером, а за нервным молодым человеком и увидел, как он сел на переднее сиденье машины, за рулем которой уже был тот худой мужчина, все еще заметно рассерженный. Они тронулись не сразу, и я успел, не спеша нап- равляясь к своему автомобилю, который поставил, как всегда, в удобном мес- те, у выезда со стоянки, обойти их машину сзади. Я запомнил ее номер на случай, если упущу их, а как только выехал со стоянки и пристроился к ним в хвост, позвонил Миллингтону. Я рассказал ему про портфель и продиктовал номер машины, которая еха- ла впереди. - Но они направляются на север, - сказал я. - Как далеко мне надо ехать за ними? - В котором часу у вас завтра вылет? - В полдень, из Хитроу. Но мне придется еще заехать домой за вещами и паспортом. Он несколько секунд подумал: - Пожалуй, решайте сами. Если он выедет на автостраду в сторону Шот- ландии... ну, тогда возвращайтесь. - Хорошо. - Это очень интересно, - сказал Миллингтон. - Он не хотел, чтобы кто-нибудь видел, как он берет этот портфель. - Очень интересно, - согласился я. - А у портфеля есть какиенибудь особые приметы? - Насколько я мог разглядеть, он черный, лакированный, возможно, кро- кодиловой кожи, с золотыми замками. - Ну-ну, - задумчиво произнес Миллингтон. - Когда выясню что-нибудь про этот номер, позвоню. Машина, где сидел худой мужчина, направлялась прямиком к автостраде, ведущей в сторону Шотландии. Я решил ехать за ней по крайней мере до тех пор, пока Миллингтон не позвонит снова, что он сделал на удивление быстро и сообщил, что машина зарегистрирована на имя некоего А. Дж. Хорфица, прожи- вающего в Донкастере по такому-то адресу. - Хорошо, - сказал я, - еду до Донкастера. Еще час с небольшим, подумал я. Вполне успею вернуться. - Эта фамилия - Хорфиц - вам что-нибудь говорит? - спросил Миллин- гтон. - Абсолютно ничего, - уверенно сказал я. - И кстати, вам знаком тот молодой ученик из конюшни Пита Шоу, который подает большие надежды? Ну, тот многообещающий талант? Так вот, этот юный идиот что-то передал на словах одному неизвестному типу, который мне на ипподроме до сих пор не попадался, а тот, оказывается, заправляет Колли Гудбоя. Для Колли Гудбоя это была ка- кая-то приятная новость. - А что это была за новость, вы знаете? - У Пита Шоу во втором заезде скакала лошадь-фаворит, а пришла она чуть ли не последней. Этот ученик знал результат заранее, хоть сам и не ехал. - Хм, - произнес Миллингтон. - Ну, я покажу им, что такое страх бо- жий: и Питу Шоу, и владельцу, и жокею, и ученику, и Колли Гудбою. В порошок их сотру. Да, - вспомнил он, - фотографий вам, наверное, сделать не уда- лось? Так что прямых доказательств у нас нет? - Пожалуй, нет. Я один раз снял этого ученика, когда он разговаривают с человеком Колли, но они стояли ко мне спиной. Еще снял человека Колли вместе с Колли. И еще доску, где Колли написал свою выгодную ставку. - И то лучше, чем ничего, - сказал он рассудительно. - Я их пугну так, что надолго запомнят. Те, кто ни в чем не виноват, обозлятся и выгонят тех, кто виноват. Они всегда так делают. Наводят порядок в своем доме. Нам меньше работы остается. И мы будем постоянно присматривать за этим болваном учеником. Позвоните мне, когда приедете в Донкастер. - Ладно. И я еще кое-что снял. Нервного молодого человека с портфе- лем, его же с худым мужчиной... ну, с тем, который, возможно... как его?.. А. Дж. Хорфиц, и еще Филмера с портфелем, хотя я не уверен, что снимок вый- дет хороший, я едва успевал и был довольно далеко, а снимал аппаратом в за- жигалке, он не такой заметный. - Хорошо. Нам нужно будет забрать у вас эту пленку до вашего отъезда. Хм... э-э... позвоните-ка мне на обратном пути, я подумаю, где нам встре- титься вечером. Ладно? - Ладно, - ответил я. - Этот тип, Хорфиц, как он выглядит? - Худой, пожилой, в темном плаще и черной фетровой шляпе, в очках. Как будто собрался на похороны, а не на скачки. Миллингтон что-то проворчал - мне показалось, что он узнал этого че- ловека. - Вы его знаете? - спросил я. - Это было еще до вас. Да, знаю. Айвор Хорфиц. Не иначе как это он. Пять лет назад мы лишили его допуска на скачки навсегда. - За что? - Длинная история. Потом расскажу. И я думаю, что вам, пожалуй, не стоит терять столько времени и ехать в Донкастер. Мы всегда его найдем, ес- ли понадобится. Развернитесь на ближайшей развязке и возвращайтесь в Лон- дон. Я буду ждать вас в том пабе около вокзала Виктория. Не в закусочной, а в пабе. - Хорошо. Увидимся через... через два с половиной часа, если ничего не случится. Через два с половиной часа я нашел Миллингтона в темном дальнем углу шумного бара за его любимым занятием - перед ним стояли кружка пива и пирог со свининой. Я отдал ему отснятую, но не проявленную пленку, которую он су- нул в карман, с заметным удовлетворением сказав: - Вы мои глаза на затылке. - Кто такой Хорфиц? - спросил я, утолив жажду после долгой езды пол- пинтой бочкового пива. - Вы знали, что он знаком с Филмером? - Нет, - ответил он сначала на второй вопрос. - И Филмер не хотел бы, чтобы его с ним видели и вообще чтобы знали, что они общаются. - Из ваших слов получается, - медленно произнес я, - что тот посыль- ный, нервный молодой человек, тоже известен в лицо распорядителям... а воз- можно, и вам самому... потому что если бы он был незнакомцем, которого нельзя опознать, то почему Филмер так бурно реагировал на то, что его уви- дели с ним, что видели, как он что-то у него берет? Миллингтон покосился на меня. - Кое-чему научились за время работы, верно? - Он похлопал себя по карману, где лежала пленка. - Вот посмотрим и увидим, знаем мы его или нет. Как он выглядел? - Такой полноватый, довольно бестолковый. Потный. Жалкий. Червяк меж- ду двух ястребов. Миллингтон покачал головой: - Это может быть кто угодно. - А что такого сделал Хорфиц? Миллингтон не спеша откусил кусок пирога, а потом заговорил, роняя крошки: - У него была небольшая конюшня в Ньюмаркете и собственный тренер, который, естественно, делал

Страницы: 1  - 2  - 3  - 4  - 5  - 6  - 7  - 8  - 9  - 10  - 11  - 12  - 13  - 14  - 15  - 16  -
17  - 18  - 19  - 20  - 21  - 22  - 23  - 24  - 25  - 26  - 27  - 28  - 29  - 30  - 31  - 32  - 33  -
34  - 35  -


Все книги на данном сайте, являются собственностью его уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая или скачивая книгу, Вы обязуетесь в течении суток удалить ее. Если вы желаете чтоб произведение было удалено пишите админитратору Rambler's Top100 Яндекс цитирования